Обложка канала

Вкрации. Страница 5

3590 @vkracii
Открыть

«Вкрации» — то, что не рассказывают в школе о писателях и произведениях. Гоголь обожал макароны, Достоевский был антисемитом, Толстой заставлял жену рожать. Еженедельные тематические подборки художественной литературы отечественных и зарубежных авторов. «

  • Вкрации

    ​​Именно этой нетайной тайнописи посвящена повести Лизы Си «Снежный Цветок и заветный веер».

    Эта американская писательница пишет о старом Китае. «Снежный Цветок» — история о двух лучших подругах, двух уточках-мандаринках, сговоренных друг другу девочках, которые должны были пронести верность и любовь друг к другу через всю жизнь. Через замужество, материнство, вдовство, войну, голод, обман, сплетни.

    Рассказчица на склоне лет решает записать всю историю этой мучительной дружбы — и пользуется для этого специальным «женским» письмом.

    «Мой протест выражался исключительно в виде нушу, тайного женского письма. Впервые это произошло, когда Снежный Цветок — моя лаотун, моя „половинка”, моя соученица и наставница в нушу — прислала мне веер, который лежит сейчас на моем столе, и затем вновь, когда мы встретились с ней. Но отношения со Снежным Цветком не мешали моей решимости стать честной женой, достойной невесткой и добросовестной матерью».

    В 2011 году повесть была экранизирована. В одной из ролей снялся Хью Джекман.

  • Вкрации

    ​​У китаянок из провинции Хунань существовала особая система письменности под названием Нюй-шу. Так как женщинам запрещалось изучение официальной грамоты, они изобрели свой набор знаков, который передавали от матери к дочери. Знаки нюй-шу чаще всего вплетали в орнамент — их форма была специально адаптирована для вышивания. Нюй-шу часто называют женской тайнописью, однако из её существования не делали секрета. Мужчины могли изучить её, но интереса к «иероглифам с комариными ножками» как правило не проявляли.

  • Вкрации

    ​​Писательницы, чьи книги полны завораживающих тайн

    «Женская проза» совсем не то же, что проза мужская. Есть серьёзные талантливые писатели, а есть всякие госпожи, от скуки пописывающие морализаторские истории бедных, но честных барышень. Мужчины даже о любви пишут увлекательнее: есть Золя, есть Бальзак, а какой у нас Пушкин!

    Такой взгляд можно встретить и сегодня. Мол, есть серьезная проза, а есть Улицкая и Петрушевская. И хуже того — есть тонны романов с красавицами трёх видов (блондинка, брюнетка, рыжая) на обложках, где прекрасная мэрисью побеждает врага в любом жанре, будь то детектив, фэнтези или любовный роман.

    «Вкрации» вспоминают пять писательниц, чьи книги полны обворожительных тайн и не отпустят до последней страницы. Для тех, у кого нет предубеждений против женской прозы.

    1. Кейт Мортон

    44-летняя писательница из Австралии создаёт запутанные истории, в которых есть пересечение временных линий, семейные секреты, загадочные личности и необыкновенно эффектные финалы.

    По мнению «Вкраций», у Мортон нет ничего лучше, чем «Забытый сад» — впрочем, мы ещё не знакомы с последним романом «Дочь часовщика».

    2. Лиана Мориарти

    После удачного сериала «Большая маленькая ложь» с Николь Кидман, Риз Уизерспун и Зои Кравиц все кинулись читать Мориарти (кстати, она тоже австралийка).

    На наш взгляд, у неё очень хороша ещё «Тайна моего мужа», а остальные повести послабее. Но удовольствие от разгадывания загадок — криминальных и не очень — можно получить в любом случае.


    3. Диана Сеттерфилд

    Это настоящие головоломки! Кубики Рубика! Все, наверное, читали «Тринадцатую сказку» о рыжеволосых близняшках, и многие были потрясены.
    На вкус «Вкраций», это книга на раз. Повторно, когда уже знаешь все ходы, её не прочесть. Но первое впечатление от неё, конечно, ошеломляющее.

    Два года назад вышла последняя (на данный момент) книга Сеттерфилд «Пока течёт река». Здесь писательница решила сразу зайти с козырей: старый трактир, незнакомец, окровавленная ожившая девочка неизвестного происхождения... Вам может быть как угодно, но точно не скучно.


    4. Джоджо Мойес

    Эта 50-летняя британская писательница прославилась выходом романа «До встречи с тобой», который в 2016 году был хорошо экранизирован с милой Эмилией Кларк в главной роли.

