IntuEat. Страница 2

Настроение зависит от весов, один лишний килограмм убивает самооценку, а живот становится причиной ненависти к себе – болезненная фиксация на внешности обнуляет все достижения и обесценивает остальные сферы жизни. Механизмы, лежащие в основе напряженных отношений с телом, анализирует Григорий Павловский: https://youtu.be/ftLo9_FXhDU

Меня спас женский кружок, который я начала вести в Америке. Первый прошёл в сентябре 2017, а за следующие полтора года мы провели ещё 60 встреч. Туда приходили те, кто отчаялся разобраться с проблемами в одиночку: замученные работой женщины, девушки, недовольные весом и внешностью. Мы прорабатывали эмоции, проговаривали обиды, обсуждали современное общество. Я видела, как разговоры по душам раскрывают людей, и помогать другим стало целью жизни. Они зависели от меня, а я — от них. Мне выпал ещё один шанс, я не могла сдаться! По камешку построился фундамент, на котором стою сейчас. Мне так повезло. Я выжила и начала с чистого листа.

Ещё не проводила тренинги в России — сперва хотела понять менталитет. Недавно мы открыли новый фитнес-центр, начну там. В Америке — и в Нью-Йорке, и в Детройте — люди охотно идут навстречу. Русские закрываются, проявляют агрессию. Многие женщины не уверены в себе. Не самостоятельны. Они подстраиваются под общественные ожидания, подавляя своё «я». И конечно, у нас много обид на семью. Есть над чем работать!

Воссоединение с семьёй

После 30 лет в Штатах решила вернуться в Россию. Много времени провела с дедушкой — отцом папы. Наконец поняла, откуда растут корни нашего воспитания. Родителей не за что осуждать: их воспитали в другой среде. Благодаря дедушке я увидела отца ребёнком — не героем, а обычным человеком со своими страхами и проблемами. Мы с отцом начали работать вместе, запустили несколько проектов в России. Каждый день садимся за стол и обсуждаем рабочие вопросы. Эти беседы сблизили нас. Я поняла, за что его так уважают окружающие — как человека, хоккеиста, бизнесмена. Безумно люблю папу. Смотрю на него большими глазами, горжусь им. Да, у него есть слабые стороны, но кто совершенен?

С родителями — не как с мужем. От них не уходят, их не выбирают. Наши отношения — моя ответственность. Я первой шла навстречу. Подолгу беседовала с отцом, обнимала, говорила, что люблю его. Перестала ждать того, что он не может мне дать. И всё поменялось. Обиды остались в прошлом.

Анорексию не вычеркнешь из памяти, но я благодарна болезни. Она научила меня жить, слушать окружающих, чувствовать связь между сознанием и телом. Теперь, продолжая лечить себя, я помогаю другим.

Источник: https://the-challenger.ru/soznanie/motivatsiya/ischeznut-chtoby-tebya-nakonecz-zametili-alyona-larionova-o-tom-kak-ona-borolas-s-anoreksiej/

Я продолжала голодать. Тело безумно страдало. Без еды организм питается подкожным жиром, и это больно! Ныли кости, ломило суставы… А я радовалась. Гордилась. Как у спортсменов: раз мышцы болят — значит, растут. Но когда тело переключилось с жира на внутренние органы, я испугалась.

С 2014 по 2017 год мой организм стал отказывать. Первой дала сбой нервная система: парализовало правую часть лица. Ломались кости. Исчезли месячные. Стоило дотронуться до кожи — появлялись синяки. Головные боли были такими сильными, что я ложилась в больницу. Анализы показывали, что в организме не осталось ни солей, ни минералов, ни глюкозы. Сердце едва билось. Голова не соображала. Я забывала слова, с трудом выражала мысли. Однажды мы с мамой сидели в приёмной у врача. Она взяла меня за руку, а я посмотрела на неё и спросила: кто ты?

Родные сильно переживали. Просили меня хоть немного поесть. Говорили, что из-за недостаточного питания я себя плохо чувствую. Но я всё отрицала. Была уверена, что здоровье и еда никак не связаны. Я списывала недомогания на работу и стрессы. В детстве сестра сталкивалась с лёгкой формой анорексии — она тоже пыталась вразумить меня. Но невозможно говорить с человеком, когда он сам не признаёт проблему. Медицинская карта обрастала диагнозами: брадикардия, анемия, гипогликемия, остеопения, высокое кровяное давление, коллапс нервной системы… Угроза жизни.

