«Известный человечеству мир» с 2348 г. до н. э. по 1828 г. н. э. из атласа Эдварда Куина. Четверграфика.
Вместо строгой временной шкалы, Куин в 1830 г. создает совершенно уникальный вид временного ряда, используя карты, которые показывают постепенно отступающие границы облаков, для указания расширения географических знаний с течением времени. Всего книга состоит из 21 карты. Территории окрашены в соответствии с политическими изменениями каждого периода. Также в книге они сопровождаются кратким повествованием о главных событиях эпох, представленных на картах. Подразумевается, что это «мир» известный для «цивилизованных» европейцев.
К сожалению, подробной информации об авторе мне найти не удалось, буду признателен, если кто сможет подсказать. Пишите боту: @kopeykibot
Ссылка на каждую страницу из гифки по отдельности.
Бессонница как один из спутников меланхолии и её отражение в культуре XVII-XIX вв. История меланхолии.
Бессонницей сопровождается большинство меланхолических состояний, особенно часто вместе с акедией (прим. унынием), тоской, нервозностью. Но в древние времена больше обращали внимание не саму бессонницу, а на её спутников: кошмары, ужас и мрак. Будто бы все силы подземного мира активизируются ночью, все темные существа материализуются, и все границы между человеком и монстром исчезают. Комнату наполняют чужие образы, причем некоторые из них жили в самом человеке. Например, голландский ученый и меланхолик XVII в. Каспар Барлеус описывает ночные химеры как страх перед другим, опасным внутренним «Я». Например, во время одного из таких бессонных бдений профессор Исраэль Вассер из Упсалы занозил босую ногу о доски деревянного пола и некоторое время спустя умер.
В XVIII в. кошмары бессонницы всё также мучали людей: они цепенели, не могли встать с кровати, потели и боялись, теряли память, страдали от галлюцинаций и демонов похоти. Классическое полотно Генри Фюзели «Ночной кошмар» (1781) запечатлело это состояние – женщина лежит на краю кровати в позе, выражающей одновременно ужас и сладострастие, сверху сидит коварная мартышка, сбоку выглядывает лошадиная морда с алчно горящими глазами.
При помощи понятий, введенных в обиход во времена романтизма, бессонница и ее формы – дремота и сонное оцепенение – могут быть представлены как отражение ночной стороны жизни человека, его темного полюса. К этой же сфере относятся фантасмагории (видения, призрачные образы), парасомния (бормотание, стоны, беспокойная моторика, скрип зубов), и pavor nocturnus (ночной страх, крики во сне). В XIX в. врачи часто фиксируют в историях болезни факты хождения во сне, массовая культура также с удовольствием эксплуатирует этот образ. Но в то время инсомния считалась недугом, о котором можно говорить, не испытывая чувства неловкости. Более того, в высших кругах наличие общего опыта бессонницы подчеркивало высокий интеллектуальный статус человека.
Картина Генри Фюзели «Ночной кошмар».
По материалам книги «История меланхолии», Карин Юханнисон.
На «Арзамас» вышел любопытный материал о десяти заблуждениях из мира живописи. Например, я даже не догадывался, что на картине известного испанского художника Диего Веласкеса «Пряхи» изображался не быт королевских прядильщиц, а миф о состязании Афины и ткачихи Арахны из «Метаморфоз» древнеримского поэта Публия Овидия. Причем картина была написана в далеком 1657 г., а миф развенчан только в 1948 г.
В небольшой статье рассматриваются такие работы, как «Дама с единорогом» Рафаэля Санти, скандальная «Происхождения мира» Гюстава Кюрбе, «Лютнист» Караваджо и др. К слову, статья – часть увлекательного цикла «Как увидеть искусство глазами современников» подготовленного ребятами из «Арзамас» совместно с Европейским университетом в Санкт-Петербурге (совсем не реклама, курс действительно очень интересный).
Почему мы едим попкорн в кинотеатрах? Человек и еда.
Сегодня подготовил перевод статьи об истории как самого попкорна, так и его популярности. Например, интнересно то, что он некоторое время был даже запрещен в кинотеатрах. Или же как эти обычные ядра кукурузы, из чисто уличной еды стали частью вечернего досуга практической каждой семьи в США, а позже и почти по всему миру. В общем, всё как я люблю - еда и история!
