Обложка канала

Вкрации. Страница 3

3590 @vkracii
Открыть

«Вкрации» — то, что не рассказывают в школе о писателях и произведениях. Гоголь обожал макароны, Достоевский был антисемитом, Толстой заставлял жену рожать. Еженедельные тематические подборки художественной литературы отечественных и зарубежных авторов. «

  • Вкрации

    “В первое время мы её вроде бы даже и не заметили — так тихо и смиренно она стояла у стены, хотя внешность её была примечательной: невысокая девочка, болезненно-рыхло-толстая, бледная-бледная, так что все жилки голубели под кожей. Лицо у неё было некрасивым, одутловатым и с какими-то очень неприятными бородавками на щеках. Но самыми странными, необычными были у неё глаза: совершенно белые”.

    «Верочка» Андрея Богословского — история о травле, её причинах и последствиях, порой фатальных.

    “— Ты кто? — надменно спросила её наша классная красавица Ира Мещерская, недобро оглядывая новенькую из-под чудных сомкнутых бровей.

    — Я девочка, — тихо-тихо ответила та каким-то замогильным голосом, испуганно тараща на нас свои белые глаза.

    — Видим, что не мальчик, — усмехнулась Ира. — Как тебя зовут?

    — Верочка, — ещё тише, совсем еле слышно проговорила новенькая.

    Мальчишки да даже и девочки засмеялись. Я сам помню, что мне было страшно смешно: Верочка! Учимся в третьем классе, вес повырастали, а она — Верочка. Ха-ха! Девочка Верочка!”

    Произведение имеет подзаголовок «Маленькая повесть». Она и вправду маленькая по объёму. Да и вся история кажется некрупной, незначительной поначалу, как сама Верочка.

    “И тут-то мне впервые её стало жалко. Нет, нет, всем мальчишечьим своим нутром, всем нашим общественным и домашним воспитанием я знал, что плакать плохо, гадко, что это слабость даже для девчонок мерзкая, и никогда я плакальщиков не жалел, но тут почему-то пожалел, и кольнуло что-то меня”.

  • Вкрации

    ​​«Знаешь, что я тебе скажу, – отозвался Жбанков, – не думай. Не думай, и все. Я уже лет пятнадцать не думаю. А будешь думать – жить не захочется. Все, кто думает, несчастные…»

    Ровно 30 лет как не стало Сергея Довлатова. Умного, тонкого, трагичного. Такого Чехова ХХ века, с чеховским же печальным юмором и объединяющей их обоих способностью видеть трагичное в обыденном и смешное в трагичном.

  • Вкрации

    ​​Помните русскую сказку «Маша и медведь»?


    Пошла, мол, девица в лес по грибы с подружками. Ушла от них далеко и заблудилась. Наткнулась на избушку, где жил большой медведь. Приневолил он её по хозяйству, а она всё вырваться хотела.

    Напекла как-то Маша пирогов и просит медведя гостинца снести её родным. Сама в короб забралась, пирогов сверху накидала. Медведь и пошёл. Только хочет присесть на пенёк и съесть пирожок — как из короба голос: «Не садись на пенёк, не ешь пирожок».

    Принёс пироги в деревню. Медведя испугались, спустили собак. Он и убежал (а в исконной версии был разорван собаками). Маша из короба выбралась — все довольны (кроме медведя).


    Ну что, давайте разбираться.

    Во-первых, сказка не русская. Не только русская. Сюжеты народных сказок в принципе повторяются, порой с точностью до деталей, у разных народов мира. И «Маша и медведь» не исключение: этот сюжет можно встретить и у латышей, и у чукчей, и у саамов.

    Во-вторых, Маша наша не просто пошла по грибы. Она покинула пространство дома (а что такое дом у древних — можем поговорить чуть позже). Так же как и лес не просто лес, а потусторонний мир, пространство смерти.

    Маша умерла.