    Кроме этого, у Мойес несколько неплохих головоломных романов. Она любит пересечение временных линий — например, в «Девушке, которую ты покинул» и в «Корабле невест». Героини будут искать друг друга сквозь эпохи, а читатель до последнего не будет догадываться, чем всё закончится.

    Из нашего списка она, пожалуй, наименее сильная. Но если вам нужна книга посидеть на берегу моря, в ста метрах от дома на лавочке или (извините) дома в карантине, то держите Мойес!


    5. Донна Тартт

    Ну это намбер ван — пусть не по порядку, но явно по силе и качеству! Не будем смешными, хваля и без того заласканную критиками лауреатку Пулитцеровской премии.
    Просто отметим, что все тайны у Тартт перевернутые. Первым делом даёт разъяснение того, что случилось и повлечёт за собой цепочку запутанных событий.

    И пусть все любят «Щегла» — нам до сих пор нет ничего милее «Тайной истории».


    Вы предпочитаете книги, написанные...

    1 — женщинами
    2 — мужчинами
    3 — никогда не смотрю на это

  • Реклама

  • Вкрации

    ​​Сесилия Ахерн. Время моей Жизни

    Люси Силчестер не похожа на девушек — близняшек Бриджит Джонс, которыми полны женские развлекательные романы. Люси — девушка из состоятельной семьи, красивая, длинноногая и спортивная, она знает несколько языков, прыгала с парашютом, объездила множество стран...

    Правда, вся ее насыщенная жизнь закончилась, когда Люси бросил бойфренд-телезвезда. Теперь она проводит воскресенья, любуясь его изображением на экране и мечтая, как он к ней вернётся. Никто не знает, что на самом деле произошло, ведь Люси сказала всем... что это она его бросила. А ещё — что она говорит по-испански (и даже зарабатывает этим). И новое место жительства приходится скрывать.

    Короче, Люси — неплохая, вообще-то девушка — погрязла во вранье. Она прячется от жизни и даже не отвечает на письма, в которых жизнь всё настойчивее предлагает ей встретиться.

    Вы же понимаете, что этот гордиев узел придётся кропотливо распутывать, прежде чем всё-таки разрубить.

    Мило, не примитивно, легко и капельку серьёзно.


    Интересны подобные книги?

  • Вкрации

    #фонетический_удар

    Правильно произносить:

    гофрирОванный
    (он) кУтит
    лЕнящийся
    нормировАть
    ходАтайство


    Вы произносите правильно?

  • Вкрации

    Наша Таня громко плачет:
    Уронила в речку мячик.

    Что вы ещё знаете из стихов Агнии Барто?

    Зайку бросила хозяйка,
    Под дождем остался зайка...

    Мамы малышей припомнят больше. Не имеющие детей читатели вряд ли что-то ещё назовут.

    В 1947 году вышла поэма Агнии Барто «Звенигород». Писательница создала произведение после встречи с сиротами из детского дома в Подмосковье. Ребята, потерявшие родителей во время войны, рассказывали поэтессе свои истории, которые и легли в основу поэмы.

    Спустя ещё несколько лет Агнии Барто написала незнакомая читательница. Ей попалось произведение, и одна из историй заставила женщину заподозрить, что в детдоме Барто общалась с её потерянной во время войны дочерью...

    Здесь со всех концов страны
    Собраны ребята:
    В этот дом их в дни войны
    Привезли когда-то…
    После чуть не целый год
    Дети рисовали
    Сбитый чёрный самолёт,
    Дом среди развалин.

    Так и вышло. Упомянутая в поэме девочка оказалась дочерью читательницы. Семья встретилась спустя десять лет разлуки благодаря поэме Агнии Барто.

  • Вкрации

    #фонетический_удар

    Правильно будет:

    донЕльзя
    мЕльком
    хлЕбцы
    хозЯева
    шАрфы

    Так и говорите?

  • Вкрации

    #фонетический_удар

    Следует произносить:

    завИдно
    квартАл (во всех случаях!)
    лОктем
    поносИть
    Умно

    Нравятся такие ударения?

  • Вкрации

    ​​«Граждане, идущие в настоящее время мимо Эди-бэби, — это ленивые, плохо организованные, недостаточно охваченные общественной работой представители мелких предприятий: магазинчиков, ларьков, лавочек по ремонту — как бы подобие буржуазии. Они выползли из домов в праздничной одежде только сейчас, предварительно уже успев выпить пару-тройку рюмок водки и закусить праздничной едой. Эди-бэби знает, что обычно это салат «оливье», колбаса и неизменные шпроты. Глава семьи напялил тяжелое пальто, и черный или темно-синий пиджак, и галстук, и новые туфли, которые причиняют ему невероятную боль при каждом шаге. Нарядные дети, одетые под взрослых в большие нелепые костюмы, жрут неизменное мороженое, и каждый волокет за собой по нескольку шаров на нитках. Бремя от времени надувные шары лопаются со страшным пистолетным грохотом, всякий раз неожиданно. Платье супруги и ее пальто наверняка воняют невыдохшимся нафталином — они берегут свои вещи. Эди-бэби морщится.

