Записки злого терапевта. Страница 9

А я хочу добавить немного о том, что происходит в русскоязычном пространстве:

👀 Люди начинают сокращать расходы, и нередко под сокращение попадает терапия. Это бывает связано как с реальными финансовыми трудностями, так и со страхами о будущем, даже если прямо сейчас все относительно стабильно. Важно обсудить, с чем связано это решение.

Если человек пострадал от пандемии, финансовые возможности изменились, что можно сделать, чтобы сохранить терапию? Со стороны терапевта это может быть предложение на время кризиса снизить частоту/стоимость/длительность сессии, чтобы оплата оставалась посильной. В сложных случаях могут быть и другие меры, вплоть до изменения формата. Универсального ключа нет, в каждой ситуации подходящее решение свое.

Если речь о страхах и тревогах, нужно разбираться, что за ними стоит. Память о катастрофической ситуации из собственного или семейного прошлого, личная травма (не обязательно связанная с похожими событиями — например, однажды меня уже бросили в трудные времена, и теперь я лучше сам уйду первым), какой-то внутренний нарратив (например, запрет на получение поддержки в кризисе, стыд тратить на себя «слишком много», «мне все равно никто не может помочь» и т. д.), активация деструктивных паттернов.

👀 Нас более-менее всех цепляет не только личными, но и специфическими системными историями. Каждая семья за последние сто лет пережила не по одному травматическому опыту. Продуктовый дефицит, голод, эпидемии, насильственное ограничение движения (ссылка, переселение, сто первый километр). Сам человек может не знать подробностей — может и не знать, что похожее вообще с кем-то происходило. Но память об этих событиях передается и бессознательно, также как и правила и заветы о том, что нужно делать, чтобы выжить.

Если человека «зацепило» семейной динамикой, состояние его может оказаться неподъемным для того, что в мирные времена работает: рефрейминг, практики осознанности, проигрывание сценариев будущего, составление списков ресурсов.

В таких случаях важно, во-первых, знать, что так бывает: терапевту, в первую очередь. Если есть звоночек, что это не личная, а системная травма, можно разговаривать о семейной истории (если сведений нет, а добыть их негде, - об истории «в целом» и о том, что с ней случается резонанс). Психодинамические подходы в терапии здесь работают лучше. В краткосрочной перспективе реалистично хотя бы отделить сегодня от прошлого, а дальше — задача уже для долгосрочной работы.

👀 Специалисты попадают в собственные динамики и не справляются с ними.

К сожалению, в практической подготовке психологов и психотерапевтов в России есть критические дыры. Нет единого стандарта, включая обязательную личную терапию и начало практики под супервизией. Есть психологи, которые сами никогда не были клиентами. Это могут быть, в общем-то, специалисты с талантом к своей профессии, а также с везением работать преимущественно с кейсами, для которых хватает теоретической подготовки и начитанности, чутья и некоторой базы навыков. То есть, до сих пор достаточно хорошие специалисты.

Сегодняшние процессы бьют по базовым уязвимостям и вскрывают то, что долгое время лежало себе где поглубже и спало. Можно не справиться. Можно бессознательно начать спасаться об клиента. Чтобы уметь быть честным с клиентом, нужно уметь быть честным с собой. Чтобы помогать клиенту, нужно уметь распознавать собственные искажения реальности. Чем больше своего больного, уязвимого и поглубже спрятанного проработано до кризиса, тем меньше риск вот этого всего. Полностью он никогда не уходит — мы все люди, а не Полностью Проработанные Боги.

Тут коротко: личная терапия, супервизия, интервизионные группы, поддержка собственной ясности и ресурсности, на случай, если ситуация ну совсем аховая — сеть коллег, к которым можно обратиться за поддержкой (например, кризисный психолог, психиатр). Если ничего из этого до сих пор не было, первый шаг — признать это самому себе, признать, как это влияет на практику, и начать.

Сегодня в моей ленте — пост Нэнси Мак-Вильямс о том, как ощущается психотерапия во время пандемии и что сейчас может терапевт дать своим клиентам. Она пишет о:

- другом ощущении онлайн-сессий после «живых»;

- переживании эмоциональной боли, которая рождена реальностью — а реальность мы не в силах изменить;

- искушении клиента искать ответ у всезнающего родителя, а терапевта — верить в то, что он должен быть этим родителем;

- важности для терапевта быть честным с собой и клиентами, и переносить встречу лицом к лицу с правдой;

- близком контакте с человеком, который не ушел в защитный отказ от реальности, как о главном утешении в настоящее время.

