Обложка канала

Вычитала. Страница 4

4539 @forgetenotreads
Открыть

Канал «Вычитала» опирается на вычитанное (в книгах и статьях) — но этим не ограничивается. Ключевые слова: литература, уважение к разнообразию мира, самоисследование, Петербург, самоирония.

  • Вычитала

    The other inevitable question that white people have on arranged marriages: “Are you going to get one?” I never know how to respond to this question. To me, it’s the same as asking whether I’ll get a tattoo. If I’m bored, maybe. I make it a habit not to take a definitive stance on things like that. I don’t want to say “No, I’ll NEVER EVER in my life EVER get a tattoo.” Then I’d look really stupid when I got one. There are two Priyas warring in my head. Good Priya wants to be polite. Bad Priya wants to flip the script. Bad Priya, *in a leather jacket, smoking Marlboro Reds*: Well, do you think you’ll go the other route and marry some dude you met at the bar six months ago? Whose mother you haven’t even met? One of those what-d’you-call-’ems—weird love marriages that are based entirely on fleeting sexual desire and are therefore bound to fail? Unfortunately, Good Priya always wins, so I answer with: “Well, I don’t know.” This answer, I have learned, is the wrong answer to give. White people are never satisfied with this answer. I can feel it on their lips, the struggle to not say, “But whyyyyyyyyyyyyyyyy?” It’s the wrong question to ask. Who, if they had the chance to meet a decent, financially solvent, reasonably attractive, and intelligent man from a good family background, would decline? It’s no more labor than a Tinder date and potentially much more rewarding. I tell them: “You know I can say no, right? It’s very simple . . . my parents introduce me to a man and we have a cup of coffee or get dinner together. And if I don’t like him, or he doesn’t like me, we can say ‘no.’ It’s not as if every meeting leads to marriage. You generally meet quite a few people before you find the one you’re compatible with. Just like in real life.” They don’t know what to do with that information. They stir their coffee while they try to think of another objection. I wonder how many of them watch The Bachelor. The Bachelor is a deeply grotesque television show that has somehow become part of the very fabric of American culture. The essential premise is this: twenty-five women (or men, if it’s The Bachelorette) gather in a house to compete for the affections of an absolute stranger. Meanwhile, the bachelor has two months to select a fiancée from the women present. During this process, the contestants are not allowed TV or cell phones; they are completely cut off from the world outside the Bachelor mansion. They spend their time fixing their hair, arguing, and waiting around for the bachelor to give them plastic roses. Throughout the season, the contestants and the bachelor give interviews in which they repeatedly say, “This is a dream come true.” It’s an absolute fairy tale, chirps Kimberly, twenty-four, as she adjusts her too-tight diamanté gown. I’m the luckiest girl in the world! (As if being trapped in a house with twenty-five men isn’t the stuff of horror movies.) I wonder how people can watch The Bachelor without seeing that it’s the less-honest version of an arranged marriage. #книги

