Страница из книги. Страница 11

Неблагородные запахи королевских резиденций Елизавета Тюдор и ее дамы окружали себя приятными ароматами. Они пользовались специальными коробочками, куда помещали ароматические шарики. Травы, специи, а иногда и эфирные масла добавляли в воск или смолу и помещали в коробочки с отверстиями. Эти коробочки на шнурках подвешивали к поясам юбок. Но несмотря на все усилия, избавиться от зловония во дворцах было невозможно. Канализации не существовало, и большинство придворных не имело доступа к ваннам. Обычно туалеты представляли собой деревянную скамью с прорезанными отверстиями, установленную над обычной ямой. Придворные часто мочились прямо на стены дворца, и проблема эта стала настолько серьезной, что во дворах даже установили каменные или свинцовые писсуары. После нескольких недель зловоние становилось «зловредным и заразным». Из-за этого Елизавете вместе со двором приходилось постоянно переезжать, чтобы дворцы можно было тщательно вычистить. Книга: «Частная жизнь Тюдоров», Трейси Борман.

Страна торфа В Голландии коммерческая древесина закончилась к середине XVII века. Золотой век республики питался другой энергией. Эта самая густонаселенная в тот момент страна Европы была холодной. Тепло давали каналы: их прокладывали, осушая землю под пашню; из глины делали дамбы, защищавшие от наводнений. Но у них была еще одна роль: извлечение тысяч тонн торфа. Всего в Нидерландах добыли 6 млн кубометров торфа. Для получения такого количества тепла надо было бы иметь лесное хозяйство на 800 000 гектаров земли (1/4 всей страны). Если бы не было каналов, перевозка этих дров потребовала бы столько лошадей, что на их корм надо было бы засеять овсом еще 1/3 Голландии. Добыча торфа проста, но в хранении он опаснее угля: может самовозгораться. Чтобы хранить его, надо соблюдать правила, близкие к ритуалу. С этим связаны голландские чистота и пунктуальность. Торф определил многие черты голландской культуры, так же как уголь определил многие черты британской. Книга: «Природа зла», Александр Эткинд.

Первое письмо У ранних систем письменности было три недостатка: скудность, ограниченность применения и ограниченность числа понимающих ее людей. Например, с помощью древнейшей шумерской письменности было невозможно передать прозаическую речь – она была не более чем стенографическим кодом, словарь которого ограничивался именами, числительными, мерными единицами. Представьте современного судебного секретаря, которому приходится писать «Джон 27 тучный овца», вместо «Мы приказываем Джону поставить 27 тучных овец, которых он должен казне». «Илиада» и «Одиссея» были сложены бесписьменными сказителями для бесписьменных слушателей и существовали в устной форме долгие столетия – до тех пор пока не был изобретен греческий алфавит. Письменность в первую очередь была средством порабощения другого человека. Частная, не связанная с государственной службой грамотность относится к гораздо более позднему времени. Книга: «Ружья, микробы и сталь», Джаред Даймонд.

Проклятье! «И никогда больше женщина не могла вырастить горох на своей земле, и никакие злаки больше там не росли». Подобные истории могут показаться сказками, но в те времена к ним относились со всей возможной серьезностью. Маргариту Гаркетт застали за сбором гороха на огороде соседки и потребовали отдать собранное. Она запротестовала, ссылаясь на «право подбирать». Соседка посчитала, что Маргарита набрала гороха не только с земли. Маргарита швырнула горох на землю и сказала: «Если ты устраиваешь такой шум из-за нескольких горошин, забери их все. На следующий год у меня будет много своего гороха, а у тебя – мало». Она прокляла землю, потопталась по ней и ушла. Вскоре ей припомнили эти слова. В 1585 году Маргариту отдали под суд, о котором сообщалось в памфлете «Несколько случаев колдовства», и повесили как ведьму. Проклятиями кидались многие, но «если за проклятием следовала смерть или иное несчастье», то это служило доказательством колдовства. Книга: «Искусство провокации», Рут Гудман.

👆такая кнопка будет появляться на канале раз в неделю. Не пугайтесь, это верифицированный сервис для донатов. Заполняете короткую форму и автору канала счастье.

