Бла-бла-номика. Страница 86

​​Сейчас под конец этого кризисного года много говорят про рост просроченной задолженности по кредитам у физлиц, однако с юрлицами ситуация тоже стоит упоминания. Если смотреть на общую статистику ЦБ по данному показателю по стране в целом – то каких-то страшных картин, вроде бы, и нет. Так, просроченная задолженность по кредитам, предоставленным ЮЛ-резидентам и ИП по состоянию на 1 ноября 2020 (последние имеющиеся данные) составила 6,4% портфеля и выросла лишь на 0,9% по сравнению с уровнем на аналогичную дату 2019 г.

Но дьявол, как говорится, в деталях. Если посмотреть на расклад уже в разрезе отраслей или регионов, то становится очевидно, что указанное среднее по России – просто средняя температура по больнице. И это еще мягко сказано.

К ноябрю 2020 г. у компаний, работающий в области ИТ, просрочка выросла в 6 раз, в производстве лекарственных средств – в 4,5 раза, в деятельности воздушного и космического транспорта – в 3,3 раза. В 21 из 81 видов экономической деятельности, по которым собирается статистика, доля просрочки представляет из себя двузначное число.

Если же смотреть в разрезе регионов, то есть субъекты РФ, где доля просрочки составляет более 50%! Среди «лидеров» по доле просроченной задолженности в бизнесе – Ненецкий АО (88,3%) и регионы Северо-Кавказского ФО (здесь в среднем доля просрочки составляет 26,3%, при этом она варьируется от 7,3% в Ставропольском крае до 80,9% в Республике Дагестан).

Все это в конечном счете не сможет не поспособствовать углублению диспропорций в развитии отраслей и регионов.

Очень важный и поучительный факт Титов сообщил президенту: снижение страховых взносов для малого бизнеса с 30% до 15% для зарплат выше МРОТ, принятое с 1 апреля этого года, уже в этом году привело и к росту зарплат, и к росту поступлений страховых взносов. И это даже в текущих условиях, на фоне падающего спроса и перехода многих предпринимателей в режим выживания!

По словам Титова, зарплаты в малом бизнесе выросли на 8,3%, фонд оплаты труда – на 11,3%, а отчисления страховых взносов увеличились на 9%. И если эта тенденция продолжится, то по итогам года в бюджетной системе будет чистый прирост поступлений страховых взносов. Причем данные эти получены по довольно широкому кругу компаний малого и среднего бизнеса – по тем, кто обслуживается в Сбербанке.

А объяснение всему этому очень простое. Как только страховые взносы с части зарплаты сотрудников, превышающей МРОТ, стали не 30%, а 15%, многим работодателям стало проще выплачивать зарплату выше минималки «в белую», а не в конвертах – это ведь тоже не бесплатно и сопряжено с рисками. Обеление зарплат с «пряником» работает куда лучше, чем с «кнутом», и бюджетная система уже получает определенную отдачу.

Хорошо бы теперь заострить внимание Минфина на этом примере, чтобы он вспоминался всякий раз, когда кому-нибудь из ведомства захочется затянуть старую песню о выпадающих доходах бюджета…

От создателей «не падение — а отрицательный рост, не сокращение — а оптимизация»... Хотели бы мы увидеть мир таким, каким его рисуют карманные аналитики ЦБ, обкурившись чего-то запрещенного. В новом отчете регулятора заявлено, что коронавирусный вирус оказал на экономику страны дивный эффект пранаямы – падение числа новых предприятий и сокращение рабочих мест теперь называется не жопой, а «очищением».

Например, во время первой волны весной рынок сразу покинули наименее производительные предприятия. Туда им и дорога, стало быть. Зато высвобождаются работники, которые в теории могли бы трудиться на более успешных предприятиях. То есть, с массовой ликвидацией бизнеса «улучшается профиль производительности оставшихся на
рынке предприятий».

Но в этом же отчете аналитики признаются, что, вообще-то, никаких к лешьей матери «производительных компаний» не осталось, кризис выкосил МСП мертвой косой, а число новых предприятий пока и близко не компенсирует весеннее падение... О каком очищении в таком случае речь и чему был посвящён весь этот аналитический бред? Неизвестно.

