День осеннего равноденствия прошел – он наступил в этот понедельник, 23 сентября, в 10:50 по Киевскому времени, как я и сообщал ранее. Следующий праздник Колеса Года – Сáунь (напомню, именно так читается и произносится как по-ирландски, так и по-английски – в речи образованных носителей языка – ирландское название ноября месяца, в честь которого и называется сам праздник Samhain). О нем и сопряженных с ним традициях, легендах и интересностях мы обязательно поговорим позже, а сейчас все-таки хотелось бы закрыть этот гештальт с поворотом Колеса Времени в сторону окончания осени (представьте, именно так называется по-ирландски октябрь: Deireadh Fómhair, «окончание осени» (это красивое и пугающее нагромождение букв, свойственное всем кельтским языкам в общем и ирландскому в частности произносится примерно как «Дéре Фóвэрь», с очень мягкими «д» и «р»)).
Если уж я затронул тематику названий, то вот вам еще несколько интересных фактов о дне осеннего равноденствия: достоверно неизвестно, как этот праздник называли древние кельты – ни гойдельские племена, ни бретонские, увы. Мы знаем лишь, что как и все поворотные точки годичного цикла солнца, сиречь равноденствия и солнцестояния, отмечались ими наверняка, да и не только ими, но и теми народами, которые обитали на территории Британских островов и Ирландии до прихода туда кельтских племен. Теми народами, даже имя которых нам неизвестно, поскольку после себя они оставили лишь наскальные рисунки и каменные сооружения – дольмены, кромлехи, гробницы, многие из которых очень точно ориентированы на то, чтобы солнце в определенные дни года (в частности, в дни равноденствий) освещало определенные части этих сооружений, стены и рисунки.
Так вот, о названии дня осеннего равноденствия, точнее, этого праздника в современной (нео)языческой и ведовской традиции. Чаще всего можно встретить название Мáбон (Mabon) – от бретонского корня «(м)ап» (соответствующего валлийскому «маб» и ирландскому «мак»), «сын». Мáбон ап Мóдрон – мифологический персонаж валлийского фольклора (сын богини Модрон, у которой его отняли, когда он был младенцем трех дней от роду), а Мапон(ос) – общее для всех бретонских и галльских племен божество солнца и света; возможно, в этот мифологический ряд можно также добавить и Энгуса по про прозвищу Мак Ог («Юный Сын»), древнеирландского бога красоты, любви и чародейства, не единожды помогавшего отчаянным влюбленным парам. Традиция именовать день осеннего равноденствия «Мабон» была инициирована «первопроходцами» Викки в семидесятых годах XX столетия, поэтому никакого достоверно подтвержденного отношения это в высшей степени замечательное божество к осеннему равноденствию, к сожалению, не имеет.
Последователи британского неодруидизма используют название Áлбан Элвед («осенняя четверть (года)»), которое было изобретено мэтром британского неоромантизма и возрожденного друидизма Йóло Моргáнугом в конце XVIII – начале XIX вв., и которое, к сожалению, не встречается в древних текстах.
Последователи ирландского друидизма и кельтского реконструктивизма называют этот праздник так, как имеют современные ирландцы весь месяц сентября (по аналогии с Саунь, который фактически является названием ноября): Meán Fómhair (произносится примерно как «Мян Фóвэр»), «середина осени». Опять же, не существует подтвержденных данных о том, так ли называли этот день древние обитатели Изумрудного Острова.
Последователи германского неоязычества (а точнее, традиции Асатру) именуют этот праздник Haustblót («Хáустблот») – «Осеннее Празднество», или Vetrfundr («Вэтрьфундрь») – «Обретение Зимы». Опять же, нет подтвержденных данных (надписей, текстов, упоминаний в древних источниках) о том, что именно так древние скандинавы называли день осеннего равноденствия, когда они устраивали торжества в честь окончания сельскохозяйственного года и сбора урожая, а также готовились приветствовать суровые месяцы зимы.