    Эди-бэби не такой, как они. Потому он и стоит тут в рваных и мятых польских вельветовых брюках и желтой куртке с капюшоном, стоит этаким Гамлетом Салтовского поселка и сплевывает независимо. Эди-бэби думает, что ебал он их всех. И еще он размышляет тоскливо над тем, где же ему достать денег».

    Эдуард Лимонов. «Подросток Савенко»

  • Вкрации

    СМИ сообщили о смерти писателя Эдуарда Лимонова

  • Вкрации

    #фонетический_удар

    Правильно говорить:

    включИм
    диоптрИя
    мАркетинг
    плодоносИть
    христианИн

    Согласны так произносить?

  • Вкрации

    ​​Н.Бердяев о Льве Николаевиче Толстом: Он совершенно антиобществен, для него не существует проблемы общественности. Поистине демоничен его морализм и истребляет все богатства бытия. Я не знаю во всемирной истории другого гения, которому была бы так чужда всякая духовная жизнь. Он весь погружен в жизнь телесно-душевную, животную. Толстой мешал нарождению и развитию в России нравственно ответственной личности, мешал подбору личных качеств, и потому он был злым гением России, соблазнителем ее. Он был лишен чувства зла, потому что лишен был чувства свободы и самобытности человеческой природы, не ощущал личности. Необходимо освободиться от Толстого как от нравственного учителя.
     (Н.А. Бердяев. Духи русской революции. 1918 г.)


    Согласны с Бердяевым?

  • Вкрации

    ​​Итак, благодаря Лазарю Лагину наша литература обрела братьев Стругацких.
    Как же, как же это так получилось?

    На редакционный стол Лагина положили рукопись — безнадёжную, отвергнутую другими редакторами. Никто не нашёл в ней ничего стоящего внимания. И подсунули-то ему только по одной причине —авторы очень уж просили, чтобы «сам Лагин» посмотрел!

    Лагин посмотрел. И дал добро на печать.

    Рукопись называлась «Страна багровых туч»...


    Любите книги Стругацких?

  • Вкрации

    #фонетический_удар

    Правильно говорить:

    гербЫ
    кровоточИть
    Оберег
    трансфЕр
    (суп из) щавелЯ

    Удивились?

  • Вкрации

    ​​Настоящая фамилия автора «Старика Хоттабыча» Лазаря Лагина — Гинзбург.

    Псевдоним образован от первых букв имени и фамилии: ЛАзарь ГИНзбург.

    Именно благодаря Лагину наша литература получила Стругацких.

  • Реклама

  • Вкрации

    На этой неделе у «Вкрации» будет немного Швеции в виде прогулки по Стокгольму.

    В связи с этим предлагаем подборку отличной шведской литературы.

    1. Майгуль Аксельссон. Апрельская ведьма.

    Три временных пласта. Три сестры — приемные, случайно собранные под одной крышей. И четвёртая сестра, которая наблюдает за ними незримым и непостижимым образом.

    «— А Биргитта? — напоминает Кристина после ужина, когда обе уже молча сидят перед кафельной печкой в гостиной. — Что нам делать с Биргиттой?
    — Убить, — отвечает Маргарета и отпивает большой глоток из ликерной рюмки. Кристина налила ей «Амаретто», у него мягкий вкус и миндальный аромат, но в следующий миг ее горло приятно обжигает. Вот теперь стало совсем хорошо. Кристина угостила ее кусочком той прекрасной жизни, на которую у нее самой никогда не хватало времени. Такая жизнь требует внимания к мелочам, а времени на мелочи Маргарете всегда было жалко. Подростком она вечно разгуливала в съехавших на бедра трусах и в сбившейся в ком нижней юбке, потому что ей жалко было и двадцати секунд на то, чтобы привести себя в порядок».

    2. Анника Тор. Остров в море

    Еврейскую девочку Штеффи забирают в Швецию. Где-то идёт страшная война, где-то её родители, а она живёт в шведской семье, у моря, и учится находить общий язык с чужаками, и взрослеет.

    «Штеффи никогда не бывала на море. Но Эви, ее лучшая подруга в Вене, два года назад ездила на курорт в Италию. Вернувшись домой, она рассказала Штеффи о пальмах и пляже, о шезлонгах и мороженщиках. Сами сестры обычно летом ездили с родителями в пансионат на Дунае. Раньше. До того как пришли нацисты».