Жаль, что отчеты ЦБ не печатают брошюрками – можно было бы хотя бы подтираться в уборной. Хоть какой-то мог быть толк.

Уходящий год показал, какими мощными могут быть внешние вызовы и к каким существенным и быстрым изменениям в экономике они могут привести. Об этих изменениях с фокусом на рынок труда рассказали в своем недавнем отчете Сбериндекс и Работа.ру.

🟣 Число вакансий уменьшилось практически во всех отраслях. По данным Работа.ру, количество предложений от российских работодателей сократилось на 26% в 2020 году по сравнению с прошлым годом. Поэтому неудивительно, что безработица у нас снижается медленно, а среднее время поиска работы растет.

🟣 Компании среагировали на весенний локдаун избавлением от «ненужных» сотрудников в сфере услуг, а также приостановили найм в сфере финансов и маркетинга. Зато после завершения карантина в этих же отраслях, а также в IT и телекоме отмечался скачок спроса на специалистов.

🟣 Отток мигрантов привел к формированию дефицита линейного персонала и активизации локального найма. По оценкам ИНСАП РАНХиГС, численность иностранных трудовых мигрантов к началу зимы сократилась на 25%. Активность внутрироссийской миграции также существенно упала, особенно заметен спад миграции в Москву, Санкт-Петербург и Московскую область.

🟣 Традиционная миграция сократилась, зато миграция соискателей между трудовыми сферами возросла. Оставшись без работы, люди поспешили «переквалифицироваться» в курьеров, водителей, продавцов, грузчиков, укладчиков и комплектовщиков. По оценкам Сбериндекс, эти профессии не утратят популярность и в 2021 году. Также сохранится высокий спрос на медработников, фармацевтов и IT-специалистов.

🟣 Там, где это возможно, компании были вынуждены в короткие сроки перевести сотрудников на удаленную работу и наладить бизнес-процессы в онлайн режиме. В целом, в России более 30% работников могут трудиться удаленно, что сопоставимо с уровнем Германии и Италии.

Год был сложным, но важно извлечь и положительный опыт из сложившейся ситуации. Для рынка труда – это быстрая адаптация к новым условиям, внедрение гибких форм занятости и цифровизация рабочих процессов, которая без пандемии могла бы растянуться на долгие годы.

Стимулирующая денежно-кредитная политика способствует распространению вируса. Не знали? А вот наш Банк России, видимо, в попытках оправдать свое бездействие в условиях кризиса, использует и такой интересный заход.

В новом выпуске журнала «Деньги и кредит» Банка России опубликована статья экономистов ЦБ Армении, а краткий основной вывод из нее приведен на сайте нашего ЦБ. И вывод этот заключается в том, что «власти должны искать баланс между поддержанием экономической активности и сохранением здоровья населения», а «стимулирующая денежно-кредитная политика поддерживает потребление и экономическую активность», а выход людей на работу и отказ от изоляции способствуют распространению вируса.

ЦБ для публикации вырвал из статьи именно то, что больше всего хотел. При этом в самой же статье говорится о том, что «в реальной жизни проведение властями адресной и целенаправленной политики обеспечивает лучшие результаты как в экономике, так и в здравоохранении. Этого можно достичь путем закрытия или ограничения секторов с высоким потенциалом заражения и стимулирования прочих секторов путем совокупной экспансионистской или адресной политики». Но «конкретные виды этой политики находятся за пределами нашего рассмотрения», – заключается в статье.

В статье также делается и оговорка, что «в реальности проводить политику полностью по [предлагаемым] правилам невозможно, особенно в развивающихся странах».

И в том-то ведь и дело, что в рамках упрощенной модели несложно прийти к банальному выводу о том, что с закрытием производств люди больше сидят дома и меньше способствуют распространению вируса. Но в реальной жизни взаимосвязи гораздо сложнее. Особенно когда население уже и так крайне бедное. А отсутствие денег на еду или переход на менее качественные и более дешевые продукты питания после вашей политики тоже может ухудшать здоровье, заботливый вы наш ЦБ.

