Бла-бла-номика. Страница 3

Власти в последнее время педалируют тему опережающего повышения МРОТ. Так, в 2024 году запланирован рост сразу на 18,5% до 19,2 тыс. рублей, а к 2030 году минимальная зарплата должна увеличиться вдвое к уровню 2023 года (до 32,5 тыс. рублей). По оценке Минтруда, МРОТ напрямую влияет на доходы 4,8 млн граждан (6% занятых), которые получают зарплату в размере минимальной. Есть и косвенное влияние на повышение зарплат чуть более высокооплачиваемых работников. Кроме того, повышение МРОТ приведет к увеличению выплат по больничным листам и пособий по беременности и родам. Для снижения бедности и доходного неравенства, а также поддержки внутреннего спроса эффект ожидается положительный. Вот только нагрузка на бизнес, особенно малый и средний, возрастёт. Им вроде дали льготный режим по страховым взносам с зарплат, превышающих МРОТ (15% вместо 30%), но забыли предупредить, что планка МРОТ будет расти так быстро. Для повышения производительности, чтобы за счёт современных технологий и автоматизации была возможность замещать дорожающий низкоквалифицированный труд, компаниям тоже нужны дополнительные ресурсы и стимулы. Иначе существует риск закрытия легального бизнеса и перетока низкооплачиваемых работников в неформальную занятость.

«Донастройка» инвестиционного налогового вычета (ИНВ) продолжается. В Госдуму поступил законопроект, которым предлагается ввести, по сути, еще один ИНВ в размере до 25% капзатрат, но только для проектов, которые реализуются в рамках инвестсоглашений с регионами, и сведения по ним включены в Реестр проектов технологического суверенитета и структурной адаптации экономики, или же проекты соответствуют единым критериям, установленным Правительством. Спрашивается, а что будет с действующим ИНВ, который теоретически должен покрывать до 90% капзатрат за счет региональной части налога на прибыль? Видимо, ничего — ведь получить такие вычеты за все время существования ИНВ мало кто сумел. Слишком уж много ограничений установили регионы на их применение, боясь лишиться доходов по налогу на прибыль. А недавно введенная система дотаций регионам за применение ИНВ ситуацию не исправила — об этом, кстати, говорится в пояснительной записке к законопроекту. Но будет ли новый вычет доступнее старого? Требования к инвестиционным соглашениям, необходимым для «допуска» к новому ИНВ, пока не установлены, предполагается разработать только к концу 2023 года. Реестр проектов технологического суверенитета находится почти в таком же состоянии, поскольку саму концепцию реестра и порядок его ведения утвердили в конце мая. Вопросы вызывает и объем вычета — он ограничен не только планкой в 25% затрат, но и расчетной ставкой 10% — то есть при выплате налога на прибыль в региональный бюджет (куда идет 17 п.п. из уплачиваемых 20%) максимальный размер вычета может составить только 10%. Ну а в системе дотаций, которая не обеспечивает регионам должной компенсации выпадающих доходов в связи с ИНВ, видимо, изменения тоже не планируются. Похоже, что инвесторам в очередной раз придется рассчитывать только на себя, а не на налоговые вычеты.

По некоторым оценкам, динамика заработной платы россиян в течение трудовой жизни имеет вид перевернутой U-образной кривой с пиком в возрасте 35-45 лет. То есть в начале трудовой деятельности зарплата растет по мере накопления опыта и совершенствования навыков, а потом начинает снижаться в силу так называемой «амортизации человеческого капитала». С возрастом человек приобретает всё меньше новых знаний и навыков, не вся информация успешно усваивается и применяется, старые умения постепенно теряют актуальность, да и здоровье нередко подводит. Кроме того, никто не отменял возрастной дискриминации на рынке труда. Однако на динамику зарплаты существенно влияет не только возраст, но и темпы экономического роста. Как выяснили А.В. Замниус и соавторы в ходе недавнего исследования, опубликованного в журнале «Вопросы экономики» №6/2023, если темпы экономического роста будут составлять не менее 2% ежегодно, то заработная плата россиян в среднем не должна убывать вплоть до наступления возраста 65 лет. Пока что мы имеем снижение ВВП на 2,1% в 2022 году и осторожные надежды на текущий год. Прогноз Минэкономразвития на 2023 год по росту ВВП составляет 1,2%, но будет повышен, а Банк России прогнозирует рост ВВП в интервале 0,5-2,0%.

