В Барселоне есть. Страница 6

Мои ученики трогательно подписывают листы с домашней работой, хотя сдают их на проверку по электронной почте: “Лиз Диас, домашняя работа”. Я собираю чудесные перлы из их сочинений. Улыбнитесь и вы: “Мой лучший друг забут Фэрнандо. У него есть длинный и брюнет волосы. У него интересная работа,но всегда устал.” “Как и меня он любит японец есть”  (Имеется в виду, что он, как и автор, уважает японскую кухню). “Он англичаний панимает. Тоше чут-чут японеский панимает.” “У него нет есть не кот не собака, но он любит мой кот.” (Сама ведь научила: двойное отрицание! Ну, где двойное, там и тройное..) Классика: “у меня ест жена. у меня ест велосипед.” “Она испанка-канариянка.” (видимо, кореянка, которая живет на Канарских островах). “Мой кот видит всё, он очень умное.” (слово “животное” можно и опустить). Он любит спорт нет. (Это как сейчас блогеры любят выражаться: “День обещал быть прекрасным (нет)”. Джонни Депп актёр пожилое, но симпатичный. (Что, не задумывались, что Джонни уже в категории “пожилое”?) Про Петербург: “Я просто люблю город как так.” Ну и вот замечательное, орфография не тронута: “Адина дела я не люблю, мои русский клавиатура. Эта ужас равота панимать его! Просто, У меня маленкая галава и я много старий, извините.” И на десерт - изумительное описание содержимого холодильника: “Я очень люблю фрукты а мой любимый еду – грибы. Поэтому в холодильнике у меня два́дцать грибок. У тоже меня одна бутылка вина но ноль пакет молокок.” #casaasia #русскийкакстранный

Месье Рене Магритт потеснил даже Шагала в моём сердце. Я отправилась в Caixa Forum просто потому, что мне нужно как-то санировать органы и ткани от просмотра новостей. Выставка такая, что ни одной картины не забудешь. Чёрная магия, в которой нет ни черноты, ни вторжения в чужое. Обычно мне нравятся тени и складки на брюках. У мага Магритта всё возмутительно настоящее. Облака, женские чресла, яблоки. При таком градусе передачи реальности повышаются температура и жизнелюбие. Понурая я туда пожаловала, но остроумный бельгиец вытащил из болота, и спасибо, что не за волосы. В отличие от полотен другого сюрреалиста, Дали, картины Магритта не страдают нагромождением деталей. Для восприятия они чище - хотя я с удовольствием рассматриваю и каталанское изобилие: груди, бриллианты, верблюды, слоны, гранаты.. В зале с фотографиями Магритта все торопятся поглядеть на портрет матери-самоубийцы. Мужчиной он был красивым, мятежным и постоянным. Всю жизнь свободно якшался с разными красавицами, но моделью всегда выбирал жену. Фотографировался с закрытыми глазами. Неслыханно. Смотреть фотографии мне нравится, если они не слишком мелкого формата. Когда резь в глазах, становится не до искусства. Три блохи на велосипеде - какая разница, великие они художники или нет. Снимки похорон меня тоже не притягивают, я уже не в том возрасте. А вот картины с сидячими гробами у Магритта незабываемые. (Выставка рекомендована к посещению с детьми - их такое будоражит). «Свет совпадений». “Пустая подпись”. “Ключ к полям”. “Лицо гения.” Вместо правого глаза - ветвь. Одним видно достаточно. Ради одних названий уже можно идти, только шутка в том, что картины великолепны.

Это не было и стало, разница между фото 6 дней. Всё в жизни так - с какого ракурса посмотреть.

Когда раздавали стройность, я стояла в очереди за вредностью. Теперь приходится скакать по полям и крутить педали.

