История о том, как любовь к людям может быть профессией.
Все материалы облагаются моими авторскими правами. Копировать, выносить куда-либо, использовать в других целях кроме приватного общения со мной - запрещено.
Привет друзья. Спасибо за то что вас аж 300 человек. Это приятно
Я хочу с вами сегодня просто поделиться...
Мне посчастливилось в этой жизни поработать спортивным врачом. Я увидел мир. Я понял что такое свобода. Я многое узнал о людях. Я многое узнал о великой цели любого спортсмена - о золотой медали.
Так получилось, что большую часть своей профессиональной карьеры я провел в сборной России по горным лыжам. Горы, снег, холод. Уйдя из большого спорта, я ушел от тех эмоций, которые дарит большой спорт. Я вышел из состава одной сборной, потом другой сборной. Постепенно общение со спортсменами, которые были мне буквально членами семьи сходило на нет.
Это нормально. Это правильно. Каждый идет дальше, но это не выводит этих людей из состава твоей семьи...
К сожалению большой спорт - это не всегда про здоровье. Однажды, спортсменка Александра Прокопьева получила травму левого колена. С Сашей у нас сложились особые отношения. Теплые, родственные. Я испытывал к ней, и ещё к нескольким спортсменкам чувства, которые бы я мог назвать отцовско-братскими. Благодаря главному тренеру женской сборной РФ Анастасии Попковой, которая в очередной раз доверилась мне, и Саша прибыла на реабилитацию ко мне в центр...
Сашка быстро поправилась. Работать со спортсменами сплошное удовольствие. Кто знает - тот поймет. Довольно быстро закончив работу по восстановлению мы отпустили её покорять горные вершины, с моей любимой рекомендацией: приседать, приседать, приседать.
А сегодня, Саша прислала мне такое сообщение, которое снова вернуло меня в большой спорт. Несмотря на то что я провел в центре 13,5 часов, имея ряд довольно сложных разговоров и решений, я снова вернулся в горы, в наши многочасовые переезды с одного места на другое, в непогоду, холод и несмотря на это - бесконечный смех и радость.
В такие моменты, ты просто понимаешь, что весь тот адок через который приходится проходить - просто стоит того, и всё тут. И это не про деньги, не про мотивацию, не про чувство ответственности. Это про то чувство, которое испытывает спортсмен, когда получает свои заслуженные, выстраданные золотые медали...
Итак. Выше я говорил о том, что мы планировали начать сотрудничество с протезной мастерской Моторика. И мы начали. Пам-пам.
Я бесконечно рад наблюдать за тем, как происходят чудесные вещи. Конечно процесс реабилитации требует доработок. Я немного двинут на максимальном уровне сервиса, который можно выжать из команды, на описании процессов, планах, и т.д. Но когда видишь как твой план, который ты старался продумать до мелочей - начинает оживать. Это очень приятно. Представляю что чувствуют ребята, которые создают эти самые протезы...
Готовясь к запуску проекта, я долго работал над планом реабилитации, который должен отвечать всем потребностям пользователя протеза. Причем задача не из простых. Я всегда всё стараюсь примерять на себя. Вот я родился без руки, вырос, адаптировался, живу себе такой независимый. И тут на тебе уважаемый, изволь вторую руку. Легкую, красивую, функциональную. Что я должен предложить самому себе как реабилитолог, учитывая ещё и то, что в стране такой специальности даже нет?
Но мне удалось систематизировать все идеи в единую программу. В программу заложена очень активная работа с эрготерапевтами, заложена работа с физическим терапевтом и психологом, который будет сопровождать пользователя даже после центра. Так сказать помогать пройти через боевые условия (вы же понимаете что с такой рукой - смотреть на человека будут во все глаза, что не каждого обрадует).
Мы с ребятами насобирали батарею тестов, которые помогут объективизировать полученные данные (а мы ведь наверняка сделаем из этого всего какую-нибудь науку / исследование и т.д.), и ринулись в бой, отчаяно предлагая нашим пациентам всё новые и новые сложные активности, которые раньше им не были доступны.