    Но вы не бойтесь. Она умерла просто как девочка. Оставила эту ипостась. И попала во вневременье, к медведю, который ассоциировался с сексуальной силой, плодовитостью и мощью. Не зря медвежья шкура и сам медведь как персонаж участвуют в славянской свадьбе. Об этом тоже можем потом подробнее, если нужно.

    Женитьба медведя на непорочной девушке — древний славянский ритуал. Умершую девственницу также могли повенчать с медведем: животное убивали, чтобы оно сопровождало усопшую в загробном мире и дало от неё потомство в виде богатырей.

    Но вернёмся к нашей сказке. Ловкостью и смекалкой Маша покидает лес и возвращается домой. Медведь гибнет — это, по всей видимости, жертва.

    Маша прошла инициацию и возродилась в качестве взрослой девушки.

    «Можно предположить, что мифы о строптивой девушке отражают факт наличия в древности специфических обрядов, определяющих необходимый рубеж, после которого становился возможным брачный союз между девушкой и мужчиной, а также исполнение женщиной воспроизводящей функции. По-видимому, в своем древнейшем варианте обряды были связаны с мифологическими представлениями людей о роли в этом процессе тотемного зверя. Возможно, в ходе них воспроизводилась мифическая "встреча" девушки со зверем», — пишет В.Ф. Кернер.

    (А подробнее о свадебном ритуале у славян можно почитать здесь.


    Интересно?

  • Реклама

  • Вкрации

    ​​«Нам, взрослым, если мы не сумасшедшие, можно, казалось бы, понять, откуда голод народа.
    Прежде всего он, и это знает всякий мужик:

    1) от малоземелья, оттого, что половина земли у помещиков и купцов, которые торгуют и землями и хлебом.

    2) от фабрик и заводов с теми законами, при которых ограждается капиталист, но не ограждается рабочий.

    3) от водки, которая составляет главный доход государства и к которой приучили народ веками.

    4) от солдатчины, отбирающей от него лучших людей в лучшую пору и развращающей их.

    5) от чиновников, угнетающих народ.

    6) от податей.

    7) от невежества, в котором его сознательно поддерживают правительственные и церковные школы».

    Лев Толстой, 1892

  • Вкрации

    Dramedy - один из старейших книжных каналов в Телеграме. Анна Федорова обозревает новинки всех жанров и рассказывает о них читателям. В @Dramedy вы узнаете о том, почему в короткий список Большой книги попал русский хоррор, какие романы Сальникова лучше «Петровых в гриппе», почему книга, написанная актером, – еще не гарантированный провал, а роман об обычной жизни профессора филологии может оказаться лучшим, что вы когда-либо читали.

    Читайте @Dramedy и не пропустите важные книги!

  • Вкрации

    ​​У кого щемит в груди по старым временам...

    Жили, мол, крестьяне-славяне: сильные, ладные, счастливые. Вон мужик песню заводит, в поле берясь за косу. Вон жена его — румяная, высокая — идёт с двумя ведрами вода на коромысле, тоже с песней. А за подол её цепляется веселое белокурое дитя. Семья здоровая, крепкая, как и всегда у предков было —

    ...тот пусть почитает вон «Пошехонскую старину» нашего любимого Салтыкова-Щедрина.

    Или с Лесковым, к примеру, познакомится.

    «Житие одной бабы» — повесть Н.Лескова, сюжет которой вполне передан в названии. Это история одной крестьянки — такая, которая могла происходить на глазах самого автора, а не родилась в фантазии современного любителя пожить в избе да походить в косоворотке .