Чем отличается спиннинг от сайклинга? На деле это всё велоаэробика, которую было бы честнее называть “велоиздевательством”. Если почитать описание в интернете, то там сплошное враньё: “Тренировки на велотренажерах не только щадящие для организма, но и очень приятные.” Как же, приятные. Со временем должно стать легче. Крепнешь, привыкаешь. Здесь не так. Нескончаемо тяжко. Я еще крепления не защёлкнула, и уже устала. Чтобы разнообразить восхождение на голгофу, долго застегиваю липучки на красивых Найки. Пью карнитин. Обещаю себе, что сегодня точно буду халтурить. Бег тоже однообразен? Нет. Я не бегаю по дорожке. Бег по городу и по горам запускает мыслительные процессы. На велосипеде мысли у меня крайне тупые. “За что мне это”. “Пусть он сломается”. Действительно. Я бы уползла в медпункт. Велотренажеры такие древние. Почему бы моему не развалиться надвое. А лучше пусть отпадет руль. Все будут причитать, конечно, и спрашивать, как я. Не люблю жалостное внимание, но ради такого дела потерплю. Еще я могу считать до 112. Описывать товарищей, как будто составляю фоторобот: “Сара, бразильянка, 32 года, рост 168 сантиметров, директор по закупкам шампуней, дочь 8 лет, муж американец”. Товарищи выглядят так же прискорбно. Некоторые пунцовые. Блаженства на свёклах не замечено, но есть подозрительно сухие личности. Подо мной же - солёное озеро Балатон. Я мокрая, как выдра. Безутешная выдра. Наверняка остальным не так плохо, как мне. Я старадаю аллергией на педали. Этот велосипед сшит не по моим лекалам. Почему я хожу на спиннинг, если ненавижу его? Надо ли ходить, на то, что невыносимо тяжело? Во-первых, раз в неделю всё выносимо. Во-вторых, раз в две недели это обязательно. В жизни разное случается, и полезно научиться делать “через не могу”. Вот жить “через не могу” - это ошибка. А готовность к трудностям - полезный навык.

Мы с Хани присели на деревянную скамью и приготовились поделить ломтик сыра. -Поровну или по-честному? - вспомнилась папина фирменная фраза. В этот момент подошел старичок в кепи и сказал: -Неплохая у тебя компания! Я улыбнулась. Но он продолжил: -Собаки лучше людей. Такие заявления настораживают. Обычно они исходят от тех, у кого не складывается с людьми. Старичок завёл пояснительную шарманку: -Решил я приготовить чечевицу, но не хватало луковицы. Спускаюсь в овощную лавку - очередь. А мне нужна только луковица! Всем надо набить мешки картошкой, морковкой, чесноком.. Один я без тележки, с монетой в руке. Напрямую иду к продавцу, протягиваю 50 центов и прошу луковицу. И у него вдруг такие глаза сделались! А первый человек в очереди давай меня отчитывать: «здесь все не просто так собрались постоять, что за манера лезть, даже не попросив у других разрешения!» Да, - повторяет рассказчик.- Собаки намного лучше людей. Потому что молча терпят самодурство, видимо. Старичок был польщен моим внимательным безмолвием и решил поделиться рецептом чечевичной похлебки. Ещё минут двадцать я слушала про то, как в его детстве в Сории бабуля вымачивала чечевицу в салатнице. Мимо Хани проехал скейтер, и она сказала: «Гав.» Старичок вдруг очнулся и заметил, что я ещё не произнесла ни слова. Сложив мою славянскую внешность с этим фактом, он культурно поинтересовался: -Ты хоть половину того, что я говорю, понимаешь? Некоторые собаки действительно лучше некоторых людей. Но обобщать нельзя, это губительно. Особенно сейчас.

Рай - это когда проблемы следующего характера: шлепнулась с велосипеда, грохнула салатницу, вытряхнула из собаки пожёванный носок. На работе подвели с документами, угнали машину, накрылся водонагреватель и сломался передний зуб - это тоже райские проблемы, ребята. Если держать в голове, если всё время помнить, где ад. В аду не жарят на сковородке - в юности нам беззлобно втирали очки, ведь казалось, что война нашего поколения не коснётся. А она и не коснулась, она обрушилась на мир. Когда человек разобран, как конструктор, и детали потеряны, бег помогает собрать груду запчастей в человека. Я бегала; туман накрывал волны; они доставали до берега; дождь заливал глаза. Брат позвонил в дверь, когда я уже была в вишнёвом платье, но ещё с макаронной фабрикой на голове. - Ты пронеслась мимо меня в Барселонете. Я покупал мармеладки. На опознание ушло секунд шесть, но ты так быстро бежала! Пришлось идти к тебе в гости. Это премиальная похвала. Я так загордилась, что вспомнила стихотворение Гумилёва “Индюк”. А ещё - как брат меня бесил. Брал без спросу мои конфеты, отпускал деньрожденные шары с балкона. Терял ключи от моей корпоративной машины. Сейчас единственное, что меня бесит - это то, что сетра не здесь. Не важно, кто дальновидный, а кто просто высокий. Никому не место в танке.