  • Вычитала

    Priya-Alika Elias, «Besharam: On Love and Other Bad Behaviors»: Why I’m No Longer Talking to White People about Arranged Marriage I have to be honest about something—if I were white, I would probably ask my Indian friends a lot of creepy questions about arranged marriage. I’m sorry. Arranged marriage is a wildly complex way of bringing together two people. Anybody who says they aren’t interested in hearing about it is lying through their teeth. I know white Americans are interested. (I know this because of the number of people who have asked me about it over the years. Usually at completely inappropriate times, like at my law school graduation. “I’m just saying, it’s so heartwarming that you didn’t succumb to the pressure of getting an arranged marriage!”) The thing about arranged marriage is that it’s not exclusive to us. It’s as old as the concept of soap. (It’s marriage for love that’s the shocking new concept.) Arranged marriage is right there on the very first page of Pride and Prejudice, which means that no English major anywhere in the world has an excuse for ignorance: “Is he married or single?” “Oh, single, my dear, to be sure! A single man of large fortune; four or five thousand a year. What a fine thing for our girls!” “How so? How can it affect them?” “My dear Mr. Bennet,” replied his wife, “how can you be so tiresome! You must know that I am thinking of his marrying one of them.” The rest of the book bangs on about the great love between Elizabeth and Mr. Darcy, but this is the crucial passage. This book is a story about arranged marriages. Love Marriages in P&P: 1) Elizabeth and Mr. Darcy (NB: she says her attraction was based in part on his huge mansion) 2) Jane and Mr. Bingley Arranged Marriages in P&P: 1) Charlotte and Mr. Collins 2) Lydia and Mr. Wickham 3) Anne de Bourgh and Mr. Darcy (if she hadn’t been “sickly,” which is probably code for TB) 4) The other sisters 5) Caroline Bingley (probably) 6) Mrs. Bennet Mrs. Bennet is the quintessential Indian aunty at a wedding — she maneuvers every social situation such that two compatible people can meet. She might sound like a human dating app but in truth, she is far more efficient. Dating apps only show you what a person would like to be seen as. Even a first date isn’t a real date—it’s somebody who’s sent their lawyer to make a good case for them. One of the most pressing concerns of white people is how impersonal arranged marriage is. “How can you get married to a person without knowing anything about them?” they cry, as if marriage wasn’t, by definition, a bizarre contract. You might know your spouse’s favorite color or their preferred brand of toothpaste, but there are so many ways in which human beings are unknowable. Every day—every single day—there’s a story in the papers about a wife of fourteen years discovering her husband’s hidden sex slave in the attic. At this point, I think we have to admit that we, as a species, are beautifully trusting and fatally stupid. We can absolutely get married to a person without knowing anything about them. We can stay married to a person for fourteen years and take their word for it that the bizarre noises from the attic are merely the wind knocking over a bucket full of mops. Arranged marriage can’t solve this problem entirely, of course. But it goes a long way towards it.

  • Вычитала

    Можно меня поздравить, я наконец осилила половину запланированного сто лет назад: вот она, пятидесятая история из детства (по этому поводу в ней много фоточек, в том числе моих, но не только) https://nonidealstories.ru/100stories50/
    Сто историй из детства. Горбушка - Неидеальные истории

    История про две Горбушки и контент на физических носителях — в этой главе из детства оказалось больше всего фотографий.

    Неидеальные истории

  • Реклама

  • Вычитала

    Пример переписки Хэзер с помощницей: Darling Heather, A shy young man, Peter Coles, came in yesterday, twenty-seven, working class, very pleasant, neat, polite, must be brave as he’s a fireman. I’ll send you a copy of his registration card. He says that as he’s illegitimate he would like to meet a similar young woman. Can you think of anyone? All love, Picot Dearest Picot, For your Peter Coles, I suggest Miss Daisy Sharp, a naïve little thing who has a six-month-old baby. Daisy wants a man who loves children and would be a good father to her baby. She’s only twenty and she’d like to have more children. I warned her that many young men will not meet an unmarried mother – or if they are willing they are unable because their parents raise a stink. I don’t think you need to restrict yourself to illegitimate girls: your Peter probably means a girl who is in some way or another an outcast, maybe an orphan, or adopted. There’s also a girl who said she wanted to meet someone who has known loneliness. I can’t at the moment remember her name or other details, but you’ll probably think of some others. Love, Heather 3. Обратная связь Когда первые представления не приводили к успеху (один господин познакомился с 48 женщинами и ни он никому из них не понравился, ни ему никто не понравилась — а вот 49-я встреча привела к помолвке, хотя работницы агентства хотели уже его укусить) — приходило время поговорить с клиентом или клиенткой и послушать, что идёт не так. Этот разговор мог помочь придумать ещё какие-то варианты или быть поводом вернуть деньги и попрощаться. Если работа продолжалась, это значило, что обе стороны считают, что могут ещё вложить силы и надеются на удачный исход. Иногда от работниц агентства требовалось помочь с выбором одежды или посоветовать что-то в плане коммуникации. Мэри очень гордилась тем, как «выращивала» клиенток в духе Квирая. И в этом, конечно же, нет ничего революционного. Чтобы получить то, что тебе нужно, хорошо бы знать, что ты ищешь, выяснить свои ценности и понять, какой жизнью хочется жить дальше. Чтобы выяснить, совпадает ли это с тем, как себя представляют потенциальные партнёры и друзья. Вот только это слишком сложно — выбрать, решить и определиться. Думаю, Мэри и Хэзер помогали жесткие общественные нормы, по которым люди искали себе пару. Но вдобавок они интересовались и психологией: не только формальным совпадением с ожиданиями, но и тем, что не сработало, кто не понравился и почему. Возможно, они во многом лучше понимали своих клиентов и клиенток, считывая многие выводы между строк, потому что мы сами далеко не все важное о себе готовы осознать (и часто действуем наперекор своим потребностям, пытаясь построить идентичность на одобряемом другими, да вот только не клеится ничего). Я также вспоминаю шоу о дейтинге Love on the spectrum, где я услышала такую гениальную и такую простую вещь, которую использую теперь регулярно. Знакомясь с новыми людьми, убедитесь сперва, что у вас есть общие специнтересы, о которых вы можете увлечённо говорить часами. По паркету лыжи не поедут.