Ссылка на оригинал и русский перевод:
https://bit.ly/2RsJpXa
https://bit.ly/3efjpsa

Я -
anonymous poll

машу рукой из клиентского кресла – 735
👍👍👍👍👍👍👍 50%

̶Б̶э̶т̶м̶е̶н̶!̶ не в этом списке, но канал все равно читаю – 317
👍👍👍 22%

начинающий психолог – 256
👍👍 18%

опытный психолог – 81
👍 6%

помогающий практик из другой сферы – 68
👍 5%

👥 1457 people voted so far.

А пока что давайте сделаем перекличку - давненько ее не было, а к каналу с тех пор присоединились несколько сотен человек.

(Черту между начинающим и опытным психологом предлагаю провести примерно здесь: плюс-минус год практики и собственное ощущение. Исключительно простоты ради).

Друзья, спасибо за ваши сообщения! Я, если честно, не ожидала, что их будет столько - кажется, ответила каждому и никого не пропустила.

По итогам ваших вопросов: в апреле буду готовить эфир про начало практики для коллег, а ближайший пост будет про работу с психологом во время кризиса, и возможности и ограничения терапии в трудные времена.

Прямо сейчас мне важна обратная связь, особенно от коллег (и, в свою очередь, особенно от начинающих или готовящихся начать практику коллег) или помогающих практиков из других сфер, которые меня читают. Буду вам благодарна, если вы поделитесь в личке, чем для вас уже были полезны "Записки" и чем могли бы быть полезны. Иногда мне приходят запросы на супервизию (я не являюсь супервизором и, к сожалению, не могу на них откликнуться), менторство, обсуждение проблемы "равный - равному" или просьбы о постах на определенную тему. Не на все запросы я могу откликнуться - и все же, расскажите, пожалуйста, какие актуальные потребности сейчас не закрыты и чего вам сейчас не хватает в вашей практике.

Друзья,

канал с февраля умолк, потому что я обдумываю перемены в формате. За два года для "Записок злого терапевта" я написала много хороших (отставим напускную скромность:) ) текстов, часть из них - лонг-риды, а часть из них выросли в статьи для разных онлайн-ресурсов. Провела несколько лекций онлайн и вживую. Отвечала на вопросы читателей - не только здесь, но и в других каналах. Вас, дорогие читатели, стало больше пяти тысяч, и это без единого рекламного поста или пиара по договоренности.

"Записки" - дорогой моему сердцу проект. Я благодарна тем, кто поддерживал его два года своим вниманием, добрым словом, интересными вопросами и обсуждениями в личке, участием в лекциях. При этом на исходе второго года у меня появилось ощущение "потолка". Одновременно за это время стало появляться больше ресурсов, посвященных психотерапии изнутри, будь то опыт коллег или клиентов. Это меня однозначно радует - чем нас больше, тем больше становится ясности и честности в психологическом поле. А русскоязычному психологическому полю ясности и честности все еще очень не хватает.

Мне хочется продолжать вкладываться в рост и развитие канала, и при этом я ощущаю потребность в переменах. Какими будут эти перемены, я пока что представляю в общих чертах, и в ближайшие месяцы буду экспериментировать с форматом и содержанием. Рост и перемены невозможны исключительно в теории, для них нужны действия.

"Записки злого терапевта" по-прежнему будут про изнанку психологической помощи. Каких перемен можно ожидать в ближайшие месяцы:

- Я планирую больше писать для начинающих коллег и помогающих практиков из других сфер. Мне бы хотелось создать полезное и поддерживающее пространство для тех, кто делает первые шаги в профессии или нуждается в помощи, чтобы разобраться с психологическим аспектом в своей работе. Здесь мне понадобится ваша обратная связь и разговор о том, что бы вам в таком пространстве было важно видеть. Материалы канала все еще будут полезны и для тех, кто с помогающими практиками встречается только как клиент.

- Вместе с моими текстами в канале будет больше репостов, но только тех материалов, которые я считаю созвучными теме "Записок" и выбираю самостоятельно. Здесь по-прежнему не будет рекламы или договорного пиара.

- Появится архив постов за прошедшие два года - все ссылки в одном месте. Кстати, здесь я не даю ссылки на некоторые свои материалы, если они напрямую не касаются темы канала (например, недавние статьи о детско-родительских отношениях). Если вам интересно читать и их тоже, можно подписаться на меня на фейсбуке (пожалуйста, имейте в виду, что я сейчас не добавляю в друзья людей, которых не знаю лично): https://www.facebook.com/elizaveta.musatova.1

- Здесь будут анонсы моих мероприятий, офлайн и онлайн, в том числе, моего участия в проектах на разных площадках.