День осеннего равноденствия был важным земледельческим праздником для народов языческой Европы, для которых это был днем чествования урожая, зерна, собранного с полей, душистого сена, запасенного на зиму, сочных яблок и виноградных гроздьев, концом сезона земледельческих работ, а также началом сезона охоты. В Средневековье на смену языческим гуляниям и возжиганию костров в честь богов и богинь плодородия и урожая пришел христианский праздник в честь Архангела Михаила, который перенял многие черты у древних языческих торжеств. Но не только в западном полушарии нашей планеты этот день отмечался и продолжает отмечаться как праздничный; ещё с древних времен он также ежегодно отмечается и в Японии, именуясь “Шюбун-но Хи” (秋分の日). Уже более ста лет он является официальным празднеством, и в современной Японии это - выходной день, в который многие жители Страны Восходящего Солнца чтут силы природы, которые даровали очередной урожай, а также почитают предков и близких, которые покинули этот мир.
Немало японцев - как синтоистов, так и буддистов - в этот день посещают родовые могилы, проводят ритуалы поминовения предков, а в деревнях - также чествуют духов риса и богов природы, даровавших урожай этого года.
Для буддистов каждое равноденствие, как весеннее, так и осеннее это Охиган - день, именуемый “Тем (Иным) Берегом”, и связанный с практикой шести благочестивых качеств души (т.н. “Шести парамит” - шести взаимосвязанных действий, «переправляющих на тот берег океана существования», то есть приводящих к освобождению и просветлению): щедрость, этика, терпение, усердие, медитация и мудрость.
Для синтоистов же Шюбун-но Хи - празднество риса, потому традиционным угощением в этот день в Японии считается ботамочи (яп. 牡丹餅) - шарики из сладкого клейкого риса, покрытые глазурью из перетертой в пасту адзуки (красной фасоли) или просто присыпанные кунжутом. Собственно, белые и коричневые ботамочи, а также алые цветы ликорисов (именуемых по-японски “хиган-бана” 彼岸花), цветущих в эту пору - являются традиционными символами Дня Осеннего Равноденствия.
Осеннее равноденствие уже близко - в этом году точная дата пересечения нашей планетой данной точки своей орбиты это понедельник, 23 сентября, в 10:50 по Киевскому времени. Это первая новость, которую я хотел вам сообщить, ну а вторая - это то, что после долгого перерыва, связанного с травмой и не лучшим психоэмоциональным состоянием, связанным с нею и с работой, я наконец набрался сил и решил возобновить регулярно радовать вас интересными лакомствами на различные темы: кельты, скандинавы, древние народы Европы, язычество - как в старину, до воцарения авраамических религий, так и нынче, а также, безусловно, Викка и ведовство.
Оставайтесь с нами, скоро будет много всякого интересного!
В современном неоязычестве и околоязыческих религиях, таких, как Викка, легенда об извечном противостоянии двух Королей – Короля Дуба и Короля Остролиста – символизирует извечные приливы и отливы солнечной энергии, тепла, света и плодородия, наблюдаемые в сельскохозяйственном и природном циклах Европы. Интересно, что авторство этим ярким метафорам принадлежит на самом деле двум известным писателям – поэту и классицисту Роберту Грейвзу, упомянувшему это противостояние в своей «Белой Богине», и антропологу-фольклористу сэру Джорджу Фрейзеру, описавшему эти архетипы в своей «Золотой Ветви». Король Дуба – архетип Летнего Солнца, плодородия, силы созидательной, тепла и света, который начинает набирать свои силы в день весеннего равноденствия (21 марта) и достигает апогея своей мощи в день летнего солнцестояния (21 июня). Он – Муж Лета, Зеленый Человек, Владыка Полей, Предводитель Племен Людских, и в эти дни его пламенная мощь ощущается во всем в окружающем мире. Однако после летнего солнцестояния он начинает стареть, дряхлеть, и ко дню осеннего равноденствия (21 сентября) ему бросает вызов Король Остролиста (Падуба), и, понятное дело, старик Король Дуба проигрывает этот поединок (да, именно в дни равноденствий происходят эти поединки (согласно Грейвзу и Фрейзеру, а также согласно банальной логике), а не в дни солнцестояний, как многие ошибочно считают), и на трон восседает Король Остролиста. Его силы достигают максимальной точки в день зимнего солнцестояния. Он – архетип Зимнего Солнца, периода лишений и стойкости, силы разрушительной, холода и тьмы, и в эти дни его леденящие уроки выживания двигали колесо прогресса древних европейских цивилизаций. После зимнего солнцестояния Король Остролиста начинает стареть, а новорожденный Король Дуба – наоборот, набирать силы, чтобы бросить вызов своему извечному противнику в день весеннего равноденствия, чтобы цикл повторился, и так каждый год, десятилетие, столетие, тысячелетие, эпохи и эоны.