22 дня у Боденского озера

Шестнадцатого апреля 2017 года врачи заставили меня взглянуть правде в глаза. Или умирай, или ешь и живи. Я провела 22 дня в клинике «Бухингер» в Германии. Это центр лечебного голодания, но мы с доктором заранее договорились, что я буду учиться есть. Помогло всё: арт-терапия, утренние и вечерние медитации, прогулки в тишине, остеопатия, массажи шиацу. Я встретила там швейцарца — тоже врача, но приехавшего голодать. Он посоветовал написать бумажные письма тем, кто причинил мне боль. Сначала не сдерживаешься: обвиняешь обидчиков во всех тяжких, припоминаешь всё на свете. А в конце проявляешь сострадание — оправдываешь. Мол, ты так поступил, потому что научили родители или потому что обижали тебя. Написав 17 писем, я сожгла все до единого. Простила обиды и освободилась от боли, которую носила годами.

Пациентов в клинике отрезают от внешнего мира: никакого Интернета, телевизора, мобильного телефона. Остаёшься наедине с мыслями, думаешь целыми днями. Ничто не отвлекает. За это время я многое осознала.

Уже не там, ещё не здесь

Это правда — я задумывалась о самоубийстве. Отказываясь от анорексии, погружаешься в глубокую депрессию. Похоже на развод — отрываешь часть от себя. Мне отчаянно не хотелось отпускать то единственное, что я контролировала. Зависимость от голодания сродни алкогольной или наркотической: отсутствие еды дарит полную свободу. Чувствуешь себя неуязвимой.

Я медленно, с трудом шла на поправку. Первые 4-5 месяцев не гуляла, не выходила на улицу. Ещё год длились сильнейшие мигрени. Неудивительно: после десяти лет самоуничтожения телу не восстановиться за пару дней. Я старалась, ела, не пила спиртное, выполняла всё, что говорили врачи, — и всё равно мне было плохо. Родители не понимали, через какие муки я прохожу.

Был момент, когда не хотелось ничего. Назад не вернуться, потому что снова будет больно, а терпеть боль нет сил. До выздоровления слишком далеко. Я чуть было не опустила руки.

Только спустя год начала восстанавливаться. Почувствовала, что вижу чётче, слышу лучше, соображаю быстрее. Тело заработало! С запозданием пришло осознание: болезнь всё-таки связана с едой. Сейчас питаюсь так, чтобы не умереть. Ем много овощей, фруктов, молочные продукты, яйца. Из жиров — орехи, оливковое масло. Люблю конфеты и шоколад. Иногда ем мясо. Но больших порций нет — питаюсь понемногу весь день. Слушаю тело. Для меня еда не смысл жизни, а способ выжить. Голода не чувствую до сих пор.

Удержала ответственность за других

«ИСЧЕЗНУТЬ, ЧТОБЫ ТЕБЯ НАКОНЕЦ ЗАМЕТИЛИ». На сайте The Challenger вышел пронзительный рассказ Алены Ларионовой (дочери легендарного хоккеиста Игоря Ларионова) о борьбе с анорексией, которая длилась 10 лет (ссылка на статью ниже).

Советское воспитание

— Моя мама — профессиональная фигуристка, а папа — «тот самый Игорь Ларионов», легенда советского хоккея. Родители всю жизнь отдали большому спорту, и это наложило отпечаток на моё воспитание. В детстве я занималась теннисом, танцами, на море бегала по пляжу. Хоть мы и жили в Америке, чипсы, гамбургеры, хот-доги, пицца, арахисовая паста — всё это было под запретом. Нас, детей, с ранних лет приучали следить за собой. Но в седьмом классе начался переходный возраст, и я, как все девочки, немного поправилась. Родители заволновались. «Какие парни тебя полюбят? А как же спорт? Ты не сможешь бегать, если располнеешь!» — повторяла мама. Отец тоже журил за лишний вес. Хотя сейчас понимаю: я никогда не была толстой. Стоило всего лишь подождать — после переходного периода метаболизм сам пришёл бы в порядок.