Сексуальная революция Возрождения В Италии XVI века широко процветала секс-индустрия. Знаменитые куртизанки, любовницы кардиналов и дипломатов, были вхожи в высшие социальные круги Рима. Протестант Уильям Томас посетил Рим в 1547 году и оставил такие воспоминания «Римская поговорка гласит: «In Roma vale piu la puttana che la moglie romana, то есть у римской шлюхи жизнь лучше, чем у римской жены». В портовой Венеции проституция вовсе превратилась в настоящую индустрию. В 1543 году Сенат постановил, что «в нашем городе слишком много шлюх». В некоторых городах принимали законы, заставлявшие проституток носить особые шляпы или знаки – точно как евреев: обе эти группы оказывали социально полезные, но стигматизированные услуги. Книга: «Красота и ужас», Кэтрин Флетчер.

Изобрести - полдела, надо научиться применить Резиновая смола, активно использовавшаяся индейцами Америки, долго оставалась для европейцев непонятным новшеством. В 1823 году химик Чарльз Макинтош использовал нафту, продукт переработки угля, в качестве растворителя для изготовления прорезиненной ткани. Открытие Макинтоша способствовало активному применению резины для изготовления ботинок и сапог, шляп и плащей. В начале 30-х годов XIX века началась “резиновая лихорадка”. Однако несмотря на водоотталкивающие свойства изделий из резины, их популярность пошла на спад, когда люди поняли, что зимой такая одежда дубеет, а летом плавится. Лихорадка прошла очень скоро, и казалось, что резина останется всего лишь любопытным материалом, пригодным для ластиков. Слово “резина” (rubber) в 1770 году придумал Джозеф Пристли, который обнаружил, что кусочек каучука стирает (rubout) следы карандаша лучше, чем сырой хлеб, которым пользовались для этой цели. Книга: «Пуговицы Наполеона», Джей Берресон.

Честное племя алеутов? Алеутские острова были открыты в 1741 г. Берингом и Чириковым. Русские мореплаватели собирали данные о культуре алеутов и в первую очередь отмечали удивительную честность этого народа. Собственность была у них неприкосновенна. Все иностранцы отмечали удивительную выдержку аборигенов: у них считается крайне неприличным проявлять удивление или испуг. Они любили своих детей и уважали родителей, всегда выполняли обещания и никогда не лгали. Однако история алеутов показывает, что представления о безобидных северных народах не совсем соответствуют действительности. Алеуты порабощали даже соплеменников – переселенцев и сирот. К рабам относились жестоко. Хозяин имел право применить к рабу любое наказание, вплоть до убийства. Раб у алеутов являлся меновой единицей. За каменный нож можно было получить одного раба, а за байдару – двух. Некоторые алеуты были настоящими рабовладельцами, имея в своем распоряжении двадцать и более рабов. Книга: «Тайны малых народов», Евгений Яровой.

Мельница как искусство Зерновые составляли основу питания всех высоких культур, а помол зерна был самой важной пищеперерабатывающей задачей в истории. Ручные мельницы с воронками и каменным основанием стали первой базовой инновацией. Но продуктивность их обработки зерна была очень низкой (2 кг/ч). Жернова, которым передавалась энергия воды, мололи со скоростью 100 кг/ч. Такая мельница за десять часов производила муки на 3000 человек. Жернова вращала вода, но все колеса требовали эффективной трансмиссии из дерева и никакая мельница не смогла бы произвести хорошую муку без точно пригнанных жерновов. Они весили около 1 т и вращались 120–150 раз в минуту. Камни должны были иметь очень точный баланс. Если они терлись друг о друга, то могли сами себя повредить и даже высечь искру. Если находились слишком далеко, то получалась очень грубая мука. Требовался зазор в толщину листа коричневой бумаги около отверстия и в толщину папиросной бумаги у края. Книга: «Энергия и цивилизация», Вацлав Смил.

