Events and texts. Страница 5
3502
@EventsAndTexts
Канал Бориса Грозовского - анонсы публичных дискуссий и лекций, социальные науки, экономическая публицистика и научпоп.
-
Events and texts
Ещё один фрагмент из статьи Липсица и Любимова, которая стала поводом к сегодняшнему разговору. Начало вот уже почти, трансляция и запись будут тут — https://youtube.com/live/-yJXJurs7oM Истоки мифа о том, что многие из тех, кого в 1990-х называли «демократами», стремились к политическим преобразованиям, а потому Россия шла с середины 1980-х годов к реальной демократии, вполне понятны. Подготовка к демократическому транзиту в публичном пространстве была заметной. Это и события первых лет горбачевской «перестройки», и целая плеяда «новых демократов» на экранах телевизоров, и массовые митинги за отмену диктата КПСС («Долой статью 6 Конституции!» — если кто не помнит «о руководящей роли КПСС в стране»), и разнообразные движения и вроде-партии с прилагательным «демократический» в названии. И наконец — как вишенка на торте — рыночная либерализация экономики в 1992 г. с признанием прав на предпринимательство для всех, а не только назначенных «сверху». От этого возникало ощущение, что на смену диктатуре коммунистов и спецслужб может прийти демократическое правление. -
Events and texts
Разговор в четверг -
Events and texts
Демократизации не было? Разговор с экономистами Игорем Липсицем и Иваном Любимовым 23 марта, четверг, в 19.00 по московскому времени Многие полагают, что на рубеже 1980-90-х годов Россия пыталась построить демократию и имела в этом частичные успехи. Но “демократы” якобы не смогли удержать власть, и после назначения Владимира Путина ельцинским преемником власть была перехвачена спецслужбами, которые постепенно выстроили режим его личной власти и поставили под контроль всю страну. В статье “Как Россия дошла до жизни такой, или Была ли демократизация 1990-х” экономисты Игорь Липсиц и Иван Любимов опровергают этот миф. Преобразования, которые привели к распаду СССР и формированию капитализма в России, не были демократическими по факту, а по целям, которые ставили их акторы, - лишь в слабой мере. Реформаторы 1990-х боялись демократии: их идеей было провести “непопулярные реформы”, защитившись от народного недовольства. Система, где технократам это удается, - не демократия. Реформаторы не ждали от демократии ничего хорошего, боялись политической конкуренции и поэтому стали заложниками Бориса Ельцина, который защитил их от конкуренции. При Путине многие из них продолжили работать на правящий режим. Неудивительно, что в 1990-х реформы привели к росту благосостояния лишь бюрократии и предпринимателей, а население от них проиграло. Но возможности сменить правительство у населения не было. Именно поэтому оно с такой радостью сменило лидера в 1999-2000-х гг. Для значительной части постсоветской элиты “демократия” оказалась удобным камуфляжем, позволившим ей возглавить Россию после распада СССР и перестроить управление ее экономикой под свои нужды. Почему постсоветские преобразования в России получили именно такую траекторию? В разговоре участвуют: — Игорь Липсиц, экономист, профессор, автортелеграм-каналаиYoutube-канала, один из организаторов Высшей школы экономики, автор популярного школьного учебника экономики и учебников для вузов по экономике, маркетингу, ценообразованию;— Иван Любимов,экономист, авторThe Moscow Times, “Новой газеты”, “Репаблик”, “Форбс”, “Ведомостей”и др.;— Борис Грозовский,обозреватель, автор телеграм-каналаEventsAndTexts; Разговор организован телеграм-каналом «О стране и мире». Трансляция и видеозапись разговора будет доступна в YouTube-канале «О стране и мире». Зарегистрируйтесь, чтобы получить ссылку на мероприятие за час до его начала. Материалы к разговору: ➤И.Любимов, И.Липсиц. Как Россия дошла до жизни такой, или была ли демократизация 1990-х. ➤И.Любимов. Почему программы реформ проваливаются в развивающихся странах. ➤И.Липсиц. Почему в России так и не появилась рыночная экономика. ➤Б.Грозовский. Уровень несчастья как критерий успеха реформ. ➤С.Хедлунд. Невидимые руки, опыт России и общественная наука. Способы объяснения системного провала. М.: изд-во НИУ ВШЭ, 2015. ➤В.Гельман. Авторитарная Россия. Бегство от свободы, или почему у нас не приживается демократия. ➤Демонтаж коммунизма. Тридцать лет спустя. ➤E.Gaber, Kh.Sokolov, D,Stukal, L.Polishchuk. Chronicles of a Democracy Postponed. ➤EBRD. Доклад о переходном процессе 2011. Кризис и переходный процесс глазами людей. ➤EBRD Transition Report 2016-2017. Transition for all: Equal opportunities in an unequal world. ➤S.Guriev, E.Zhuravskaya. (Un)happiness in transition. ➤S.Guriev. Political Economy of Transition Reforms.