Китайский автопром выходит на качественно новый уровень. Собственные бренды китайских автопроизводителей захватывают все большую часть внутреннего рынка, а поставки автомобилей на внешние рынки превратились в один из наиболее быстрорастущих направлений китайского экспорта. Активно развивая сотрудничество с ведущими мировыми автоконцернами на протяжении нескольких десятилетий власти КНР не оставляли попыток по выращиванию собственных национальных чемпионов в автопроме. Успех пришел, когда многомиллиардные субсидии китайского правительства оказались направлены в новую перспективную рыночную нишу по производству автомобилей на новых источниках энергии. По данным AlixPartners, в период с 2016 по 2022 год китайские производители автомобилей на новых источниках энергии, включая гибриды и электромобили, получили государственных субсидий на сумму $57 млрд. Господдержка фактически помогла создать новый рынок, стимулируя покупки автомобилей среди населения и компенсируя затраты компаний на выпуск новых продуктов. И внутренним рынком дело, естественно, не закончится. В AlixPartners прогнозируют, что уже к 2030 году ежегодные продажи китайских автомобилей на зарубежных рынках вырастут до 9 млн автомобилей, что обеспечит китайским брендам 30% мирового рынка. Что сказать — прекрасный пример, как активные вложения со стороны государства начинают приносить отдачу для экономики в виде расширения внутреннего предложения, создания новых рабочих мест и роста экспорта.

Интересное предложение о приватизации в интересах пенсионеров озвучено главой НИФИ Минфина. Суть идеи — передать бумаги госкомпаний в собственность граждан через направление их пенсионным фондам и компаниям, управляющим пенсионными активами. Пожалуй, это было бы удачным выходом из создавшегося положения — причем не только с точки зрения социальной справедливости, но и по экономическим соображениям. 🔹 Во-первых, госсектор (включая госкомпании и их непрофильные активы) на многих рынках разросся уже до таких размеров, что частному бизнесу не пробиться — и все это ставит серьезные вопросы об эффективности такого «госкапитализма». Наладить за ним общественный контроль в виде новых собственников-граждан и управляющих пенсионными активами было бы весьма полезно. 🔹 Во-вторых, пенсионные фонды давно нуждаются в передаче дополнительных активов в управление, это обеспечит и приток доходов, и повысит привлекательность таких фондов как долгосрочной формы сбережений, а значит, и будет способствовать развитию финансового рынка. 🔹 В-третьих, передача активов в управление пенсионным фондам — это более простое решение для госорганов, чем, например, масштабная приватизация, избегание которой часто объясняют нежеланием «отдавать активы за бесценок». Такая передача активов — это одновременно поддержка и тех, кто уже находится на пенсии и сможет получать прибавку к весьма скромным выплатам, и тех, кто сможет рассчитывать на повышение своей будущей пенсии.

