Кубрик в кубе. Страница 5

​​Видели фильм, в котором Мадс Миккельсен целуется с мужчиной?

Это 30-минутная черно-белая и немая картина датского режиссера Симона Стахо, которая называется «Сейчас» («Nu»). Весь фильм — воспоминания больного старика, его блуждания по лабиринтам памяти. Вот он женится на красивой женщине, вот она рожает ему ребенка, вот появляется не другая, но другой — мужчина, его любовник. При этом сюжет здесь, конечно же, не играет основную роль. Хотя это едва ли можно назвать сюрреалистическим произведением, но именно такие ощущения оно вызывает. На примере этого фильма можно учиться тревожить и пугать без каких-то приевшихся страшилок и пугалок.

Первая ассоциация, которая возникает, — это картины Жана Кокто. В них больше сюрреализма, но ощущения примерно те же. Также на ум приходит Ингмар Бергман, тем более, что главного героя в старости играет один из его любимых актеров — Эрланд Юзефсон.

Холодные и пустынные скандинавские пейзажи, причудливо изогнутые, как будто человек корчится от боли, деревья, одинокие дома в стиле Рене Магритта, больничные коридоры с единственным окошком, за которым ослепительный белый свет, зеркала, в которых всегда другой мир — вспомним «Орфея» того же Кокто. И, конечно, смерть — не костлявая старуха с тяпкой в руке, а твоя молодая и пугающая жена («Придет смерть, и у нее будут твои глаза»).

​​Звездопад
Игорь Таланкин, 1981

Когда я создавала канал, то решила, что буду писать о современном авторском кино, потому что тогда мне было это особенно интересно: я смотрела много фильмов, начиная с самого зарождения кинематографа, но современного знала не так много, ограничиваясь, может быть, двумя десятками известных фамилий. Писать про условных Пазолини или Годара мне не хотелось — казалось, что все и так все знают. Но, может быть, я была неправа, и вам было бы интересно иногда читать про старые фильмы (прикрепляю опрос).

Сегодня немного поговорим про советский фильм «Звездопад» не слишком растиражированного режиссера — Игоря Таланкина. Он основан на произведениях Виктора Астафьева и рассказывает о войне. Главный герой на фоне Великой Отечественной войны взрослеет и совершает «взрослый» поступок — отказывается от любви, чтобы в будущем не сделать больно девушке. Но заинтересовать при первом взгляде картина может, скорее, не сюжетом, а своими оператором и композитором — Георгием Рербергом (он снимал «Зеркало» Андрея Тарковского) и Альфредом Шнитке, а также замечательными стихами: например, Ольги Берггольц («Вот видишь, проходит пора звездопада, и, кажется, время навек разлучаться. А я лишь теперь понимаю, как надо любить, и жалеть, и прощать, и прощаться»).

Главная фигура тут, кажется, Рерберг, потому что в первую очередь узнаешь его стиль: все эти портреты с игрой света, съемки в проемы окон, дверей и так далее. Этот киноязык совершенно самостоятелен: ему, может быть, даже не нужны сценарий и режиссура. При этом невольно сравниваешь Таланкина с Тарковским, тем более, что у Тарковского тоже есть фильм про войну — «Иваново детство». Видимо, их обоих сравнивали и тогда. Вот, к примеру, что писала про Таланкина (это его немного характеризует и дает нам представление) актриса Алла Демидова, которая снималась в «Звездопаде»: «Судьба фильма — вопрос упрямства. Вот у Тарковского лежит на полке «Андрей Рублев», а у Таланкина — «Дневные звезды». Тарковскому говорят: вырежьте эту сцену, и картина поедет в Канн. Он не режет. То же говорят Таланкину. Он режет и пьет. Так продолжается несколько лет. И «Андрей Рублев» потом едет в Канн, а Таланкин выпускает изуродованное кино».

Но теперь давайте ближе к самому фильму. Он рассказывает о юном человеке на войне: если у Тарковского мы в лице Ивана видели изуродованное детство на войне, то здесь — изуродованную юность. Оба фильма пугающие и отчасти использующие одни и те же средства: Таланкин так же, как и Тарковский, помещает своего героя между двумя мирами — реальным и воображаемым, между жизнью и смертью, детством и взрослением. У Тарковского в «Ивановом детстве» мы видим то сон, то игру воображения. И у Таланкина то же самое: эпизоды во время войны перемежаются с детскими воспоминаниями героя Миши. Шнитке тут работает по такому же принципу, принципу пограничности, соединяя фольклор и народные песни с так называемым «высоким искусством». То же самое со стихами: с одной стороны, стихи Берггольц, с другой, простонародные частушки, объединенные одной темой («С неба звездочка упала прямо милому в штаны. Пусть бы все там разорвало, лишь бы не было войны!»).