    «Перевенчали Настю с Гришкой Прокудиным. Говорил народ, что не свадьба это была, а похороны. Всего было довольно: питья, и еды, и гостей званых; не было только веселья да радости. Пьяные шумели, кричали, куражились, – и больше всех куражился Костик. Он два раза заводил драку, и Прокудин два раза разводил его. Но трезвого задушевного веселья и в помине не было. Бабы заведут песню, да так ее кое-как и скомкают; то та отстанет от хора, то другая – и бросят. Глядят на молодых да перешептываются. Молодые сидели за особым столом; Гришка был расчесанный, примасленный, в новой свите, с красным бумажным платком под шеей. С лица у него тек пот, а с головы масло, которым его умастила усердная сваха. Гришка был в этот вечер хуже, чем когда-нибудь. Плоские волосы, лоснящиеся от втертого в них масла, плотно прилегли к его выпуклому лбу и обнаруживали еще яснее его безобразную голову. Он вообще походил теперь на калмыцкого божка-болванчика и бессмысленным взором обводил шумную компанию. На молодую жену он не смотрел. Его женили, а ему все равно было, на ком его женили. – А Настя? Настя сидела убок мужа не живая, не мертвая».

  • Вкрации

    (Очень интересно, почему многим из вас не нравится Пьер)

  • Вкрации

    ​​Может вдруг показаться, что Пьер Безухов не нравится «Вкрациям». Мол, робкий, мягкотелый. Пингвин!

    Нет. При всех стараниях Льва Николаевича Толстого, ему не удалось испортить Пьера.

    «— А обо мне что говорить? – сказал Пьер, распуская свой рот в беззаботную, веселую улыбку. – Что я такое? Je suis un bâtard! – И он вдруг багрово покраснел. Видно было, что он сделал большое усилие, чтобы сказать это».

    Это фрагмент, который очень трогает нас. Уязвимость Пьера, конечно, в большой степени идёт от его сознания собственной социальной ущербности. Он бастард! Слава Богу, графский — это даёт ему достаточно неформальных прав, в него никто не плюёт — но всё же бастард.

    Некрасивый, а хочет быть красивым. Элен не зря зовётся Элен, и Пьер напрямую сравнивает её с Еленой: бесстрастная жена невольно производит в его душе не меньший разгром, чем мифологическая красавица — в Трое.

    Иногда его поведение безобразно. Но не стоит забывать, что он — продукт века. Так, Толстой указывает, что любимое развлечение Пьера — женщины. Автор иронизирует над увлекающимся героем, передавая его нелепые попытки установить свою судьбу при помощи нумерологии. При своём теоретическом уме он глубоко глуп в ежедневности.

    Но Пьером часто движут благородные мотивы. Его нельзя не уважать за поведение во время захвата Москвы французами. Он честен. Один из немногих толстовских героев, он — честен. Ничего не держит в кармане. Не как незамутненная Наташа, не как тупоэмоциональный Лёвин, а по-хорошему. Толстому нечаянно удалось создать идеалиста — куда большего даже, чем тот же Николай Ростов.

    И Пьер нам нравится.

    «— Ежели бы я был не я, а красивейший, умнейший и лучший человек в мире, и был бы свободен, я бы сию минуту на коленях просил руки и любви вашей».

    И убежал! Убежал в переднюю, не знал, куда ехать. «Все люди казались так жалки, так бедны в сравнении с тем чувством умиления и любви, которое он испытывал».

    Картины признания любви Льву Николаевичу ах как удаются. Нас всегда трогает. Наверное, он очень умел любить в романтическом смысле. И Пьер тоже умеет. У него есть сердце — в отличие от почти всех толстовских персонажей. И этим он нам мил.

    А вам?

  • Вкрации

    ​​Виновна ли Элен Курагина?
    Изменяла ли она Пьеру?

    Давайте посмотрим на тест.

    В одной из первых редакций «Войны и мира» Лев Николаевич Толстой отвечал на этот вопрос прямо и утвердительно. В окончательной редакции романа автор намеренно убирает этот нюанс: однозначного указания на адюльтер нет.

    Есть череда событий. Сначала Пьер получает гадкую анонимку, порочащую Элен.

    Затем во время застолья Долохов ведёт себя отвратительно, смотрит на Пьера светлыми, веселыми, жестокими глазами и предлагает выпить за здоровье красивых женщин и их любовников.