Там, где я пью кофе, на террасе пять столиков. Не столов, потому что у них тонкие перекрещенные ножки. Я сажусь за свободный и работаю, пока не замёрзнут руки. Ноги в тепле - на них спит собака. К этому моменту большинство людей расходится: время обеденное; столики освобождаются. Солнце перемещается, и мы оказываемся в тени. Я перебираюсь за другой столик. В полуприседе, чтобы не потревожить собаку. Ещё через некоторое время солнце сдвигается; мы снова переезжаем. В половине четвёртого на свету остаётся только один столик, и мы занимаем его. Не стоит стыдиться того, что уходишь из тёмного сектора в солнечный. Я в ответе за себя и за того, кто спит на мне.

Я отказалась от алкоголя насовсем, не имея с ним проблем, не будучи зависимой или больной. Решила, что мне не нужно, выбрала жить спокойно и трезво, не отекать и не отчебучивать. В новогоднюю ночь и в день рождения я тем более не пью - зачем мне портить праздники. Я не скучаю по алкоголю и не сомневаюсь, что он мне никогда больше не понадобится. Уже семь дней как по утрам мне насильно раздвигают зубы железом, в горло вставляют воронку, вливают стакан пойла, мерзкой водки, и я хожу и головы не могу поднять: всё расплывается, вызывает тошноту и ужас; мышцы лица не работают, в мыслях мрак. Знаю, что обязана продолжать делать работу, заботиться о семье и о себе, но я же совершенно пьяная. Делаю всё и делаю вид; надеюсь, что вот-вот протрезвею, таращу глаза. Но мне подливают и подливают. Когда это прекратится, никто не может сказать, но я уже догадалась. Это метафора, господа. Я сознательно уехала, но нас всех это касается.

В моде низкая талия и не менее низкие жалобы на некроз культурных тканей у молодёжи. Родители пеняют на царство виртуальности и порабощение юных мозгов тик-током. Откуда же доносятся эти заунывные плачи? Оттуда же, с дивана. С барного стула - при хорошем раскладе. (Всё же общение, пусть и перед миской арахиса, здоровее возлежания перед телевизионным алтарём.) Итак, “им всё безразлично и не интересно!” С активностью ли, с искусством - воспитание детей начинать придётся с себя. Мне сложно поверить в то, что для кого-то гулять, посещать концерты и выставки - это досадная обязанность, но я приму это за аксиому. Мы не любим то, что не умеем и не знаем. Дали знают все. Начинать с него млечный путь в просвещение молодёжи идеально. Он не абстрактен, высокомерного пренебрежения вызвать не может. Он не скучен. Он эротичен и понятен. Театр-музей Дали в Фигерасе любого излечит от серого отвращения перед музеями. На днях возили девочек - 10 и 17 лет, которые живут в Барселоне всегда и не ходили в музеи никогда. В испанском обществе это, увы, норма. Перед поездкой освежили память про деяния Дали в журнале Playboy, рекламах шоколада Линдт и автомобиля Форд, про сотрудничество с Диснеем и Хичкоком (это всё - когда эксцентричный жил в США). Про платье со скелетом, которое они создали с Эльзой Скьяпарелли. (А сейчас люди наряжаются на Хеллоуин и не знают.) Про то, как он отправил собственному отцу полный презерватив и как разгромил витрину бутика в Нью-Йорке. А как иначе? Подростки не будут слушать про сюрреализм. А про то, как Сальвадора водили на могилу умершего брата - тоже Сальвадора - будут. Или про то, как Дали “извинился” перед Элюаром за то, что охмурил и увёз его жену. Ультиматум - неплохой метод, если ты убежден, что без искусства, музыки, литературы невозможно развить хороший вкус и чувствительность. Но на одном ультиматуме далеко не ускачешь. С определённого возраста довод “потому что я так сказала” перестает работать. Нужны ювелирный отбор интересного и четкая презентация. Приятно, что девочкам понравилось. Но по-другому и быть не может. Лусия была там трижды, и возражений на тему “снова Дали” не поступало. Подросткам не чуждо прекрасное, но чем раньше вы начнёте, тем естественней будет процесс. Кстати, если вы уже ездили, но забыли посмотреть драгоценности - непременно вернитесь. Даже наглухо равнодушный человек будет поражён. Я буду агитировать за искусство, пока руки не отсохнут.

