Глазарий языка. Страница 14

НЕМНОГО О ПОТЕРЯХ

Если бы сохранилось древнерусское «ук-оть» ‘коготь’, ‘якорь’, тогда было бы понятно, что «па-ук» — это ‘криво(ногий)’.

Если бы глагол «пахать» сохранил старое значение ‘размахивать’, мы бы лучше понимали, что значит «врукопашную».

Если бы слово «бровь» сохранило древнюю начальную форму «бры», стало бы яснее, как должен выглядеть «белобрысый».

Если бы сохранилось древнее «иждити» (из «изжити») ‘израсходовать’, мы бы понимали, что «иждивенец» был беспомощным не всегда, а сначала все растратил.

Если бы сохранилось старое «ботѣти» ‘толстеть, набухать’, мы бы знали, что «ботва» маленькой не бывает.

Если бы в русском, как в других славянских языках, сохранилось древнее «прапоръ» ‘знамя’, мы бы понимали, что «прапорщику» — флаг в руки.

Если бы сохранилось древнее «мотыло» ‘навоз’, то «мотылек» не был бы для нас столь воздушно-милым.

Задать вопрос @UchenyjBot

ЭТИМОЛОГИЧЕСКИЙ ЗООПАРК

Согласно этимологическому значению:

«аист» — это ‘яйцастый’,

«верблюд» — это ‘слон’,

«выпь» — это ‘вопящая’,

«галка» — это ‘черная’,

«дрофа» — это ‘драпающая’,

«кролик» — это ‘король’,

«куница» — это ‘коричневая’,

«лебедь» — это ‘белый’,

«леопард» — это ‘тигролев’,

«мышь» — это ‘серая’,

«окунь» — это ‘глазастый’,

«олень» — это ‘бурый’,

«плотва» — это ‘плоская’,

«рысь» — это ‘рыжая’,

«слон» — это ‘лев’,

«сойка» — это ‘сияющая’,

«соловей» — это ‘желтый’,

«хорек» — это ‘вонючка’,

«щука» — это ‘щуплая’.

Задать вопрос @UchenyjBot

ФИФТИ СЕНТ

Ученые полагают, что французское слово «cent» sɑ̃ появилось на свет в результате примерно следующих фонетических изменений, которые заняли плюс-минус последние шесть тысяч лет:

1. kmtom —> kemtom
2. kemtom —> kentom
3. kentom —> kentum
4. kentum —> kentū
5. kentū —> kento
6. kento —> kjento
7. kjento —> tsento
8. tsento —> tsent
9. tsent —> sent
10. sent —> sen
11. sen —> sẽ
12. sẽ —> sɑ̃

Вот что удивляет: все происходившее с согласными на протяжении этих 12 этапов может быть объяснено хорошо известными, универсальными законами звуковой эволюции: ассимиляцией, спирантизацией, леницией, стремлением к упрощению кластеров и проч. 

Однако значительная часть из наблюдаемых перестановок гласных объяснена ничем быть не может. Почему на этапе 3 o превратилась в u? По какой причине на этапе 5 они снова поменялись местами? Из-за чего под занавес ẽ стала ɑ̃?

Ответов нет.

Гласные как кошки. Они гуляют сами по себе.

Задать вопрос @UchenyjBot

КАК НАПИСАТЬ ХОРОШЕЕ ДЕТСКОЕ СТИХОТВОРЕНИЕ

Корней Чуковский подходил к написанию детских стихов научно.

Изучив детскую речь и детскую психологию, он выработал правила написания хороших детских стихов.

Они такие.

1) Стихотворение должно быть написано хореем — целиком или преимущественно.

2) При этом при развитии сюжета желательна смена размера и разнообразие ритмических вариаций.

3) Надо использовать преимущественно смежные рифмы.

4) В рифменную позицию надо помещать слова, несущие основную смысловую нагрузку.

5) При строфическом делении каждая строфа должна представлять собой законченное и относительно независимое целое.

6) Предмет должен характеризоваться не через прилагательное, а через глагол. Количество прилагательных надо уменьшать, количество глаголов увеличивать. При этом следует использовать глаголы движения и конкретного действия.

7) Важна предельно насыщенная событийность и быстрейшая смена образов.

8) Стихи должны легко переводиться в зрительные образы, иначе говоря — в каждой строке или двустишии должен быть материал для художника.