-
Реклама
-
Events and texts
«Ощущение непроглядного мрака»: умер Сергей Григорьянц В The Moscow Times вышла заметка от нашего коллеги Александра Черкасова, посвящённая смерти Сергея Григорьянца, советского диссидента, правозащитника и журналиста. Читать статью -
Events and texts
К сегодняшнему разговору о книге "Объект наблюдения. КГБ против Сахарова" с Александром Даниэлем, Борисом Беленкиным, Андреем Солдатовым и Сергеем Лукашевским (трансляция и запись будет тут) - фрагмент справки 1971 г. о поведении Сахарова, которую КГБ делал для Суслова: Установлено также, что к САХАРОВУ с различными просьбами обращались лица (преимущественно психически больные), в том числе приезжавшие из других городов. Отдельные посетители в беседе с ним допускали враждебные суждения. Так, например, один из визитеров пытался убедить САХАРОВА в том, что Советский Союз переживает экономический кризис, что в СССР отсутствует демократия. САХАРОВ в ответ заявил собеседнику: «У нас есть экономический рост, но он недостаточно быстрый. Есть ряд очень крупных помех на пути этого роста. Но рост есть. Если бы не было никакого роста, то мы могли бы сказать, что это полное загнивание. Загнивания нет, есть рост. Он идет довольно противоречивым образом: частично демократизируется, частично происходит большой экономический сдвиг. Все это сочетается между собой… И сказать, что коммунистическая демократия не способна двигать экономическими формулами, — нельзя». В личной жизни САХАРОВА в последнее время произошли изменения. Он вступил в интимную связь с преподавательницей 2-го медицинского училища БОННЭР Л.Г., 1922 года рождения, членом КПСС, родители которой в прошлом репрессировались, а впоследствии были реабилитированы. БОННЭР поддерживает негативные проявления и деятельность САХАРОВА в качестве члена «Комитета» [Комитет по правам человека], размножает изготовленные его единомышленниками материалы. Намерение САХАРОВА вступить в брак с БОННЭР встретило резко отрицательное отношение со стороны его дочерей, в результате чего в семье возникла напряженная обстановка. А вот письмо Андропова в ЦК (март 1973) о мероприятиях по "ослаблению общественной деятельности" Комитета по правам человека: В результате осуществленных органами госбезопасности мероприятий антиобщественная деятельность так называемого «Комитета прав человека» в 1972 году в определенной мере ослаблена. Этому способствовали, в частности, такие меры, как компрометация и лишение советского гражданства ЧАЛИДЗЕ, внесение разногласий и раздоров в отношения между членами «Комитета» и их единомышленниками (в связи с чем из состава «Комитета» вышел ТВЕРДОХЛЕБОВ), прекращение выпуска тенденциозного сборника «Общественные проблемы» и другие. В целях дальнейшего отрыва от участия в указанном «Комитете» ШАФАРЕВИЧА И.Р., члена-корреспондента АН СССР, лауреата Ленинской премии, целесообразно направить его по линии Академии наук СССР в научную командировку сроком на 3–4 месяца в одну из социалистических стран (предположительно в ПНР или НРБ). Пребывание ШАФАРЕВИЧА в одной из социалистических стран по согласованию с друзьями будет использовано для оказания на него положительного влияния. САХАРОВ, оставшись практически в одиночестве, лишится возможности активизировать свою антиобщественную деятельность. Переговоры о приглашении ШАФАРЕВИЧА в одну из социалистических стран Комитет госбезопасности проведет по своим каналам. Просим согласия. Events and texts КГБ против Сахарова 16 марта, четверг, в 19.00 по московскому времени Двадцать лет Андрей Сахаров и Елена Боннэр противостояли всемогущей советской репрессивной машине. Советская власть не решалась убить Сахарова или посадить его в тюрьму, но использовала против него весь остальной арсенал давления и устрашения. Недавно издательство Corpus выпустило подготовленную сотрудниками “Международного Мемориала” книгу, рассказывающую, как в 1966-1989 годах советская спецслужба пыталась контролировать каждый шаг Сахарова и Боннэр. Книга издана при поддержке Friedrich Naumann Foundation в рамках программы, посвященной 100-летию Сахарова. Прокомментировал секретные когда-то документы Александр Даниэль. Теперь доступ к большей части этих документов снова закрыт. Они описывают глазами советских лидеров жизнь Сахарова и Боннэр и меры,которые предпринимала власть, чтобы остановить своих “злейших врагов”. В арсенале КГБ тех лет - подслушивание и подглядывание, дезинформация и дискредитация, фальсификации и компромат, внесение…
-
Events and texts