В Правительстве обсуждают, как быть с программой развития промышленных парков и технопарков в регионах. По этой программе (которая является частью нацпроекта по поддержке МСП, и должна завершиться в 2023 году), субъекты РФ получают субсидии на организацию промышленных парков и технопарков, где помимо обычных помещений для размещения производств, создаются центры коллективного пользования оборудованием, лабораториями, и что немаловажно — логистическими мощностями. Для перерабатывающих малых производств, у которых немного возможностей для создания всего этого своими силами, это действительно важно. Но пока что таких «парков с господдержкой» в стране немного, да и господдержка весьма скромная: на 2023 г. плановый объем субсидий составляет только 4,95 млрд руб., а на 2024 г. финансирование пока не предусмотрено. Самих технопарков такого рода тоже немного. В 2020-2022 годах они могли создаваться только в 10 субъектах РФ «с низким уровнем социально-экономического развития», и только в середине 2022 года этот список расширили до 20 субъектов РФ. Но и теперь «парки с господдержкой» работают в основном в регионах Центрального и Приволжского ФО (на них приходится почти 2/3 таких технопарков). А в Сибири и на Дальнем Востоке, где есть ничуть не меньший потенциал развития перерабатывающих производств, таких технопарков крайне мало. Кстати, все дальневосточные регионы, а также большинство регионов Сибирского ФО этой программой вообще не охвачены. При этом в Минэкономразвития совершенно справедливо отмечают, что обеспеченность инфраструктурой такого типа ниже потребностей субъектов МСП во многих регионах. Похоже, что решение напрашивается само собой: если страна берет курс на формирование «суверенной экономики», подразумевающей развитие перерабатывающих производств, то наработанный опыт по созданию таких технопарков нужно кратно расширять, и не только в регионах с «проблемной» экономикой, но и во многих других — и прежде всего в Сибири и на Дальнем Востоке. Причем роль федеральной программы по созданию технопарков здесь исключительно важна, поскольку без нее с задачей создания инфраструктуры для современных перерабатывающих производств не смогут справиться ни регионы со своими жесткими бюджетными ограничениями, ни сами малые предприятия.

Воскресный дайджест «Блабланомики»: самое интересное в канале за неделю 🔸 Какой может быть политика по управлению инфляцией, если к ней подключить и Банк России, и Правительство 🔸 Чем может грозить продовольственная дефляция в России 🔸 Почему в наших условиях не стоит рассчитывать, что проблема дефицита российского бюджета решится, если заняться сокращением расходов 🔸 Чему равен индекс деловой активности PMI российских обрабатывающих отраслей в июне 2023 г. и о чем это говорит 🔸 Почему российский бюджет при ослаблении рубля выигрывает и как это может использовать Банк России 🔸 Как идут дела с субсидированием российских фермеров 🔸 Чему равен дефицит федерального бюджета за январь-июнь

2595 млрд руб. составил дефицит федерального бюджета за январь-июнь. И это значительно меньше, чем за январь-май (3411 млрд руб.). Доходы федерального бюджета по итогам первого полугодия все еще отстают от аналогичного периода прошлого года, однако этот разрыв потихоньку сокращается. Сейчас отставание идет на 11,7%, а месяцем ранее было на 18,5%. Главным фактором отставания остаются нефтегазовые доходы. Однако, если тенденция к снижению курса рубля продолжится, то нефтегазовые доходы получат больше шансов на восстановление. По расходам, напротив, в текущем году сохраняются опережающие темпы роста, хотя и они немного замедляются. По итогам января-июня расходы федерального бюджета на 19,5% выше уровня аналогичного периода прошлого года (для сравнения, в январе-мае опережение было на 26%). Так что вместо разрастания дефицита бюджета скорее стоит опасаться сворачивания бюджетных стимулов для экономики в виде превышения бюджетных расходов над доходами — тем более что именно об этом поговаривают последнее время в Минфине.