Теперь, став психологическим тренером, знаю, что с детьми нужно по-другому говорить о весе, питании и здоровом образе жизни. Но родителей не виню — они выросли в Советском Союзе. Там никто не показывал эмоции, не проявлял слабость, не высказывал мнение. Людям говорили — они делали. Нравится или нет, больно или нет — кого волновало? Либо добивайся победы любой ценой, либо уходи из спорта. Но для ребёнка такая ответственность невыносима. Она ограничивает интересы, зажимает эмоции. Мне не разрешали — и запретного хотелось ещё больше. В голове крепла мысль, что мои желания неправильны.

От ЗОЖ до нервного расстройства

С чего всё началось? Как у всех! Сначала следишь за весом, убираешь со стола вредное, жирное и сладкое. Ходишь в зал, бегаешь до седьмого пота. Отказываешь себе, ограничиваешь себя, потом не выдерживаешь и переедаешь. Слишком сложно! — восклицаешь в отчаянии и решаешь, что лучше вообще не есть. Постепенно уходит аппетит. Организм перестраивается на химическом уровне: перестаёт вырабатываться грелин — гормон голода. И начинается болезнь.

Это страшно. Из десяти лет анорексии не меньше шести я была сама не своя. В голове поселился другой человек — мы разговаривали каждую ночь. Решали, как питаться, сколько раз в день, стоит ли идти на ту или иную встречу. А если пойдём и поедим, сколько дней голодать? А спустя пять дней можно нам яблоко? А сколько потом придётся бегать на дорожке? На бесконечный мыслительный поток уходило много сил.
В те годы я теряла вес, но в зеркале видела слона. Это телесная дисморфия — постоянное недовольство внешностью. Я считала себя огромной, жирной, уродливой. Только теперь, пересматривая фотографии, понимаю, как похудела тогда.

«Мне нужно лишить себя женственности»

Я выросла у хоккейной раздевалки. Фетисов был дядей Славой, а меня называли дочкой Игоря. Став спортивным журналистом, я устроилась в «Питтсбург Пингвинз» в 2008 году. Поколение игроков сменилось. Молодые ребята видели во мне блондинку, которая пришла в раздевалку за интервью. Со мной заигрывали, на меня претендовали. Я испугалась. Не справилась. Думала: как спастись от красноречивых взглядов?..
Когда ты на экране, а твои собеседники — именитые спортсмены и знаменитости, лёгкий флирт неизбежен. Голосом, улыбкой, глазами я пыталась заинтриговать зрителей. Но всё же мне хотелось выглядеть так, чтобы на меня не смотрели. Это цель анорексии. Исчезнуть, чтобы тебя наконец заметили. Кто? Самые близкие.

На юбилей к отцу в 2010 году я приехала едва держась на ногах, вконец измотанная работой. Помню, как он восхищённо посмотрел на меня, обнял и сказал: «Вау, Алён, у тебя одни кости! Какая же ты красивая!» Едва ли он хотел подтолкнуть дочь к анорексии, но меня так тронули эти слова. В голове закрутилось: папа гордится мной! Я похудела — и он меня увидел! Меня любят, я нужна, я хоть что-то сделала правильно!

Отказ всех систем

#цитата_IntuEat

Оказывает ли диета лечебный эффект?
Обращение к данным научных исследований показывает, что такие заболевания действительно существуют. Есть те, где влияние диет имеет доказательную базу и действительно помогает если не вылечить, то не усугубить состояние или снизить симптоматику. Но есть и такие, при которых диеты не имеют достаточной эффективности или их эффективность еще мало изучена.
Дежурный терапевт Центра Артур Абраменков о том, что важно знать, если врач дает рекомендацию снизить вес: https://intueat.ru/journal/dieta-po-meditsinskim-pokazaniyam/

Обычно постановка диагноза "диабет 2 типа" - это потрясение, шок, страх и следующий за ним острый приступ здорового образа жизни. Люди немедленно отказываются от всех возможных видов углеводов, считают хлебные единицы и целеустремленно снижают вес. Вместе со снижением веса сахар крови тоже немного снижается - эндокринолог хвалит пациента за усердие, пациент радуется и... исследования показывают, что такой пациент умирает раньше.