Попкорн в кинотеатре - это закуска, аромат которой породил множество маркетинговых уловок и рецептов подражателей, но кинотеатры не всегда были объяты соблазнительной смесью запахов соли и масла. История попкорна уходит корнями в древность, и она пересеклась с фильмами в относительно недавнем прошлом – это симбиоз вкуса и места, созданного, чтобы спасти молодую индустрию кинотеатров от краха во время Великой Депрессии (мировой экономический кризис, начавшийся в 1929 г. и продолжавшийся до 1939 г.)
Молчание как акт снятия ответственности. Антропология молчания.
Возвращаясь к теме молчания хотел бы упомянуть об интересной особенности человеческого поведения, с которой мы встречаемся практически повседневно – молчании как акта снятия ответственности. Кто-то использует красочные и таинственные метафоры для эвфемизации отдельных тем. Кому-то удобнее вообще не говорить, используя вместо этого символический подтекст действий. Как пример второй модели поведения, мы рассмотрим сюжет о двух тиранах из истории Древней Греции.
Из античной традиции известен замечательный рассказ о коринфском тиране Периандре (конца VII – начале VI века), отправившем посла к милетскому тирану Фрасибулу за советом о наилучшем способе править городом.
По сообщению Геродота, Фрасибул «отправился с прибывшим от Периандра глашатаем за город и привел его на ниву. Проходя вместе с ним по полю, Фрасибул снова и снова переспрашивал о причине прибытия его из Коринфа. При этом тиран, видя возвышающиеся над другими колосья, все время обрывал их. Обрывая же колосья, он выбрасывал их, пока не уничтожил таким образом самую красивую и густую часть нивы. Так вот, проведя глашатая через поле и не дав никакого ответа, тиран отпустил его. По возвращении же глашатая в Коринф Периандр полюбопытствовал узнать ответ Фрасибула. А глашатай объявил, что не привез никакого ответа и удивляется, как это Периандр мог послать его за ответом к такому безумному человеку, который опустошает землю. Затем он рассказал, что видел у Фрасибула. Периндр же понял поступок Фрасибула, сообразив, что тот ему советует умертвить выдающихся граждан. Тогда-то тиран начал проявлять величайшую жестокость к своим гражданам».
Периандр – тиран и «мудрец на троне» (античность причисляла его к семи мудрейшим мужам Греции): то, как он понимает молчание Фрасибула, лучше всего объясняется тем, что он хочет услышать. Существенно, однако, что молчание выгодно как Периандру, так и Фрасибулу, за видимостью ответа освобождающего себя от акциональной (т.е. за содеянное) ответственности за слова.
По материалам книги "Очерки по антропологии молчания. Homo Tacens", К. Богданова
Великая французская забастовка 1907 г. за право носить усы.
«Это был очень болезненный шаг» говорит Михаэл про тех, кто был вынужден бриться. Запрет на усы был особенно деморализующими для ветеранов, которым пришлось отказаться от гордого символа военной службы только для того, чтобы претендовать на определенные рабочие места. Отказ от усов – сравни тому, что быть униженными, быть сравненным с ребенком, потерять мужественность, даже быть униженным перед семьёй, соседями и друзьями.
Самый яркий пример этого изменения отношения к мужчине запечатлен в рассказе Ги де Мопассана от 1883 г. «Усы», в котором женщина по имени Жанна оплакивает усы, которые ее муж сбрил, чтобы сыграть женскую роль в пьесе. «Мужчина без усов больше не мужчина», - сетует она. Хуже того, ему не хватает «знаков отличия, которые отражают наш национальный характер».
P.S. Ссылки по тексту преимущество на оригиналы документов на анлийском и французских языках. Но есть некоторые исключения, например, о деле Дрейфуса и исторических личностях упоминаемых в тексте.