​​Как идут дела с субсидированием фермеров? Минсельхоз сообщает, что на 29 июня до фермеров было доведено 61,5% федеральных субсидий. То есть за полгода перечислено даже больше половины средств. По сравнению с практикой прошлых лет, это, можно сказать, достижение. Однако это средний показатель по всей стране, а в регионах ситуация складывается по-разному. И в 35 субъектах РФ доля перечисленных средств ниже этого среднего уровня, а в 5 регионах перечислено даже менее трети субсидий. Среди «отстающих» есть и регионы, крайне важные для сельского хозяйства. Например, в Краснодарском крае до аграриев довели 56,5% субсидий, в Брянской области — 43,0%, в Астраханской области — 30,7%. Есть проблемы и в разрезе направлений поддержки. В числе самых проблемных: 🔹 обеспечение комплексного развития сельских территорий (33,9% средств доведено); 🔹 возмещение части затрат на уплату процентов по инвестиционным кредитам (32,9%); 🔹 реализация мероприятий, направленных на создание условий для получения аккредитации ветеринарными лабораториями субъектов РФ в национальной системе аккредитации (30,8%); 🔹 стимулирование увеличения производства масличных культур (6,7%); 🔹 подготовка проектов межевания земельных участков и проведение кадастровых работ (0,4%).

Эльвира Набиуллина призывает «не строить теории заговора» о том, что рубль ослабляют специально, в интересах бюджета. Вообще-то и без всяких теорий заговора понятно, что бюджет при ослаблении рубля выигрывает. Например, в прошлом году, когда рубль резко укреплялся, Антон Силуанов переживал по этому поводу, поскольку, по его оценке, рост курса на 1 рубль сокращает доходы бюджета в пределах 130-200 млрд руб. Соответственно, снижение курса имеет обратный эффект — если, конечно, оно будет устойчивым. Кстати, вполне вероятно, что и Банк России в скором времени также попытается использовать снижение курса как аргумент в пользу увеличения ставки, заявляя в очередной раз, что динамика курса «несет проинфляционные риски». А наблюдая за тем, как вместо насыщения экономики финансами на инвестиционные цели уже много лет подряд продолжается игра на истощение финансового рынка, волей-неволей начинаешь вспоминать и о теориях заговора… Других объяснений, почему все так, а не иначе, не находится.

​​Согласно исследованию S&P Global, индекс деловой активности PMI российских обрабатывающих отраслей в июне 2023 г. составил 52,6 пункта (против 53,5 в мае), что говорит о продолжении улучшения конъюнктуры, хотя и самыми слабыми темпами с октября 2022.   Для российских компаний рост выпуска был связан с новыми заказами, причем как на внутреннем рынке, так и на внешнем. Отмечалось увеличение занятости, а рост закупочной деятельности был самым значительным с февраля 2008 г. И хотя на фоне других стран ситуация с деловой активностью в России выглядит относительно неплохо, есть и тревожные сигналы.   Одна из главных проблем для российских производителей — это высокие издержки, темпы роста которых снова оказались одними из самых высоких за все месяцы с апреля 2022 года. Компании отметили рост операционных расходов из-за неблагоприятных колебаний валютного курса, недостатка сырья и материалов, выросших логистических затрат. При этом производители сообщили, что повышение издержек они были вынуждены перенести и на клиентов: рост отпускных цен стал самым высоким за почти полный год.

Минфин сегодня предложил сократить расходы федерального бюджета в 2024 году на 10%. Как пишут, Антон Силуанов чуть ли не шокировал этим предложением членов правкомиссии по бюджетным проектировкам, которые не против оптимизации неэффективных расходов, но к «фронтальному сокращению», как это называют в Минфине, оказались не готовы. Это и понятно — для того ли Правительство c начала года ускоренно финансирует расходы, стремясь создать в экономике бюджетный стимул и обеспечить перезапуск экономического роста? Любопытно, что примерно с таким же предложением глава Минфина выступал ровно год назад, тогда он предлагал сократить расходы на 2023-2025 гг. в общей сложности на 1,6 трлн рублей. Но это предложение, как теперь видно, в первоначальном объеме реализовано не было. Остается надеяться, что и нынешнее предложение постигнет как минимум такая же участь. А если серьезно — в наших условиях не стоит рассчитывать, что проблема дефицита бюджета решится, если заняться сокращением расходов. Пока в экономике не начнется развитие бизнеса, а вслед за ним — и повышение достатка тех, кто в этом бизнесе работает, дефициты бюджета будут возникать снова и снова — каждый раз после, например, повышения социальных выплат. Единственный выход из этой ситуации — это запуск «органического» роста налоговой базы, который обеспечит не временный, а стабильный прирост доходов бюджета. Но для этого в 2024 году нужно продолжать взятый с начала этого года курс бюджетной политики, а не менять его.

