Слушаю книжку Wordslut: A Feminist Guide to Taking Back the English Language - очень базовый путеводитель по гендерной истории английского языка, но очень живо и подкупающе начитанный автором, и, наверное, рекомендую его всем, кто хоть как-то интересуется, от чего сводит словарики у тамошних борцов за чистоту (мужского) языка. Пока что из полезного: Монтелл приводит много неожиданных примеров того, как, например, в изначально нейтральных гендерных парах слово, относившееся к женщине, постепенно теряло нейтральность в сторону ухудшения. Так, скажем, слова buddy и sissy произошли от слов brother и sister, но если слово buddy до сих пор сохраняет положительное значение ("друган"), то sissy - стало уничижительным, особенно если (когда) используется по отношению к мужчине ("тряпка", потому что самая обидная инвектива для мужчин, как правило, - сравнение с женщиной).
Шортлист Букера еще предсказуемее и скучнее, чем длинный список. Для этого судьям, видимо, пришлось постараться. Макс Портер, например, – самый приметный, хоть и местами уже несвежий голос британской литературы, в короткий список, например, не попал. Зато Рушди, который год за годом старательно копипастит свои лучшие гэги – вошел. Далее в списке – Этвуд (ну, еще бы), кирпич с постмодернистской отдушкой Люси Эллман, суперполиткорректный Чигози Обиома. Поболеть можно за Шафак (нормальный романный роман) и за Бернардин Эваристо (огненная аудиоверсия). Но в целом, друзья, в этом году Букер не удался. https://thebookerprizes.com/news/2019-shortlist-has-been-announced
Узнала, что на русском выходит книга Элис Макдермот "Девятый час", (хотя она, конечно, "Час девятый"): такая странная литература, в которой мощнейший стиль подмял под себя и без того нитевидный сюжет. С одной стороны, литература это огромная, достойная и заслуженная. Элис Макдермот – живой классик и т.д. И это такое тончайшее, нутряное буквально исследование глубин человеческого отчаяния и человеческой же самоотверженности, написанное так, что хочется заплакать и сразу его переводить: там снег, шуршание грубой ткани, ирландский Бруклин, распаренные от стирки руки, в общем, это такой вещный, вещистый подарок переводчику. Но – не читателю. Читателю для того, чтобы одолеть эту книгу, нужен исходный запас радости, потому что по структуре – это такой совершенно ирландский роман, только еще хуже, потому что ирландского юмора там почти нет, а вот ирландской безнадеги – как снега. И когда ты читаешь с размаху, с самого начала – и это не спойлер – про мужика, который кончает с собой, выкрутив газ и оставив беременную жену бороться с вьюгой и какими-то там тридцатыми годами на дворе, то нужно очень много внутренней силы, чтобы это дочитать, несмотря на летящий тебе в лицо как снег идеальный стиль Макдермот.
Все книжные рекомендации Опры Уинфри собраны в одном месте (многое, кстати, переведено на русский, и даже не самое очевидное – вроде "Темных дорог" Тони О'Делл). Если вам нужен крепкий и беспроигрышный список современной американской литературы, то это вот он. https://bookriot.com/2019/08/22/books-recommended-by-oprah/
Сегодня последний день, когда можно прислать рассказы на конкурс "Будущее время". Победители получают нормальные денежные призы, так что у вас есть еще немного времени, чтобы попробовать что-то написать и прислать нам. http://bf.sistema.ru/futuretense2019/
Клэр Харман написала исследование о феномене славы Джейн Остен – Jane's Fame, в котором есть премилые сценки конца 19 века, когда многочисленные потомки Остен поняли, что на оставшуюся у них сувенирку от покойной тетушки внезапно появился спрос, и стали рьяно приторговывать письмами и прочими бумажками, (что, впрочем, все равно было гораздо лучше того, как повела себя Фанни София, дочь Фрэнка Остена, которая сожгла всю переписку Остен с женой своего отца и давней подругой женщин Остен Мартой Ллойд). В книге в частности цитируются вкрадчивые письма лорда Брабурна, отпрыска самой богатой ветви Остенов – Остен-Кнайтов, бездетных богачей и аристократов, усыновивших одного из братьев Джейн Остен, Эдварда. Брабурн известен, в основном тем, что первым издал сборник писем Джейн Остен, подчистив кое-где кое-что для уплотнения известной родственницы в золоченой рамке с ангелами, чтобы за ней ненароком не заметили ничего земного. Но и он, перед тем, как торгануть письмами оптом, писал коммерческие предложения заинтересованным лицам, которые начинались с предложений продавать по письму за пять фунтов, а в придачу к ним выписывать гарантийный чек, мол, письма подлинные – фактически мамой клянусь, (от которой они ему и достались).