Именно поэтому день летнего солнцестояния – вовсе не веселый и радостный праздник, как считают многие. Это день, когда свет проиграл, и тьма отныне начинает набирать силы, ибо Король Ночи родился. Древние европейцы устраивали гуляния с кострами, плясками и игрищами не потому, что им было радостно, но потому что так они пытались справиться с зародившимся и растущим страхом – страхом зимы, бесконечной ночи, убийственного холода, отсутствия средств к пропитанию.
Несмотря на то, что тема противоборства двух королей в том виде, в котором я описал ее вам выше, нова и свежа и является переосмыслением круговорота времен года и мифологем, связанных с ними, двумя известными авторами, писавшими на тему европейской мифологии, и развита сотнями и тысячами неоязычников и виккан, она на самом деле имеет под собой глубокую подоплеку. Тема противоборства тьмы и света, холода и тепла, льда и пламени, зимы и лета золотой нитью вплетена в сам уток гобелена европейской культуры и мифологий европейских народов; взять хотя бы такие легенды, как поединок бога Солнца кельтов – Луга – и Балора, предводителя ужасного народа колдунов-фоморов, пришедших с далекого ледяного севера; поединок сыра Гавейна и Зеленого Человека в артурианском цикле легенд; смерть Бальдра (которому завидовал Локи) – солнечного божества – ознаменовавшая неизбежность ледяного Рагнарёка…
Сегодня, по дороге на работу, я внезапно замер, когда проходя мимо раскидистого дерева меня поцеловал в щеку липовый цвет. Сладко-нежный аромат липы для меня всегда ассоциировался с бесповоротным и окончательным наступлением лета и пиком царствования Короля Дуба, Владыки Летнего Полуденного Солнца.
Липа была и есть важным, знаковым деревом не только для меня; вот в Чехии, Словакии и Словении, например, она считается национальным символом и национальным деревом. С ее именем связаны название июля в украинском и белорусском языках – «липень», а также имя города Лейпциг. Благодаря мягкой, но стойкой структуре древесины и тому, что после обработки она не ссыхается и не трескается, древние европейские народы часто делали из липового дерева щиты, а православные христиане на липовых дощечках писали свои иконы. Богиня солнца и судьбы Лайма, которой поклонялись латыши и литовцы до христианизации, обитала в липовых деревьях, и потому они считались священными у этих народов.
А вот германские народы не только считали липовые деревья священными, но и волшебными – германцы и скандинавы свято верили, что под сенью липы можно познать правду и истину, потому решение споров и примирение, а также тинги (народные собрания свободных мужчин), старались проводить именно возле лип. В средневековом германском фольклоре липа была также деревом влюбленных, потому во многих балладах доблестные рыцари встречались со своими возлюбленными – прекрасными благородными дамами – Under der Linden, то есть «Под Липами».
Не оставили без внимания липы и древние греки; так Филира, дочь Океана и возлюбленная бога времени Хроноса, попросила богов превратить ее в липовое дерево после того, как увидела, кого она родила от связи с Хроносом: кентавра Хирона. Глупенькая, не знала она тогда, глядя на своего страшненькое дитятко, что Хирон родился бессмертным, и что вырастет мудрым, добрым и благородным, что станет он лучшим другом и наставником Гераклу, а Прометею подарит свое бессмертие, умаявшись жить вечно… В липу (и в дуб) превращены были также Бавкида и Филимон, герои другого древнегреческого мифа о том, как их навестил Зевс, скрывший свою божественную личину, и какой радушый прием влюбленная пара ему оказала. И в благодарность за гостеприимство, владыка Олимпа даровал Бавкиде и Филимону долгую и безбедную жизнь, а также возможность умереть в один день, да еще и таким прекрасным способом – обернувшись деревьями.