- А также анонсы проектов, которые я создаю, сама или в тандеме с другими специалистами, для аудитории канала. Сейчас в планах два курса для помогающих практиков и цикл онлайн-лекций для широкой публики. Возможно, к ним будут добавляться онлайн-группы или практические курсы.

Обо всем этом буду писать подробнее:)

Сегодняшний короткий пост - прямиком из воспоминаний на ФБ. Три года назад на вопрос о том, можно ли при помощи терапии стать "гармоничным человеком" и "искоренить внутренних чертей" (прямая цитата) я отвечала - и сейчас бы ответила:

"Понятие "гармония с собой" и "гармоничный человек" не обязательно подразумевает искоренение внутренних чертей или превращение их в мягких котиков. Движение в сторону этой самой "гармонии с собой" может выглядеть и так:

Этап 1. Сажаешь чертей на стул и смотришь на них. И выдерживаешь.

Этап 2: Сажаешь чертей на стул и знаешь, какой вопрос задать, чтобы они рассказали, кто такие и чего хотят на самом деле. И выдерживаешь.

Этап 3: Черти сами садятся на стул, когда им что-то нужно. Они знают, что у тебя есть ответ. И ты это выдерживаешь.

Про поиски психотерапевта

Вместе с порталом "Такие Дела", а также психологами Викторией Поджио, Анной Афанасьевой и Елизаветой Мусатовой, автором чудного канала "Записки злого терапевта" мы написали свою небольшую инструкцию по поиску специалиста.

У меня есть несколько важных комментариев к ней, которые, увы, не влезли в текст.

⚡ Я буду предельно честной. Поиск психолога или терапевта в наших реалиях -- тот еще труд, если не повезло с первого раза. Увы, в текст не вошли истории нескольких моих знакомых, которым очень не повезло в начале этих поисков. Одну девушку прямо обвинили в алкоголизме на первой же сессии... хотя она не пьет. Вообще. Я знаю ее 15 лет. На все возражения психолог отмахивалась и прямо в лоб заявляла, что девушка врет.
После такой беседы очень сложно двигаться дальше, снова искать, записываться, приходить на прием. И это очень понятные эмоции.
Но продолжать надо. Тут без целеустремленности, ясного понимания, что это необходимо, и терпения делать нечего. Так что всю волю в кулак и вперед.
А если попадется подобный "специалист", напишите, например, мне. Посмотрим, что с ним можно сделать.

⚡Увы, но сегодня с нашим законодательством в сфере помогающих профессий творится лютый треш. Благодаря совершенно невменяемым проверкам вы реально можете встреить психиатра под вывеской "клинический психолог", психолога под вывеской "психотерапевт", а то и специалиста с поехавшей кукухой.
Так вот. Пусть это вас не останавливает.
"Сарафанное радио" до сих пор самый распространенный и самый надежный (охуенная страна) способ поиска не только психологов, но вообще всех врачей, преподавателей, нянь, сантехников, автомехаников -- всех-всех-всех.
А что делать?
Остается надеяться, что закон все-таки когда-нибудь примут. Но тут тоже много тонкостей...

⚡Помимо перечисленных в материале сервисов по подбору есть способ, как по мне, понадежнее. Называется Facebook. Это если мы говорим о поиске специалиста в сети. Несколько раз страницы потенциальных врачей в соцсети избавляли меня и моих близких от крайне неприятных встреч.
Пожалуйста, ищите личные страницы психологов в сеточках, читайте их посты, смотрите, что они выкладывают и как комментируют, как общаются с подписчиками.
И если внутренний датчик сигнализирует об опасности, не копайтесь в себе. Переходите к следующему варианту.

⚡Задавайте вопросы. Хоть в тех же самых соцсетях. Реально. Это не страшно, уж точно не стыдно и вообще наиболее адекватно ситуации. Кстати, по ответам быстро становится понятно, кто вам попался -- нормальный специалист или товарищ, который от пациентов отличается только наличием белого халата... а то и его нет.