Но самое лучшее, что есть в картине, — это ощущение падения (тоже пограничное состояние, между небом и землей), выбивания из колеи, которые ярко были описаны Астафьевым («Но неведомая сила внезапно вздымет тебя с операционного стола и бросит куда-то в бесконечную темноту, и летишь в глубь ее, как звездочка в осеннюю ночь. Летишь и видишь, как гаснешь»). «Игорь Таланкин сделал очень человечный и очень грустный фильм. Фильм, пронизанный горечью о молодости, лучших годах жизни, отданных войне, о любви, жестоко оборванной, о жизни, выбитой из колеи: колесо, пущенное под откос, — неоднократно повторяющаяся тут метафора», — писала кинокритик Бауман. Не хочу перегружать вас длинными текстами, поэтому на этом закончу. За рекомендацию фильма благодарю одного из подписчиков (вы тоже можете рекомендовать, это очень ценно).

Мне не очень нравится слово артхаус, и я стараюсь его не употреблять, но получается не всегда. Разобраться, что же такое этот пресловутый «артхаус», можно с помощью семинара, о котором сейчас расскажу.

Почему этот жанр вызывает такую странную смесь чувств? Как авторская идея раскрывается в кадре, сюжете, персонажах и диалогах? И какую роль играют детали?

Друзья из просветительского проекта InLiberty запустили онлайн-киноклуб, который ведет Евгений Казачков — драматург, сценарист и бывший арт-директор «Любимовки». Каждое занятие — путешествие по миру киножанров и попытка разобраться в устройстве этого языка. В эту субботу, 13 июня, темой киноклуба станет артхаус и его основные приемы: участники разберут теорию и придумают собственные сюжеты в этом жанре.

Подробнее о субботнем семинаре и других занятиях можно найти на сайте: https://clc.to/movie_genres

На Первом канале показали «Брата 2», наложив в конце фильма на песню «Гудбай, Америка» видео протестов в США. После этого началась программа «Время». Какой же стыд 🤦🏼‍♀️

​​Приди ко мне
2019, Малгожата Шумовская

Фильм про секту, в которой состоят только женщины разных возрастов и один единственный мужчина-предводитель. Он называет себя Пастырем, а их — стадом. В общем, с самого начала картины примерно понятно не только дальнейшее развитие сюжета, но и главная идея этого художественного высказывания. Патриархат — это насилие, женщины, объединившись могут его победить.

Символы, разбросанные тут и там, тоже легко считываются. Изначально мы видим главную героиню — Селу — с выбившейся из косы прядью волос. Уже этим она отличается от своих «сестер». Пастырь, разговаривая с ней, трогает этот непокорный локон и приказывает переплести волосы, то есть уже на этом уровне пытается подавить и личность героини, и бунт, который, конечно же, скоро начнется. Со временем волосы Селы растреплются еще сильнее, а в конце все девушки появятся на экране с распущенными локонами.

Волосы вообще показательны в данном случае: одной из героинь, которая потеряла благосклонность Пастыря, отрезали их. Это простая, не надуманная метафора, актуальная для жизни: многим девушкам родители, в основном — отцы, до сих пор запрещают носить короткие стрижки; подстригаясь, девушки бунтуют и довольно часто в результате сталкиваются с агрессией.

Еще один символ. В лесу, где живут герои, над их головами переплетены нити — знак того, что девушки связаны. Таких символов в картине довольно много, но мы упомянем еще только один — стадо овец, которое на протяжении всего фильма сопровождает секту. В определенный момент Села начинает противопоставлять себя барану: она встает на корточки и практически вызывает его на бой. В этот же ряд становится финальный кадр — Села, держащая в руках ягненка, то есть агнца, который, как мы знаем, символ Иисуса Христа. Здесь как раз игра с религиозными символами заходит в какой-то тупик.