«Зачарованный Мерлин» (англ. The Beguiling of Merlin) — картина английского художника Эдварда Бёрн-Джонса, созданная в 1872—1877 годах. На ней изображено то, как Владычица Озера (именуемая в разных произведениях по-разному: Нимуэ, Вивиан, Найнив) соблазнила Мерлина и обманом заставила выдать секреты его волшебства. Она выучилась магии, после чего использовала свои магические способности, чтобы заманить Мерлина в ловушку и избавиться от него.
Кстати, сегодня, в праздник Ярилы, как и в течение всего апреля-квитня, согласно некоторым украинским этнографическим исследованиям, принято было печь высокие калачи, вкушать их за семейным столом, а также закапывать вместе с освященными яйцами в межи пахотных угодий, как символ оплодотворения хлебным духом и жизнью Земли, а также лакомиться "пирогами с сиром" - варениками с творогом, которые всегда являлись символом молодецкой удали и здоровья. Так что, если кто раздумывает над меню на сегодня или ближайшие дни, вареники с творогом или творожная, скажем, запеканка - будет не только сытно и вкусно, но и еще и очень символично и традиционно ;)
Конец апреля – период празднеств не только для тех, кто исповедует современные религии, но и для почитателей более древних, аутентичных и я бы даже сказал, хтоничных верований наших предков, сиречь – для язычников.
Вчера, 22 апреля, современными неоязычниками отмечался день в честь богини плодородия, любви и женской силы – Иштар / Инанна у древних не-семитских – шумерских, и не-шумерских – семитских (аккадских) народов. Примечательно, что Иштар была персонификацией вечерней/утренней звезды – ярко сиявшей древним людям в небесах Венеры, которая во всех астрологических традициях является покровительницей знака Зодиака Телец, в который в западной системе астрологии как раз входит Солнце в эти дни. Славянские язычники приплели сюда Ладу, богиню весны и первой пахоты, аутентичность которой оспаривается большинством антропологов, а некоторыми вообще утверждается, что изначально образ этот был мужским, и перенос на женский случился вторично. Как бы там ни было, сегодня, 23 апреля, славянскими неоязычниками отмечается день Ярила / Ярилы, божества, которое тоже пострадало от «кабинетной антропологии» - то есть теорий и идей, которые благодаря тем или иным причинам прочно укоренились в сознании людей, хотя и не имеют под собой фактологического обоснования, но являются продуктом «творчества» того или иного ученого или писателя, творившего в своем кабинете «историю» 😊
О чем это я? Да о том, что многие ныне считают Ярилу богом Солнца, коим он, на самом деле, никогда не являлся. Ярила, как свидетельствует о том само его имя и его родственники в индоевропейских языках – «ярь», «яровой (хлеб)», «ярость», «ярая (весна)» - в русском, «jar» / «jera» / «gera» - «год» / «урожай» - в германских, был божеством плодородия, напрямую связанным с пахотой и хлебом. Весной Ярила – еще дух хлеба, бесплотный, неуловимый, вездесущий, идея о грядущем урожае, страстное желание процветания и плодородия, оплодотворяющее сырую Мать-Землю. И уже по мере роста хлебного семени во чреве Земли, Ярила трансформируется в Хозяина Хлебов, божество урожая, жаркого, златовласого бога с копной волос цвета пшеничной соломы, которому соответствовал кельтский Луг / Ллеу, о котором мы с вами говорили давеча. Известный белорусский этнограф П. Древлянский описывал образ Ярилы/Ярила, как человека на белом коне, или же в образе обнаженного молодого привлекательного парня. Голову Ярилы покрывает венок из весенних цветов, в его руках — колосья. Сам он красив, светлоглаз и со светлыми кудрявыми волосами. Где Ярило пройдёт — будет хороший урожай, на кого посмотрит — у того в сердце разгорается любовь. Во многих песнях, присказках люди обращаются к этому божеству с просьбой о тёплом лете и хорошем урожае.