Буквально завтра на канале выйдет перевод статьи с сайта "Atlas Obscura", об одной из самых интересных забастовок из истории Франции (вообще французы любители бастовать по различным поводам). А пока немного приоткрываю завесу тайны этим отрывком:
По всему городу бастовали профессиональные официанты, требуя увеличения зарплат, сокращения рабочего дня - и права иметь усы. Они были повсеместно распространены среди французских мужчин на протяжении многих десятилетий, хотя многим: официантам, прислуге и священникам не разрешалось иметь их — они были «приговорены к принудительному бритью», как писала газета «La Lanterne» 27 апреля 1907 г.
Возмущенные официанты, сытые по горло подобными условиями труда, массово вышли из своих модных ресторанов оставив хозяев ресторанов с убытками, по современным оценкам, примерно в 25 000 французских франков в день (примерно 100 тыс евро в день, как я пересчитал на сегодняшние деньги).
«Женщины полны решимости голодать вместе со своими детьми, нежели чем видеть, как усы их мужей по-прежнему исчезают под бритвой», - сообщала газета «Mémorial de la Loire» в апреле 1907 г.
Встречаем новую неделю с хорошими новостями – библиотека Ватикана открыла бесплатный доступ к своей коллекции оцифрованных книг, манускриптов и средневековых документов.
Это просто бесценная кладезь источников информации и радость для глаз для любого ценителя старинных документов! Если вы вдруг ещё изучаете латынь, то где если не здесь практиковаться в развитии этого навыка? Выключаете свет, ставите свечу и представляете себя средневековым монахом или ученым.
P.S. К слову, любой приглянувшийся отрывок из любой книги можно скачать без каких-либо проблем. А вообще, в архиве более 15 тысяч различных документов – как раз хватит что бы скрасить все холодные зимние ночи.
Постом ниже отправлю некоторые интересные моменты.
Карта владений Британской империи в 1886 г. Четверграфика.
Карта была опубликована во время Колониальной и индийской выставки в 1886 г., как «демонстрация богатства и промышленного развития Британской империи». Создание карты было приуроченно к золотому юбилею королевы Виктории в 1887 г. «Карта - идеальный символ государства." Во многих отношениях это «отличный кандидат на звание "Типичной имперской карты"». Кажется, что она воплощает в себе культуру Викторианского империализма в одном изображении, соединяющем инфраструктуру империи (представленную статистикой торговли и линиями, соединяющими основные порты) и имперскую фантазию (особенно использование статных человеческих тел, флоры и фауны вокруг ее переполненных полей для обозначения целых континентов, рас и ландшафтов.
Известный британский картограф Брайан Харли, или как его ещё называли – «интеллектуальный лидер картографической "деконструкции“», писал, что «карты, как пушки и линкоры, были оружием империализма», и в качестве иллюстрации своих слов использовал эту карту.
С картой связанна следующая интересная ситуация: карта цитирует исследователя предоставивший статистические данные, но на ней не указан сам картограф. Со временем выяснилось, что карта была подготовлена известным иллюстратором того времени Уолтером Крейном. Работа соответствует его характерному стилю, а в левом нижнем углу карты нанесен его крошечный знак: журавль и инициалы W. C. Авторство Крейна не было указано, вероятно, по той причине, что карта расходилась с его политическими взглядами: он был «ведущей фигурой в социалистическом движении Великобритании», и в течение многих лет создавал еженедельные карикатуры в ведущих периодические изданиях движения, «Justice») (Справедливость) и «Commonweal») (можно перевести как «общее благо» или как аллюзию на Commonwealth – «содружество»), «прославляя дело трудящихся или протестуя против тирании капитала».
На карте заметны характерные черты Крейна. «Особенно поразительной чертой ""Свободы", "Братства" и "Федерации" в верхней части карты «является их головной убор, отчетливо напоминающий - по крайней мере, тем, кто хотел прочитать символику - красный фригийский колпак, который носили освобожденные рабы в Древнем Риме, которая была использована как французский символ свободы времён революции и широко использовалась в качестве антиколониальной иконы в девятнадцатом веке». И в то время как Британия восседает на мире, как всегда, и Атлас, как обычно, держит мир на своих плечах, на его груди скромно расположена лента с надписью «человеческий труд».