  • Вычитала

    Итак, как Мэри и Хэзер (а также потом их помощницы) подбирали пары настолько эффективно? Ни в одной книжке не было четкой инструкции, да и они, возможно, делали всё интуитивно (как Шерлок Холмс с ЖГС!). Но я прочитала столько их историй подряд (а также как они обучали помощниц), что, кажется, нащупала паттерн успеха. Вот как он выглядит. 1. Ограничения и цели Хочет ли человек детей / готов ли вступить в отношения с тем, кто хочет / не хочет, у кого уже нет / есть дети. Что по религии и по классу? (удивительно похоже на индийские браки: хотя ничего удивительного — и Мэри, и Хэзер были в Индии, а идею брачного агентства им подкинул дядюшка Мэри, который пытался ей найти подходящего жениха на плантациях Ассама и часто такими делами занимался, поскольку Британия отправляла мужчин в колонии, не задумываясь о том, где они найдут себе понимающих партнёрш по жизни, причём с межрасовыми и межкультурными отношениями тогда было плохо, даже англичане с французами не всегда хотели вступать в браки по причине взаимной чуждости) Хочет ли человек «путешествовать» (т.е. жить в колонии и/или миссионерствовать) или, наоборот, не хочет уезжать даже за пределы графства? Соответствует ли годовой доход каждой стороны патриархальной формуле «мужчина должен зарабатывать больше, иначе его эго будет смертельно поражено»? Все не подходящие по этим ограничениям и целям люди отметаются на этом этапе: даже если они сойдутся эмоционально (влюбятся), совместный быт при несоответствии будет затруднён, конфликты неизбежны. 2. Ожидания и реальность Проводя с клиентами и клиентками глубинные интервью, работницы агентства не просто ставили галочки в стандартных анкетах. Они старались понять, что за жизненные истории у людей, какие внутренние потребности они хотят закрыть женитьбой или замужеством, что не работало в прошлых попытках. Также они сверялись со своим ощущением. Насколько им рядом комфортно и что это говорит им о том, кому может понравиться быть рядом с этими людьми? Например, одному дяденьке, сильно пострадавшему во время войны, не стали предлагать тыловых партнерш, которые бы его защищали и спасали. Он хотел, чтобы его видели в многогранности его истории — и ему подобрали анкету девушки, которая точно так же повидала очень страшные вещи и ей тоже пришлось поступать очень по-разному. Оба понимали, насколько странная штука жизнь, и ценили то, что у них есть. По этому пункту много давали отзывы людей, которые сходили на свидание или переписывались с клиентом или клиенткой. Все отзывы подшивались и анализировались. Если вот это не понравилось вон тому, кому такое могло бы, наоборот, подойти? Идеей было не найти непременно всем пару, а скорее понять, для кого сейчас есть подходящая пара, и свести этих людей, чтобы они решили сами, нравится ли им такой вариант. Если пару месяцев никакие идеи про кого-то в голову сотрудницам агентства не приходили (а также если в отзывах были жалобы или кто-то вёл себя мудачески), клиентам возвращали их деньги.