И последний совет. Он несколько метафизический, но важный: «вы должны не столько приспособляться к ребенку, сколько приспособлять его к себе, к своим “взрослым” ощущениям и мыслям».

Задать вопрос @UchenyjBot

ДАТИВУС ЭТИКУС

Dativus ethicus, или дательный нравственного участия, или дательный заинтересованного лица, — широко распространённое в различных европейских языках — как древних, так и новых — употребление дательного падежа.

Его особенность в том, что он вводится в предложение как слабоуправляемая или вообще независимая форма, указывающая на лицо, которое напрямую не является участником описываемой ситуации, но в том или ином виде заинтересовано в ее осуществлении: «задачи решать — это ТЕБЕ не стишки писать». Тем самым dativus ethicus указывает на причастность кого-либо к излагаемому положению дел.

Такой дательный падеж лексически ограничен: как правило, в подобном значении в предложение вводятся формы датива личных местоимений (всех трех лиц: «Смотри МНЕ!», «Он ВАМ не Димон», «Не буду я ЕМУ здесь убирать») или возвратного местоимения.

На основании подобного употребления формируются частицы: так, например, возникла частица «себе», значение которой описывают обычно как 'в своих интересах': «идет себе, посмеивается», «сидит себе в уголочке». Из подобного употребления «себе» возникли выражения «так себе» и «ничего себе». Того же происхождения «мне» в неодобрительном обороте «тоже мне»: «тоже мне мастер».

Так же формировались и древнерусские частицы «ти» (дательный от «ты») и «си» (дательный от древнего «себе»). Первая, например, входит в состав народного «нетуть» — из реконструируемого «не е ту ти» (буквально: «не есть тут тебе»). Ср. также у В. И. Даля: «У нас-ти в Ростове, чесноку-ти, луку-ти, а навоз-ти все коневий». Частица «си» вошла в состав наречия «восвояси» ‘к себе домой’.

Современные русские грамматисты часто называют dativus ethicus дательным экспрессивным или дательным риторическим. Это связано с тем, что в современном русском языке он употребляется преимущественно в разговорной речи и служит целям усиления выразительности высказывания. При этом эта выразительность обычно окрашена отрицательными эмоциями. Дательный падеж употребляется здесь для экспрессивного подчеркивания осуждения, несогласия, запрета, угрозы и т. п.

Отсюда вывод. Когда в следующий раз вы будете сердиться: «Я тебе что, прачка?», «Ешь, что дают: здесь тебе не ресторан», «Ты мне поговори еще», — остановитесь на секунду. Вспомните, что с ваших с уст только что слетел необычный дательный падеж с красивым латинским названием.

Это поможет вам помириться.

Задать вопрос @UchenyjBot

ЧЕЛОВЕК — ПЕРЕВОД — ЧЕЛОВЕК

Изучали мы тут один параллельный учебный корпус письменных работ студентов, постигающих в 14 российских университетах науку перевода с английского языка. И отобрали для вас три примера: первый иконический, второй комический, третий романтический. 

1. I just kept changing and changing, never understanding why until 1952.
— Я просто продолжал меняться и меняться, никогда не понимая почему. Так продолжалось до 1952 года.
— Я просто продолжал меняться, не зная, что будет в 1952 году.
— Я постоянно менял род своей деятельности и никак не мог понять, почему это происходит. Так продолжалось до 1952 года.
— До 1952 г. я просто менялся и менялся, не зная зачем.
— Я продолжал искать себя дальше.
— И так я постоянно метался, не понимая почему. До 1952 года.
— Я просто менял одно занятие на другое, совершенно не понимая почему вплоть до 1952 года.
— Я постоянно что-то менял, так и не понимая, зачем я это делаю. Все это продолжалось до 1952 года.
— Я менялся и менялся, не имея представления зачем — до 1952 года.
— Я продолжал свои поиски, не понимая, что именно я ищу до тех пор, пока не наступил 1952 год.