    «– Вы… вы… негодяй!.. я вас вызываю, – проговорил он и, двинув стул, встал из-за стола. В ту самую секунду, как Пьер сделал это и произнес эти слова, он почувствовал, что вопрос о виновности его жены, мучивший его эти последние сутки, был окончательно и несомненно решен утвердительно».

    Почувствовал. Вот такой убедительный аргумент.
    Как будто он плохо знает Долохова! Как будто не представляет, на что способен ради развлечения этот бесстрашный, доблестный, очаровательный мудак, самый неразгаданный персонаж «Войны и мира».

    Думается, дело вовсе не в том, была ли виновна Элен на самом деле. Рядом с женой Пьер ощущает себя «зайцем, окружённым собаками». Он боится её красоты. И подсознательно обесценивает эту женщину, приписывая ей прочность и даже развратность.

    Что же сама прелестная графиня? Признаётся ли она в измене?

    «Редкая та жена, которая с таким мужем, как вы, не взяла бы себе любовников (des amants), a я этого не сделала», — честно говорит она.

    Это унизительные для Пьера слова. Жена уже презирает его, мягкотелого, подозрительного, опозорившего её. Но она прямо говорит: нет у меня никаких любовников.

    Что же Пьер?

    «– Я тебя убью! – закричал он и, схватив со стола мраморную доску с неизвестной еще ему силой, сделал шаг к ней и замахнулся на нее».

    Так был закончен этот нелепый брак робкого пингвина и хорошей столичной девочки. Толстой, правда, потом поставит Элен в вину вот какой факт: не живя с Пьером много лет и не видя его даже, она имеет двух возлюбленных, готовых жениться на ней. По мысли Толстого, это демонстрирует развращенную сущность Элен.

    При этом Пьер, замахивающийся на женщин мраморными досками, после расставания ведёт жизнь «совершенно холостого человека» — мы понимаем, о чём речь.

    Но это как раз автора не тревожит.

  • Вкрации

    ​​Автор «Вкрации» не только ведёт чудесный канал, но и готовит школьников к ЕГЭ и ОГЭ по русскому языку и литературе.

    В том числе и дистанционно 🔥

    Этому способствуют высшее образование по специальности «филолог, преподаватель» (специалитет), обучение в магистратуре, шестилетний опыт редактуры, опыт работы школьным учителем, собственный литературный опыт. И, конечно, 12-летний опыт репетиторства.

    Кроме того, я сама сдавала ЕГЭ — а значит, на себе ощутила все нюансы процесса!

    Каждый год мои ученики набирают 90-100 баллов на экзаменах. Хотите и вы?
    ПИШИТЕ В ЛИЧКУ @annovitskaya, договоримся.
    (Можно заниматься группами до 4-х человек включительно, в этом случае оплата ниже).

    💥Первое занятие — бесплатно
    💥Скидка 50% на второе занятие по кодовому слову «Вкрации»
    💥 До сентября действуют цены прошлого года

    За подробностями — в личку @annovitskaya

    Подготовимся к ЕГЭ на 💯 баллов!

  • Вкрации

    ​​Пришла пора поговорить о Наташе Ростовой.

    Мы ведь как привыкли? Наташа — естественное начало, светоч искренности, народности, чуткости. Толстой не раз эту ее чуткость подчеркивает.

    Давайте посмотрим на наташины способности к эмпатии.

    Ростовы получают известие, что Николенька ранен. Наташа лаской и настырностью выковыривает эту информацию из Анны Михайловны.

    «Анна Михайловна в коротких словах рассказала Наташе содержание письма, с условием не говорить никому.
    — Честное, благородное слово, — крестясь, говорила Наташа, — никому не скажу, — и тотчас же побежала к Соне.
    — Николенька… ранен… письмо… — проговорила она торжественно и радостно».

    Торжественно и радостно! Наташу волнует только факт происшествия, но никак не здоровье брата. Только когда Соня бледнеет и кричит, до Наташи доходит, что событие-то вовсе не радостное.

    Тогда она обнимает Соню и тоже плачет — за компанию. Самой по себе ей бы это и в голову не пришло.

