Несколько фрагментов, которые не вошли в мой текст о Голодоморе: Коллективизация позволила большевикам установить контроль над аграрным производством, составлявшим тогда почти половину ВВП страны. Это обеспечило рост экспорта зерна (чтобы получить деньги на импорт технологий), и возможность направить экс-крестьян на новые заводы в города. Украинцы, самая большая национальная группа в аграрно продуктивных регионах СССР, наиболее активно сопротивлялись коллективизации, писал историк Роберт Конквест. Желание наказать их за сопротивление советской власти могло способствовать проведению антиукраинской политики. Террор голодом казался большевикам необходимым и законным методом борьбы за индустриализацию. Упорное сопротивление советской политике, которое оказывали в Украине «классовые враги», могло быть перенесено на нацию в целом как на "вражескую". С началом коллективизации и сопротивления ей антиукраинские настроения у руководителей СССР могли только усилиться (см. в тексте цитаты из Сталина и Кагановича). До коллективизации советская власть не прибегала к этническим чисткам, но вскоре после нее она неоднократно депортировала целые народы (правда, не столь многочисленные). Маркевич и соавторы не исследуют причины предвзятости по отношению украинцам. Идея, что голод 1932/33 имел этническую природу, сильно противоречит привычным представлениям о равенстве наций, которые декларировались в СССР. Но знаменитое постановление ЦК ВКП(б) и Совнаркома (1932) регулировало не только хлебозаготовки: Сталин хотел «превратить Украину в кратчайший срок в настоящую крепость СССР, в действительно образцовую республику». Документ предписывает отправить «изменников» (тех, кто сопротивляется коллективизации) в концентрационные лагеря, прекратить украинизацию Северного Кавказа, выселить с Кубани в Сибирь крестьян, прекратить там преподавание и издание медиа на украинском языке. Коллективизацией Сталин стремился окончательно завершить Гражданскую войну и подчинить себе крестьянство, особенно в Украине и Беларуси, отмечает историк Дэвид Ширер. Если верить воспоминаниям сталинского переводчика Валентина Бережкова, в разговоре с Черчиллем вождь говорил о коллективизации как о войне тяжелее Второй Мировой. Переломить хребет крестьянству для Сталина было тем более важно, что именно благодаря союзу с ним большевики победили в Гражданской войне. Теперь было нужно поставить бывшего союзника под контроль. Фактически коллективизация стала Второй Гражданской. Победить в ней большевики смогли только благодаря мощному аппарату насилия, который подавлял любые протесты. Украина оказалась на острие этой войны: групповая идентичность, собственный язык и культура облегчали украинцам сопротивление коллективизации. Антиукраинская предвзятость в заготовках могла быть связана и с опасениями роста национального самосознания украинцев. Национальные движения внутри СССР воспринимались большевиками как угроза. Возможно и влияние геополитики: в те годы Сталин опасался удара со стороны Польши или Великобритании, ожидал большую войну и хотел превратить Украину в советский форпост. Коллективизация стала для Сталина инструментом упрочения режима единоличной власти (вот что бывает с теми, кто не покоряется воле вождя сразу). Победив во «Второй Гражданской» (против голода, военных и НКВД крестьяне были бессильны), Сталин разрушил крестьянский мир. Пришли в движение огромные массы людей – одни отправились в лагеря и ссылку, другие в города на стройки. Все население страны перемешалось, социальные и родственные связи были разрушены, вырванными из своей среды людьми стало намного проще управлять. А деревня превратилась во внутреннюю колонию. Государство сделало колхозников второсортными людьми без паспорта и зарплаты, забитыми и не заинтересованными даже в результатах собственного труда, отмечает крестьяновед Александр Никулин. Так Сталин переборол самый обширный и древний социальный класс в стране, сердцевиной которого и были крестьяне Украины.