2. I had ulcers, migraine, jaundice, kidney stones and finally a coronary attack which put me near death.
— У меня были язвы, мигрень, желтуха, камни в почках и даже коронарная атака, которые чуть не погубили меня.
— В результате я заработал язвы, мигрень, желтуху, камни в почках и, в конце концов, я попал в реанимацию с сердечными приступом.
— У меня были язвы, мигрень, желтуха, камни в почках и наконец ишемическая болезнь, из-за которой я чуть не умер.
— У меня были язвы, мигрень, желтуха, камни в почках, а потом я и вовсе едва не умер от микроинсульта.
— У меня были язвы, мигрень, желтуха, камни в почках. Однажды я чуть не умер от микроинсульта.
— В результате я заработал язву, мигрень, желтуху, камни в почках, а потом и сердечный приступ, я был в шаге от смерти .
— В результате у меня была язва, мигрени, желтуха, камни в почках и, в конце концов, я пережил сердечный приступ и попал в реанимацию.
— У меня были язвы, мигрени, желтуха, камни в печени и, наконец, инфаркт, который чуть было не закончился моей смертью.
— У меня была язва желудка, мигрень, желтуха, камни в почках и, в конце концов — сердечный приступ, который едва не лишил меня жизни.
— У меня были язвы, мигрень, желтуха, камни в почках и, наконец, коронарная атака, из-за чего я уже был практически одной ногой в могиле.

3. A friend described the photograph in my hand, and only then I could see the image depicted.
— Другу нужно было сначала описать фотографию, которую я держал в руке, и только потом я мог увидеть картинку.
— Друг описывал мне фотографию в моей руке, и только тогда я мог понять, что изображено на ней.
— Один друг прежде описал мне фотографию, которую я держал в руке, и только потом я смог увидеть изображение.
— Я смог понять что изображено на фотографии, которую держал в руках, только после того, как друг описал ее.
— Друг описал фотографию, которую я держал в руках, и только тогда я увидел то, что на ней было изображено.
— Друг описывал фотографию в моей руке, и только тогда я мог разглядеть изображение.
— Друзья описывали мне что изображено на фотоснимках, которые я держал в руках и только в таком случае я мог разглядеть изображение на снимке.
— Друг описывал фотографию, которую я держал у себя в руке, и только тогда я смог ее увидеть.
— Чтобы увидеть, что на фотографии, мне приходилось просить друга описать ее.
— Другу нужно было сначала описать фотографию, которую я держал в руке, и только потом я мог увидеть картинку.

Что же в третьем случае романтического, спросите вы? А вы приглядитесь внимательно к первому и последнему варианту перевода. Они идентичны! Притом что больше ни единого точного совпадения во всем корпусе нам не встретилось.

Боже, если ты существуешь, пусть эти два человека, эти две родственные души найдут друг друга!

Задать вопрос @UchenyjBot

РЕАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ

С названием великого футбольного клуба из столицы Испании произошла любопытная история. Когда он был создан в 1896 году, то его название было тождественно названию города, в котором он базировался, — Madrid FC. Обычная история для европейских футбольных клубов. Следовательно, по-русски это название должно было бы писаться «Мадрид», как сейчас пишется, например, «Барселона» или «Ливерпуль».

Однако в 1920 году король Испании присвоил клубу титул «Королевский» — по-испански Real. Таким образом официальное название клуба изменилось на Real Madrid. В русскоязычной спортивной прессе оно вопроизводится соответствующим образом: «Реал Мадрид» — аналогично, например, «Манчестер Юнайтед».

Однако из-за того, что подобная форма наименования совпадает с привычными для русского уха с советских времен названиями вроде «Торпедо» (Кутаиси), где название города в скобках не является частью названия футбольного клуба, а служит исключительно целям дизамбигуации с одноименными клубами, базирующимися в других городах (например, «Торпедо» (Москва)), часть «Мадрид» была реконцептуализирована именно в качестве таковой.

В результате в качестве собственно названия клуба стала восприниматься только часть «Реал», что сделало возможным сочетания вроде «мадридский "Реал"», которые с полным вариантом названия в качестве стержневого слова звучали бы тавтологично: ??«мадридский "Реал Мадрид"».

Теперь даже наш главный справочный сервис «Грамота.ру» в ответ на соответствующие запросы рекомендует писать: «Реал» (Мадрид).

При всем уважении к коллегам с такой рекомендацией сложно согласиться. Дело даже не в нарушении исторической правды; в конце концов названия, как и все прочие слова, могут меняться со временем. Дело в том, что, как показывает один простой тест, реинтерпретация исходного составного названия испанского суперклуба в русском языке еще не завершена.