В Re:Russia - отличная статья Светланы Ерпылевой (PS Lab) о том, как меняется восприятие войны россиянами (по мотивам новой, зимней волны глубинных интервью). Несколько фрагментов: По результатам первой стадии нашего исследования мы выделили несколько основных аргументов, с помощью которых информанты оправдывали войну в первые месяцы после ее начала: - реакция на угрозу с Запада; - защита жителей Донбасса; - опережение противника, который готовился напасть; - борьба с фашизмом; - необходимость поддерживать свою страну в любой ситуации; - делегирование экспертизы политическим элитам («раз начали, значит, было нужно»). Некоторые из этих аргументов сохранились и осенью 2022 года: например, оправдание войны как способа опередить противника и «раз начали, значит, было нужно». На второй план ушел, например, аргумент о представлении войны как борьбы с украинским фашизмом. Некоторые наполнились новыми смыслами, стали богаче и сложнее. Такую трансформацию пережило оправдание войны через необходимость занимать сторону своей страны, России. Для многих собеседников выступить против войны почти равносильно тому, чтобы выступить против своей страны, своей родины. Однако отличие этого оправдания от весеннего в том, что оно перестает быть «клише», оно присваивается, становится объектом рефлексии и наполняется множеством смыслов. Взгляд на войну не меняется радикально — ее сторонники не становятся ее противниками, и наоборот. В то же время люди, еще вчера аполитичные, стремительно осваивают военно-политическую реальность, в результате чего их восприятие войны оказывается неустойчивым, подвижным, его оттенки постоянно меняются, и не в какую-то одну сторону, а в разных направлениях (а нередко — в разных направлениях одновременно). Кажется, что в этом наблюдении есть парадокс. Однако в обществе, где политика (а тем более геополитика) не является частью жизни подавляющего большинства людей, не может быть «твердых позиций» по отношению к вдруг вспыхнувшим геополитическим конфликтам. В этом смысле отсутствие радикальных изменений в восприятии войны (когда убежденные сторонники становятся убежденным противниками, и наоборот) и «неустойчивость», подвижность восприятия войны — это две стороны одной медали. Чтобы менять убеждения на противоположные, нужно, как минимум, быть убежденными в чем-то, иметь консистентные взгляды. Но их у большинства наших информантов нет. Это значит, у большинства наших информантов (и, как можно смело предположить, у большинства россиян) восприятие войны одновременно «неуверенное» (не позволяющее им стать однозначными противниками или сторонниками «спецоперации», в том числе менять взгляды радикально) и «неустойчивое», противоречивое, подвижное: оно может сдвигаться в одну или в другую сторону в зависимости от обстоятельств. -
Events and texts
КГБ против Сахарова 16 марта, четверг, в 19.00 по московскому времени Двадцать лет Андрей Сахаров и Елена Боннэр противостояли всемогущей советской репрессивной машине. Советская власть не решалась убить Сахарова или посадить его в тюрьму, но использовала против него весь остальной арсенал давления и устрашения. Недавно издательство Corpus выпустило подготовленную сотрудниками “Международного Мемориала” книгу, рассказывающую, как в 1966-1989 годах советская спецслужба пыталась контролировать каждый шаг Сахарова и Боннэр. Книга издана при поддержке Friedrich Naumann Foundation в рамках программы, посвященной 100-летию Сахарова. Прокомментировал секретные когда-то документы Александр Даниэль. Теперь доступ к большей части этих документов снова закрыт. Они описывают глазами советских лидеров жизнь Сахарова и Боннэр и меры,которые предпринимала власть, чтобы остановить своих “злейших врагов”. В арсенале КГБ тех лет - подслушивание и подглядывание, дезинформация и дискредитация, фальсификации и компромат, внесение раздора в окружение “врагов”, кампании общественного осуждения, “профилактика” и предостережения (в адрес тех, кого можно напугать). Главной целью КГБ было не допустить возникновение легальной оппозиции. Изменилась ли стратегия и тактика КГБ за последние полвека? В разговоре участвуют: — Борис Беленкин, историк, заведующий библиотекой Общества “Мемориал”;— Александр Даниэль,автор комментариев к книге “Объект наблюдения. КГБ против Сахарова”, исследователь истории инакомыслия в СССР, правозащитник, сотрудник “Мемориала”;— Сергей Лукашевский,директор Сахаровского центра;— Андрей Солдатов,главный редактор Agentura.ru, исследователь российских спецслужб, соавтор книг о них (“Новое дворянство”, “Битва за Рунет”, “Новые игры патриотов”);— Борис Грозовский,обозреватель, автор телеграм-каналаEventsAndTexts; Разговор организован телеграм-каналом «О стране и мире». Трансляция и видеозапись разговора будет доступна в YouTube-канале «О стране и мире». Зарегистрируйтесь, чтобы получить ссылку на мероприятие за час до его начала. Материалы к разговору: ➤Объект наблюдения. КГБ против Сахарова. Книга на сайте издательства Corpus; Литрес. ➤“Ядовитые субстанции”. Анатолий Голубовский, Никита Петров и Ирина Левонтина рассказывают о книге “КГБ против Сахарова”. ➤Андрей Сахаров в документах КГБ Украины (и еще одна публикация на эту тему). ➤Сахаров в Горьком: “умереть мы вам не дадим”. ➤“О злостных хулиганских выходках академика Сахарова”. ➤Сахарову - 100 лет. Сценарий неснятого фильма Андрея Лошака о советских диссидентах.