Негритянская ткань В Африке всегда существовало большое разнообразие одежды, которая определялась средствами и обычаями. Но когда африканцы превращались в рабов их раздевали и насильно одевали в подходящую для их статуса одежду. В 1735 г. в Южной Каролине был издан закон, ограничивающий выбор материи, которую могли носить рабы, самой дешевой и плохой. «Негритянская ткань» обычно обозначала гладкую белую валлийскую шерстяную ткань, поплин в мелкий рубчик, саржу или мешковину. Самыми распространенными цветами были белый, голубой и коричневый. Белые американцы по возможности избегали уродливых и дешевых тканей для себя. В 1780-х гг. Генри Лоуренс писал, что любому «негру, который вел себя хорошо», следовало дать «нечто лучшее, чем белая ткань». Освобожденные рабы наслаждались не только свободой, но и свободой в одежде. Олауда Эквиано начал посещать балы, на которые он надевал «тонкие голубые костюмы», в которых он «не мог остаться незамеченным». Книга: «Золотая нить», Кассия Сен-Клер.

Проклятый ростовщик «Nummus non parit nummos» - деньги не рождают деньги. Поэтому в Средние века ростовщичество - грех против природы. Для ростовщика нет спасения. В 1179 г. Третий Латеранский собор заявил, что ростовщики - чужаки в христианских городах и им должно быть отказано в церковном погребении. Заём, задолженность, ростовщичество с точки зрения средневекового человека - это кража, а ростовщики не продают ничего другого, кроме ожидания денег, то есть времени. В течение большей части ХIII в. единственным средством для ростовщика избежать ада был возврат того, что он приобрел процентными займами, то есть полученных процентов. Лучше всего ростовщику было вернуть их перед смертью, но он еще мог спастись и post mortem, вписав такой возврат в завещание. В таком случае ответственность и риск попасть в ад переходили к его наследникам или душеприказчикам по завещанию. Книга: «Средневековье и деньги», Жак Ле Гофф.

Проблема стремени В начале 8 века Запад переживает техническую революцию, затронувшую прежде всего искусство верховой езды. Главный ее итог - появление стремени. Первоначальное предназначение стремени - помочь всаднику удержать равновесие в седле. Однако широкое распространение стреми произошло прежде всего потому, что оно создавало дополнительные удобства при посадке на лошадь. В греческую и римскую эпоху на лошадь не садились и с лошади не сходили. Тогда говорили - in equum insilire (вскочить на лошадь). Вскочить было действительно нетрудно легковооружённому всаднику. Но даже небольшой отряд вряд ли сумел бы разом вскочить на коней, а тяжеловооружённый всадник без сторонней помощи вовсе не мог это сделать. Специальный слуга помогал ему взобраться и сойти с лошади. С изобретением стремени вооружение утяжеляется, усовершенствуется техника фронтального столкновения кавалерии и лошадь становится главным персонажем всех средневековых войн. Книга: «История средневекового рыцарства», Франко Кардини.

Школа, порка, Рим Невозможно с точностью сказать, когда в Риме была основана первая школа. После войн с Ганнибалом к обучению начали привлекать грамматиков и литтераторов. Греческих грамматистов сперва содержали лишь немногие процветающие семьи, но в более поздние времена школ грамматистов стало очень много. Наказания в этих школах были очень суровыми, если не сказать жестокими. Орудиями были ferula - связка прутьев, подобная розгам, flagrum - плётка из кожаных полос, scutica - плётка из более мягкой кожи. Раздавались ли в Риме протесты против столь жестоких наказаний детей? Несколько таких дошли до нас. Ритор Квинтилиан, живший около 35-95 голов н.э., пишет: «Эти меры будут совершенно ненужными, если учителя проявят терпение и участие. Но в наше время учителя настолько небрежны, что предпочитают наказывать учеников за дурные поступки, а не наставлять их на верный путь». Книга: «Сексуальная жизнь в Древнем Риме», Отто Кифер.

Полосовать и наказывать Подлинная история полосатой формы арестантов с трудом поддаётся реконструкции. Родиной ее вероятно была Америка: полосатая одежда появилась в исправительных заведениях Пенсильвании в 1760-х гг. Полосатые одежды - это социальный маркёр, символ изгнания из общества. Можно предположить, что корни преемственности костюмов эпохи средневековья и арестантской формы следует искать в практике заключать сумасшедших в специальные учреждения. Путь от шута к безумцу и от безумца к узнику. Ведь практика лишения свободы возникла в 16 веке именно по отношению к умалишенным, а не преступникам, подвергавшимся в основном телесным наказаниям. Связь между полосками и наказаньем отражена и в лексике. Французский глагол rayer означает не только «чертить» и «линовать», но и «отменять» и «вычёркивать». Книга: «Дьявольская материя», Мишель Пастуро.