При том, что многое в фильме слишком понятно и очевидно, есть вещи, которые, наоборот, очень сложно считать. Почему Пастырь такой молодой, если сменилось уже не одно поколение женщин, которые следуют за ним? Какие отношения у него с местной полицией, и почему его не арестовывают? Что происходит, если у жен Пастыря рождаются мальчики (привет Крастеру из «Игры престолов»)? Если сыновей убивают, то почему еще ни одна из женщин не подняла бунт (все-таки это их дети)? Но это не самое интересное.

Самое интересное — как Шумовская работает со временем в картине. Мы до конца не понимаем, что из себя представляют некоторые сцены: это флешбэки, флешфорварды или просто фантазии главной героини. К этим сценам в том числе относятся те, в которых мы видим Селу не в одеянии дочери Пастыря, а в обычной одежде. Она едет в машине с кем-то вроде родителей и наблюдает из окна. Опять-таки непонятно, что это такое и что это значит. Но об этом хотя бы можно поразмышлять.

И последний штрих — визуально фильм действительно симпатичный. Лесные пейзажи, синие, красные и белые одеяния женщин, почти как в «Рассказе служанки», камера, которая медленно приближается или отдаляется, практически вводя в транс. А лучшие сцены вообще напоминают об «Антихристе» Ларса фон Триера, хотя это, конечно, очень комплиментарное сравнение для фильма.

📝«Потеряно при переводе» — канал для истинных любителей кино и сериалов.

👤Лебовски известен как Чувак, а не Дюдя. Тони Старк разговаривает со Сквидвардом, а не с Трухлявым. В «Хэллбое» и «Хорошем лжеце» скрыли шутки про Сталина и Путина. Ошибки перевода встречаются повсеместно, так давайте исправим их!

📌Подписывайтесь на «Потеряно при переводе», чтобы дубляж вас не обманул!

​​Если не знаете, что посмотреть сегодня вечером, то у меня для вас есть неплохой вариант. В 19.00 «Каро Арт» покажут фильм Малгожаты Шумовской «Приди ко мне», а перед этим сама режиссер расскажет о картине. Вот здесь вся информация.

«Приди ко мне» рассказывает о таинственной секте, обитающей в лесу и состоящей только из женщин и загадочного Пастыря. В центре сюжета — история девушки Селы, которая с самого рождения живет в лесу в окружении «жен», «сестер» и Пастыря, ставшего для женщин отцом, учителем, любовником и единственным другом. Со временем Села начинает подвергать сомнению окружающую ее действительность. «Приди ко мне» предлагает не просто взгляд на секту изнутри, а точку зрения жертвы, готовой восстать против сложившихся обстоятельств.

А позже будет рецензия, сможем обсудить. Фильм можно будет посмотреть и потом, если сегодня не получается или не хочется.

​​Любовь Аркус пишет, что покидает «Сеанс», а также центр «Антон тут рядом», который помогает людям с аутизмом. И журнал, и фонд она сама основала. Эх.

А вот и ответ на загадку выше.

Художник Леонид Хан зашифровал в одной картинке 25 сериалов. Попробуйте найти их все. У меня, например, не получилось (нашла около 20-ти). Позже выложу ответ.

​​Я, честно говоря, ждала кинофестиваль We Are One: A Global Film Festival, организованный фестивалем Tribeca совместно с YouTube, но, кажется, он не оправдает надежд.

Изначально организаторы объявляли, что онлайн нам покажут фильмы, премьеры которых должны были пройти на крупных фестивалях, отмененных из-за ковида: например, в Каннах, Берлине, Торонто, на «Сандэнсе» и так далее. Сейчас выложили программу, и что-то глазу не за что зацепиться. Очень много короткометражек (я не очень люблю, не знаю, как вы).

Есть документальные: вот, кажется, что-то более-менее интересное — «Рикки Пауэлл: индивидуалист» об известном уличном фотографе, который гастролировал с группой Beastie Boys, «Железный молот» о китайской волейболистке и олимпийской чемпионке Дженни Лан Пин, «И она может быть следующей» о трудностях цветных женщин, баллотирующихся на пост президента.

Из художественных меня заинтересовали драма «Eeb Allay Ooo!» о профессиональных отпугивателях обезьян, израильский триллер-неонуар «Потерять Алису». Есть анимационные от DreamWorks Animation: «Bilby», «Marooned» и «Bird Karma». Дальше будем наблюдать, как говорится.