-
Events and texts
Путинизм и сталинизм Режим отбирает у своих противников детей (при Сталине это было массовой практикой). Уже некоторое время воруют детей с оккупированных территорий Украины (масштаб этого сложно оценить). О том, как Путин инструментализирует сталинские практики - очень сильный разговор на "Свободе" у Сергея Медведева с писателем Сергеем Лебедевым. Кроме приведенных ниже фрагментов там еще хорошо о Сандармохе, где расстреляна украинская элита, о России живых и России мертвых, и о первой чеченской войне, которая легитимизивала насилие. СЛ: Взятая в пределе гулаговская система – это мир, который управляется пайкой и теплом. И вдруг ты слышишь: "мы заморозим Европу, мы заморозим Украину", все, что связано с зерном, с возможностью продуктового кризиса, – это шантаж калориями. Он, конечно, немедленно вызывает в памяти и гулаговские сюжеты, и сюжеты Голодомора. Голодомор в двух словах – это масштабное перемещение калорий из одного места в другое, туда, где, как считает государство, они больше нужны. С одной стороны, это как бы игра, это не тот масштаб и не те сюжеты, но риторика чудовищно приблизилась. Мне кажется, мы еще не до конца понимаем, насколько далеко может завести нашу страну эта риторика. Структура, откуда происходит Путин, в большей степени сохранила и приумножила это сталинское наследство. С одной стороны, постулировался, естественно, разрыв: КГБ – это не НКВД. Но мы говорим "Сталин умер", а потом видим, что однопартийная система сохранилась, репрессивный аппарат сохранился, он и продолжил жить в том аппарате, откуда Путин родом, где он выучил все те вещи, которые сейчас повторяет. Ведь все то, что льется сейчас с экранов российских телевизоров, – это, конечно, чистое клише сталинской национальной политики, как и в 30-х годах, так и в послевоенное время, когда украинские националисты считались экзистенциальной угрозой существованию Советского Союза. КГБ очень плотно, долго и сильно ими занимался. Сталинский мир в своем политическом измерении – это огромная иерархия рабов, очень четко выстроенная, с простроенными взаимосвязями, но все это чистое клеймение, чистое поименование без юридического содержания. Кто такие троцкисты, кто такие басмачи, кто такие националисты? Но каждый знает, что националистом быть нехорошо, с националистами дружить не надо. Мы вернулись к этому репрессивному языку, он без каких-либо юридических дефиниций становится средством насилия и средством заставить людей так определяться. Конечно, они стараются примкнуть к власти и к большинству. Мы помним замечательное стихотворение Чичибабина "Не умер Сталин": "Как будто дело все в убитых,// В безвестно канувших на Север.// А разве веку не в убыток// То зло, что он в сердцах посеял?". Этот отложенный урожай зла, конечно, восходит в смысле поведенческих практик, привычки ассоциироваться с государством, что бы оно ни делало, несамостояния, невозможности противостоять большинству. А что отличает Украину? Мы можем по-разному относиться к событиям 40–50-х годов, но у них была очень явная традиция сопротивления, то, чего в российской истории никогда не существовало в таком масштабе. В том состоянии интеллектуальных сил, которое мы сейчас имеем, – нет, с катастрофой разобраться невозможно. Но понять эту преемственность безнаказанности, которая так очевидна в последние 30 лет, от безнаказанности советских преступлений до безнаказанности постсоветских, – тут, я думаю, нам дан последний шанс. Сюжет конца 80-х: ты открываешь журнал "Огонек", читаешь статью за статьей, чувствуешь, как люди искренне верят, что достаточно сказать правду, и правда все сделает сама, как в русской сказке, где есть правда и кривда. Недумание о юридических сюжетах, недумание о процедурах, институтах – вот ключевой изъян, вот та история, которая нас очень больно ударила обратно. На рубеже 80–90-х запрос на юридическое наказание был гораздо выше, чем та очень слабая поддержка, которую оказывали этой идее интеллектуальные элиты, в большинстве своем говорившие: не надо охоты на ведьм. -
Events and texts
Несколько фрагментов, которые не вошли в мой текст о Голодоморе: Коллективизация позволила большевикам установить контроль над аграрным производством, составлявшим тогда почти половину ВВП страны. Это обеспечило рост экспорта зерна (чтобы получить деньги на импорт технологий), и возможность направить экс-крестьян на новые заводы в города. Украинцы, самая большая национальная группа в аграрно продуктивных регионах СССР, наиболее активно сопротивлялись коллективизации, писал историк Роберт Конквест. Желание наказать их за сопротивление советской власти могло способствовать проведению антиукраинской политики. Террор голодом казался большевикам необходимым и законным методом борьбы за индустриализацию. Упорное сопротивление советской политике, которое оказывали в Украине «классовые враги», могло быть перенесено на нацию в целом как на "вражескую". С началом коллективизации и сопротивления ей антиукраинские настроения у руководителей СССР могли только усилиться (см. в тексте цитаты из Сталина и