    Оставим уже тот факт, что она крестилась и клялась не разглашать полученных сведений, а через несколько минут уже молола языком.

    Ну как молола языком. Речь Наташи на протяжении всего романа экспрессивна и практически бессвязна. Николенька... Ранен... Письмо...

    «Не удостаивает быть умной!» — восхищенно объяснял Пьер.

    О эта непосредственность, как ее представляет Лев Толстой!


    Наташа Ростова — симпатичная вам особа?

  • Вкрации

    ​​Автор «Тимура и его команды» Аркадий Гайдар был дальним родственником поэта Михаила Юрьевича Лермонтова по матери, дворянке. Да-да, мамой самого революционного детского писателя была представительница дворянского рода Сальковых, идущего от одного из опричников Ивана Грозного.

    Но мы скорее о Лермонтове. К творчеству этого писателя в детских повестях Гайдара попадаются отсылки.

    Так, Тимур спасается от Фигуры, читая тому отрывок из поэмы «Мцыри» — дело происходит по сюжету киносценария «Клятва Тимура».

    А гайдаровский «Мальчиш-Кибальчиш» оканчивается почти так же, как лермонтовская «Песня про купца Калашникова».

    Сравните.

    Гайдар:

    «Плывут пароходы — привет Мальчишу!
    Пролетают летчики — привет Мальчишу!
    Пробегают паровозы — привет Мальчишу!
    А пройдут пионеры — салют Мальчишу!»

    Лермонтов:

    «И проходят мимо люди добрые:
    Пройдет стар человек — перекрестится,
    Пройдет молодец — приосанится,
    Пройдет девица — пригорюнится,
    А пройдут гусляры — споют песенку».

  • Вкрации

    ​​Участь Элен Курагиной

    История эта грустная, если разобраться.

    Помните, когда Элен проходила мимо, никто не мог удержаться от того, чтобы не сказать: «Quelle belle personne!»

    А вот Анна Павловна Шерер пишет приглашение Пьеру (который только что из толстого невоспитанного бастарда превратился в интереснейшего холостяка столицы) и приписывает: у нас будет прекрасная Элен, на которую не устаёшь любоваться.

    Все вокруг говорят, что Элен красавица. В неё влюбился родной брат. У неё большая коса, обёрнутая вокруг головы, и мраморные плечи. Ей двадцать лет.

    Много ли было у этой девочки шансов вырасти скромной и целомудренной? Она княжна, её отец придворный, её семья богата, она — самая красивая, самая завидная невеста Петербурга. Её вывозят напоказ, шьют ей оголяющие тело платья (Толстой неодобрительно пишет, что Элен пришла в театр «совершенно раздетая»).

    При таком раскладе можно ли ждать от неё, что она будет бегать, взвизгивать и болтать ногами, как Наташа Ростова, выросшая дикаркой?

    _очень мы не любим эту Наташу_

    Был ли у Элен малейший шанс сформироваться как высокодуховная особа, питающаяся псалмами и привечающая странников? Могла ли она вырасти похожей на княжну Марью Болконскую, про которую сам отец говорил, что за красоту её никто не полюбит?

    Нет, Толстой не даёт Элен шанса. Раз двадцатилетняя красавица под влиянием взрослых делает ставку на внешность — нет ей прощения.

    Умирает Элен страшно, опившись какого-то лекарства (возможно, абортивного средства). Толстой упоминает об этом мимоходом: ему не жалко эту слишком красивую женщину, которую он сам и создал.


    Кто вам больше нравится?

  • Вкрации

    ​​Прабабушка, бабушка и мама — три поколения женщин, родившихся, выросших, вышедших замуж, воспитавших детей и умерших в Норвегии.

    Их потомок — писательница Хербьерг Вассму, которая воссоздала историю своей семьи. Почему прабабушка вышла замуж за рыжего заику? Почему бабушка раздала детей соседям и уехала? Какая мрачная, уродливая тайна крылась в семье матери Вассму? Об этом — сага «Сто лет».