⚡ И самое важное. Даже если вы напоролись на редкостное хамло, живущее в личной Нарнии в компании радужных единорогов, это не повод принимать все, что это чудо скажет, на свой счет. Если человек, называя себя специалистом, несет околесицу, выстраивает вам "программу выздоровления", загоняет в рамки, принимает за вас решения, рассказывает сам про вас какую-то дичь и ведет себя в целом по-хамски, вставайте и уходите. И не возвращайтесь.
Да, денег будет жалко. И времени будет жалко. Но это не страшно. Страшно, если поток отборно-волшебных проекций принять на себя и поверить, что чудо говорило именно про вас.
Неа... оно вообще может реальности не видеть. Сталкивалась с такими все в том же Фейсбуке. Очаровательные персонажи, если наблюдать на расстоянии.

Что бы ни случилось, не сдавайтесь. У нас одна жизнь и одна голова. Если что-то идет не так, надо найти грамотного настройщика и настроечки подправить...

И все будет хорошо. Обязательно.
Я узнавала.

https://takiedela.ru/news/2020/01/27/vkhod-v-psikhoterapiyu/

В журнале "Такие дела" вышел материал о том, как начать терапию - выбрать специалиста, прийти на первую сессию и пройти по этой дорожке столько, сколько нужно. Автор - Анна Поваго, ведущая канала "Погранпост" @pogranpost о жизни с пограничным расстройством личности, а в создании некоторым образом поучаствовала и я, вместе с коллегами.

Здорово, что материалов про начало терапии все больше - на разных ресурсах, для разной аудитории, чтобы доступ к нужной информации был проще, а поле дестигматизации психологической помощи - шире. Мне радостно, что в этой статье речь, помимо основ (разница между психологом, психотерапевтом и психиатром, важность профильного образования и т.д.), еще и о популярных мнениях о двух концах - например, обратная сторона поиска психолога по сарафанному радио или наличие открытых отзывов от клиентов на странице специалиста.

А от себя Аня написала очень важный комментарий о поиске терапевта в российских реалиях - что это труд, что высок риск встретиться с недобросовестным или неквалифицированным специалистом, что хочется иногда опустить руки и что, за неимением законов в сфере психологической помощи, которые бы защищали и клиентов, и специалистов, ответственность за поиск и процесс усложняется, и, пока не произошло кардинальных перемен к лучшему, приходится ее брать и нести. Обеим сторонам.

А вот что первично со стороны терапевта — это:

🐌 быть живым. Форма у «быть живым» может быть очень разная, но суть одна. «Все это прекрасно, Елизавета, но это вообще что такое, и как это проверить, чай, не диплом?» И таки если вы примерно это сейчас подумали, у меня нет для вас линейки, которая меряет «живость», но так или иначе она в терапевтическом контакте почувствуется. Там, где жизнь, есть движение. И если этого движения станет больше в жизни клиента (особенно если до был застой), значит, терапевт это умеет и может этому научить. Не в формате «Ой, меня так освежают горные лыжи/часовая медитация/поход в кинк-клуб по выходным, обязательно попробуйте!» - как раз убеждение, что все дело в горных лыжах подменяет суть на форму. Умение говорить «да» тому, что делает тебя самого живым (что бы это ни было — и это тоже важно, смелость честно посмотреть и признать, что же это такое) позволяет в целом говорить «да» жизни. И когда терапевт умеет это для себя, он сумеет и для клиента. «Да» тому, что делает тебя живым, даже если я этого никогда не пробовал и не понимаю. И здесь же — чуткость к тому, что притворяется живым, но на самом деле разрушает, глушит или умертвляет, даже если со стороны выглядит как супер-благо: да-да, ЗОЖ и духовность ради социально одобряемого самоистязания, я на вас смотрю!

🐌 быть человеком во всей своей полноте. В том числе, страдать, бояться, ненавидеть, отчаиваться, не знать, быть жестоким, испытывать бессилие — и принимать это в себе. Но также и радоваться, наслаждаться, надеяться, веселиться, любить, доверять, заботиться, играть, мечтать. Терапевт, конечно, не идеал интегрированности всего на свете, высеченный в мраморе, но само его постоянное движение в сторону признания, принятия и интеграции самых разных проявлений себя (короче говоря, согласие с тем, что он, терапевт, всего лишь человек) важно. Тогда и человек, который сел в клиентское кресло, может проявлять себя во всей своей полноте, а терапевт не будет, сознательно или бессознательно, препятствовать этим проявлениям.