Чтоб инфляция вас не накрыла,
Завалите свои-ка вы рыла

Интересно, читал ли Шнуров Набиуллиной за рубкой салата свое недавнее стихотворение?

Во всём мире творится пи***.
Финансисты фиксируют убыль.
Несмотря, что пи***, он везде,
Низко падал один только Рубль.
Всем х***, куда ты ни глянь,
Но берутся откуда то силы?
Евро, Доллар и даже Юань
Удержались! а Рубль подкосило.
Стонут все от ковидных атак!
Объясняли, -для курс рубля,
Вертолётные деньги за так,
Как свой нос, не увидите, б**.
Чтоб инфляция вас не накрыла,
Завалите свои-ка вы рыла.
Рыла мы завалили и вот,
Рубль пал, уже семьдесят восемь.
А за окнами поздняя осень
И бурчит от котлеты живот.

На днях в Госдуму поступил законопроект, предлагающий разделить поступления НДС между федеральным бюджетом и бюджетами субъектов РФ в пропорции 60/40. Идея, конечно, во многом провокационная – ведь прекрасно известно, что к поступлениям НДС с их высокой собираемостью Минфин относится как к священной корове. Так что критика подъехала очень быстро – дескать, федеральный бюджет лишится важной части доходов, да и в тех регионах, где много возмещений НДС, доходы даже упадут.

Однако мы бы так сразу не отметали эту идею. Ведь с тем, что распределение доходов между федеральным бюджетом и регионами давно пора менять, не поспоришь. Налоговые доходы у регионов очень чувствительны ко всем кризисам, а федеральный бюджет забирает наиболее стабильные поступления – и НДС яркий тому пример. Ну а потом, когда регионам милостиво передают трансферты, все это направляется только на выполнение бюджетных обязательств, а о стимулировании развития региональной экономики во многих регионах давно уже и речи нет.

Так что «делиться» поступлениями НДС с регионами можно и нужно, осталось только устранить промах, который допустили авторы этой идеи – разобраться с проблемой возмещений. Самый частый случай – это возмещения НДС экспортерам (им возмещается тот НДС, который они уплачивали своим поставщикам, чтобы не было двойного налогообложения экспортной продукции в той стране, куда ее поставили). Поэтому где больше экспортеров, там больше и возмещений, и чисто механическое «расщепление» поступлений здесь не подойдет.

Очевидно, что для возмещений НДС нужно свое собственное правило, как их делить, в какой пропорции. И федеральный бюджет может взять на себя как минимум часть этих возмещений, ведь, в конце концов, поддержка экспорта – общенациональная задача. Так что проработка правил расщепления поступлений НДС между бюджетами – перспективная и вполне реализуемая задача для Минфина, которой стоило бы заняться.

​​В России впервые запущен онлайн-реестр мер поддержки бизнеса, сообщает нам сайт Минэкономразвития. И это замечательно. Правда, публикуются данные лишь по поддержке малого и среднего бизнеса, но картина все равно интересная.

Судя по всему, пандемия у нас была где-то с мая по июль этого года. А в остальное время – все как обычно. А иначе как объяснить тот факт, что рост числа фактов поддержки субъектов МСП произошел лишь в этот период? Или как объяснить то, что в ноябре 2019 года число фактов поддержки было почти на 35% выше, чем в ноябре этого года?

В денежном выражении в ноябре этого года поддержки, правда, предоставили на 17% больше, чем в ноябре 2019 года. Но меньше, чем в марте, сентябре или декабре 2019 года. А сдается нам, что сейчас ситуация потяжелее...

Да, локдауна, как в Европе, нет. Но есть масса запретов, ограничений, требований по закупкам всяких дезинфицирующих средств и средств защиты и т.д. Есть в конце концов падение доходов населения и их расходов. Впереди декабрь, который для многих малых и средних предприятий мог бы стать ключевым месяцем по объемам выручки. Но празднования запрещены...

Но судя по объемам поддержки, все у нас в порядке. Пусть выживет сильнейший – естественный отбор по законам природы...