У «Стрелки» недавно вышел хороший материал о природе вандализма и его проявлениях в XX-XXI вв. Если вы хотите узнать, что не понравилось иконописцу Абрааму Балашову в картине Репина «Иван Грозный и Сын его Иван», или художнику Йоргену Нэшу в скульптуре «Русалочка», то быстрей-бегом читать.
Лично мне, понравился больше всего случай с картиной «Phaedrus» Сая Твомбли. Своего рода история о вводящей в состояние аффекта любви к искусству.
Небольшое превью из статьи о том, что такое есть вандализм:
Термин был придуман Анри Грегуаром, епископом Блуа, в 1794 году, когда во время Великой французской революции массово разрушались памятники и предметы искусства. Епископ ссылался на племена вандалов, когда-то разграбивших Рим. Но это явление, судя по всему, существовало на протяжении всей человеческой истории. Правители уничтожали память о своих могущественных предшественниках, разбивая скульптурные портреты, храмы и равняя с землёй целые города; религиозные деятели боролись с иконическими изображениями. Памятники могли уничтожать из соображений морального устаревания: во времена барокко были навсегда утрачены шедевры раннего христианства и раннего кватроченто в Риме, их просто заменили новыми.
В ХХ веке отношение к сохранению культурных ценностей резко поменялось. Их массовое уничтожение воспринимается как вопиющее бескультурье. Ярким примером стала реакция мирового сообщества на уничтожение крылатых быков шеду в Нимруде. Так что теперь вандал, покушающийся на искусство, — чаще всего одиночка, этакий симптом болезни общества. Акт покушения для него — способ привлечь внимание общественности к той или иной проблеме.
«Пицца-эффект» и неоиндуистские движения. Антропология повседневности.
Сегодня хочу познакомить вас с интересным явлением из мира антропологии – «Пицца-эффектом». Сказать честно, именно этот термин среди прочих на обложке журнала «Неприкосновенный Запас» (если быть точным, то №105 1/2016 г.) зацепил моё внимание. Изначально меня интересовал только сам «эффект», но то, насколько подробно в статье были расписаны ветви, практики, история, взаимодействие нео- и традиционных индуистских движений в новых условиях (США, Канада), заставило взглянуть на культуру Индии немного с другой стороны. Поэтому заодно решил поделиться и самой статьей за авторством американского индолога и антрополога Агехананда Бхарати (австрийца, ранее известного как Леопольд Фишер).
Саму концепцию можно описать кратко следующим образом: Пицца в Италии представляла собой простую лепёшку и являлась пищей беднейших слоёв населения. Однако после того как итальянские эмигранты переселились в США, начинка усложнилась, а сама пицца не только стала популярной едой среди американцев, но и, возвратившись на свою историческую родину, стала восприниматься как деликатес в итальянской кухне. То есть отдельные части одной культуры нации или народа, которые, оказавшись в другой социальной среде, пережили трансформацию и затем снова вернулись в материнскую культуру.
Статья объёмная и в ней много новой информации для дилетантов в вопросах по Индии, таких же как и я(хотя кто знает, вдруг меня читают сплошь востоковеды и только для меня это что-то новое). Так что постить в оригинале – просто сделать так, что её прочитают совсем уж единицы. Поэтому разбавил её иллюстрациями и кое-где добавил дополнительные примечания по тексту. Если что, вы можете прочитать её в оригинальной редактуре на сайте «НЗ», ссылка будет в конце статьи.
Полезный нюанс: покупать журнал в печатном виде совсем не обязательно, на сайте «Нового литературного обозрения» есть архив со всеми статьями. Ссылку на него прикрепил в конце статьи.
P.S. Телетайпом пользуюсь впервые (и скорее всего больше не буду), поэтому если заметите какие-нибудь недочеты, то смело пишите мне через бота @kopeykibot. Так и не понял как избавиться от знаков вопроса вместо некоторых букв, их штуки 3 по всему тексту. Если знаете как с этим воевать, тоже шлите письма боту. Да и вообще пишите, рассказывайте о том что нравится на канале или наоборот :)
Психоделическая сказка 1930 г. на иврите. "Свадьба в лесу"
"Нож" нашли интерсную книгу на сайте Центра еврейской истории в Нью-Йорке. В заметке говорится что книга была издана в 1930 г. в Берлине. Если быть точным, на сайте Центра написано что в промежуток 1925-30 гг. С городом тоже не совсем всё понятно - указано что или Берлин, или Вена. В любом случае, находка крайне интересная, какие-либо подобные книги я ещё не встречал.