🐌 умение сострадать. Слушать и взаимодействовать не только головой, но и душой. Быть с человеком не только аналитически, но и в чувствах. Открываться тому, чтобы быть затронутым чувствами — клиента или собственными, в ответ на историю клиента. Это опыт, который не заменяется на анализ или изучение теории с целью понять себя — разделить переживания. Благодаря ему к человеку порой могут вообще возвращаться чувства, с которыми он долго был не в контакте: например, там, где о болезненной истории человек рассказывает с иронией, терапевт своей реакцией может «вернуть» клиенту когда-то отсеченную боль, гнев, страх, чтобы, наконец, их прожить и сделать просто частью своего опыта, а не выгнанным от греха подальше в цементный подвал монстром.

Эти три точки взаимосвязаны. Сострадание без умения жить может превратиться в спасательство. Умение жить без сострадания — в гуруизм. Хорошая новость в том, что все это переплетается, и если «прокачивается» одно, оно неминуемо затрагивает и два других.

Быть живым, быть человеком, быть открытым и говорить «да» жизни и человечности другого. Вот без этого с терапией проблемы.

А дети, развод или еще какой кусок опыта — это вторично.

Но если кажется, что очень даже первично и жизненно важно — возможно, это повод для разговора о доверии, безопасности и надежде.

Что вообще дает ответ терапевта на вопросы типа «Вы в браке/разводились?» или «У вас есть дети?». Кусочек информации, который без контекста мало что говорит. Есть дети — но каков в целом опыт родительства, а до него — опыт принятия решения о родительстве? В браке пятнадцать лет — но что это за пятнадцать лет и каков этот брак сейчас? Развод — почему, о чем этот жизненный опыт, как он проходил, что изменил для человека? Этих деталей терапевт, скорее всего, не расскажет — а если и поделится чем-то в рамках приема самораскрытия, то только тем, что, по его представлению, может помочь клиенту.

Факт наличия или отсутствия детей, брака, бизнеса или любого жизненного опыта сам по себе еще ни о чем не говорит. В отсутствии контекста клиент может додумать его самостоятельно — нафантизировать что-то о человеке на основе маленького кусочка паззла. Эти фантазии могут стать ценным терапевтическим материалом, который позволит поговорить о ценностях, идеях, взглядах, отношениях. Но для работы с этим материалом все еще неважно, есть ли у терапевта дети или развод за плечами.

Мы ценим сходство. Нам нужны «свои», чтобы чувствовать общность, сопричастность, доверие, безопасность. Каждый из нас определяет «своих» по каким-то маркерам. От пристрастий в еде («О, ты тоже любишь гречку с молоком, да ты мой бро!») до глобальных идей («Ну конечно же, и я считаю, что капитализм — источник всех страданий человечества, обнимемся!»). Сверка формальных признаков бывает запросом на доверие и близость — скажи мне, что мы можем быть вместе, что я могу раскрыться и встретить в ответ понимание и принятие.

Или это может быть запросом на прямую помощь. «Вы когда-нибудь разводились?» переводится как «Вы знаете, что в такой ситуации делать? Вы можете мне про это рассказать?»

А еще это может быть запрос на надежду. «Вы когда-нибудь разводились?» как «Мне сейчас очень трудно, это вообще можно пережить, оно когда-нибудь закончится, после этого будет какая-нибудь жизнь, а будет ли в ней счастье для меня?».

Ответ терапевта «Да/нет» на вопрос про развод не отвечает ни на один из этих вопросов.

Иногда наличие или отсутствие схожего опыта может помогать терапии или препятствовать — но не всегда и не для всех. В большинстве случаев это вторично.

Майя Богданова пишет о своем отношении к наличию похожего жизненного опыта у психолога:

"Психология - как я ее понимаю - все-таки не воспроизводство вашего личного опыта. Она не коучинг и не менторинг, а скорее, набор методик, приемов, видений, которые помогают вам провести клиента через определенные состояния. И быть с ним при этом. И поддерживать его, и свидетельствовать его состояния. Это важно. Именно это: умение быть вторым и отступать за рамки своего опыта для принятия моего.

И поэтому, когда я выбираю психолога, я умеренно смотрю на его биографию. Да, наверное, при прочих равных мне скорее подойдет психолог с жизненным опытом и уровнем амбиций похожими на мои. Однако, вот в чем нюанс, никаких "прочих равных" не бывает. Бывает клик и внутренний ответ на тексты, на самопрезентацию, на короткое видео в соцсетях, после которых ты решаешь, что готов доверять этому человеку.

Мне не так уж важно разводился ли мой психолог, чтобы пережить с ним развод. Не так важно переезжал ли куда-то на ПМЖ, если я хочу обсудить релокацию.