  • Вычитала

    Пример подстройки пары по статусу: Арчибальд чуть выше классом, но скромняга, бывший учитель истории, не привыкший к нерабочему общению в принципе, поэтому Айви ему больше подошла, чем дама его уровня, которой было бы его маловато: The longer she talked to Archibald, the more convinced Bottle grew that Ivy was the answer to his prayers. She categorized him as a Gentleman For Here or slightly lower who could meet a Near Lady, someone a bit lower class than him. He lacked the presence, the income, the poise, the tastes of a full-blown GFH – any Lady For Here would probably find him too shy, too lacking in ambition, living in too sparse a style in an unfashionable neighbourhood. Ivy, a Near Lady, had all the qualities poor Archibald needed, and Bottle was full of optimism as she arranged for them to meet. Bottle was right. The first reports from both Ivy and Archibald were touchingly grateful, for they found in each other a kindred spirit: modest, self-effacing, unassuming, and giddy with the desire to love and be loved. They met in the evenings, went to concerts and plays and talks, and on weekend outings.

  • Вычитала

    Система социального статуса, выработанная в агентстве, была гибкой. Вот цитата из второй книжки. Mary and Heather had developed a ‘mating’ system, based on the all-important distinctions of class. It assigned each client to one of these categories: Lady and Gent Upper class, not necessarily titled but definitely of superior breeding. Gent For Here and Lady For Here Upper middle class, public school educated (Here being for our purposes). Near Gent and Near Lady (or Half Gent and Half Lady) Middle class, with a professional background. Gentish and Ladyish Lower middle or working class. WC (Working Class) was used in the very early days of the Bureau; soon replaced by MBTM (Much Better Than Most) and, a smidgeon lower, MBTS (Much Better Than Some). Both could have an added V: VMBTM (Very Much Better Than Most); or even a further addition, GOOD, creating GOOD VMBTM. +, ++, or – All categories could be modified with plus or minus signs which enabled the client to be introduced to the next category (up or down). For example, Ladyish++ could meet Near Gent–. Similarly “Gent For Here” could be matched with Near Lady+. Just A “Near Gent, just” could be introduced to a “Near Lady”, though probably not to a Near Lady++. A client in the Gent For Here category would almost invariably specify, ‘She must be a lady.’ The interviewer knew exactly what he meant, and immediately searched for a woman who had been to private or public school, spoke without any local accent, and moved in social circles similar to his. Similarly, a Much Better Than Some woman would ask for ‘a plain ordinary working-class man’, and be matched with a man categorized as Much Better Than Some or Working Class. The interviewers recorded each client’s name, religion, age, profession, income and place of residence in a volume called the Black Book. Each client’s town was also entered alphabetically, since geography was a critical factor, especially with the difficulty of travelling in wartime. Index boxes contained a card for each client, recording his or her registration number, details about the client and about the type of person he or she wanted to marry. On the back of each card, the interviewer wrote the registration number of all that client’s introductions, thereby avoiding the risk of sending the same introduction twice. There were so many clients that most letters of the alphabet needed two separate index boxes, one for men and one for women. Some smaller groups, of country or religion, such as clients living in India, or Jews, needed only one box for both men and women. It was a very complicated set of records, ‘but,’ recalled Mary, ‘finding the right husband or wife, in the right place, at the right time, was a complicated business. And the system worked!’

  • Вычитала

    Сразу скажу, что в двух прочитанных книгах многое ощущается проблемным. Там есть колониализм, классизм, расизм, лукизм, гетеронормативность, эйблизм и многое-многое другое. При этом я смотрю на них как на документы эпохи и как на историю одного (во многом ограниченного) эксперимента. Работая с тем, что у них было в руках, и прикладывая своё понимание счастья к тем, кто приходил в их агентство, владелицы и сотрудницы работали с высокой конверсией: когда через 20 лет опросили 1000 пар, ответили 800, из которых разошлись всего 3 🤯 Кроме того, это история полностью женского бизнеса. Им было непросто — как клиенты домогались, так и войны вмешивались в бизнес-планы. Они справились, и это интересно. В начале проводили интервью и подбирали знакомства владелицы бизнеса, потом одна (Мэри) уехала в Америку, а вторая (Хэзер) вышла замуж за шотландца, родила и руководила удаленно, приезжая сперва на неделю каждый месяц, а потом, перебравшись поближе, навещала агентство пару раз в неделю — и в этот период за агентство отвечали две помощницы. Потом ребёнок подрос, и Хэзер вернулась в Лондон. Как между владелицами, так и между помощницами была интересная динамика: одна была более хороша в разговорах с аристократами, а вторая по-доброму относилась к простому люду: они делили поляны, советовались и не конкурировали. Одна сторона всегда была более практична, а вторая всегда более эмоциональна. Все желающие вступить в брак клиенты и клиентки платили 5 гиней — чтобы их вносили в Чёрную Книжку. Каждая персона получала порядковый номер и статус (см. ниже), а в их карточку записывались детали жизненной истории и опознавательные особенности. Туда же шли мнения тех, кому с этой персоной повезло переписываться или встретиться. Если встречи приводили к браку, агентство получало ещё 21 гинею с каждой стороны.