Еще будут показывать архивные лекции и дискуссии, можно будет послушать разговоры с Фрэнсисом Фордом Копполой, Стивеном Содербергом, Гильермо дель Торо, Клер Дени и другими.

Фестиваль пройдет с 29 мая по 7 июня, фильмы будут показывать на ютьюбе.

Всегда интересно, когда кинокритики и киноведы переключается на режиссуру. Примеров много, и в нашем кино тоже — Борис Хлебников, Геннадий Островский, Николай Лебедев, Петр Шепотинник.

Иван Афанасьев — кинообозреватель изданий Time Out Moscow, «Игромания», Ruposters, Forbes, Кино-Театр.ру и других. В марте он вместе с режиссером Анастасией Ледковой снял свой первый фильм «Антагонист», который в данный момент пробует силы на кинофестивалях. Сейчас Иван ищет деньги на свой второй проект.

Рабочее название — «Друг», жанр — семейная драма + мистический хоррор. Сюжет рассказывает об отце и сыне, переживающих потерю близкого человека в то время, как мальчик заводит дружбу со странным виртуальным другом. В качестве референсов называются «Нелюбовь» Андрея Звягинцева, «Бабадук» Дженнифер Кент и «Реинкарнация» Ари Астера.

Часть бюджета, которую Иван взял из своего кармана, уже есть, но фильму нужно собрать еще средства — для этого запущена краудфандинг-кампания на платформе «Планета.ру». Любые деньги, хоть 10, хоть 100, хоть тысяча рублей могут помочь проекту реализоваться.

Давайте поможем начинающему режиссеру реализовать его задумку — кино прекраснейшее из искусств, но на него, к сожалению, нужно много денег. А с хорошими хоррорами у нас и вовсе печально — было бы здорово, если бы «Друг» оказался вдруг.

Почитать о проекте можно на сайте «Планеты»:
https://planeta.ru/campaigns/drug2020

​​Глотай
2020, Карло Мирабелла-Дэвис

Девушка Хантер, которая еще совсем недавно работала продавщицей, а потом вышла замуж за состоятельного мужчину из влиятельной семьи, беременеет и начинает глотать разные предметы: сначала красивый шарик, лежащий в ее шкатулке, потом скрепки, острые кнопки и даже батарейки.

Русскоязычное название фильма — «Глотай» — напоминает общеизвестное выражение — «проглотить обиду». Именно этим, кажется, занимается героиня. Но в то же время, поступая неожиданно, нарушая установленные нормы поведения, она выражает протест. Против чего? Против заранее розданных гендерных ролей, против пресловутой «истории Золушки», где бедная замарашка встречает прекрасного принца. На отведенную ей роль намекает и свекровь, которая прямо говорит, что героине очень повезло выйти замуж за ее сына, и свекор, который относится к девушке как к симпатичной кукле, и даже муж: он хотя и проявляет знаки внимания, но делает это потому, что так надо и так заведено, в остальном жена его не особо интересует.

Хантер в начале фильма с ее наивным и даже детским лицом действительно похожа на куклу в кукольном доме (отсылка к Ибсену, да). Кукольность особенно подчеркивают декорации и костюмы. Домашний интерьер выглядит богато и красиво, но со временем понимаешь, что эта красота — пустота и стереотип. Когда Хантер во второй части картины покидает коттедж и выходит в настоящий живой мир, картинка меняется, как меняется и она сама.

До того, как она убегает, насилие (физическое или психологическое) подавляет ее, она не может контролировать ни свою жизнь, ни даже свое тело, когда внутри нее начинает развиваться ребенок. Отчасти, чтобы вернуть контроль, она то и дело проглатывает какую-то мелочь. Так, чтобы почувствовать контроль, некоторые люди начинают резать себя. На канале я уже как-то упоминала книгу южнокорейской писательницы Хан Ган «Вегетарианка», в которой главная героиня внезапно отказывается сначала от продуктов животного происхождения, а затем и от еды в целом — это ее протест против насилия, ее борьба, ее способ вернуть контроль.

Когда тебе всегда отводится роль второго плана, когда единственное, что ты можешь решить — это выбрать цвет штор, которые будут висеть в комнате твоего сына, единственное, что остается, — глотать. И если предыдущее поколение уже смирилось с порядком вещей (мама главного героя когда-то мечтала стать актрисой, но сейчас довольствуется ролью домохозяйки), то нынешнее не готово к этому (Хантер, очевидно, не хочет оставлять попытки стать художницей). Только вернув себе контроль, она может противостоять миру мужчин. Встретившись со своим отцом, которого никогда не видела, она может сама контролировать ситуацию и совершенно оправданно заявить: «Я здесь главная».