У балтийских славян Яриле соответствовал Яровит (или Геровит) – божество войны, но и плодородия, который так обращался к своим почитателям: «Я бог твой, я тот, который одевает поля муравою и листвием леса; в моей власти плоды нив и дерев, приплод стад и все, что служит в пользу человека: все это даю чтущим меня и отнимаю от отвергающих меня».
В общем, всех Ярославов, чьи имена также восходят к тем языческим временам, когда славяне славили Ярилу, с их этническим покровителем, ну а всех нас – с весной, пусть начинающийся так яр-ко год будет плодородным, урожайным, наполненным здоровья и процветания!
Могущественные чародеи Гвúдион (Gwydion) и Мат (Math) вместе решили преодолеть это третье проклятие Арианрод, создав для Ллеу супругу из различных материалов окружающего мира. Она была сотворена из вод девятой волны и цветов дуба, ракитника и таволги, и наречена она была именем Блодáйведд (Blodeuwedd), что значит «лицо из цветов». Гвидион даровал своему племяннику Ллеу часть своих земель, на котором тот вместе со своей прекрасноликой невестой жили и правили мудро и искусно; земля процветала, а местный люд боготворил Ллеу и Блодайведд. Все было хорошо, как в сказке, до тех пор, пока однажды Ллеу не отлучился из их замка, и его супруга предоставила ночлег одному из вождей, который охотился неподалеку – так предписывал древний кельтский обычай. Чего он не предписывал, и чего не предвидели чародеи, создавшие Блодайведд, так этого того, что она и вождь Грóну Пéбыр (Gronw Pebyr) воспылают небывалой страстью друг к другу. Вместе они задумали извести со свету Ллеу, который, будучи из божественного рода, мог умереть только при особых обстоятельствах. Чтобы узнать, как именно можно было ранить и убить своего мужа, Блодайведд завела с ним льстивые и лживые речи, дескать, беспокоилась она о безопасности своего супруга, а наивный Ллеу взял и все выложил ей, как на духу: чтобы ранить Ллеу, должен он быть ни внутри помещения, ни снаружи, одна его ступня должна покоиться на животе у козла, а другая – в котле, который стоять будет на берегу реки, но при этом под крышей из плетеного тростника. И это еще не все: ранить Ллеу можно было лишь копьем, изготовляемым на протяжении года лишь по воскресеньям, когда люди собираются на богослужение.
Прошел год, и Блодайведд подготовила место преступления, попросив Ллеу показать ей, как это вообще можно – стоять одной ногой на животе козла, а другой в котле и т.п.; дескать, с тех пор, как поведал он ей об этом, она все пыталась вообразить такую ситуацию, и все никак ей не удавалось. Ллеу любил свою жену искренне, безгранично, и доверял ей поэтому всецело, и потому не заподозрил подвоха. Одной ногой он стал на живот связанного Блодайведд козла, другой – в котел, стоящий на берегу реки под навесом с тростниковой крышей, и тут Грону, притаившийся в зарослях камыша, метнул изготовленное им на протяжении года копье. Однако копье лишь ранило Ллеу. Он издал нечеловеческий крик, оглушивший вероломных злодеев, подпрыгнул вверх и, обратившись в орла, взмыл в бездонную высь небес.
Услышав о преступлении, обеспокоенный Гвидион отправился искать Ллеу. Обойдя полсвета, он нашел его на ветвях раскидистого дуба – раненая птица представляла собой жалкое зрелище. Преисполненный сострадания и любви, Гвидион начал петь чарующую песнь своему племяннику в образе орла, пока тот не спустился к нему на руку; при помощи своей магии и целительных трав, чародей вернул Ллеу человеческое обличие и исцелил его рану.