Кагановича). До коллективизации советская власть не прибегала к этническим чисткам, но вскоре после нее она неоднократно депортировала целые народы (правда, не столь многочисленные). Маркевич и соавторы не исследуют причины предвзятости по отношению украинцам. Идея, что голод 1932/33 имел этническую природу, сильно противоречит привычным представлениям о равенстве наций, которые декларировались в СССР. Но знаменитое постановление ЦК ВКП(б) и Совнаркома (1932) регулировало не только хлебозаготовки: Сталин хотел «превратить Украину в кратчайший срок в настоящую крепость СССР, в действительно образцовую республику». Документ предписывает отправить «изменников» (тех, кто сопротивляется коллективизации) в концентрационные лагеря, прекратить украинизацию Северного Кавказа, выселить с Кубани в Сибирь крестьян, прекратить там преподавание и издание медиа на украинском языке. Коллективизацией Сталин стремился окончательно завершить Гражданскую войну и подчинить себе крестьянство, особенно в Украине и Беларуси, отмечает историк Дэвид Ширер. Если верить воспоминаниям сталинского переводчика Валентина Бережкова, в разговоре с Черчиллем вождь говорил о коллективизации как о войне тяжелее Второй Мировой. Переломить хребет крестьянству для Сталина было тем более важно, что именно благодаря союзу с ним большевики победили в Гражданской войне. Теперь было нужно поставить бывшего союзника под контроль. Фактически коллективизация стала Второй Гражданской. Победить в ней большевики смогли только благодаря мощному аппарату насилия, который подавлял любые протесты. Украина оказалась на острие этой войны: групповая идентичность, собственный язык и культура облегчали украинцам сопротивление коллективизации. Антиукраинская предвзятость в заготовках могла быть связана и с опасениями роста национального самосознания украинцев. Национальные движения внутри СССР воспринимались большевиками как угроза. Возможно и влияние геополитики: в те годы Сталин опасался удара со стороны Польши или Великобритании, ожидал большую войну и хотел превратить Украину в советский форпост. Коллективизация стала для Сталина инструментом упрочения режима единоличной власти (вот что бывает с теми, кто не покоряется воле вождя сразу). Победив во «Второй Гражданской» (против голода, военных и НКВД крестьяне были бессильны), Сталин разрушил крестьянский мир. Пришли в движение огромные массы людей – одни отправились в лагеря и ссылку, другие в города на стройки. Все население страны перемешалось, социальные и родственные связи были разрушены, вырванными из своей среды людьми стало намного проще управлять. А деревня превратилась во внутреннюю колонию. Государство сделало колхозников второсортными людьми без паспорта и зарплаты, забитыми и не заинтересованными даже в результатах собственного труда, отмечает крестьяновед Александр Никулин. Так Сталин переборол самый обширный и древний социальный класс в стране, сердцевиной которого и были крестьяне Украины. -
Events and texts
Голодомор — одна из крупнейших гуманитарных катастроф ХХ века. С 1932-го по 1933-й годы от голода погибли от 5 до 10,8 миллиона жителей Советского Союза, из них 2,6–3,9 миллиона — только в Украине. Украина и ряд других стран считают эти события геноцидом украинцев. До 1980-х в СССР эта трагедия отрицалась. Современные российские историки согласны, что голод был искусственным — к нему привела экономическая политика коммунистов. Однако большинство российских историков отказываются считать голод в Украине геноцидом украинского народа. Экономисты собрали базу архивных данных о голоде 1932-1933 годов в Советском Союзе и построили математические модели, чтобы ответить, правда ли, что украинцы пострадали больше других. К каким выводам они пришли? Рассказывает колумнист Борис Грозовский→ Написать в редакцию | YouTube | Подписаться -
Events and texts
Скоро на канале "О стране и мире" начинаем разговор о войнах и безнаказанности. Трансляцию и запись в ютьюбе можно смотреть тут: Постсоветские войны, с начала 1990-х – не цепь отдельных случайных событий и совпадений. Их следует рассматривать как цепь войн, цепь преступлений, цепь безнаказанности. Безнаказанность прошлых преступлений порождает новые, провоцирует новых преступников. Суровикин, Стрелков и прочие «герои» войны в Украине привнесли туда опыт трех десятилетий безнаказанного насилия. Убитый город Мариуполь – следствие разрушения Грозного. Безнаказанность убийц Самашек и Новых Алдов с неизбежностью породила Бучу. «Фильтрационные лагеря», через которые проходили жители Мариуполя, наследуют «фильтрационной системе», существовавшей в Чечне. И не может быть прочного мира без памяти и правосудия. Events and texts Цепь войн, преступлений, безнаказанности Российские войны в Чечне, Сирии и Украине 9 марта, четверг, в 19.00 по московскому времени Вторжению Россию в Украину предшествовали другие войны с участием России. Безнаказанность прошлых преступлений порождала новые: сейчас в Украине воюют россияне, которые принесли туда опыт прошлых войн. До Мариуполя были разрушены Грозный и Алеппо, а массовым убийствам в Буче предшествовали аналогичные действия в Самашках. Даже “фильтрационные лагеря”, через которые проходят украинцы, во многом повторяют и систему фильтраций в Чечне, и сталинские лагеря. В обращении с комбатантами и гражданским населением российская армия систематически пренебрегает законами войны и правами человека. Центр защиты прав человека “Мемориал” опубликовал доклад “Цепь преступлений, цепь войн, цепь безнаказанности”, рассказывающий о прошлых войнах и совершенных в их ходе преступлениях. Одни и те же части, одни и те же офицеры переходят из войны в войну. Зная, что в прошлом преступления не расследовались…