Например, мы можем сказать как «санкт-петербургский "Зенит"», так и «"Зенит из Санкт-Петербурга»; эти варианты, по данным корпуса Russian Web 2011 (ruTenTen11), употребляются примерно одинаково. А вот в случае с испанским клубом вариант «мадридский "Реал"» является в 60 с лишним раз более частотным, чем вариант «"Реал" из Мадрида». С нашей точки зрения, это можно считать косвенным свидетельством того, что часть «Мадрид» до сих пор продолжает восприниматься в качестве элемента собственно названия клуба, а следовательно, предпочтительным вариантом написания надо признать «Реал Мадрид».

Задать вопрос @UchenyjBot

​​СТАРЫЙ ДОБРЫЙ ANGLISH

Задать вопрос @UchenyjBot

ДЕЛО ШВАХ

Историческая фонетика не даст соврать: за шаг до полного исчезновения из системы языка в результате тех или иных фонологических процессов гласные фонемы почти всегда преобразуются в /ə/, а согласные — в /h/.

/ə/ — так называемая «шва» (от ивр. ‏שְׁוָא‏ — 'ничто') — безликий гласный звук: среднего ряда, среднего подъема; абсолютно нейтральный, лишенный ярких фонетических характеристик. Он представляет собой как бы схематическую идею гласного звука — нечто среднее между всеми гласными фонемами вообще. Это даже не звук, а отзвук, причем часто последний: появление /ə/ на месте прежней гласной практически всегда означает, что эта гласная претерпела редукцию, перестала быть ударной, утратила те качества, которые отличали ее от других, — и вскоре может вообще исчезнуть.

То же самое мы вправе сказать и про согласную фонему /h/. Ее можно рассматривать как своего рода минимальный согласный, последний, едва уловимый след того, что на этом месте когда-то существовал настоящий, живой согласный звук, непохожий на другие. С фонетической точки зрения, /h/ — это не что иное, как гласная без голоса, последний слабый хрип, требующий абсолютного минимума артикуляционных усилий. Любое последующее, пусть даже самое ничтожное ослабление этих усилий неминуемо приведет к полному прекращению артикуляции — и /h/ пропадет совсем.

Таким образом, если мы и можем быть в чем-нибудь уверены, так это в том, что, когда пробьет судный час, последним словом грустного человека на голой земле будет еле слышный выдох /əh/.

А веселого — /hə/.

Задать вопрос @UchenyjBot

ГДЕ ВСЕ ЭТИ ГОРОДА?

Году этак в 2006 был очень популярен смешной анекдот:

«— Але! Пришлите инвойс!
— Что?!?!
— ИНВОЙС!
— Чтооо???
— Диктую по буквам: Ирина, Николай, Василий, Ольга, Игорь, Сергей. Записали?
— Записал. Бля! Кто все эти люди?!?!»

А в Италии, когда нужно продиктовать что-то непонятное, используют не имена, а названия итальянских городов. Причем строго определённых. Так, итальянцы говорят:

А come Ancona
B come Bologna
C come Como или Cremona
D come Domodossola
E come Empoli
F come Firenze
G come Genova
I come Imola
L come Livorno
M come Milano
N come Napoli
O come Otranto
P come Palermo или Perugia
R come Roma
T come Torino
S come Savona или Salerno
U come Udine
V come Venezia или Verona

Если на нужную букву нет названия итальянского города, тогда итальянцы просто произносят название буквы (W, X, Y, Z — doppia vu, ics, ipsilon, zeta), или называют не итальянские города (Washington), или просто используют нарицательные существительные (H come hotel).

Задать вопрос @UchenyjBot

А БА-БОЧ-КА КРЫЛЫШКАМИ БЯК-БЯК-БЯК-БЯК

Заинтересовавшись этимологией слова «бабочка», вы прочитаете в авторитетных и не очень источниках, что оно представляет собой уменьшительное образование от слова «баба, бабка», мотивированное, по мнению А. А. Потебни, представлением о том, будто душа умершей женщины продолжает жить в виде бабочки. Не очень понятно, что при этом происходит с умершими мужчинами. Возможно, они — как жалкие шовинисты — не имеют души.

Давно известно, что слова, обозначающие бабочку, очень сильно различаются — как в языках мира вообще (что неудивительно), так и в индоевропейских, в том числе близкородственных языках:

Болгарский: пеперуда
Белорусский: матылёк
Валлийский: pili pala / bili bala
Датский: sommerfugl
Голландский: vlinder
Французский: papillon
Немецкий: Schmetterling
Греческий: petalou'da
Хинди: titli
Исландский: fithrildi
Ирландский: feileacan
Испанский: mariposa
Итальянский: farfalla
Латынь: papilio
Латышский: tauriuö
Литовский: peteliöke
Норвежский: sommerfugl
Персидский: parvaneh
Польский: motyl
Португальский: borboleta
Румынский: fluturi
Русский: бабочка
Сербохорватский: leptir
Словенский: metulj
Шведский: fjril

Если любопытно, сравните это разнообразие вариантов, например, со списком слов, которые в тех же языках обозначают кошку, — почувствуйте разницу.