Зайчики в трамвайчике. В том выпуске подкаста, который скоро выйдет, мы с Женей говорим транспорте в Испании. Когда мы готовили его, я задумалась, почему первое время по приезде в Испанию даже у адекватных людей (врорде меня) возникает желание иногда проехать зайцем. Откуда этот азарт? Это же не про деньги и не про адреналин. Стыд и высокие шансы заплатить штраф как раз останавливают, а со временем и вовсе отучают от хулиганства. Неосознанная привычка надувать систему? Связано ли это с тем, что в России система вечно надувает нас и пытается обобрать, а мы в ответ на это генерируем бессчетное количество идей уклонения? Однако если мы выбрали жизнь в другой стране, значит, мы искали и нашли государство, которое вызывает у нас больше уважения и доверия. Тем не менее по первости вылезают “преступные наклонности” - так и подмывает зайти через выход. Понимаю, что это индивидуально. Моя мама ни за что не поедет без билета, она насмерть порядочная, лучше пешком пойдет 30 километров. Речь не о таких, как она, на обман не способных в принципе, а о большинстве. Пожалуйста, напишите мне, как было у вас и как вы это видите.

Никогда не ем пасту, пиццу, мороженое, фокаччу, но мне есть что отметить в кулинарной книге. В Риме на гарнир подают цикорий. Это та самая трава из семейства одуванчиковых, которую пьют вместо растворимого кофе. На тарелке цикорий выглядит как варёный чертополох. Опытный Иа-иа вам скажет, что на вкус чертополох лучше, потому что не горький. В Каталонии в порядке вещей получить от соседей свёрток со свежим травяным урожаем с огорода - останется только грамотно его потушить. Выходит недурственно, а если с варёным картофелем, то и бесподобно. Считается, что цикорий полезен: укрепляет нервы. Это верно, ведь если ты нажевался горькой травы, потому что хотел попробовать “что принято у римлян” (я всё-таки осёл), не отправлять же её обратно с мольбой принести спагетти. Второй овощной хит Рима - артишок. Тоже очень полезен. Превращает едока в идеально воспитанного собеседника. Артишоки “по-еврейски” зажаривают целиком. Красивый потемневший цветок выкладывают на блюдо, и ты отламываешь по листочку. “Как чипсы! Обалденно!” - сказала гид. В обычной жизни я не ем чипсы, но здесь сам гид велел. Через двадцать минут моего усердного жевания Марк спросил, что это вы, белла чао, такая молчаливая. Жестами я показала, что мне просто его впечатления о Колизее занятны, и что я ненадолго наведаюсь в дамскую комнату. Избавиться от артишоковой жвачки и вновь обрести голос - действительно обалденно. В итоге я всегда брала минестру, а чтобы вы вообразили размеры порций, будем называть этот душеспасительный суп “минестроне”.