  • Вычитала

    Пересматривала сегодня сборник тиктоков от Cisco Viera, где он просит Алексу (голосовую помощницу) перевести ему задорные испанские песни (изучавшие испанский, то есть кастильский, отлично знают — так делать не стоит), и ржала на всю квартиру. Прикладываю, чтобы вы тоже смогли.

  • Вычитала

    Смонтировала два выпуска третьего сезона подкаста @nonidealstories и готова сообщить, что первый уже доступен на Патреоне (целиком, с пятницы) и в телеграм-канале (покороче, выложила сегодня), а второй будет через неделю.

  • Вычитала

    «Как дела?» — спрашивали многие. Два коротких слова осторожно начинают либо беседу ни о чем, либо разговор о том, что занимает меня больше всего. Позже я поняла, что мне, как и многим другим, в первую очередь нужно было, чтобы мою утрату не замалчивали. Любая попытка сменить тему казалась мне противоречащей моим основным на тот момент потребностям. У людей, болтавших о чем угодно, лишь бы не о Эйольфе, утешения не найти. Пустая болтовня представлялась мне в этой ситуации оскорбительной. Мне не нужны были мудрые советы, я нуждалась в том, чтобы люди вошли в мое положение. Для меня тяжелее всего было скрывать, что я на самом деле чувствую. Я понимаю, что некоторые старательно обходят тему смерти из-за собственного страха перед ней, но принять, что этот страх сильнее горя, мне всё равно сложно. Чтобы вернуться к обычным делам и усмирить боль, горюющим нужна поддержка. Некоторым понимающим людям удается своим участием делать и то, и другое сразу. Но тех, кто понимал, через что я прохожу, можно было пересчитать по пальцам одной руки. Поэтому группа, где собирались такие, как я, и пришлась столь кстати. Недостаток эмпатии и понимания со стороны окружающих обсуждался в группе неоднократно. Мне кажется, что друзья и знакомые избегают меня как прокаженную, или это действительно так? А если да, то в чем дело? Они не знают, о чем со мной говорить? Может, они боятся смерти или не знают, как реагировать на мое горе? Когда я заговаривала об Эйольфе, а они не спешили подхватить тему, это казалось мне предательством и трусостью. Предательством по отношению к его короткой жизни и трусостью перед лицом моей боли. К тому же нас с Эйольфом перестали воспринимать как пару. Нас негласно развели. Людям требуется разное время, чтобы справиться со скорбью. Собрать воедино кусочки пазла новой жизни — дело небыстрое. Один из таких кусочков — язык. Первое, чему мне предстояло научиться, — говорить об Эйольфе в прошедшем времени, а не в настоящем. Сначала это казалось неправильным, ведь я по-прежнему ощущала присутствие мужа в своей жизни. Предстояло также разобраться, когда следует говорить «мы», а когда лучше сказать «я». Сложнее всего оказалось с названием нашей компании, где указаны обе наши фамилии. Пришлось быть готовой объяснять новым клиентам, кто скрывается за второй. Я подумывала даже переименовать предприятие, чтобы избежать столь тягостных (для меня) моментов. Профессионализм вынуждал меня притворяться, что со скорбью уже покончено, хотя на самом деле меня по-прежнему качало в утлой резиновой лодке среди открытого моря тоски. Когда, собственно говоря, человек перестает скорбеть? Сколько мучительных часов необходимо прожить скорбя? Скорбь — строгий и требовательный учитель. #книги