    Писательница вспоминает рассказы старших и собственные детские впечатления. На их основе сложилась история рода протяженностью в век.

    «Свадьба состоялась не между Рождеством и Новым годом, а 19 декабря. Ведь невеста была уже на месте, и все важные гости успевали приехать к этому дню. Многих из них Сара Сусанне никогда раньше не видела, однако у них с Юханнесом было и много общих родственников. Она видела всех как в тумане. Их лица казались ей чужими и неестественными. Даже сестра Иверине, которая всегда и всюду оставалась самой собой, выглядела как-то странно. Словно всем им было немного грустно, но они это скрывали, веселясь и выпивая.

    Фру Крог в меховой шубе сидела возле печки, в то время как фру Линд мешалась под ногами у прислуги, пытавшейся внести порядок в эту суету и неразбериху. Время от времени они обе что-то говорили, но никто не обращал на них внимания. Фру Крог пыталась сохранить превосходство – как бы то ни было, а она, как и полагалось, уже выдала замуж всех своих дочерей, а вот фру Линд сильно от нее отстала. Наверное, именно поэтому ее голос звучал особенно дружелюбно, а глаза и весь облик свидетельствовали о готовности прийти на помощь.

    Пахло овечьей шерстью, смолой и потом. Иногда проплывал тонкий аромат розовой воды. Наконец безошибочно узнаваемый запах кофе заставил всех просиять. Этот призыв донесся из столовой, и разговор под низким потолком оживился».

  • Вкрации

    Говоря о советской фантастике, можно вспомнить не так уж много имён. Все громкие — и всех можно перечесть по пальцам.

    Стругацкие
    Кир Булычев
    Александр Беляев
    Снегов
    Алексей Толстой
    Иван Ефремов

    Ефремов известен как фантаст, так и автор исторического романа «Таис Афинская» о жизни знаменитой гетеры. Сложно сказать, читают ли его сегодня — в особенности его фантастические романы.

    Одна из героинь философского романа «Час Быка» — лингвистка Чеди Даан. Её прототипом стала известный палеонтолог и педагог Дина Чедия.

    Чеди Даан подвергалась многим опасностям во время межпланетного путешествия. Но свои опасности выпали и на долю Дины Чедия: она оказалась очарована личностью религиозного деятеля Виктора Столбуна, который в 80-х годах прошлого века создал тоталитарную секту (входил в неё и детский писатель Эдуард Успенский).

    Дина Чедия, помимо прошлого, вовлекла в секту свою внучку Анну. Та выросла и написала книгу «Секта в доме моей бабушки» о шести годах, проведённых под влиянием Столбуна.

    «В нашу квартиру на Лахути, которая теперь стала коммуной, привозили все новых детей – от пяти до шестнадцати лет. Это были самые разные дети. Я ни с кем не была близка, но один человек мне хорошо запомнился.

    Однажды к нам приехал мальчик лет двенадцати. Мы с ним подружились. Тогда и случился первый мой «мордобой» – боевое крещение во взрослую жизнь. Мне сказали определенно, что я блядь, что я развращаю мальчика, что я затаскиваю его под стол и там с ним ебусь.

    Мат там поощрялся всегда; говорили, что это язык трудовых людей, а не «псевдоинтеллигенции».

    Со мной проводились долгие публичные беседы в очень резкой форме. Сейчас-то я могу со всей ответственностью сказать, что мысли о сексе у меня появились много-много лет спустя, годам к двадцати; тогда же я даже не понимала значения матерных слов. Я попала в опалу, и меня травили как зверька все от мала до велика. Устроили бойкот и обращались как с рабыней. Я повиновалась и изо всех сил старалась «улучшиться».

    Выбора у меня не было. Бабушка была полностью с ними. Мама с папой далеко и, как мне говорили, тоже очень больны; пока их не вылечат, я к ним вернуться не могу, потому что умру».