Умерла Тони Моррисон. Мало кому из современных писателей можно пользоваться эпитетом "великий/великая", но вот ей он был совсем впору. https://time.com/5630489/toni-morrison-dies/
И подробный обзор букеровского длинного списка для Esquire. "Теперь номинантов для премии все чаще выбирают так, как будто вместо жюри сидит отдел кадров: товарищи, смотрим на стаж, резюме и отзывы критиков. Канада? Возьмем Маргарет Этвуд. Азия? Возьмем Салмана Рушди. Хорошо, что нет России. Пришлось бы откопать Пушкина, наверное." https://esquire.ru/letters/114082-chto-chitat-13-romanov-iz-dlinnogo-spiska-bukerovskoy-premii-2019-goda/
Иииии... вот опять. Букер 2019 выкатил очень предсказуемый и чопорный лонглист, в котором все одновременно и мило, и смешно, и уже невыносимо. В этот раз никакой игры с жанрами и форматами, ни одного неожиданного имени (книжные блогеры предсказали даже пришествие нового ДФУ - романа Люси Эллман Ducks, Newberyport: тысяча пост-пост-страниц для тысячи post-it-notes), а за бывшие колонии еще с 2015 года выступает Чигози Обиома, и другого Обиомы (и других бывших колоний, как видимо) у букеровского жюри для нас с вами нету. Из того, что может быть интересно с точки зрения литературы: Люселли (дичайший талант борется с диким активизмом) и Макс Портер (явная звезда, еще ничего не написал об актуальном, потому что и без этого его есть за что похвалить). Остальное - в завтрашнем традиционном обзоре https://thebookerprizes.com/booker-prize/news/2019-booker-prize-longlist-announced
Последние две недели (вместе с моим любимым императивом – Галиной Юзефович) рассказывала очень хорошим и неравнодушным людям о том, как быть книжным блогером. Так вот, если честно, то для того, чтобы стать хорошим книжным блогером нужны всего три вещи, но они чаще всего и оказываются самыми сложными. Нужно очень-очень любить читать. Нужно читать очень-очень много. И нужно писать о книгах очень-очень регулярно. На самом деле это всё. Дальше уже можно украшать этот скелет всевозможным мясцом: прорабатывать стиль, придумывать форматы, изобретать рубрики и не стесняться общаться с другими читателями. Но самым главным в этой схеме по-прежнему останутся книги, любовь и некоторое упорство.
Элизабет Гилберт рассказывает о том, как она писала роман City of Girls. Например, стиль вымышленной актрисы Эдны Паркер Уотсон частично списан с Донны Тартт. #естьлиуваспятьминутчтобыпоговоритьодоннетартт
Watson's inimitable way of dressing, in beautifully tailored jackets and trousers, had a more modern inspiration: her style, greatly admired by Vivian, was borrowed from the novelist Donna Tartt. "I'm always so dazzled by the way Donna dresses," said Gilbert, who described herself as, unlike budding designer Vivian, "not fashion driven." Tartt, she says, enters the room, "and everyone else looks wrong."
Обсуждали сегодня «Смерть сердца» Элизабет Боуэн. И кто-то провёл параллель: послать гонца с запиской мужчине — это сверхинтимная близость, как сообщение в чатик в вотсапе или в личку в телеграм (да ещё голосовым).
И я вдруг подумала и тут же высказала мысль, что «Смерть сердца» — очень современный роман и всех героев из Англии 30-х прошлого века я легко могу перенести в настоящее. А прочитанный дневник Порции мог бы быть каким-нибудь закрытым бложиком, ссылки на который Порция давала только близким друзьям, ну там Эдди, например. А он возьми и кинь ссылочку Анне. Ну а Сент-Квентин вообще из тех людей, кто скрины личной переписки может выложить на стену. А потом сидит, потирает ручки и смотрит, как люди обижаются друг на друга и, простите, срутся в комментариях. Очень жизненно, в общем. Не понимаю, как Боуэн смогла сотворить такую магию, но это просто прекрасный образец вневременного романа.
В следующем году выйдет преквел "Голодных игр" – книга о том, почему все в Панеме стало так плохо. Не знаю, как я отношусь к этой новости, я в целом не слишком люблю, когда уже порядком выдоенную корову снова теребят за финансовый сосок, но прочитаю конечно.