​В мае в РФ наблюдалась продовольственная дефляция. В число лидеров по падению цен традиционно уже входят овощи и фрукты: картофель (-44,7% в годовом выражении), свекла (-40,3%), капуста белокочанная (-18,7%), чеснок (-18,0%), морковь (-18,0%), яблоки (-16,0%). Однако мы давно уже предупреждали, что как бы не вышли боком в новом с/х сезоне эти низкие потребительские цены — ведь аграрии и сократить производство могут в ответ на снижение рентабельности. Минсельхоз больше не публикует оперативные данные по ходу полевых работ, но Росстат недавно выпустил данные о посевных площадях по состоянию на 1 июня. И, похоже, наши плохие предчувствия сбываются. Сев картофеля в 2023 г. в целом в РФ упал на 1,2% по сравнению с 2022 г., овощей — уменьшился на 2,5%.  В частности, существенный спад отмечается в Южном ФО (-2,7% по картофелю и -7,5% по овощам). «Лидерами» по сокращению посевных площадей под картофелем в этом году являются Ростовская область (-29,4%), Хабаровский край (-27,0%), Кемеровская область (-21,5%); по овощам — республика Саха (Якутия) (-44,3%), Ростовская область (-30,9%), Забайкальский край (-29,5%), Хабаровский край (-29,2%), Псковская область (-26,2%). Остаётся теперь лишь уповать на погоду и урожайность…

Похоже, что началась реакция официальных СМИ на призыв Президента к переходу к «экономике предложения». «Ведомости» подготовили большую статью о том, какой может быть политика по управлению инфляцией, если к ней подключить и Банк России, и Правительство — в части стимулирования роста предложения. Примечательно, что на этот раз уделено внимание и доводам экспертов, критикующих подход Банка России к снижению инфляции за счет подавления спроса. Стагнация — не меньшая проблема, чем инфляция, а значит, прежние подходы к антиинфляционной политике нуждаются в пересмотре. Вот только в высказываниях руководства ЦБ, процитированных в статье, никакого пересмотра пока не видно. Все те же слова об избыточном спросе, мнимой полной загрузке производства и о том, что при высокой инфляции, если бы она была, тоже были бы высокие издержки компаний и высокие процентные ставки — вероятно, с намеком на то, что восстановление роста экономики нам «не светит» ни с антиинфляционной политикой, ни без нее. Уж какая тут «экономика предложения»… Ну а подключение Правительства к контролю над инфляцией за счет стимулирования предложения, по сути, уже давно состоялось. Для расширения предложения в условиях хронической недоступности заемных средств Правительство субсидирует ставки по кредитам, выплаты купонного дохода, лизинговые платежи, периодически докапитализирует банки и институты развития. На все это ежегодно из федерального бюджета уходят сотни миллиардов рублей. И чем больше объем субсидий, тем чаще в Банке России говорят о необходимости ужесточить свою денежно-кредитную политику, и тем больше расходов нужно нести бюджету, чтобы хотя бы на отдельных рынках предложение расширялось. С такой «ориентированностью» денежно-кредитной политики на рост предложения далеко не уедешь… И понятное дело, что у бюджета возможности не безграничные, и на весь бизнес, который мог бы расширить предложение, субсидий не хватит. Поэтому реальный выход — это улучшение условий заимствований на инвестпроекты со стороны Банка России (например, за счет снижения ключевой ставки, смягчения банковских нормативов, развития рынка облигаций и др.). Тогда бюджетные средства будут не «перебивать» высокие ставки, а пойдут на другие, не менее важные для общества задачи.