Мне важно, чтобы у меня были основания ему доверять и понимание, что он будет бережен к деталям моей биографии. А для этого он должен быть бережен к своей биографии, и не делать ее рыночным товаром, предметом хвастовства в соцсетях или основой для формулировки типа "пережила развод, помогу и вам".

Полностью: https://www.facebook.com/photo.php?fbid=3165070083520553&set=a.199265696767688&type=3&theater

А ниже - мои пять копеек по теме.

В медицине один из факторов, который влияет на течение болезни, эффективность и скорость лечения, и устойчивость результатов — образ болезни. Это то, как человек свое заболевание представляет и понимает, осмысливает и вписывает в свою картину мира.

Одну и ту же болезнь можно воспринимать, например, как естественное, хоть и неприятное событие, бумеранг кармы или свидетельство личного провала и несостоятельности. «С каждым может случиться», «За что мне это?» и «Так и знал, я ж по-жизни лузер» - это три разных истории. Каждая влияет на человека двояко: в чем-то ограничивает, а в чем-то поддерживает и помогает. Человек может фокусироваться на возможностях, которые предлагает такое видение, и упускать из вида альтернативы, которые лежат за его пределами: выбор специалистов, лечения, помощи.

В психотерапии тоже есть образ проблемы. Клиент всегда приносит на сессию не только актуальную проблему, но и свое отношение. Оно уже сформировано, при солидном влиянии среды (идеи об этой проблеме или вообще о наличии проблем, которые есть в семье, социальном круге, профессиональной среде, культуре). Под влиянием этого образа человек уже настроился на то, что будет происходить в процессе терапии и какой результат должен получиться.

Нередко это образы:

👀 Болезни. «Наверное, это биполярка» или менее специфическое «Думаю, это какое-то расстройство».

👀 Дефекта, поломки. «Я неправильный», «Во мне что-то засбоило», «Меня нужно починить».

(Популярная сейчас тема нейробиологии мозга, кстати, в упрощенном пересказе обычно скатывается до одного из этих двух образов: ну что вы, это просто «сломалась» выработка кортизола и сбоит дофамин, вот отлажу — и заживу! Но нет, кортизол и дофамин всю работу за целого человека не сделают).

👀 Свободного выбора. «Я сам во всем виноват», «Мы ведь сами притягиваем все происходящее в свою жизнь».

👀 Чужой власти: «Я ничего с этим не могу поделать», «Вся проблема — в моем партнере/маме/правительстве/...».

От терапии клиенты с разным образом ожидают разного: лечения до выздоровления, починки в виде научения правильным действиям, изменений в окружающем мире или просто магии, которая отключит неугодные чувства и подключит приятные.

Одна из граней терапевтического процесса — работа с этим образом для того, чтобы его изменить во благо клиенту.

За каждым убеждением что-то стоит. Так, за обвинением всего мира можно обнаружить трудности с принятием ответственности, а за идеей «Это все моя вина!» - наоборот, перекачанную мышцу ответственности за всех вокруг и вин за то, что как-то она плохо несется. За желанием получить, наконец, диагноз, может скрываться огромная усталость или страх неопределенности. (Примеры очень общие и исключительно для иллюстрации, ни в коем случае не для самодиагностики). Когда эта изнанка обнаруживается, с ней можно осознанно что-то делать: работать с идеями про ответственность, чувством вины и усталостью. А иногда действительно направить к врачу, и не всегда только к психиатру, и, если по итогам поставлен диагноз, помочь интегрировать новое знание о себе и те перемены в жизни, которые диагноз и лечение предполагает. Речь, кстати, не только о психических расстройствах, но и о заболеваниях, которые дают похожие симптомы, - расстройства щитовидной железы, воспалительные процессы, неврологические нарушения.

Там, где было уже сформированное и достаточно ригидное отношение, появляется альтернатива и гибкость. Человек становится волен в большей степени осознанно конструировать и выбирать свое отношение к проблеме. Больше гибкости — больше вариантов, как об этой проблеме думать (и тут может оказаться, что это и не проблема), какие решения принимать, как действовать и вообще жить. И в ходе этой перестройки постепенно может измениться и то, что человек по этому поводу чувствует.

PS. Вообще один из фундаментальных кирпичей в терапии - признание и уважение права другого жить свою жизнь так, как он выбирает. Даже если это приводит к невозможности продолжать терапию.

Может ли психолог что-то запретить клиенту?

В канале "Мой психолог говорит" прочитала размышления ведущей, а в инстаграме - комментарии. Мне таки есть, что сказать на тему.