Всерьез занимавшиеся бабочкиной проблемой люди пришли к выводу, что большинство названий все же обнаруживает некоторое сходство своего фонемного строения — только сходство это обусловлено не этимологически, а фонэстетически. Фонэстетизмами называют слова, которые не имеют и не могут иметь внутренней формы — это красивые сочетания звуков, используемые для обозначения красивых вещей. Например, яркое слово «тюрлюрлю», знакомое нам из комедии «Горе от ума» и обозначающее длинную женскую накидку без рукавов, мантилью, кажется, нужно считать не звукоподражанием, передающим шелест шелка, а именно фонэстетизмом.

А что же Потебня? Ну, людям с нелепыми фамилиями трудно смириться с тем, что слова могут быть просто прекрасны.

Задать вопрос @UchenyjBot

​​СХЕМА КОММУНИКАТИВНОГО АКТА РОМАНА ЯКОБСОНА,

который сам при нем не присутствовал, с поправками лично участвовавших Константина Пупкина и Василия Тютькина, по состоянию на 19 апреля 2019 года.

Задать вопрос @UchenyjBot

​​ЯЗЫКОВЫЕ КОНТАКТЫ ТРЕТЬЕЙ СТЕПЕНИ

Когда-то давным-давно отряд древнегреческих мореплавателей достиг Гавайских островов. Сойдя на берег, доблестные сыны Эллады встретили местных аборигенов.

— Вот мы и прибыли! — сказал один из греков. — Ну и жара!
— Мои мысли о колоннах, луне и меде, — с грустью произнес другой, тосковавший по дому.
— Эх, не орел ты, — вздохнул третий. — Учи-ка мелодию.
И стал напевать что-то бравурное.
— А кто эти люди? — поинтересовался последний, указывая товарищам на аборигенов с копьями.

В этот же миг недружелюбные гавайцы метнули свои копья в непонятных пришельцев — и убили их всех на месте.

Но эхо древнегреческих слов «орел», «мысль», «учить», «мелодия», «люди», «мед», «жара», «луна», «колонна», «прибывать», подобно божественной музыке прозвучавших на этих жестоких берегах, живет в гавайском языке и поныне.

Задать вопрос @UchenyjBot

ЗДРАСТЕ!

Помнится, во время экспедиций, пытаясь, как нас учил опросник, выяснить у простых русских людей, с какими приветствиями они обращаются к другим русским людям, занятым каким-либо делом, мы не могли услышать ничего, кроме широко распространённого «Беленько вам!» — обращения к тому, кто занят стиркой.

Возможно, кому-то повезло больше и он встречал в живом употреблении традиционные русские приветствия, которые были многократно зафиксированы в прошлом.

Так,
доильщицу приветствовали «Море под коровой!» (возможный ответ: «Река молока!»),
пастуха — «Микола в стадо!» (речь идет о св. Николае Угоднике, который считался в том числе защитником крестьянского скота; вариант — «Юрий в стадо», то есть св. Георгий),
замешивающую тесто — «Спорынья́ в квашню» (возможный ответ: «Сто рублей в мошну!»). «Спорынья» («спорина») ‘успех, удача’ вообще была широко применима, ср.: «Спорынья в стряпню», «Спорынья в корыто» и даже «Спорынья за щеку» — что-то вроде «Приятного аппетита».

Едущего сватать невесту приветствовали «Яблоня в сани!»,
идущего в баню — «Пар в байну!»,
пьющего чай — «Чай с сахаром!»,
путника — «Мир дороге!»,
ткачиху — «Спех за кроснами!» или «Сто локот на пришвицу!» («кросна» — ручной ткацкий стан, «пришвица» — деталь ткацкого станка),
отправляющегося на рыбалку — «Клёв на уду!» или «Ни чешуйки ни хвоста!» (аналогично пожеланию охотникам «Ни пуха ни пера!»),
занимающегося чем-либо вообще — «Труд на пользу!»

Но непревзойденным приветствием было, конечно, «Мор на вши!» — ищущему насекомых в волосах.