Когда Ллеу вернул себе былые силы, он начал жаждать возмездия. Когда попытка убить его провалилась, Блодайведд со своими придворными девами сбежала из замка далеко в горы, но Гвидион выследил ее и обратил ее в сову, доживать свой век в облике птицы, которая показывает свое «лицо из цветов» лишь по ночам. Ллеу же вызвал Грону на поединок, выбрав в качестве оружия то самое копье, которым Грону пытался убить Ллеу, а в качестве места – тот самый берег реки. Грону попросил Ллеу позволить ему использовать каменный щит, ведь, дескать, преступление, вину за которое он признает и принимает, он совершил под воздействием чар любви; Ллеу согласился. Однако удар его был таким сильным, что пробил каменный щит насквозь и поразил Грону в то самое сердце, из-за которого и приключилась эта горькая история…
Весна набирает обороты, вокруг все купается в золотых лучах яркого солнца, и природа начинает расцветать и радовать пестрыми красками своего весеннего многоцветья. Это время, когда я с каждым вдохом ощущаю золотисто-изумрудную энергию Солнца и Земли, и в это время я особо четко замечаю, как один аспект Бога – седовласый суровый старец, Король Остролиста, владыка зимы, охоты и суровых испытаний, передает бразды правления молодому, полному красоты и сексуальности юноше, Королю Дуба, повелителю лета, цивилизации и благоденствия. И в это самое время год за годом я всегда вспоминаю о тех образах, которые в мировых культурах ассоциируются с солярным (солнечным) божеством; чаще всего первым я вспоминаю Ллеу, о котором и хочу вам сегодня рассказать.
Помимо его истории, описанной в Мабинóгионе (сборнике древних валлийских легенд), нам мало что известно о Ллеу Ллау Гёфесе (Llew Llaw Gyffes), чье имя значит «Яркий Искуснорукий». О нем сказано лишь, что он рос в два раза быстрее других детей, мог справиться с любой лошадью, и был совершенен ликом, статью и фигурой. Чуть больше сведений о нем мы можем получить, изучив образ его ирландского аналога по имени Луг Лавфáда, «Луг Длиннорукого» (Lugh Lámhfada), который был искусен в обращении с копьем и пращей, а также обладал множествами талантов, позиционируя себя как воин, бард, чародей, целитель, виночерпий и т.д. Будучи солярным божеством, его праздником является Лýнаса (Lughnasadh), отмечаемый 1-2 августа, на пике того сезона, когда зерновые культуры зреют, купаясь в ярких лучах жаркого солнца. Он – согревающий мужественный спутник женственной плодородной земли. Традиция связывает Луга с изобретением популярной в древней Ирландии игры фúхелл (совр. ирл. ficheall, др.-ирл. fidchell), которая напоминала современные шахматы, а праздник в честь него сопровождался спортивными состязаниями и испытаниями воинской доблести. Он был ярким, истинным героем, и многие его черты были впоследствии переняты героями более поздних, средневековых легенд – например, Ланселот, доблестный и искусный воин, или же Гавейн, чьи силы то прибывали, то убывали, как сила солнца в круговороте года.
Согласно Мабиногиону, Ллеу был рожден Ариáнрод (Arianrhod – «Серебряное Колесо»), отвергнувшей свое дитя с ядовитой ненавистью. Она возложила на ребенка бремя трех «тёнгедов» (валл. tynged, аналог ирландских «гейсов») – ритуальных проклятий, от которых невозможно было избавиться; одно из проклятий, наложенных на Ллеу, заключалось в том, что ему никогда не суждено было обрести жену из рода людского, и которое привело к одной из самых известных во всем мире легенд валлийской мифологии…
Что-то давно я не рассказывал вам интересных историй. Одна песня, которая часто повторяется в режиме случайного воспроизведения у меня в наушниках по дороге на работу и обратно, подсказала идею о теме очередного рассказа, и тема эта – одна из самых излюбленных мною: ведьмы с волосами, как пламя. Одна из самых любимых моих рыжеволосых ведьм, которая к тому же является вполне реально существовавшей исторически значимой персоной, была Гранне Ни Валле (Gráinne Ní Mháille), она же Гранне из рода О’Малле, она же – Гранне Вил (Gráinne Mhaol, что значит «Лысая Гранне» или «Безволосая Гранне»). Ирландский язык для англичан, понятное дело, всегда был неподлежащим воспроизведению набором звуков, вызывающих обильное кровотечение из ушей, поэтому в англоязычных источниках эту достойную дочь Ирландии именовали чаще всего как Грэйс О’Мэлли или Грануаль.