В заметке краткое описание книги, несколько иллюстраций из неё, плюс перевод некоторых страниц на англиский. Если вдруг вам захотелось подучить язык через еврейские сказки, то вот он, тот редкий шанс: https://knife.media/story/wedding-in-the-forest/
Молчание как модель поведения, и знание. Антропология молчания.
Знание даруется социально, но именно потому, что идеологические критерии общества не остаются постоянными, дарованное «знание» никогда не есть только выигрышная, а «незнание» только проигрышная социальная позиция. В условиях идеологической ответственности «знающего», демонстрация «незнания» может означать и известного рода свободу – выход из сферы идеологического надзора, освобождение от обязанностей и ожиданий, властно налагаемых обществом и государством на человека.
Молчание, выступающее в роли поведенческой альтернативы, позволяющей молчащему поддерживать социальное (прежде всего – интеллектуальное) реноме (прим. – репутацию) – идея, отсылающая к библейской дидактике (Иов, 13: 5; Притчи, 17: 28: “И глупец, когда молчит, может показаться мудрым, и затворяющий уста свои – благоразумным”) и античным текстам (напр., у Пубилия Сира (I в. до н. э.): Молчание для глупца – замена мудрости”, “Мудрее отказать на просьбу молча”).
О преимуществах молчания говорится всерьез и в шутку. В фольклорных анекдотах симулирующий немоту герой выигрывает судебное, другой, притворившись глухонемым, поступает на службу врачу, ревниво оберегающему свои знания, и выведывает его тайны. В этом же смысле могут быть поняты сказки о косноязычии, оказывающемся подчас также выигрышнее удобопонятной речи: на расспросы прихожан о Боге даются, к примеру, нарочито невразумительные – и выгодные отвечающему – ответы. Осторожный герой другой сказки отделывается от судьи тем, что отвечает на вопросы последнего ни о чем не говорящими окололичностями. (По немецкой поговорке, уклониться таким образом от ответа – «молчать на всех языках»: In allen Sprachen schweigen.) Сама по себе подмена голоса и слуха молчанием, а знания незнанием остается фактом повседневности, реально осуществляемой поведенческой стратегией.
По материалам книги "Очерки по антропологии молчания. Homo Tacens", К. Богданова
Отношение к глухонемым людям в XIX веке. Антропология молчания.
К сожалению, отношение к глухонемым людям на протяжении истории человечества было достаточно категоричным и негативным. Лишь в 20 веке произошёл пересмотр концепций как у интеллектуальной элиты, так и тех, кто находился под влиянием концепций прошлого. До этого, зачастую, даже ставился вопрос о "вменяемости" людей страдающих этим недугом. Сегодня мы остановимся на нескольких исторических примерах, формироваших общую точку зрения XIX в. и на истоках подобного отношения.
Взгляд на глухонемых как на неполноценных в умственном развитии членов общества являлся фактически неоспоримым еще в конце XIX века. Еще Т. Рибо исходил из убеждения, что "умственный уровень глухонемых очень низок", а такой авторитет, как М. Миллер, с высот официальной науки приравнивал глухонемых к обезьянам. "Споры психологов и философов вокруг глухонемоты определялись в данном случае аргументацией, заданной Аристотелем, жестко связывавшей речевую способность человека и процесс самого мышления. Категория "ума", понимаемого в качестве естественного оператора по производству слов и выражаемых ими понятий, оказывалась, согласно подобной логике, понятным образом, лишней для людей, не удостоверяющих наличия у них этих самых слов и понятий.
Насколько ожидаемы были последние, яркое представление дают примеры Рибо, иллюстрирующие, на его взгляд, очевидность умственной неполноценности глухонемых: показателен пример о глухонемом, "которого постоянно водили по воскресеньям в церковь к божественной службе и который обнаруживал примерное благочестие", но "видел в этой церемонии одно только повиновение, оказываемое духовенству."”