Их не ждут с войны Главной в военной медицине 19 века была отнюдь не работа терапевта. Гораздо важнее было искусство хирурга и то, насколько быстро он сможет ампутировать конечность, пока не началась гангрена. Неслучайно солдаты так боялись получить ранение, а лазареты и военные госпитали называли «mourois», местами, где их посылают на смерть. Солдаты гораздо больше боялись ран и увечий, чем самой смерти. Многие семьи были слишком бедны чтобы заботиться о ветеранах-инвалидах. Не всегда ветераны могли расчитывать на тёплый приём дома. Физическое уродство смущало окружающих и возвращение к нормальной жизни было роскошью, доступной далеко не всем. В 19 веке не было понимания, что существуют психологическое расстройства здоровья, те, что в последствии получат определение «военный невроз». Страх, пережитый в армии, продолжал терзать многих до конца жизни. Книга: «За кромкой боя», Алан Форрест.

Золото, рабы, португальцы Португальцы первыми из европейцев совершили плавание вдоль западного побережья Африки. В середине 1400-х годов они открыли для себя стабильную местную сеть торговли золотом и рабами. Система изобиловала предпринимателями, посредниками, источниками информации, обладала развитой логистикой. Европейцы вовсе не открыли преимущества торговли местным царям и купцам, наоборот, им приходилось прилагать немалые усилия чтобы потеснить местных посредников. С 1450 по 1500 год в Португалию вывезли около 80 000 рабов. За следующие сто лет - 337 000. Португальцы быстро отыскали и золотые копи. В начале 1500-х они ежегодно вывозили из Африки около 1500 фунтов (700 кг) золота. Колоссальный обьем, при том, что годовая добыча в Европе в это время составляла около 4 тонн. Все золото Европы тогда могло уместиться в ящик со сторонами чуть более 2 метров каждая. Книга: «1000 год», Валери Хансен.

Прозвища и репутация в Средние века Имена знати были, как правило, самоочевидными. Еврейские имена также было легко идентифицировать. В других случаях имена мало что могли сказать о личности и репутации человека. Протестантская женщина получала имя в честь Девы Марии, башмачник носил фамилию Фишер, а Франкфуртеры жили в Нюрнберге. Исключением из неопределённости служили клички. Популярные прозвища могли быть основаны на профессии (Пекаренок), географии, предпочтении в одежде (Георг Перчатка). Не каждый, у кого были клички, занимался темными делами, но практически все люди с сомнительной репутацией имели альтернативную идентичность. Люди настороженно относились к таким прозвищам, как Ганс Наёмник или Ножницы, и начинали беспокоиться за свой кошелёк, когда их представляли Хитряге-Кожевнику. Для женщин число возможных социальных ролей резко снижалось, как только их прозвищами становились Игривая Киска или Шлифовалка. Книга: «Праведный палач», Джоэл Харрингтон.

Встречают по … воротнику Воротник, манжеты и галстук, более заметные, чем рубашка, обращали на себя большее внимание. В викторианскую эпоху само наличие воротника могло подсказать, к какому классу принадлежал человек, а форма, степень чистоты и количество крахмала, потраченного на отбеливание воротника, говорили о положении в социальной иерархии. Рабочие носили рубашки без вороника, свободно завязывая вокруг шеи кусок ткани. Отложные воротники, которые обычно носят в 21 веке, считались неформальными, их носили обеспеченные люди в часы досуга. Накрахмаленные стоячие воротники были частью строгой официальной одежды. Для придания формы хрупкие воротники отутюживали. Провести все эти процедуры дома было практически невозможно. Воротники готовили в специальных прачечных, оборудованные круглыми паровыми утюгами. Книга: «Как жить в викторианскую эпоху», Рут Гудман.