Жила эта чудесная барышня во второй половине 16-ого века, происходила из знатного рода, владевшего обширными землями в Бухте Клю, что в нынешнем графстве Майо на западе Ирландии, свободно владела латынью, родным ее языком был ирландский, нрав у нее был бурный, буйный и непокорный, а еще она была пираткой, доблестной воительницей, участвовавшей в разгроме испанской флотилии, и бесстрашной женщиной, не признавала того, что Елизавета I была «Королевой Ирландии», и потому не приклонила перед ней колени во время исторической их встречи в Замке Гринвич. При этом обе дамы провели долгую беседу на латыни (Елизавета не говорила по-ирландски, а Гранне – по-английски), и пришли к мирному соглашению о том, что Елизавета отзовет из Ирландии тогдашнего губернатора Коннахта, лорда Ричарда Бингхэма, а также обяжет его отпустить на свободу схваченных Бингхэмом и удерживаемых в темнице двоих сыновей и сводного брата Гранне, а Гранне – перестанет поддерживать ирландских бунтарей, противившихся английской оккупации Изумрудного Острова. Впоследствии обе дамы пошли на попятную: Елизавета снова направила Ричарда Бингхэма терроризировать Изумрудный Остров, а Гранне в ответ начала терроризировать английские корабли и берега, став самым страшным кошмаром для большинства английских мореплавателей и торговцев того времени.
Свое прозвище – «Безволосая Гранне» - она получила еще в раннем детстве, когда заставила отца взять с собой в пиратский рейд к берегам Испании ; изначально Он Дувдара О Малле (Eoghan Dubhdara Ó Máille, так звали ее отца), преисполненный противоречивой внутренней борьбы между предрассудками о том, что «женщина на борту – к несчастью», и безграничной любвью к своей единственной дочери, придумал предлог, под которым отказал Гранне: твои длинные волосы, мол, запутаются в снастях и канатах, убьешься еще. В ответ на это Гранне выхватила у отца кинжал из поясных ножен, и тут же коротко, почти под корень, обкорнала свою густую рыжую шевелюру, не оставив своему родителю шанса отказать вновь.
Мало что известно о годе, месте и обстоятельствах смерти Гранне: считается, что она отправилась в Тирь на нОг (Tír na nÓg, Иномирье ирландского фольклора) в 1603 году, тогда же, когда скончалась и королева Елизавета I, но вот одни исследователи считают, что погибла отважная пиратка в сражении (в котором принимала участие несмотря на преклонный возраст – 73 года), другие же склоняются к мысли, что произошло это тихо и мирно, в кругу семьи, детей и внуков, в ее замке Рокфлит.
Да, что за песня меня вдохновила рассказать вам об отважной Гранне, «рыжеволосой ведьме Ирландского моря»? Несложно ответить: древняя баллада Oró ‘sé do bheatha ‘bhaile («О, добро пожаловать домой!»), которая многие столетия является гимном бунтарских душ Ирландии, и которая повествует о набегах Гранне на испанцев, французов и прочих «иноземцев». Моя любимая версия – в исполнении Celtic Woman (хотя версия Шинед О’Коннор была тоже достойной):
Música tradicional irlandesa de revolta pela ocupação inglesa da Irlanda. Clama por Gráinne Ní Mháille (outros nomes: Gráinne Mhao, Grace O'Malley e Granuail...