Позвольте мне минутку лингвистического занудства и присоединитесь ко мне в размышлениях: что будем считать запретом? Имхо, без ответа на этот вопрос дискуссия не так чтобы имеет смысл. Потому что отвечать каждый человек будет, исходя из своего личного словаря.

Ниже - вид с моей лингвистической кочки. Ваша может быть другой, а значит, наши мнения могут не совпадать. И это ок.

"На время нашей работы вы не будете пить алкоголь, или я откажусь продолжать с вами сессии". Это запрет? Это обозначение условий работы. Клиент может их принять - или не принять и, например, поискать терапевта, который такого условия не выдвинет.

"Если вы пропускаете сессию и не предупреждаете за сутки, она оплачивается". Это запрет на пропуск? Это обозначение сеттинга. Клиент может не согласиться сразу или нарушить в процессе.

В комментариях один коллега пишет, что запрещает в личной терапии и на группе поведение, которое вредит клиенту или участникам группы. Это запрет? Специалист сам считает - да. Я могу увидеть в подобной ситуации и другое определение происходящего: обозначение границ и того, что не приемлемо в конкретном пространстве. Можно не согласиться и встретиться с последствиями.

Строго говоря, даже уголовный кодекс не запрещает, а ставит перед фактом ответственности. Хочешь нарушить статью? Тебе маячит штраф/заключение/исправительные работы. Это все-таки запрет? Или обозначение правил, которые большая группа людей договорилась соблюдать, а для верности разработала систему наказаний за нарушение? Правильный ответ зависит от того, что написано в вашей личной словарной статье.

Если за запрет принимать не физическое ограничение (вот Роскомнадзор точно запрещает заходить на некоторые сайты - просто физически лишает такой возможности), а озвученное предписание другого по поводу того, что делать, а чего не делать - да, "на время нашей работы вы не пьете алкоголь" можно и так трактовать. Такое определение поддерживается и в общественном пространстве: "В общественном транспорте/музее/школе запрещено...". Но речь идет о том, что на этой территории какое-то поведение считается недопустимым и за него предусмотрено наказание. Вы все еще можете попытаться.

Я не могу представить, как я вообще могу что-то запретить другому взрослому человеку в его жизни. Даже если представить, что я в силу каких-то причин говорю "Вам нельзя", у человека есть свободная воля. Он может напрямую сказать "А я не согласен" или втайне от меня это что-то продолжать делать.

Клиент приходит в терапию со своей детской частью. Для ребенка слово родителя действительно может быть запретом - в детстве гораздо больше вероятности оказаться в ситуации, где тебя на самом деле лишили возможности делать то, о чем сказано: "Нельзя". И терапевт часто воспринимается как родительская фигура. Но при этом мы все равно взаимодействуем как два взрослых человека. Устанавливая правила и границы, я договариваюсь о них со взрослой частью другого и отношусь к этому именно как к правилам и границам - я не вправе что-то запретить другому, мы лишь можем договориться или не договориться. Как трактует происходящее клиент на своей стороне - я не знаю. Если он считает, что мое слово так весомо, что обладает силой чего-то его лишать или в чем-то ограничивать - мы, хочется верить, когда-нибудь дойдем до этого в терапии и обсудим это.

PS. Если ваш терапевт напрямую, словами и через рот говорит "Нельзя, иначе вы сгорите в аду/никогда не будете счастливы/умрете в одиночестве", это уже явно не про границы и условия.

Зачем вообще копаться в семейном прошлом? Сколько можно мусолить тему про маму с папой? Что, опять во всем виноваты родители?

Поднимать прошлое - штука, безусловно, интересная. Куда ни копни, везде отыщешь что-нибудь, о чем можно разговаривать с терапевтом всю сессию (и не одну). Вопрос "зачем?" совершенно правомерный - что это дает человеку в дне сегодняшнем и как вообще поможет с актуальными проблемами?

Прошлое поднимается не исключительно процесса ради (хотя даже если это бессистемный, хаотичный разговор о детстве, вполне вероятно, что в нем все равно придет что-то, что окажется полезным - за это благодарить нужно не столько терапевта, сколько человеческую психику за ее удивительное устройство находить взаимосвязи).