Мировые цены на продовольствие на максимуме за последние 6 лет. Индекс цен на продовольствие, согласно данным Продовольственной и сельскохозяйственной организации ООН, в ноябре показал максимальный прирост за месяц с июля 2012 года и достиг своего самого высокого значения с декабря 2014 года. Все компоненты индекса показали рост в ноябре, в лидерах роста – растительное масло, за которым следуют сахар, зерновые, молочные продукты и мясо.

Это еще одно подтверждение того, откуда пришло подорожание продуктов питания в Россию. Можно, конечно, пытаться регулировать цены и вводить запреты на экспорт. Хотя чем-то это похоже на то, чтобы рубить сук, на котором сидим, ведь экспорт продовольствия оказался единственным среди всех основных товаров, показавшим рост в этом году.

Между тем, проблема заключается не в самой волатильности цен на продовольствие, а в значимости этой волатильности для населения. А самый эффективный вариант действий в этом направлении, скажем вам по секрету, – это сделать так, чтобы доходы населения увеличивались и доля расходов на продукты питания снизилась с нынешних 30% до 15-20%, тогда и проблемы из-за волатильных цен на рынке продовольствия не будет. Сложность, однако, заключается в том, что, кроме запретов и разработки всевозможных инструментов регулирования, наши власти всеми остальными способами воздействия на экономику, и прежде всего стимулирующими мерами, пользоваться разучились.

​​Президент вновь напомнил про трущобы

26 апреля 2007 года
«Не может страна с такими резервами, накопленными за счет нефтегазовых доходов, мириться с тем, что миллионы ее граждан живут в трущобах».

20 декабря 2012 года
«Те люди, которые оказались в трущобах, по сути, – в ветхом жилье, конечно, нуждаются в поддержке страны в целом и федерального Правительства… Я надеюсь, что в ближайшие годы мы целиком эту проблему решим».
 
16 апреля 2013 года
«Наша прямая задача и обязанность – вытащить наших людей из такого, с позволения сказать, «жилья», из этих трущоб вытащить… Скорейшее расселение, ликвидация таких трущоб – наша, как я уже сказал, принципиальная задача».
 
23 декабря 2020 года
«Эту позорную страницу надо закрывать, надо людей вытаскивать из трущоб, и так, чтобы новые у нас не росли эти трущобы, чтобы объемы аварийного жилья не увеличивались».

Россия тем временем трущобами лишь прирастает. Если в 2007 году было 15,1 млн кв. м аварийного жилья, то в 2018 году (последние имеющиеся данные) – 25,5 млн кв. м. Ну, будем продолжать верить, что президента когда-нибудь все-таки услышат.

Классная иллюстрация, отлично показывающая, что наш ЦБ фактически никак не участвует в настоящей борьбе с кризисом, а ограничивается лишь легкими косметическими мерами, скорее создающими видимость его участия в поддержке экономики.

Аналитики Bloomberg выделили 8 мер монетарной политики, которые используются центральными банками в период кризисов. Выяснилось, что наш ЦБ не применял ни одну (!) из этих мер ни в период кризиса 2008-2010 годов, ни сейчас, во время пандемии.

И, вроде бы, наш ЦБ и не один такой, еще есть Китай и Мексика в этой выборке. Да вот только с Китаем нас сравнивать нечего, у них реальный ВВП и не падал, да и стагнации в предыдущие годы не было. А главное – у них столько других мер экономической политики, что они и без указанных справляются. А ориентироваться на Мексику – та еще радость, если только в рамках соревнования, кто хуже сделает.

Спасибо fineconomics за ссылку.

Пока в США одобряют новый пакет помощи экономике и спорят о том, выдать ли каждому гражданину по 600 или лучше по 2000 долларов, в нашем Минфине грезят о возвращении в прошлое.

Недавно глава НИФИ Минфина (это институт, учрежденный Минфином и осуществляющий разработку финансовой политики) Назаров заявил, что бюджетную политику ждет постепенное «возвращение к нормальности». Дескать, люди же устали от катаклизмов уходящего года и хотят вернуться к привычному образу жизни. Вот и с бюджетной политикой примерно то же, говорит он. Расходы в 2020 году, по его словам, – аномалия, с которой не надо сравнивать расходы в предстоящие годы. Хотя, скорее, аномалией стоило бы называть планы Минфина по сокращению расходов в ближайшие годы (при том, что даже свои планы в ведомстве из года в год полностью выполнить не могут, даже в кризис) на фоне падающих доходов населения и совсем неясных перспектив для экономики.