  • Вычитала

    Лонг Литт Вун, «Путь через лес. О грибах и скорби»: Утрата — холодная бетонная стена. Когда жизнь швыряет тебя об эту стену, болит всё тело. Со смертью близких все в группе поддержки стали чаще наведываться к врачу. То, что у скорбящих ослабляется иммунитет, — доказанный факт. Мысли у всех разбегались. Кто-то пробовал медитировать, кто-то ходил по спа-салонам или отправлялся в путешествие. Все мы были в отчаянии, у всех уходила масса времени и сил на то, чтобы найти способ справиться с горем. Не существует петушиного слова, позволяющего призвать новую жизнь. Я забывала о договоренностях, отмеченных в календаре. Я мало ела. Общение с людьми быстро утомляло меня. Мне дарили книги, задуманные как помощь скорбящим, но слова, не успевая выстраиваться в предложения, принимались плясать перед глазами. Я всегда любила читать, а теперь не могла запомнить и строчки из прочитанного. Я всегда любила музыку, а теперь не могла слушать наши любимые пластинки — при первых же звуках в горле вставал огромный ком. Скорбь требует силы, которую не разовьешь в спортивном зале. Можно ли просто взять и перестать горевать? Можно ли просто сделать выбор в пользу счастливой и беззаботной жизни? Сейчас я уверена в одном: процесс преодоления скорби — не надежная устойчивая лестница вверх, а запутанная дорога, иногда уходящая у тебя из-под ног. Путь от скорби к ее отсутствию не прям и предсказуем, а извилист. Так называемый «прогресс» здесь случается тогда, когда это будет угодно скорби, а не тебе. Для всех участников группы очевидно было одно — к утрате не был готов никто. Смерть обрушилась на всех нас с неожиданной силой, ждали мы ее или нет. «Звони, если что понадобится», — твердили многие. Проблема была в том, что я не знала, что мне нужно. Конечно, единственно верного способа поддержать горюющих не существует, но после смерти Эйольфа отношения со многими друзьями и знакомыми у меня кардинально переменились. Некоторые из тех, на чью надежную поддержку я рассчитывала, так и не проявились, а те, кто раньше находился на периферии знакомств, постоянно находили изобретательные способы помочь мне. Они не сдавались, оставаясь рядом со мной, переживавшей горе в том темпе, который задавала скорбь. Пусть на какое-то мгновение, но на душе у меня становилось тепло от их заботы. Ю., мой верный и находчивый друг, вызвался навещать меня после работы: он приносил с собой все продукты для ужина, а я сидела за столом и смотрела, как он готовит. Даже скорбящим надо питаться.

  • Вычитала

    Кусочек подкаста Брене про то, что в организациях частенько избегают «сложных разговоров про расу и гендер», потому что «люди боятся ляпнуть что-нибудь и что их неправильно поймут». Возможность отказываться от сложных разговоров на любую тему — это и есть наилучшее определение привилегий.

  • Вычитала

    Как известно, что в тиктоке, так и на ютубе — я всё больше читаю (субтитры), а не смотрю (картинку). И вообще мне больше нравится нон-фикшн контент, как и в книжках (или автофикшн). И вот нашелся третий канал с увлекательными эссе в компанию к Contrapoints и Philosophy Tube, от которых я всегда жду чего-нибудь интересненького. Это Verity Ritchie из Любляны. Расскажу про находку и вам. Канал называется verilybitchie, я посмотрела несколько видео и вот эти кусочками пересмотрела потом: ⁃ Good representation is boring ⁃ Monosexuality and bisexuality