    3. Фредерик Бакман. Вторая жизнь Уве

    Эта чудесная, добрая, эмоциональная история про ворчливого немолодого мужчину и его преображение была экранизирована в 2015 году. И знаете что? Фильм получился не менее милым и запоминающимся. Можно и пореветь над ним, кто любит.

    «Ноябрьский вторник, четыре часа дня, Уве уже погасил все лампочки. Отключил батареи и кофеварку. Обработал пропиткой кухонную столешницу. Пусть эти ослы из «Икеи» дяде своему рассказывают, что их столешницы не нуждаются ни в какой пропитке. Нуждаются ли, нет ли – в ЭТОМ доме столешницу мажут пропиткой каждые полгода. Какая-то соплюха со склада, размалеванная и в желтой футболке, будет ему указывать!
    Уве стоит в гостиной двухэтажного таунхауса с мансардой и смотрит из окна во двор. Мимо трусит сорокалетний тип – тот, с пижонской щетиной, из дома наискосок. Андерс, кажется. Без году неделя тут, всего лет пять как заселился. А уж пролез в правление жильцов. Гад ползучий».

    4. Кристиан Лундберг. Ярден

    В юности один из самых заметных современных шведских писателей вынужден был работать в порту. Наблюдения за простым народом, обреченным на тяжелую скудную жизнь, легли в основу повести «Ярден».

    Книга была экранизирована в 2017 году.

    5. Туве Янссон. Дочь скульптора

    Конечно, Туве Янссон — это не только Муми-тролли. В автобиографической повести «Дочь скульптора» рассказывается о детстве писательницы. И вся её проза такая холодная, ветреная, как Балтийское море зимой.
    Больше всего из её героев меня когда-то поразил мальчик, думающий о мертвых, «потому что должен же о них кто-то думать».

    «Когда дедушка был молод и садовничал изо всех сил, он кольцом насадил ели далеко-далеко внизу на лугу, так как хотел, чтобы у него была беседка, где можно пить кофе. Ели все росли и росли и превратились в громадные черные деревья, ветки которых сплелись между собой. В беседке всегда было совершенно темно, а вся хвоя опадала из-за того, что была лишена солнца, и ложилась на обнаженную землю. Никто не хотел больше пить кофе в еловой беседке, а охотнее сидел под золотистым цветочным дождем или на веранде.Я сотворила своего златого тельца в еловой беседке, потому что место это было языческим, а форма круга всегда хороша для того, чтобы установить скульптуру».


    Вы какую литературу больше любите?
    1 — русскую
    2 — зарубежную

  • Вкрации

    «Вкрации» открывают новую рубрику #фонетический_удар

    Раз в неделю мы будем удивляться странным ударениям в, казалось бы, привычных словах.

    Сегодня нас повергнут в шок:

    аранжИровать
    бОчковое (пиво)
    костюмирОванный
    лЕнящийся
    пОлымя (из огня да в пОлымя)


    Вы так говорите или не так?

  • Вкрации

    ​​Розу хватают эсесовцы. Розу везут неизвестно куда, а вместе с ней ещё девять молодых женщин. Их закрывают в комнате. Их кормят до отвала блюдами, которые за время войны давно позабыло простое гражданское население.

    После еды женщинам нужно час сидеть неподвижно.
    Ждать, не умрет ли кто из них.
    Не отравлена ли одна из них.

    Роза и ещё девять молодых здоровых женщин — дегустаторши. Они пробуют еду для Гитлера.

    «Дегустаторши» — громкий роман Розеллы Посторино, который вышел в 2019 году и сразу получил одобрение критиков.

    Родные Розы давно не видели хорошей еды, а она ест пирог, масло, мёд, молоко. Муж Розы на войне, а она обеспечивает безопасность человека, развязавшего эту войну.

    «Сначала мы берем по кусочку, словно не обязаны доедать все до последней крошки, словно можем отказаться, словно этот роскошный обед предназначен вовсе не для нас: мы случайно проходили мимо и так же случайно удостоились чести присутствовать за столом. Но потом еда проскальзывает через пищевод, падает сквозь дыру в желудок, чем дальше, тем дыра шире – и тем быстрее мелькают вилки. Яблочный штрудель так хорош, что у меня выступают слезы. Он вкусный, безумно вкусный, и я, давясь, запихиваю в рот все более широкие ломти, один за другим, едва успевая поднять голову от тарелки и перевести дыхание. А враги смотрят».

    Читали вы эту книгу?