-
Events and texts
Вышедший недавно сборник "Объект под наблюдением: КГБ против Сахарова" рассказывает в документах многолетнюю историю этого противостояния. Вот отрывок из докладной записки КГБ в ЦК (22.06.1975) "о подготовке Сахаровым для публикации за рубежом пасквиля антисоветского содержания ("О стране и мире")". Благодаря нему, мы можем читать какой-то черновой, ранний набросок этого текста: С февраля с. г. САХАРОВ А.Д. готовит для публикации за рубежом антисоветский пасквиль [...] В своем «труде» САХАРОВ обосновывает тезис о том, что «недостаточное понимание того, что скрывается за фасадом советского общества, непонимание потенциальных опасностей советского тоталитаризма объясняют многие иллюзии западной интеллигенции и, в конечном счете, удивительные просчеты и неудачи западной политики, без боя отдающей кусок за куском своему партнеру по так называемой разрядке». «Современное советское общество, — по заявлению автора, — наиболее кратко следует характеризовать как общество государственного капитализма. Присвоенные государством благодаря искусственно заниженной зарплате громадные средства идут главным образом на расширенное воспроизводство, на гигантские военные расходы, на обеспечение более высокого уровня жизни привилегированных слоев населения и на покрытие нелепостей бюрократического стиля руководства, на финансирование тайной и явной экспансии по всех частях света». Характеризуя социальную обстановку в стране, САХАРОВ отмечает «низкий уровень зарплаты работающих и пенсий, плохие жилищные и бытовые условия у большинства людей, низкое качество образования и медицинского обслуживания». «Венец социального портрета общества, — утверждает автор, — трагическое спаивание огромной массы населения, особенно молодежи; рост воровства на производстве, взяточничество и мошенничество, поток жестокого, бессмысленного хулиганства, изнасилований, убийств и самоубийств». [...] «Особенно разрушительны, — по мнению автора, — последствия партийно-государственного монополизма в идеологии. Полная унификация идеологии повсеместно, от школьной парты до профессорской кафедры, требует от людей лицемерия, приспособленчества и самооглупления. Писатели, художники, артисты, педагоги, ученые гуманитарии существуют под таким чудовищным прессом, что приходится удивляться, что искусство и гуманитарные науки не исчезли вовсе в нашей стране». «Картина советского общества будет неполной, — повествует САХАРОВ, — если не вспомнить о полутора миллионах заключенных, которые в тяжелых условиях рубят лес, строят заводы и дороги, работают на вредных производствах. Их тяжелое и бесправное положение является как бы антиподом положения элиты, экономически и психологически уравновешивая ее неограниченные права и привилегии. [...] Политические деятели Запада при ведении переговоров, утверждает САХАРОВ, «часто недостаточно учитывают особенности своего социалистического партнера по переговорам, тоталитарный характер общества, отсутствие гласности, открытости, огромные возможности для блефа, обмана, шантажа и различных форм подкупа как отдельных лиц, фирм, компаний и организаций, так и целых стран, в связи с чем позиция реализма на деле оказывается позицией односторонних уступок». [...] «Все решения, — пишет САХАРОВ, — принимаются кабинетным образом, без какой-либо гласности и контроля со стороны общественности. Интересы и жизнь миллионов людей уже не раз приносились этой системой в жертву идеологическим догмам, экономическим фантазиям, так называемым государственным и стратегическим интересам, зачастую прикрывавшим кастовые, узкопартийные интересы, интересы внутрипартийной борьбы и даже личной карьеры, престижа и личного спасения. [...] Стратегическая доктрина тоталитарной страны может быть более безжалостной к населению своей страны и ко всему человечеству. Система тайных единоличных решений вне зависимости от наличия заранее выработанной доктрины становится особенно опасной в критические моменты, например на пороге возникновения войны или при угрозе полного поражения». -
Events and texts