«С локдаунами хоть залей экономику деньгами – роста не будет», – заявляет Назаров и поясняет, что рост начнется сам собой, как только снимут коронавирусные ограничения. А если нести повышенные госрасходы, то потом придется и налоги повышать, продолжает он. Хотя пугать стоило бы не налогами (которые растут и так), а падением уровня жизни, глубиной которого, по такой извращенной логике, предлагается пренебречь. Конечно, в конце концов, когда первопричина кризиса – эпидемия – сойдет на нет, появятся возможности для роста. Но это лишь на горизонте нескольких лет. А как дожить до этого момента? Заверения в том, что скоро рост сам собой начнется, не помогают ни потерявшим работу людям, ни разорившимся компаниям.

Печально, что в структуре, которая должна смотреть в будущее и предлагать новые решения для правительства, понимание смысла и назначения фискальной политики находится даже не на уровне бухгалтера, а на уровне кассира: столько-то принял, столько-то выдал. И беспокоятся там лишь о том, чтобы в кассе остатки были побольше.

Увы, с такими подходами к настоящей нормальности – в смысле восстановления достойных темпов экономического роста, создания условий для роста доходов населения и бизнеса – мы еще долго не придем.

Хотя Банк России и не любит говорить о количественном смягчении применительно к российской экономике, но реалии текущего момента таковы, что других вариантов для поддержки экономики и не осталось.

И ведь не сказать, что QE – это что-то такое иезуитское, что невозможно себе представить у нас в стране. Вот, например, цитата из последнего информационно-аналитического материала «О развитии банковского сектора Российской Федерации в ноябре 2020 года»:

«В ноябре продолжился рост вложений в долговые ценные бумаги. Как и в октябре, основной прирост пришелся на ОФЗ: Минфин России разместил облигаций на 0,8 трлн руб., из которых около 80% было выкуплено системно значимыми кредитными организациями и затем частично заложено по операциям репо с Банком России. В целом участие банков в выпусках ОФЗ в сентябре-ноябре составило более 2,6 трлн руб. из общего объема выпуска 3,1 трлн руб.».

По сути, тут вполне себе заметен пример проведения QE. Однако досадно, что, во-первых, объемы сделок репо банков с ЦБ копеечные и, конечно, настоящим количественным смягчением это не назвать, когда объемы задолженности банков по этим сделкам в сумме составляют сильно менее 1% ВВП. Во-вторых, плохо, что даже то, что есть, ограничивается госсектором – в виде междусобойчика между госбанками, ЦБ и Минфином. В других странах, где проводятся подобные операции, они во многом ориентированы на поддержку возможностей по осуществлению заимствований не только для государства, но и для бизнеса.

Поддержка и банков, и реального сектора экономики могла бы оказаться гораздо более ощутимой, если бы Банк России соблаговолил существенно расширить перечень долговых инструментов компаний, которые могут быть использованы для рефинансирования в ЦБ. Но он от более активного участия в поддержке экономики дистанцируется.

Заболеваемость коронавирусом в стране бьет рекорды, однако перепись населения в апреле 2021 года все же проводить будут. Хотя перепись – пусть и нужное и важное дело для статистического учета и экономического планирования, но не самое неотложное при текущей эпидемиологической ситуации. Но кто же откажется от 33 млрд бюджетных рублей, которые через год могут уже и не выделить? Надо брать, пока дают. Деньги важнее, чем риски для здоровья людей.

Сейчас Росстат активно готовится к переписи и неуклюже (ну, как умеет) пиарит безопасность данного мероприятия. Причем безопасность рассматривается Росстатом в разных аспектах: не только как эпидемиологическая, но также как физическая и информационная.

«Переписчики обойдут каждую квартиру и каждый дом», – сообщает Росстат, хотя будет возможность заполнить переписные листы онлайн на портале госуслуг. Ну и кому нужны эти дополнительные контакты людей, к каким последствиям они приведут там, где люди готовы общаться с переписчиками? А насколько результативен будет поквартирный обход в больших городах, где и в более благополучные времена мало кто пускал домой чужих людей, уже и сейчас понятно. Но ничего, данные нарисуем. Планшеты (и бумага) все стерпят.