Прошлое поднимается, если видно, что оно упорно догоняет, выталкивает в шею настоящее и занимает его место. Проявляется это, в частности, так:
- головой понятно, что актуальная ситуация не такая серьезная, но эмоции зашкаливают, и кажется, что все очень, очень плохо;
- человек прикладывает усилия, чтобы изменить что-то в жизни, но раз за разом оказывается в похожей ситуации и страдает (а заодно начинает верить, что жизнь вот такая и есть, иначе не будет);
- работа с когнитивными искажениями и паттернами поведения не приносить ощутимого результата, мысли и действия все равно привычные, а в новый вгляд на себя и мир всё никак не поверить.

Тогда надо искать, что есть помимо актуальной ситуации. О чем рассказывают "неадекватные чувства" (как их иногда характеризуют клиенты), какой прошлый опыт сформировал именно такой взгляд на мир и на себя (и почему эта картина так живуча - кому/чему и почему человек столь упорно верит), какая история продолжает разыгрываться в настоящем (и что она хочет, чтобы, наконец, перестать).

В прошлое нужно ходить, чтобы человек смог увидеть свое настоящее отдельно. И чтобы оценка, поступки - а, со временем, и переживания - в настоящем все меньше определялись прошлым опытом, и все больше были про "здесь и сейчас". Для этого нужно находить, что влияет, и разделять, разделять, разделять. Что не прожито - проживать. Что потеряно - вернуть или отгоревать безвозвратность утраты. Что не прочувствовано - прочувствовать. Закрывать историю.

Вот поэтому возникают на сессиях мама и папа. Не для того, чтобы удобненько их во все обвинить поскорее и сэкономить год времени и денег на долгосрочной терапии, а для того, чтобы детский опыт, воспринятый однажды детскими же глазами и осмысленный из детского восприятия мира, пересмотреть уже взрослому. Увидеть, как он повлиял на становление личности и продолжает влиять по сей день. Ну и - смотри выше. Разделать, проживать, возвращать, плакать, закрывать, перессказывать историю.

Написала для "Ножа" статью о том, как именно влияют на нас проблемы наших родителей. Речь не о конфликтах, обидах и тестировании границ, которые случаются в любых близких отношениях, а об этом самом опыте, который потом всю жизнь больно кусает за пятки, пока его не допроживешь и не закроешь.

https://knife.media/bad-parents/

У людей, увлеченных психологией, как и у начинающих психологов, часто встречается одна наивная (и весьма вредная для жизни) фантазия - фантазия об идеальном психологическом здоровье, состоянии полной и тотальной свободы от невроза.

Вооружившись этой фантазией, человек начинает ставить под сомнение все свои действия, мысли, проявления. Вот я устал после работы - это здоровая усталость или просто сопротивление работе? Я не хочу идти в зал - это моя здоровая часть не хочет делать кардио или это проклятый невроз ставит палки в колеса, чтоб ему пусто было?

Или того хуже - человек назначает здоровым себя, а своего партнера начинает "полечивать": "Чего это ты тут на меня дуешься? Разве не знаешь, что обида - признак инфантилизма? Давай-ка сходи со своими неврозами на терапию, а лично я только с твоей здоровой частью хочу встречаться."

Так вот, психология - не про то, чтобы превратить себя в идеального робота, который свободен от прокрастинации и всегда может вовремя выполнить работу. Психология - про то, чтобы понимать, что в некоторых ситуациях на преодоление невротических ограничений нужно слишком много ресурсов, про уважение к себе в таких ситуациях и про умение УЧИТЫВАТЬ свой невроз при планировании тех или иных прорывов.

Учитывать не как досадный пень, который надо поскорее выкорчевать волевым усилием, а как плохую погоду за окном, которая обязательно пройдет, но, возможно, не прямо сейчас. И если она слишком плохая, возможно, отказаться от дедлайна, отменить планы, признаться себе честно - эта задачка пока что не по зубам - и не гнобить себя за это.

В отношениях с Другим психология - не про то, чтобы рассказать партнеру, где у него больное, а где здоровое, а про ясное понимание того, что "абсолютно здоровых" людей не существует. И про то, чтобы, когда партнер попадает в трудное состояние, не читать ему нотации о том, как ведут себя Воображаемые Здоровые Люди, а налить ему чаю и сказать: "Я с тобой. Могу ли я что-то сделать, чтобы тебе было легче и приятнее это переживать?"

Когда человек отказывает себе в праве хотя бы на 10% невроза (которые есть абсолютно у всех), он включается в бесконечную гонку за несуществующим идеалом. И, как правило, становится от этого только невротичнее, ригиднее и капризнее в общении с окружающими.

Текст со страницы Андрея Юдина

#психология