Многие знают и любят сериал «Викинги», главным героем четырех сезонов которого был легендарный вождь датских викингов Рáгнар Лóдброк (существование которого, кстати, достоверно не доказано – многие исследователи предполагают, что образ Рагнара скорее собирательный, нежели отображение деяний реального человека, но мы сейчас не об этом). И хотя во многом сериал, несмотря на то, что его (ироничный факт) заказал изначально канал «История», общего с подлинной историей имеет крайне мало, факт остается фактом – 28 марта 845 года, в канун Пасхи, сиречь ровно 1174 года назад, 120 снеккаров и драккаров («длинных кораблей») викингов, на бортах которых находились почти пять тысяч воинов, поднялись по реке Сена до самого Парижа, по ходу своему разграбив и опустошив франкские земли, и, принеся в жертву богу Одину 111 захваченных в плен франкских рыцарей, повесив их на ветвях древнего раскидистого ясеня, захватили Париж. Согласно письменным источникам того времени, предводительствовал этим рейдом Рагнар Лодброк (кстати, его прозвище, вопреки бытующему мнению, порожденному благодаря косолапости надмозгов-переводчиков, не разбирающихся в древнесеверном, значит вовсе не «кожаные штаны» и не «судьбознаменый», хотя второй вариант, конечно же, звучит героически-романтически. Loð(inn) – значит «волосатый, ворсистый, меховый, шерстяной», а brók – у этого слова среди множества значений первое это «тартан, плащ, накидка». Так что «Рагнар Шерстяной Тартан», вот так вот).
Почтим же память великого воина, существовал ли он на самом деле или лишь в умах, сердцах и воображении всех тех, кто восхищался сагами о его деяниях, и да не иссякает душистый мед в его роге, пока пирует он в чертогах Вальгаллы!
P.S. Да, знаю, туда валькирии забирают лишь воинов, погибших на ратном поле, или в бою, и согласно скандинавским сагам, король Нортумбрии Элла захватил Рагнара в плен спустя 20 лет после захвата Парижа, в 865 году, и казнил доблестного викинга, бросив его в яму со змеями, но я отношусь к той части антропологов и фольклористов, которые не забывают о том, что скандинавские саги изобиловали кеннингами, о которых я уже писал здесь когда-то, и под выражением «кинул в яму со змеями» можно предположить уйму вариантов, например, «заставил в одиночку сражаться с предательскими трусливыми саксонцами», так что… как-то так ;-)
Весеннее Равноденствие 21 марта 2019 г., 1:25 (по Гринвичу)
🌎 Праздник равновесия, поскольку день и ночь равны по своей продолжительности. Во многих культурах этот день считался (и до сих пор считается) праздником весны, возрождения природы, начала сельскохозяйственного цикла, а с ним - и календарного года. Пришло время для пробуждения дикой природы, а также время засеивать землю семенами для будущего урожая.
🌙 Виккане верят, что в это время Богиня принимает свою форму Девы. Также этот праздник считается одним из лучших дней в году для того, чтобы избавиться от старого, изжившего себя, и пригласить в свою жизнь новое и светлое.
🌞 Язычники северных традиций в этот день почитают богиню Фрейю, владычицу любви, плодородия и войны, а также Эострэ / Остару, богиню весны и пробуждения природы, о которой я уже писал ранее и о которой на самом деле мало что известно, кроме того, что ее имя дало название Пасхе в английском языке (Easter), однокоренное с такими словами других индоевропейских языков, как “east” (“восток”), “aurora” (“заря”) и “утро”, а также что ее символами являлись кролики и зайцы, как символы неуемной сексуальной страсти и плодовитости, а также крашенные яйца, как символ будущей жизни.
⭐️ Основные темы этого праздника: равновесие / баланс, свет, расширение, рост, очищение, избавление от старого, принятие нового, обновление.
Весенние ведовские советы: 🌸 Носите с собой лепестки фиалки (или сорванный и засушенный цветок, его можно положить, например, в бумажник или кошелек, или между страницами записной книжки) для удачи; 🌷 Красные тюльпаны помогают в делах амурных; 🌼 Чтобы наполнить ваш дом энергией любви и процветания, украсьте его букетами из желтых нарциссов; 🌹 Цветок же крокуса (шафрана) поможет усилить пророческие способности, а также - если положить его под подушку - может способствовать интуитивным и вещим снам.