  • Реклама

  • Вкрации

    ​​Хотите роман в стиле «Аббатства Даунтон»? Огромное поместье, внизу — слуги со своими взаимоотношениями, амбициями, мечтами и тяжелой работой. Наверху — лорд, его леди и наследники, озабоченные приемами, зваными обедами, выездами.

    Роман Маргарет Грэм «Истерли-холл» вышел в 2020 году. Повествование ведётся от лица юной служанки Эви, которая мечтает накопить денег на открытие собственной гостиницы и потому вопреки желанию брата-шахтера устраивается на работу к господам.

    Это смесь «Аббатства Даунтон» и «Жерминаль», приправленная щепоткой семейного насилия. Картинка оказывается не такой идиллической, как в популярном сериале, и не такой натуралистической, как в романе Золя. Читатель получает возможность взглянуть на события глазами и юной барышни, и молодого наследника, и парня из шахты, и других участников действия.

    «Эви прижала к себе поваренную книгу. Еще и помощницей на кухне, помимо помощницы поварихи? Она молча взяла список. День начинался с того, что в пять тридцать утра надо разжечь печь и не забыть прочистить решетку, вымыть пол на кухне, разбудить миссис Мур и принести ей чашку чаю, а еще миссис Грин и мистеру Харви. Дальше нужно отчистить все медные сковороды, оставшиеся с вечера, хотя они не должны быть оставлены на ночь, как раньше уже заявила миссис Мур. Чистить медную посуду нужно, чтобы помочь Энни. Задачей Эви было приготовить завтрак для слуг и помочь миссис Мур с завтраком для хозяев, после чего она должна переделать все дела, какие только можно вообразить, и плюс еще что-нибудь. Она также должна подготовить овощи для господской трапезы и обед и ужин для слуг.

    – Я не могу переделать все это и остаться в живых, – сказала Эви, положив поваренную книгу на стол и обхватив себя руками. Она столько раз видела, как эту позу принимал Джек».


    Интересно?

  • Вкрации

    ​​Автором сказки «Кот в сапогах» был вовсе не Шарль Перро, а средневековый сказочник из Бергамо (Италия) Франческо Страпарола.

    Это он придумал историю о младшем брате, который получил в наследство просто кошку. Просто, да не просто! Кошка оказалась феей Элизеттой и помогла парнишке победить лорда (которого обратила в мышь и съела), стать повелителем Богемии и жениться на принцессе.

    Сюжеты Страпаролы заимствовал не только Перро, но и, скажем, Александр Сергеевич Пушкин.

  • Вкрации

    ​​Слово «отель» впервые в русском языке (как и огромное множество других слов) употребил Николай Карамзин. Причём в женском роде — «иметь хорошую комнату в лучшей отели». В его «Письмах русского путешественника» объясняется:

    «Hotel есть наемный дом, где вы, кроме комнаты и услуги, ничего не имеете. Кофе и чай приносят вам из ближайшего кофейного дома, а обед — из трактира».

    Ниже он также употребляет слово «ресторатёр» (или, как бы мы сегодня сказали, «ресторатор») и поясняет в сноске:

    «Ресторатёрами называются в Париже лучшие трактирщики, у которых можно обедать. Вам подадут роспись всем блюдам, с означением их цены; выбрав, что угодно, обедаете на маленьком, особливом столике».

    Из этого можно сделать вывод, что ни того, ни другого явления в тот момент в России не наблюдалось.

    А вы обратили внимание на эту букву «Ё»? Карамзин был смельчак и новатор, и впервые широко эту букву в литературных текстах стал использовать тоже он. До этого на письме использовалось сочетание «io».

    Дело в том, что произношение слов через «Ё» воспринималось как признак простолюдина (а кто хочет выставить себя простолюдином, даже являясь таковым?), а написания вовсе не было. Хотя ещё фрейлина Екатерина Дашкова старалась популяризировать эту букву, а Гавриил Державин употреблял её в личных письмах. Он же впервые напечатал через «Ё» фамилию Потёмкина.


    На портрете юный Николай Карамзин — примерно такой, каким он писал свои «Письма русского путешественника».