Что же действительно нужно делать, если вам поставили диагноз "диабет 2 типа"?
Читайте рекомендации Светланы Бронниковой: https://intueat.ru/journal/diabet-2-tipa-pochemu-snizhenie-vesa-naihudshaya-strategiya-i-chto-delat-vmesto/

Шестой совет от Натали Барн гласит: измените цели ваших спортивных упражнений.

Хочу весить или хочу сбросить килограмм - выбросьте это из головы, сотрите из мыслей. Ключ, который я нашла для своих тренировок - полностью отказаться от прежних целей и заменить их другими, не имеющими отношение к внешности, зато приносящими удовольствие. Ездить на велосипеде на работу раз в неделю, немного сальсы по настроению, подниматься по лестнице или пробежать 5 километров. Перестать считать калории, снова есть углеводы и двигаться - красота! Я стала совершенно другим человеком. Я перестала видеть цифры вместо еды или вместо своего тела. У меня в голове освободилось место для мыслей о моем здоровье, о других людях, о моем творчестве. Оказывается, углеводы действительно чертовски важны для работы мозга! О, не думайте, что бег - лучшее движение только потому, что он нравится мне, ищите свой способ двигаться, экспериментируйте!

* Кроме того, к вашему сведению, я бы никогда не стала бегать с распущенными волосами, я просто нарисовала так, потому что люблю рисовать волосы :)

Наше тело принимает на себя основную часть ущерба, который приносит стресс и эмоциональное питание. В периоды стресса наш иммунитет слабеет, мы чаще болеем, можем плохо спать или, наоборот, испытывать постоянную сонливость. Перегрузки и переутомление провоцирует потерю или набор веса. Хронический стресс способствует увеличению жировой массы. Эти последствия точно не стоит усугублять, переедая эмоционально. Лучше заранее озаботиться поиском здоровых способов саморегуляции.
Приятные ощущения - вот как терапевт Анастасия Репко предлагает справляться с волнением и напряжением.
Доставьте себе удовольствие: https://intueat.ru/journal/kak-uspokoit-sebya-bez-edy-priyatny-e-oshhushheniya/

Продолжаем беседу о том, как самостоятельно научиться справляться с эмоциональным перееданием.
Приятные ощущения – вот что поможет вам при стрессе, напряжении и волнении. Как их получить, рассказывает #Дежурный_терапевт Центра Анастасия Репко в третьей части цикла «Как успокоить себя без еды».
Ароматерапия, кокон из одеяла или прогрессивная мышечная релаксация – осталось выбрать свой способ и заменять им "эмоциональную печеньку". https://youtu.be/c5Eg0RlBDfw

Художница Натали Барн рисует бодипозитивные истории. Сегодня пятый рисунок и совет:

Если ваша Инстаграм-лента заставляет вас чувствовать себя недостаточно хорошей - вы подписаны не на те аккаунты!
Например, раньше я была подписана на семейство Кардашьян. Они, так же как и многие другие, пропагандируют нездоровые, нереалистичные стандарты для тела, и все ради бизнеса. Когда мне было 26 лет, меня это не задевало. Но потом я поняла, что как потребитель их контента я сама становлюсь частью этого механизма и сама же страдаю от него. Есть так много удивительного и прекрасного, что поддерживает и полезно для нашего тела, вот что нам нужно! Не забывайте чистить ленту от мусора!

Ученые Университета Суонси (Уэльс) провели масштабное исследование с целью выявить ранние признаки расстройств пищевого поведения. Это очень важно, потому что вылечить проблему легче на первых стадиях заболевания (и вот почему мы призываем вас обращаться за диагностикой, "не дожидаясь перитонита").

По официальным данным, расстройствами пищевого поведения — например, нервной анорексией, нервной булимией и компульсивным перееданием — болеют около 1,6 миллионов жителей Великобритании. Правда, истинное количество больных может оказаться выше, поскольку многие не обращаются за помощью. В основном, расстройствами пищевого поведения страдают женщины, однако и среди мужчин много больных. Чаще всего болезнь выявляют у подростков и молодых взрослых. У расстройств пищевого поведения самая высокая смертность среди всех психических заболеваний и по причинам физиологического характера, и из-за самоубийств.