  • Вычитала

    "Sharks don't have bones," I tell him, caressing the photograph of what I know is a blue shark. “And they have six senses. Not five. They can sort of sense electricity in the atmosphere. The electricity of life! They can also smell blood from miles away." Their senses are sometimes overpowering. Too loud, too strong, too much of everything. I turn the page to a large photograph of a solitary Greenland shark, swimming alone in the ice-cold water. "People don't understand them." I touch the shark's fin. "They hate them, actually. A lot of people. They're afraid of them and don't understand them. So, they try to hurt them." Mr Allison doesn't say anything for a while, as I read the first page. "You take that home with you for as long as you would like, Addie." I look up at him. He is smiling, but his eyes don't match his mouth. "Thank you!" I make sure to put all the glad that I am feeling into my voice so that he knows I really mean it. He moves back to his desk and I become engrossed in the book. Reading is the most calming thing after an overly loud and unkind classroom. I can take my time. There is no one rushing me or barking at me. The words all follow rules. The pictures are bright and alive. But they do not overpower me. When I am trying to sleep at night, I like to imagine diving beneath the cold waves of the ocean and swimming with a shark. We explore abandoned shipwrecks, underwater caves and coral reefs. All of the colour, but in a wide-open space. No crowds, no pushing and no taking. I would not grab their dorsal fin. We would swim alongside one another. And we would not have to speak a word. We could just be. #книги

  • Реклама

  • Вычитала

    Elle McNicoll, «A kind of spark»: On days like this, I spend lunchtime in the library. I feel the other children in the class watching me as we tuck in our chairs and leave the room, the school bell screeching so loudly. Loud noises make my head spin, they feel like a drill against a sensitive nerve. I walk through the corridors, practicing my breathing and keeping my eyes straight ahead. People talk so loudly to their friends, who are right next to them. They get too close, they push and clamour, and it makes my neck hot and my heart too quick. But, when I finally get to the library, it's all quiet. There is so much space. There is one window open to let in a little fresh air. There is no loud talking allowed. The books are all categorised and labelled in their proper places. And Mr Allison is at his desk. "Addie!" He has curly dark hair and big glasses, and he is tall and skinny for a man. He wears old jumpers. If I were to use my thesaurus to describe Mr Allison, I would say he was kindly. But I like to just say that he is nice. Because he is. My brain is very visual. I see everything in specific pictures, and when people use the word "nice", I think of Mr Allison, the librarian. "I have just the thing for you!" I like that he never asks boring questions. He doesn't ask how my holidays were or how my sisters are doing. He just gets straight to talking about books. "Here we go." He walks over to one of the reading tables and puts a large hardback book down in front of me. I feel all the horrid feelings from earlier disappear. "Sharks!" I flip it open immediately and stroke the first glossy page. I told Mr Allison last year that I love sharks. That they are the most interesting thing to me, even more than the ancient Egyptians and the dinosaurs. He remembered. "It's a sort of encyclopedia," he tells me, as I sit down with the book. "An encyclopedia is a book that tells you a lot about one subject, or one area of study. This one is all about sharks." I nod, somewhat dazed from excitement. "I suspect you know everything that's in there already though," he says, and he laughs after he says it so I know that he's joking.

  • Вычитала

    Много слышу разговоров о том, почему (или почему нет) проблемно / нежелательно, чтобы чем-то отличных от дефолта героев писали / играли не люди, схожие с дефолтом. И есть очень много теоретических умных ответов. На которых, конечно, есть много что возразить. Но единственный правильный ответ — это прочитать / увидеть своими глазами, как отличается творчество, прожитое до донышка, от героя, написанного из головы. Почувствовать разницу на уровне тела. Мы же читаем не только головой, да и музыку слушаем, и сериальчики смотрим. Если не бегут мурашки правдивости — ШТОШ, всё понятно. Примеры с мурашками: ⁃ сериал Work in Progress ⁃ сериал Everything’s Gonna Be Okay Примеры без: ⁃ сериал Atypical ⁃ книжка «Миндаль» И не сказать ведь, чтобы примеры второго прям ужасны. Нет, не ужасны. Местами даже увлекательны. Но репрезентация выдуманная и стереотипная, а где и с нереалистичными натяжками. Конечно, обложка Миндаля великолепна, а сестра главного героя в Atypical классная. Но. Мне тут пришла дебютная книжка Эль Макниколл — я читала вторую и она тоже была прекрасная, а это первая. YA, написано легко и увлекательно и пробирает до глубины души: надеюсь, кто-нибудь на нашем рынке купит права. Примерно как пьеса Crocodile, но подлиннее и про подростков. Процитирую.

  • Вычитала

    Кстати говоря, если кому интересны мои самые проигрываемые треки 2021 и одновременно вам удобна Яндекс.Музыка — это ссылка для вас. music.yandex.ru/users/y…/8611954