Цепь войн, преступлений, безнаказанности Российские войны в Чечне, Сирии и Украине 9 марта, четверг, в 19.00 по московскому времени Вторжению Россию в Украину предшествовали другие войны с участием России. Безнаказанность прошлых преступлений порождала новые: сейчас в Украине воюют россияне, которые принесли туда опыт прошлых войн. До Мариуполя были разрушены Грозный и Алеппо, а массовым убийствам в Буче предшествовали аналогичные действия в Самашках. Даже “фильтрационные лагеря”, через которые проходят украинцы, во многом повторяют и систему фильтраций в Чечне, и сталинские лагеря. В обращении с комбатантами и гражданским населением российская армия систематически пренебрегает законами войны и правами человека. Центр защиты прав человека “Мемориал” опубликовал доклад “Цепь преступлений, цепь войн, цепь безнаказанности”, рассказывающий о прошлых войнах и совершенных в их ходе преступлениях. Одни и те же части, одни и те же офицеры переходят из войны в войну. Зная, что в прошлом преступления не расследовались, а суды не наказывали виновных, они уверены в своей безнаказанности. Память и правосудие - это условие прочного мира. Пока прошлые преступления не названы и не наказаны, они будут воспроизводиться. В разговоре участвуют: — Александр Черкасов, член Совета Центра защиты прав человека “Мемориал”, в 2021-2022 - председатель Совета ликвидированного правозащитного Центра “Мемориал”;редактор “Медузы”; — Елена Рачева,научный сотрудник факультета социологии Оксфордского университета, автор исследования о ветеранах войн, книги о жертвах и сотрудниках ГУЛАГа и книги "Волчье место";обозреватель, автор телеграм-каналаEventsAndTexts; Разговор организован телеграм-каналом «О стране и мире». Трансляция и видеозапись разговора будет доступна в YouTube-канале «О стране и мире». Зарегистрируйтесь, чтобы получить ссылку на мероприятие за час до его начала. Материалы к разговору: ➤“Цепь преступлений, цепь войн, цепь безнаказанности”: доклад Центра защиты прав человека “Мемориал. ➤А.Черкасов. Люди, стрелявшие в наших отцов. Группировкой “Юг” в Украине командует генерал Суровикин. В августе 1991 года он был арестован по обвинению в гибели защитников Белого дома в Москве. ➤“Мир недооценил угрозу”. Параллели между войнами в Чечне и в Украине. ➤От Афгана до Бучи. Александр Черкасов и Елена Рачева об истории военных преступлений России. ➤Холодная голова и короткая память. А.Черкасов о том, почему Путин и его коллеги-чекисты избежали люстрации и сделали успешные карьеры. ➤А.Черкасов о первой чеченской. ➤Гражданские заложники. Как мирные жители Украины становятся пленными в России, за что их преследуют и как защищают. ➤“Не всякий рейх - тысячелетний”. А.Черкасов о том, почему важно заранее готовиться к преследованию российских военных преступников. ➤А.Черкасов. Кадыровцы на войне. ➤А.Черкасов. Война растет из страха. Политические репрессии в России как необходимое условие агрессии против Украины.
-
Events and texts
Экономика перестраивается на военный лад. Деньги и рабочая сила перетекают в армию и обслуживающие ее отрасли, госбюджет раздувается, а частное потребление падает. Заметка для "Важных историй". Фрагменты: «Структурная трансформация [экономики] = переход на новые средства передвижения», — иронизируют аналитики «Твердых цифр» по поводу скачка в конце прошлого – начале этого года производства «прочих транспортных средств», в которые включена военная техника, на фоне производства автомобилей, которое по-прежнему вдвое ниже довоенного. Спецтехника стала для государства важнее легковых машин. Экономика России была так же не готова к войне, как и армия. Но положение начинает меняться. Главное, что теперь нужно власти от заводов и фабрик — бесперебойное снабжение фронта. ВПК не может быстро и кратно увеличить производство вооружений и техники, но некоторые результаты уже видны. Взрывной рост госзаказа у предприятий ВПК на фоне стагнации или спада во многих других сферах делает его все более привлекательным для бизнеса и работников. Теперь ВВП будет гораздо меньше соответствовать оценке уровня жизни населения: он будет падать (даже с учетом всех фальсификаций) медленнее, а уровень жизни — быстрее. «Если ВПК изготовил дорогущую ракету, ее пустили, она взорвалась где-то, ВВП вырос. Много ли пользы получила большая часть гражданской экономики от этого процесса?» — задает риторический вопрос экономист Сергей Хестанов. Аналогичная деформация экономики погубила СССР: он выпускал много ракет, танков и станков, но люди этого не ощущали. Обогнав западные страны по тоннам произведенных металлов и снарядов, СССР проиграл в уровне жизни населения. Я оцениваю стоимость войны только для федерального бюджета в 10 триллионов рублей в 2022 году — почти треть его расходов, или 6,6% ВВП. К этому надо добавить расходы, которые взяли на себя региональные бюджеты (единовременные выплаты и другие меры поддержки мобилизованных), бизнес (закупка с офшорных счетов сырья и комплектующих для ВПК), а иногда и население (помощь армии, снабжение мобилизованных экипировкой). Вот почему динамика ВВП и частного потребления расходятся все сильнее. Если бы сторонникам прекращения войны был нужен популистский лозунг, он мог бы быть таким. За 2–2,5 года войны федеральный бюджет потратит на нее сумму, эквивалентную всему долгу населения перед банковской системой (26,8 триллиона рублей). Что вы предпочтете: чтобы собранные государством налоги пошли на войну или на погашение государством всего долга населения перед банками? Это было бы похоже на библейский год прощения долгов. Шаг совершенно безумный — и все же намного более осмысленный, чем то, как собираются потратить эти деньги российские власти. -