Какие ранние признаки РПП обнаружили исследовател, читайте на сайте: https://intueat.ru/journal/kak-vovremya-raspoznat-rasstrojstvo-pishhevogo-povedeniya/

#цитата_IntuEat

Я почувствовал, что хочу говорить о булимии. О расстройствах пищевого поведения так мало информации, так мало историй. Историй мужчин нет вообще. Я принял участие в проекте «Живая библиотека», рассказывал там о булимии. Когда я видел, что люди приходили именно ради этой темы, то чувствовал, что чем-то помогаю.

Сейчас при знакомстве с новым человеком я сразу рассказываю про свой опыт булимии: это лакмусовая бумажка, которая позволяет понять, будут ли относиться с уважением. Некоторые смотрят с опаской — мол, человек с прошлым, с травмой, проблемный. Но кто-то понимает и рассказывает похожую историю в ответ. Я узнал, что многие мои знакомые пережили расстройства пищевого поведения или что-то близкое, связанное с восприятием тела.
В теперешних отношениях я не услышу комментария о том, сколько я должен весить и что в своем теле изменить. Ко мне не относятся как к куску мяса. Если кто-то подшучивает надо мной, называет толстым, я не спускаю это на тормозах, объясняю, что мне больно и обидно, когда меня так разглядывают и оценивают. Я вижу в своей жизни большие перемены, хотя мне предстоит еще долгий путь, чтобы принять себя по-настоящему.

"РПП у мужчин практически не имеют отражения в общественном сознании, и, таким образом, мужчины, страдающие РПП, даже если и наблюдают у себя признаки расстройства, не могут признать его у себя. Одно и то же расстройство у мужчины и женщины, скажем, приступообразное переедание, может совершенно по-разному оцениваться. Существующее в обществе негативное отношение к мужчинам, которые страдают условно «женскими проблемами», которое может провоцировать стыд, только усугубляет расстройство и может запускать депрессию.

Все это часто приводит к тому, что РПП у мужчин становятся невидимыми не только для самих людей, которые ими страдают, но и для родственников, близких людей и даже специалистов – врачей и психологов." - Артур Абраменков, терапевт центра IntuEat._____История из публикации: https://lady.tut.by/news/life/643629.html

Мужчины тоже болеют расстройствами пищевого поведения

Грем, жил с булимией 9 лет:
Когда я был в десятом классе, наша семья переехала в другой район. Все мои друзья и приятели потерялись — это было время до интернета. В новой школе было тяжело, и на фоне стресса я стал «заедать» переживания и поправляться. С 65 — до 70, 80, даже 90 килограммов. Надо мной смеялись. Я бы не назвал это травлей — возможно, ее не случилось потому что в старшей школе люди уже больше думают и не выражают свои чувства так открыто. Но несколько людей делали вещи, от которых мне было очень больно. Например, девочка, сидящая за мной, брала мою майку за края и тянула вверх, чтобы показались складки на боках. Она делала это и хихикала, как будто я просто неживой объект...

Родственники и окружение тоже говорили, что мое состояние недопустимо, что нужно заняться собой. Это не могло пройти мимо ушей человека с низкой самооценкой. В тот период в мои руки попали книги и брошюры о похудении. Я конспектировал, планировал какие-то диеты, но соблюсти их не мог: приходил из школы, а дома ждала мамина еда. Стресс заставлял что-то немедленно съесть. Сначала я ставил рядом вторую миску и выплевывал туда пережеванную пищу, чтобы почувствовать ее вкус, но не есть. Потом догадался, что можно съесть и вызвать рвоту. Так и пошло. Окружающие хвалили изменения моего тела, и никто не замечал, что со мной происходит что-то опасное.

Сначала я не знал о том, что у вызова рвоты могут быть опасные и заметные последствия вроде, например, потери зубов. Не ощущал даже того, что булимия меняет мое сознание, искажает восприятие реальности. Когда я весил 60 килограммов, то казался себе очень толстым, видел в зеркале живот, складки. Теперь я беру фотографии того периода и не могу понять, как мог считать то тело толстым. Я оценивал себя очень строго, скептически, и никакие чужие комплименты меня не трогали.

Никогда, даже с тем минимальным весом, я не чувствовал, что достаточно хорош, никогда не был собой доволен. Теперь я продвинулся в принятии себя и признании своей ценности, но у меня проблемы с сердцем — вот цена этого, последствия, которые никак не исправишь. За почти девять лет булимии я дважды говорил с близкими людьми. Оба раза натыкался на непонимание. Сначала узнала мама — это было случайностью, я не собирался ей признаваться.