Артишок

Семь дней, как мы не в Риме. Пора записать наблюдения. Первое. В Барселоне больше чихуахуа. Теперь я смотрю на всё глазами матери. Из мелких пород видели померанских шпицев и йорков. Наш моллюск (это домашний титул Хани, по созвучию со словом “малюсенький”) в Италию не полетел, потому что его не пустили бы в галерею Боргезе и в Колизей, а у нас было большое желание побывать в благословенно пустых музеях. Есть две версии происхождения чихуахуа. Первая - мексиканская. В Мексике существует одноименный штат - Чиуауа (именно так порода звучит по-испански), самый большой по площади в стране. В высеченных на камне рисунках внутри пирамид находили изображения маленьких собак. В 2013 году шведские ученые доказали, что что предки чихуахуа жили в Мексике до прибытия туда европейцев. Вторая, опровергнутая шведами, теория была про то, что порода завелась на Мальте. Какого же размера были мои глаза, когда я прочитала: “Доказательством европейского происхождения чихуахуа можно было бы считать роспись в Сикстинской капелле.” Боттичелли, 15 век, фреска “Призвание и испытания Моисея”. Для рассматривания эта фреска - одно удовольствие, потому что на ней Моисеев сразу четверо, а в единственном экзмепляре - мальчик с маленькой собакой в руках (вылитый чихуахуа, которого мои родители завели в 2002-м году). Моллюск в Рим не летал и своего собрата из 15 века не наблюдал, он остался с бабушкой Луисой и дедушкой Антонио в Барселоне. Дедушкин дедушка в дедушкиной юности заявлял: “Perros ni de San Roque”, то есть “не надо нам псов, даже в виде каменных изваяний”. Поэтому Антонио, когда мы завели собаку, вскидывал брови и качал головой. Однако у чихуахуа есть ряд достоинств и преимуществ перед другими миниатюрными собаками: здоровье, интеллект, контактность и покладистый характер. Попробуй такую не полюби. Антонио сдался за два дня, фресок ей не посвещал пока, но нежничает и называет по имени. Со словом “фреска”, кстати, надо быть аккуратными. В испанском языке это “el fresco”, а если оговоритесь и скажете “la fresca”, получится девица вольного поведения.

Больше всего мне нравится в спортзале то, что половина прихожан - старше 60 лет. Среди них немало тех, кому семьдесят с хвостиком разной длины. Мой клуб - муниципальный. Значит, он стоит не очень дорого, но и новейшими тренажёрами не блещет. В начале своей барселонской жизни я два года ходила в престижный клуб сети Holmes Place, где совсем иной антураж. Пенсионеров там было меньше, и тому есть две причины. Первая. Holmes, Мetropolitan и прочие заведения класса люкс стоят порядка 100 евро в месяц и находятся в важных стратегических точках города. Не только в центре: один из Metropolitan - на самом верху карты, но - рядом десяток частных университетов и госпиталей. Такие клубы чаще выбирают успешные и стремительные, которые неподалёку работают. В Испании пойти на спорт вместо обеда - обычное дело. Для многих - оптимальный режим. При этом в каждом районе есть муниципальный клуб. Иногда даже сложно выбрать - какой ближе или милее. Некоторые клубы группируются в альянсы и дают возможность ходить сразу в два или в три. Активная испанская бабушка и такой же дедушка с лёгкостью сводят внуков в ресторан или в парк аттракционов на 200 евро, но спортзал выберут эконом-класса, потому что торопиться им некуда, супермощные фены не входят в пятёрку их приоритетов. Вторая причина. Бассейны в муниципальных клубах, как правило, существенно больше по размеру. Упражнения в воде с возрастом становятся всё привлекательнее: меньше нагрузки на суставы, меньше ограничений и никакого стеснения. К тому же, развлечение обеспечено на три часа: пока подобрала шапочку пол шлёпанцы, пока поплескалась с товарками под Рики Мартина, пока душ приняла, укладку сделала, крем для тела нанесла - а четвертый час они болтают за кофе тут же, в фитнес-баре. Мужчины оседают в баре первыми - они отстрелялись на тренажерах и пилатесе или сыграли партию в паддл-теннис, и в раздевалке они не застревают, хотя сплетничают, как и женщины. Просто у них косметики меньше. Тренеры, которые ведут Acuagym и Acuadance залюблены до невозможности: сердобольные спортсменки приносят им, как внучатам, пирожки, куриные ножки в панировке и крокеты. Более того, почтенные сеньоры могут всерьёз разгневаться друг на друга из ревности к тренеру или из-за надувной сосиски (или как называются эти поролоновые штукенции для плавания?) Совсем не страшно стареть.

Полагаю, достойное хобби для учителя.

В юности я тоже имела обыкновение носить зимние пальто, не закрывающие попу.

Баба Аня и суровая зима