Events and texts
В "Проекте" - сильное расследование (часть 1, часть 2). Оно интересно не только фабулой (семейная недвижимость, путинский общак, доходы от водки и медиа - споить и оболванить, своя железная дорога), но и антропологически: как по-хозяйски отжали водку "Путинка" и дальше ее использовали; как менее дорогим для вождя родственникам недвижимость дарилась и у них отнималась; сама стратегия вложения денег в виллы и дворцы; тотальная подозрительность и скрытность; представления о королевской роскоши прекрасном времен абсолютизма; вся эта средневековая организация жизни с сеньорами, вассалами, ленниками, фрейлинами-дуэньями. Свозишь вот так мальчиков-школьников: Петергоф, Эрмитаж, Шереметьевский дворец, а они потом всю жизнь посвящают тому, чтобы "сделайте мне как было у них". Ну и понятно, что народ нужен затем, чтобы царю было хорошо. -
Реклама
-
Events and texts
Спасибо, Г.О.Павловский, за множество интересных текстов, своих и М.Гефтера. Книги, статьи, интервью. За «Русский журнал» и Гефтер.ру. За дружбу с С.Г.Кордонским и другими прекрасными людьми. Не знаю, искупит ли это многолетнюю помощь Кремлю. Очень русский путь - много грехов и много попыток их исправить. Думаю, тексты все-таки перевесят, они вносят вклад в понимание нашей катастрофы - и как оптика, и как часть самой катастрофы (иллюзии и обольщения, которые к ней привели). Вот, видимо, один из последних - https://russiapost.info/politica/Empire -
Events and texts
Русский антимир Разговор с Михаилом Эпштейном 28 февраля, вторник, в 19.00 по московскому времени Когда расширение пространства становится самоцелью, на его возделывание не остается ни сил, ни времени ни навыков. Безудержная тяга к экспансии, как у Орды, ведет Россию к тому, чтобы захватывать, уничтожать, похищать, присваивать. Это превращает “русский мир” а антимир. Он преступает географические, правовые и моральные границы. Пространство пожирает и опустошает страну изнутри, мешает людям почувствовать себя единой нацией. Поэтому россиянам трудно почувствовать ответственность за свою страну. Об этом пишет филолог и философ Михаил Эпштейн в книге «Русский антимир. Политика на грани апокалипсиса», опубликованной недавно (на русском языке) издательством Franc-Tireur USA. Доходы от продажи книги направляются на помощь украинским беженцам. Она продолжает книгу “От совка к бобку: политика на грани гротеска”, которая вышла в 2016 в Киеве. Пространственное расширение страны подрывает ее легитимность. Если Крым и Луганск - это Россия, то Петербург и Владивосток приобретают столь же сомнительный статус. Саморазрушение России практиковали и Грозный, и Сталин: они насиловали собственный народ, как если бы были чужеземцами. Развязав войну против мирового правопорядка, Россия, по сути, пошла против самой себя: власти действуют по отношению к своей стране безжалостнее любого врага, пишет Эпштейн. Может быть, одобрение большой частью россиян этой программы разорения и депопуляция России означает, что в нации действует стремление к смерти? В разговоре участвуют: — Михаил Эпштейн, философ, филолог, культуролог, профессор теории культуры и русской литературы университета Эмори (Атланта), автор 39 книг, включая “Первопонятия”, «Постмодернизм в России», «Будущее гуманитарных наук», «Любовь», «Ирония идеала: парадоксы русской литературы»;— Борис Грозовский,обозреватель, автор телеграм-каналаEventsAndTexts; Разговор организован телеграм-каналом «О стране и мире». Трансляция и видеозапись разговора будет доступна в YouTube-канале «О стране и мире». Зарегистрируйтесь, чтобы получить ссылку на мероприятие за час до его начала. Материалы к разговору: ➤Михаил Эпштейн. Русский антимир. Политика на грани апокалипсиса (ebook и бумажная версия). ➤“Этот странный антимир”: Михаил Эпштейн о самоуничтожении России. ➤Фрагменты из книги “Русский антимир: политика на грани апокалипсиса” на сайте TrueRussia, “Регион Эксперт”. ➤М.Эпштейн. Пушкинский миф о тайной свободе. ➤М.Эпштейн о танатализации: утащит ли “Мертвая рука” живых в царство мертвых
-
Events and texts
Из дневника писателя Юрия Нагибина (1994): Люди часто спрашивают — себя самих, друг друга: что же будет? Тот же вопрос задают нам с доверчивым ужасом иностранцы. Что же будет с Россией? А ничего, ровным счётом ничего. Будет всё та же неопределенность, зыбь, болото, вспышки дурных страстей. Это в лучшем случае. В худшем — фашизм. Неужели это возможно?.. Самая большая вина русского народа в том, что он всегда безвинен в собственных глазах. Мы ни в чем не раскаиваемся. Может, пора перестать валять дурака, что русский народ был и остался игралищем лежащих вне его сил...? Удобная, хитрая, подлая ложь. Все в России делалось русскими руками, с русского согласия, сами и хлеб сеяли, сами и веревки намыливали. Ни Ленин, ни Сталин не были бы нашим роком, если б мы этого не хотели.