Реакция с ее стороны последовала не сразу: лишь через какое-то время она поняла, что это происходит регулярно. После этого она и начала открыто говорить со мной. Мама говорила, что я себя убиваю. Еще прозвучали слова о том, что я перевожу продукты и воду. Людям с булимией это не помогает, поскольку такие слова вызывают лишь стыд, страх и желание закрыться. Ты понимаешь, что тебя не поддерживают, что никто не хочет разбираться в этом вместе с тобой.

Я никогда ничего не говорил маме в ответ. Было настолько больно и стыдно, что я просто не мог. Второй раз я попытался поговорить об этом с любимым человеком. В ответ услышал, что проблемы есть не только у меня. В какой-то период я понял, что этот кризис настолько глубок, что должны случиться перемены.

Тогда я занимался в лаборатории кино и сначала взял идею для фильма, не связанную с булимией. Но потом на фоне переживаний решил рассказать о том, что со мной происходит, подруге. Она поняла меня, но ответила достаточно жестко: либо ты убиваешь себя, либо заканчиваешь с этим. Так она подчеркнула то, насколько это меня разрушало. Через несколько дней я рассказал о булимии всей группе в лаборатории. Там я тоже нашел понимание. И снял фильм о себе.

Я пересматривал его, когда мы демонстрировали работы друг другу, и у меня текли слезы. Я вдруг понял, как это страшно и ненормально. На тот момент я был в ремиссии, но рана оказалась слишком свежей. В следующий раз я посмотрел этот фильм только через год, причем смог сделать это спокойно. Тогда я понял, что рана начала зарастать, и на месте пустоты появилась вера в себя и в свое будущее.

Четвертый рисунок от Натали Барн, художницы, прошедшей через расстройство пищевого поведения, советует нам не скромничать и достойно принимать похвалу и комплименты.

"Я часто вижу, как кто-то делает комплимент своему другу, а тот отвечает: "ну, это старая вещь, у меня она давным-давно" или, например, "моя кожа так плоха, этот макияж ее отлично скрывает". Или как я сама раньше говорила: "Моя работа все еще далека от совершенства, ничего особенного". Или нам говорят "спасибо" - а мы отвечаем "не за что".
Нам нужно прекратить отвергать комплименты! Особенно, когда речь идет о нашей тяжелой работе. Здесь, в Британии, мы особенно плохо умеем принимать похвалу, но нам пора научится. Вот как стоит реагировать: 1 - улыбаемся, 2 - говорим "спасибо". Не так уж и сложно. С тех пор, как я это осознала, я позволяю своему мозгу обрабатывать эту прекрасную информацию и стараюсь впитывать ощущение."

Жарко, душно, пить, от кондиционера насморк, пух, пыль, транспорт - скопление мокрых тел, дайте дождя, ой, хватит дождя, еда в горло не лезет, еще пить, голова трещит от шума из открытых окон, цифры в глазах скачут, дети капризничают, заснуть невозможно, а работу никто не отменял. Раздражение накапливается. Знакомо?
А до отпуска - желанного и прекрасного - как-то надо дожить, дожить, сохраняя здоровье, работоспособность и доброе расположение духа.
Как можно себе помочь, применяя простые, но эффективные способы, рассказывает Дежурный терапевт Григорий Павловский: https://intueat.ru/journal/kak-dozhit-do-otpuska/

Солнце, небо, Петербург!
Красивые замечательные люди на фото летним воскресным днем - на самом деле рабочая и очень важная встреча Санкт-Петербургского филиала IntuEat.
Руководитель Центра Светлана Бронникова и петербуржская часть команды обсудили развитие и расширение Центра и филиала в 2019-2020 гг. и профессиональные планы в направлении применения доказательных методов лечения расстройств пищевого поведения в СПб.
В ближайшее время предстоит активная работа по организации и внедрению всех программ и лечебных протоколов Центра в очном формате, включая как индивидуальную работу с клиентами всех возрастов, так и группы обучения Интуитивному питанию, эмоциональной регуляции по методу ДБТ.
Чтобы пройти диагностику в Петербурге, вам достаточно указать в заявке город.
Следите за нашими анонсами, читайте нас, приходите к нам!