Хотя чего это мы избегаем встречи с переписчиком? В описании Росстата эти люди выглядят крайне привлекательно. Все переписчики «обязаны пройти прием у психиатра, предоставить справку об отсутствии судимости. Отличают переписчиков брендированные шарф, жилет и сумка. У каждого при себе должны быть паспорт и удостоверение. Персонал переписи будет экипирован одеждой со светоотражающими элементами и «вооружен» техническими средствами защиты».

Также для переписчиков закупят якобы отечественные планшеты с российской мобильной операционной системой «Аврора» – это «повысит информационную защищенность». А для пущей безопасности переписчикам раздадут отечественные отпугиватели собак и других агрессивных домашних животных модели «Ястреб СО».

Представляем себе, как в апреле будут бродить по домам и квартирам эти «вооруженные» до зубов киборги, всего 360 тыс. человек по всей стране, и собирать информацию о нас с вами. Кстати, сейчас активно ищут желающих на эту работу за 18-20 тыс. рублей в месяц. Никто не хочет попробовать?

Печальная, но поучительная история рассказана в «Ведомостях» о производстве меха норки.

Многие ведь слышали о том, что из-за коронавируса в Европе уничтожаются целые зверофермы. В Дании уничтожено поголовье норок на 1100 зверофермах, на очереди – норки в Италии, Нидерландах, Швеции, Финляндии… И хотя есть разные мнения на этот счет – действительно ли так высоки оказались риски, или же всему виной перепроизводство пушнины, которое некоторые производители хотят ликвидировать вот таким способом, факт остается фактом: на рынке пушнины в скором времени высвободится немалая и весьма привлекательная ниша.

И, казалось бы, кому, как не российским производителям пушнины занять ее? Пушнина в России отличается хорошим качеством, да и вообще еще со времен Рюриковичей русские меха были одним из ведущих экспортных товаров.

Но, увы, времена мощных пушно-меховых производств в России закончились вместе с распадом СССР. Доля России на мировом рынке пушнины упала с 30% до 3%, и подняться вот уже сколько времени не может. И даже сейчас, при стремительно освобождающемся рынке, российские производители пушнины говорят, что поголовье норок им тоже придется сокращать, и совсем не из-за коронавируса у зверюшек. С начала года спрос на мех норки из-за падения доходов населения сократился, а зверофермы все так же несут издержки на корм, уход за животными, отопление и пр. Да и нововведения в едином сельхозналоге, действующие с 2018 года, каждый год все более расширяют число звероферм, которые утрачивают освобождение от НДС – и их продукция автоматически становится аж на 20% дороже, чем у тех хозяйств, кому еще разрешается работать без НДС. И вместо восстановления оборота все это стимулирует лишь его снижение.

Вот и получается, что средств на мировую экспансию нет даже при возможностях для этого, предоставляемых ситуацией на мировом рынке. Собственные средства на развитие в такой обстановке мало у кого есть, а заемные средства доступнее не стали. Как может российская компания, привлекающая средства под 7-8%, конкурировать, например, с китайской, которая занимает под 4%? И это если китайской компании вообще брать что-то в долг придется, а то там государство еще и само будет помогать бизнесу такие ниши на новых рынках занимать…

А ведь производство пушнины – далеко не единственная отрасль, где мы упускаем возможности развития из-за непродуманной экономической политики, которая служит чему угодно, но только не долгосрочному развитию бизнеса.

Вот кому оптимизма не занимать, так это, как всегда, Минэкономразвития. «Динамика ВВП улучшилась в ноябре»... Попробуйте разглядеть, как загогулинка на графике на миллиметр пошла вверх! 📈

Ну а если серьезно, экономика просто упала на 3,7% в ноябре этого года по сравнению с ноябрем прошлого. В то время как в октябре она падала на 4,5%. Вот вам и весь рост.