Размышляя, какие соответствия этим традиционным выражениям можно было бы подобрать для нашей современной городской жизни, мы пришли к выводу, что, поскольку сейчас все занятия свелись к одному, нам всем достаточно будет единственного универсального приветственного благопожелания — «Лайк в инсту!»

Задать вопрос @UchenyjBot

ПРАВОПИСАНИЕ

Поскольку правописание все больше обретает черты русской национальной идеи, а любая русская национальная идея нераздельно связана с религией, настало время ввести что-то наподобие реестра ликов орфографической святости — различных категорий, на которые будет возможно разделять людей при их канонизации в зависимости от конкретных трудов на благо русского языка. Предлагаем (вчерне) следующий список.

Апостолы — члены Орфографической комиссии РАН.

Бессребреники — учителя русского языка, прославившиеся своим бескорыстием, отказом от богатства ради русского языка. Зачастую к ним относят тех, кто обладал даром врачевания неграмотности и не брал платы за свой труд.

Блаженные (то же, что юродивые) — подвижники, добровольно принявшие на себя образ безграмотных. Для таких лиц характерна неорфографическая манера письма, обличение (в том числе публичное) правил правописания.

Мученики — люди, принявшие оскорбления в социальных сетях за исправление ошибок других. Из их числа тех, кто подвергся особо тяжким и продолжительным оскорблениям, относят к великомученикам. Из числа последних страстотерпцами называют тех, кто проявил беззлобие и непротивление френдам.

Праведные — миряне, почитаемые за жизнь в согласии с правописанием.

Ветхозаветные патриархи (Праотцы) — последователи учения Д. Э. Розенталя, почитаемые как образцы правописания. К ним относят и читателей словаря В. И. Даля.

Преподобные — преподаватели высших учебных заведений, почитаемые за жизнь в согласии с правописанием.

Пророки — лица, возвещавшие в социальных сетях народу волю В. В. Лопатина. 

Равноапостольные — сотрудники сайта Грамота.ру.

Столпники — люди, сознательно и полностью устранившиеся от мира речевой коммуникации, дабы не нарушить ненароком какого-нибудь замысловатого правила.

Задать вопрос @UchenyjBot

ВНУТРИ ПРЕДЛОГА

Среди первообразных предлогов и наречных предлогов (предлогов, которые одновременно употребляются как наречия) есть те, которые имеют корневые соответствия среди современных слов других частей речи.

Эти соответствия:
а) могут быть очевидны,
б) не могут осознаваться в силу их исторически обусловленной фонетической затемненности;
в) вполне могли бы осознаваться, так как фонетически прозрачны, но скорее не осознаются.

Группа (а) не требует особых комментариев: «между» — «межа», «промежуток», «сквозь» — «сквозить» (далее «скважина»), «вопреки» — «перечить», «около» — «окольный», «околица», «колобродить» и т. п.

К группе (б) отнесём слова «подле», «возле», «после», «для», «через». Так, утрачена связь между предлогами «подле» и «возле» и словами «длина», «длить»: «по+дьлѣ», «въз + дьлѣ» от dьlja 'длина'. Затемнен указательный местоименный корень в «после»: «по+сь+лѣ». После фонетических изменений «дѣля» > «для» потеряло связь со словом «дело». «Через», обнаруживаемое также в словах «чересчур», «чересседельник» и др., родственно слову «черта», что, естественно, сейчас может быть установлено только с помощью этимологического словаря.

Группа (в) малочисленна. Во-первых, с осторожностью отнесем сюда предлог «ради». Кажется, его связь с «радеть» уже не осознается, хотя ни семантически, ни фонетически этому осознанию ничто не мешает. Во-вторых, сюда относится предлог «кроме». Он удивительным образом не соотносится сегодня с фонетически идентичным и недалеким по смыслу словом «кромка» (из древнего «крома́»; тот же этимологический корень в слове «шрам», заимствованном из немецкого через польское посредство). Сюда же попадает глагол «кромсать», и, допуская сомнительный каламбур, можно было бы сказать, что это этимологическое гнездо раскромсано, так как с названными словами перестали связываться и прилагательные «укромный», «кромешный». Последнее, буквально ‘находящийся за пределами’, образовано от «кромѣ» ещё в старославянском языке как слепок с греческого ἐξώτερος.