Роберту Паттинсону исполнилось 34 года. Оказывается, еще в конце прошлого года актер пообещал заняться съемками в порно, если «Бэтмен» с его участием провалится. Но не в обычном порно, а в каких-то крутых фильмах для взрослых. Остается только надеяться, что картина действительно провалится, а Паттинсон сдержит обещание! Аминь!

Товарищи подписчики, это последний пост про данного павлина разукрашенного, обещаю. Ко мне на днях стучался один товарищ из чата "Кинокотята" с предложением помирить нас с Е.Б.. Надеюсь, что он это делал искренне, но я не верю в то, что Егора может что-либо исправить. Нарциссизм лечится лишь на начальной стадии, пока он не перерос в запущенную манию величия.

Всем мира и добра. А Егору - не пересекаться со мной в помещениях без камер и посторонних.

Оказывается, в российской кинокритике — веселье. Вот Иван Афанасьев осторожно угрожает Егору Беликову, а тот в чате «Кинокотята» предлагает не обсуждать «данного субъекта» (хотя, кажется, всем в этом чате хотелось бы обсудить).

Переходить на угрозы — это, конечно, вышка. Наверное, Афанасьев публично против насилия и, безусловно, осуждает высказывания Регины Тодоренко. Но что сделал Егор Беликов, чтобы его не избили при встрече?

Предлагаю после карантина устроить первый батл кинокритиков. Вот это было бы интересно!

Вы не знаете, но я училась в магистратуре по специальности «искусство кино» и собиралась писать выпускную работу про китч в кинематографе. Университет я в итоге бросила, но китч как явление меня до сих пор интересует.

Поэтому с особенным удовольствием хочу порекомендовать вам канал, который называется КИТЧ.

Его автор разбирает визуальный стиль фотографий, клипов, рекламы, документальных и художественных фильмов. Он рассказывает о том, как скейт-культура повлияла на видео (кстати, сейчас ностальгия про скейтерам в кино и сериалах — это модная тема), что такое план «взгляд бога», бесшовный монтаж и как вечеринки в Zoom могут стать частью screenlife-хоррора. Еще на канале — много музыки и юмора.

Подписывайтесь, если любите изучать визуальные приемы, и, тем более, если хотите снимать сами, как это делает автор.

​​Заражение
2011, Стивен Содерберг

Я думаю, этот фильм посмотрели уже все: на «КиноПоиске» он стал самым популярным во время пандемии коронавируса. Действительно, Содерберг угадал почти все: происхождение вируса (все тот же Китай и все те же летучие мыши), то, что он может передаваться через поверхность предметов, трудности самоизоляции и многое другое. При этом в картине все, конечно, хуже: более 26 млн погибших по всему миру.

Содерберг делает акцент на работе и победе системы здравоохранения и ее отдельных элементов — людей, которые готовы рискнуть собой, чтобы найти вакцину и спасти остальных. Радует, что такие люди есть и в реальной жизни, и огорчает то, что подобный фильм невозможен в нашей стране, где врачам приходится работать без средств защиты, а чиновникам их выделяют для красивого кадра, который можно показать по телевизору.

Высотка
2015, Бен Уитли

Фильм, снятый по одноименному роману Джеймса Балларда, рассказывает о высотном доме (точнее, даже небоскребе) в пригороде Лондона. Высотка в картине — метафора классового общества: на нижних этажах живут рабочие, на верхних — аристократия, где-то посередине ютится интеллигенция. Эта аллегория не нова: например, сто лет назад, в 1915 году, вышел рассказ Ивана Бунина «Господин из Сан-Франциско», в котором разделение общества показано через нижнюю и верхнюю палубы корабля «Атлантида».

Но вернемся к «Высотке»: однажды в здании возникают перебои с электричеством, напряжение между обитателями этажей нарастает, общество начинает разрушать само себя. На мой вкус, все это подано слишком в лоб. Но Уитли на этом не остановился и закончил фильм речью Маргарет Тэтчер про капитализм: «В мире существует только одна экономическая система. И это капитализм». Вместе с тем, в «Высотке» неожиданный феминистский финал (говорят, в книге он еще более яркий).