Воскресный дайджест «Блабланомики»: самое интересное в канале за неделю 🔸 Как идет внедрение регионального инвестиционного стандарта в России 🔸 Как отказ недружественных стран от поставок продукции в Россию помогает дружественным государствам стать мировыми лидерами на отдельных рынках 🔸 Почему надеяться на широкие охваты и большие перспективы долгосрочных сберегательных программ в России не стоит 🔸 Какие слова замглавы Минфина А. Сазанова иллюстрируют, что министерству сложно перестроиться с бухгалтерских позиций, когда главное, чтобы доходы были побольше, а расходы — поменьше 🔸 Как украинский конфликт ударил по рынку авиаперевозок по всему миру 🔸 На сколько сократятся мировые долларовые резервы и увеличится доля юаня к 2033 году

То ли страна трудоголиков, то ли с рынком труда и зарплатами не всё так хорошо, как кажется по официальной статистике.

💸 Курс на дедолларизацию резервов продолжается: центральные банки отдают предпочтение евро в краткосрочной перспективе и юаню в долгосрочной, показал опрос, проведенный Официальным форумом валютно-финансовых учреждений (OMFIF). По данным форума, в ближайшие два года 14% центральных банков планируют увеличить свои активы в евро, 10% — в юанях и только 6% — в долларах. Что касается долгосрочной перспективы, то в течение 10 лет около 40% центральных банков планируют увеличить резервы в юанях и только 9% — в евро. В целом же, OMFIF прогнозирует, что к 2033 году долларовые мировые резервы сократятся во всем мире с 58% до 54%, а доля юаня увеличится с 3% до 6%. «Респонденты назвали диверсификацию и растущую роль Китая в мировой экономике основной мотивацией для инвестиций в юань», — отметили в отчете, однако подчеркнув, что увеличение доли юаня в резервах будет постепенным.

​​Украинский конфликт сильно ударил по рынку авиаперевозок в России. Но этот удар пришелся не только по нам. У организации «Международный совет аэропортов» (ACI) есть интересный показатель — индекс авиационной связанности разных стран. Данный индекс замеряет число направлений, по которым можно вылететь из аэропортов страны как напрямую, так и с пересадкой. При этом учитывается и частота рейсов (то есть если рейсов 5, а не 4 в неделю, то рейтинг выше), и удобство пересадки (то есть более удобные и короткие маршруты опять же дают больше очков в рейтинге). И по состоянию на июнь 2023 года уровень авиационной связанности в России был на 34% ниже уровня 2019 года. С одной стороны, сохраняется значительный разрыв. С другой — год назад разница с 2019 годом была существенно больше (в 62%). Но надо сказать, что есть большое число стран, где показатели близки к российским или даже хуже (например, Финляндия, Чехия, Австрия, Швеция, Германия и т.д.). В восстановлении российской авиационной связанности помог, во-первых, доступ к крупнейшим авиационным хабам, таким как аэропорты Стамбула или Дубая. При этом Турция — это лидер рейтинга ACI, а турецкие аэропорты бьют рекорды по пассажиропотоку, в том числе благодаря россиянам. Во-вторых, России помог рост числа внутрироссийских направлений авиаперевозок. И это тот случай, когда нет худа без добра, и работу в этом направлении необходимо и дальше лишь усиливать. Восстановлению же авиационной связанности европейских стран мешает в том числе закрытие российского воздушного пространства для большинства европейских авиалиний. В результате наибольшее падение авиационной связанности европейских аэропортов наблюдается по направлению Европа — страны Азиатско-Тихоокеанского региона (на 18% ниже в июне 2023 года по сравнению с июнем 2019 года). Хотя надо сказать, что и европейцы работают над решением данной проблемы — год назад разрыв был в 50%.