В современном русском языке «кромешный» употребляется только в сочетаниях «кромешная тьма», «кромешный ад». В этимологическом словаре Г. А. Крылова сказано, что «переход значения на “мучительный, невыносимый; полный, окончательный” связан с тем, что кромешниками называли опричников Ивана Грозного, поскольку они были приписаны к особому уделу, образованному царем». «Кромешные» — это действительно отшельники, а «кромешники» — то же, что «опричники» (образование этих синонимов идентично: устаревшее «опричь» —'кроме'), но к «тьме кромешной» и «кромешному аду» они, конечно, не имеют отношения. Выражение «тьма кромешная» (то есть буквально 'тьма потусторонняя') в значении 'ад' известно начиная с древнейших славянских переводов Евангелия, оно употреблялось за сотни лет до Ивана Грозного.

Впрочем, в этой фантастической этимологии, связывающей безумие власти и кромешную тьму, что-то есть. Ведь «кремль» того же самого корня, что «кромка» и «кромешный», — изначально 'укромное, огороженное место', 'город в городе' (ср. «кром» — название кремля в Пскове).

Так что «кремлевский» и «кромешный» скрепляет глубинная древняя связь.

Этимологическая, разумеется.

Задать вопрос @UchenyjBot

С ИЗУМЛЕННО ЗАКРЫТЫМИ ГЛАЗАМИ

Просматривали мы тут на днях подборки актуальных материалов, посвященных русскому языку, на разных популярных ресурсах. Думали найти что-нибудь интересное. Ну что сказать? Пропустили сообщение о том, что Бельцы готовы к написанию тотального диктанта. Пропустили несколько экранов духоподъемных новостей про то, что тотальный диктант прочтут в разных местах (надеемся, что и в Бельцах тоже) какие-то Сысой Пафнутьевич и Макдональд Карлович, о которых и не слышно было никогда. Пропустили и выглядящие жалко даже на фоне тотального диктанта изжеванные тексты примелькавшихся экспертов про то, что феминитивов в русском языке не будет как минимум до конца путинской России, о чем, кажется, писал еще Иоанн Богослов. В общем, пропустили все эти скучные вещи и уже почти отчаялись — как вдруг...

Ученые РФ выявят особенности стиля русских писателей с помощью компьютерной программы, сообщение ТАСС!

Хм, кажется, что-то любопытное. Наконец! Читаем.

«В результате анализа произведений Льва Толстого, Федора Достоевского, Ивана Тургенева и других классиков филологи УрФУ хотят выявить стилистические особенности, присущие каждому автору. И построить систематизированные модели авторской сочетаемости слов. <...> Отмечается, что проект получил поддержку Российского фонда фундаментальных исследований. Анализировать произведения филологи будут с помощью новых корпусных технологий».

Ну, корпусные технологии — вещь хорошая, пусть и не новая! Но что же это за «систематизированные модели авторской сочетаемости слов»?

«Приведу пример из литературы XX века. Для писателя Михаила Шолохова было очень важно особое употребление слов, обозначающих части тела: руки, ноги, глаза. И мы находим у него большое количество нетипичных для других авторов сочетаний с этими словами: например, люди или животные ходят "переступая ногами", а глаза у персонажей часто насмешливые, припухшие, потемневшие или, наоборот, посветлевшие. У современников Шолохова — Владимира Набокова или Михаила Булгакова — нет каких-то особых сочетаний с этими словами", — сказал руководитель исследования Михаил Мухин...»

Вот это да! Неужели?

Дорогой Михаил Мухин! Мы, честно говоря, не в курсе, кто вы и чем занимаетесь, но, возможно, вам стоит в ходе реализации вашего поддержанного РФФИ проекта поближе познакомиться хотя бы со старыми корпусными технологиями. Есть, например, Михаил, такой Национальный корпус русского языка. К сожалению, он в некотором смысле опровергает ваш пример.

У М. А. Шолохова, действительно, зафиксировано четыре коллокации: «переступая на месте гнущимися ногами», «переступает одеревеневшими ногами», «переступает передними ногами», «переступая босыми ногами». Можно ли назвать это большим количеством? Вопрос философский. Можно ли назвать это нетипичным для других авторов? Увы, нет. Вот несколько примеров только из произведений современников Шолохова: «медленно переступает ногами» (А. и Б. Стругацкие, 1957–1960); «переступал короткими ногами» (Л. М. Леонов, 1927); «переступая тонкими ногами» (В. Осеева, 1959); «переступая ногами на месте» (Б. Можаев, 1957); «переступая ослабевшими ногами» (И. А. Ефремов, 1956) — перечислять можно еще очень долго.