Стоит заметить, что в историко-научной ретроспективе отсутствие у глухонемых привычных для исследовательского уха слов и понятий способствовало важному сравнению глухонемых с теми, кому эти слова и понятия были в том или ином отношении тоже неведомы — с детьми, представителями "примитивных" племен и т. п." (впоследствии данное обстоятельство сыграло не последнюю роль в известной "реабилитации" глухонемых).
В целом отношение к глухонемым в обществе определяется не столько фактом их существования, сколько фактом вменяемого им "иноязычия", расцениваемого либо как смягчающее, либо напротив, как идеологически отягчающее обстоятельство их социального положения. Показательно, что если римское право лишает глухонемых части гражданских свобод (причисляя их тем самым к неполноценным иноземцам), то наследующие этому праву законодательства Нового Времени относят глухонемоту к разряду смягчающих вину обстоятельств (ставя тем самым определенный знак равенства между глухонемыми и детьми).
Так, к примеру, в Бельгии при рассмотрении дел о преступлениях, совершенных глухонемыми, еще в конце XIX века требовалась постановка особого вопроса об их разумении, но и в случае утвердительного его разрешения, глухонемые осужденные приравнивались по степени ответственности к несовершеннолетним. В Германии до начала судебного разбирательства в применении к глухонемым особо оговаривалась степень их вменяемости. В России, при отсутствии специальных указаний на вменяемость глухонемых, фактически применялась та же практика. Заметим, что и опека над глухонемыми в России продолжалась дольше, чем обычно (до 21 года вместо 17-ти).
По материалам книги "Очерки по антропологии молчания. Homo Tacens", К. Богданова
Как мог бы выглядеть Манхэттен 1970-х — с огромными модернистскими башнями и подземными переездами.
Сегодня мы возвращаемся к архитектуре 20-ого века. В этот раз остановимся не на Ле Корбюзье, а на проекте американского архитектора Пола Рудольфа, ученика Вальтера Гропиуса и некогда главы архитектурной школы Йельского университета.
Дизайнеры из Дании спустя полвека воссоздали рендеры автострады в Нижнем Манхэттене по проекту Пола Рудольфа — одного из лидеров брутализма (прим. - одной из ветви модернизма в архитектуре). С подъемом постмодернизма его идеи «мегаструктур» стали стремительно терять популярность и многие не были реализованы. Зато одна из них обрела вторую жизнь в 2018-м, когда датчане визуализировали один из самых амбициозных проектов Рудольфа для Нью-Йорка.
P.S. Вальтер Гропиус - один из создателей знаменитого архитектурного стиля баухаус, и ондоименной немецкой школы строительства и художественного конструирования, о которой обязательно напишу в одном из следующих постов.
"Пищеблок" Алексея Иванова. Новый роман об идеологических искажениях в СССР.
На сайте журнала Esquire опубликовали отрывок из нового романа "Пищеблок" Алексея Иванова, автора книги "Географ глобус пропил". В основе романа история о выдуманном пионерлагере, где во время Олимпиады-1980 становится реальностью одна из детских страшилок о вампирах.
"Роман, который может показаться веселой сказкой, на деле — метафорические размышления Иванова об искажении реальности в СССР, о несоответствии между пионерством и настоящим детством, об искусственности навязанных догм." Esquire поделились главой под названием «Оскал олимпийского мишки».
P.S. Советую периодически заглядывать на сайт этого журнала, к слову одного из моих любимых на русском языке. Время от времени там публикуют отрывки хороших новинок из мира литературы.
Отличные новости! Чикагский институт искусств открыл свободный доступ к своей коллекции шедверов.
Десятки тысяч оцифрованных работ теперь доступны онлайн в высоком разрешении, что позволяет детально рассмотреть шедевры: заметить потрескавшуюся краску на полотнах Пикассо, смену оттенков у Хоппера или спрятанную геометрию на эскизах Фрэнка Ллойда Райта. Самое удивительное то, что все работы известных художников можно скачать совершенно бесплатно (без смс и регистрации).
P.S. Картина одного из моих любимых художников - Эдварда Хоппера, под названием "Полуночники", 1942 г.