Хочется еще вспомнить и цитату Владимира Владимировича с прошлой недели о росте зарплат, которую аналогично можно примерить и здесь: «Прошу сразу граждан на меня не сердиться. Если то, что я сейчас скажу, не соответствует ощущениям, с которыми люди сталкиваются в реальной жизни. Тем не менее, это усредненные цифры – мы должны тоже на нее ориентироваться».

Вот это вот «улучшение динамики ВВП», о котором рапортует МЭР, и есть пример того, что заставляет граждан сердиться. Нам ведь на эту фразу министерство предлагает ориентироваться. Но поводов для оптимизма пока нет. Уж лучше бы нормально и прямым текстом писали о текущем положении дел.

Ситуация с бедностью в России сложная, однако снижение доли бедного населения до 6,5% к 2030 году с нынешних 13,5% – «цель амбициозная, но реальная». Это сказал Путин на недавней пресс-конференции.

И так уж совпало, что ФОМ как раз опубликовал свежие результаты опроса на тему бедности: о том, что обычные люди думают о причинах ее возникновения и возможностях преодоления.

Согласно последним данным социологов, оказывается, что к бедным себя относят 33% россиян, а никакие не 13,5%. Так что перед правительством стоит еще более амбициозная цель, если смотреть на бедность шире, чем только с точки зрения наличия доходов на уровне прожиточного минимума. При этом субъективная бедность заметно – на целых 6 п.п. – подросла именно в период с марта 2020 года, то есть на фоне пандемии.

Вместе с тем, значительная часть бедных стали таковыми не «вчера», а уже длительное время живут в бедности. Более 10 лет назад стали бедными 12% респондентов, 5-10 лет назад бедность началась для 7% опрошенных, а еще 7% всегда жили бедно. В основном, причиной бедности люди называют низкие зарплаты и пенсии или отсутствие работы на фоне роста цен и тарифов.

Деятельных оптимистов среди бедных немного. Из 33% бедных только 6% считают, что через 3-5 лет им удастся ощутимо повысить свой уровень жизни. Остальные 27% особой перспективы в жизни не видят.

Что нужно людям для выхода из бедности? Нужны рабочие места с достойной заработной платой. Но пока что о целях по созданию новых рабочих мест не слышно (сохранить бы старые), а реальная зарплата в октябре 2020 года выросла лишь на символические 0,5% в годовом выражении. Все это оптимизма не прибавляет ни бедным, ни всем остальным.

Секреты богатства - 6 простых правил:

☑️ Не пренебрегайте научным подходом. Важно понимать, что только качественный продукт имеет в основе серьезную научную базу. Сегодня Вам поступает масса предложений от диетологов, окончивших 3-дневные курсы, или управляющих капиталами, которые прошли онлайн-обучение … Если Вы решили всерьез заниматься активными инвестициями, то советуем канал Math signals, который ведут 2 кандидата наук.

☑️ Получайте качественную и проверенную информацию. Чем ее больше, тем выгоднее инвестиция и ниже риск. Такую информацию Вы найдете у m5 law firm.

☑️ Досконально изучите то, чем Вы занимаетесь. Сегодня актуальным инструментом для вложений являются облигации – с ростом ключевой ставки их стоимость будет снижаться. Но знаете ли Вы, что такое однодневная облигация, инфляционные ОФЗ-ИН? Все это есть на канале Биржевик.

☑️ Настройте себе хорошую новостную ленту. Президент потребовал контролировать цены на продукты – ЦБ в ответ может увеличить ставку. А знали ли Вы, что Минэкономики разработало программу увеличения инвестиций на 70% за 10 лет? А Бла-бла-номика знает, а иногда – рассказывает, как на этом заработать.

☑️ Используйте бесплатную аналитику. Телеграм уникален тем, что здесь можно найти массу хороших исследований, которые раньше были доступны только элите. Например, канал Fibo Invest дает прекрасный анализ акций, товаров и индексов.

☑️ Не пренебрегайте советами профессионалов. Если Вы решили для начала открыть индивидуальный инвестиционный счет, то почитайте советы канала Дневник Инвестора. Если Вы готовы к серьезным инвестициям в акции зарубежных компаний, советуем почитать канал Разумный инвестор.

И всегда помните слова Томаса Эдисона: «Гений – это 1% вдохновения и 99% пота».