Даже у прямо названного вами, Михаил, Владимира Набокова такая конструкция встречается дважды: «живо переступать на напряженных ногах» (1932), «переступая на прямых ногах» (1936). У Михаила Булгакова — у того нет, здесь вы правы. Но зато какие у него глаза, Михаил! Ах, какие глаза! Куда там шолоховским «насмешливым» и «припухшим»! Тут и «мутные», и «мученические», и «темные», и «искристые», и «назойливые», и «мрачные», и «монгольские», и «безнадежные», и «умоляющие», и «изумрудные», и «огненные», и «кривые», и «исступленные», и «круглые», и «волчьи», и «тяжкие», и...

Впрочем, все и так уже ясно.

Уважаемые члены экспертного совета РФФИ! Простите, пожалуйста, но вы там, что, совсем уже мышей не ловите?

Уважаемый Михаил Мухин! Верните, пожалуйста, народные деньги обратно, не выпендривайтесь и пишите свой любимый тотальный диктант.

Задать вопрос @UchenyjBot

​​КАК ТЕБЕ ТАКОЕ, ПИПЕРСКИ?

Известный просветитель Александр Пиперски совсем недавно написал для интернет-издания «Нож» очень смешную статью. Там сказано, что самый простой способ учить язык — это взять частотный словарь, в котором слова отсортированы по употребительности, и заучивать его сверху вниз. Статья полна оптимистических предсказаний; вдохновленный читатель с облегчением узнает из нее, например, что, овладев русскими словами «в», «и», «на» и «не», он сможет понять 10 % любого текста на этом языке!

Оставим сейчас в стороне тревожащие вопросы типа: «что это вообще такое — понять 10 % текста?» и «если в некоем тексте, к примеру, нет этих слов, значит ли это, что 100 % его смысла непостижимы?» — так вот, отринув эти мучительные мысли, поговорим кое о чем посерьезнее.

Давно известно, что слова в любом языке, в том числе и в русском, употребляются с разной частотой, причем эти различия очень существенны: если верить «закону Ципфа», частотность каждого слова обратно пропорциональна его номеру в частотном списке. Иначе говоря, в списке из 1000 слов последнее будет употребяться в тысячу раз реже, чем первое.

Известно также, что чем более частотно слово, тем оно короче. Этому (как и предыдущему) феномену, строго говоря, нет научного объяснения. В современной литературе предлагается, как правило, диахронически-экономическая мотивировка: слова, которые употребляются чаще, имеют тенденцию к упрощению морфемной структуры и сокращению фонемного состава. По-простому, со временем изнашиваются — как ботинки. Жаль, что Пиперски об этом не пишет, такие сведения могли бы еще сильнее взбодрить его алчущих знаний читателей: и самих-то частотных слов немного, так еще и запоминать их, оказывается, легче легкого!

Эх, как тут не вспомнить слова Кати из фильма «Москва слезам не верит»: «Это верно. Только ты пока ребятам не рассказывай, что как раз когда всего добьешься в жизни — больше всего волком завыть хочется». 

Дело в том, что есть еще один закон — назовем его хоть «закон Глазария», — который гласит: чем частотнее и короче слово, тем больше у него значений. Мы не будем сейчас решать философскую проблему курицы и яйца: какой из факторов обусловливает другие, — здесь возможно изобилие вариантов. Просто продемонстрируем, что это действительно так.

Мы взяли «Частотный словарь современного русского языка (на материалах Национального корпуса русского языка)» О. Н. Ляшевской и С. А. Шарова и выбрали из представленных в нем 1002 существительных 10 самых частотных, 10 из середины списка и 10 наименее употребительных. Для каждого из 30 существительных было сосчитано количество слогов и количество значений (по материалам Большого толкового словаря русского языка под ред. С. А. Кузнецова и Интегрированной лексикографической базы данных gramma.spbu.ru; омонимы для простоты учитывались наряду с отдельными значениями слова); для каждой из трех групп — среднее обоих показателей.

Результаты представлены на снимке. Да, более простые, с формальной точки зрения, слова употребляются чаще, чем более сложные. Проблема в том, что они употребляются в гораздо большем числе значений, — а это, согласитесь, серьезно меняет картину.

Задать вопрос @UchenyjBot