Самое главное теперь - непереставая оценивать процесс реабилитации, анализировать результаты которые мы получаем. Ухаживать за молоденьким проектом не менее важная задача чем родить и воплотить его из идеи. Но у нас все получится.
Я вижу как горят глаза всех, кто находится внутри процесса. Можно смело утверждать, что наша команда теперь пополнилась протезистами, инженерами, дизайнерами и т.д. Я знаю что огонь в их глазах будет пораждать самое главное в реабилитации - творчество. Без творчества, механистически - всё то что мы тут делаем умрет...
Но самое главное я вижу как горят глаза пациента, который хочет пользоваться своим протезом (ещё раз напомню главный вопрос в ампутации - неиспользование протеза). Этот огонь, интерес, это желание в глазах пациента - всё это внушает надежду на то, что мы идем правильным путем. Даже не смотря на то, что мы только на него ступили...
Все реже и реже мне удается оформлять мысли в связанный текст. Искать вдохновения все так же не просто. Но сейчас, сидя на лавочке у центра, попивая кофе с сигаретой и смотря в постепенно затухающий вечер, мне кажется у меня получится.
Некоторое время назад я познакомился с ребятами, которые делают протезы рук. Motorica.org То есть лишился пациент руки, или родился с патологией и ребята могут сделать ему протез. Не такой как раньше, который имел цвет эмалированного бабушкиного таза для стирки белья, и у которого был минимальный функционал. А настоящий протез. Как говорил Бендер в Футураме: "с блек-джеком и ..." и далее по тексту.
Протезы, которые реально несут в себе и функцию, и полноценную оснащённость современными гаджетами. В протез, например, можно встроить модуль безконтактной оплаты картой, проездной билет в метро. Можно встроить смартфон. Для детей, протез делается с учётом любимых предпочтений. Персонаж мультика, супергероя и тд. Честно говоря какой-то космос.
И весь прикол в том, что, по сути, этим занимаются такие же дети, которые со страстью и любовью делают крутые штуки в надежде изменить мир. Как и положено детям. Слепо веря в то что"взлетит". Ведь должно же взлететь, понимаете?!
И мы, нашей маленькой реабилитационной семьёй, смогли вызвать доверие у ребят. И мы обязательно поможем и бросим все силы на то, чтобы люди, пациенты, дети - пользовались своими протезами. Как известно, факт того, что пациенты не используют протезы - это краеугольный камень преткновения в реабилитации. Пациент не пользуется изделием...
Мы уже все придумали. Согласовали план. И я обязательно расскажу о нашем пути в этом непростом деле. Но у нас тоже все получится. Мы тоже верим что "взлетит". Оно просто обязано взлететь. Мы тоже как дети, про веру, про желание изменить что-то там в нашей отдельно взятой реальности.
А вам, сегодня, я предлагаю просто почитать о том, какая большая и крутая работа может делаться энтузиастами, которые выбрали нелегкий путь изменения мира. Небольшой командой. Без блата и миллиардов, как вы можете подумать. Только вера в своё дело, только мозги, только хардкор. Все как мы любим.
Но страшно мне не поэтому. Мне страшно видеть такую широту неврологических дефектов, которые не часто встречаются в развитых странах. К которым не знаешь как подступиться, и с каких препаратов начать. Клинические рекомендации не распространяются на случаи дискинезии, когда голова находится между лопаток. Клинические рекомендации не предполагают что в результате паркинсонизма будет контрактура, которую разве что только оперировать. Зато они предполагают широкий спектр неработающих, «пустых» препаратов, которые щедро рекомендует «великая» профессура на своих одноразовых осмотрах.
И процветает в стране гомеопатия, радикальные вмешательства (а других с таким отношением к повторным осмотрам мы в принципе предложить не можем), ноотропизм и физиотерапия (в плане аппаратного лечения). Такая тенденция не здорова. Мы идём к тому что скоро медицину скоро покинет здравый смысл.
А мы, молодые врачи, продолжаем сидеть и крутить в голове эту странную мысль: «что я делаю не так? Похоже я плохой врач…»"
А какой вывод спросите Вы? А вывод простой друзья. Ходите на супервизии к врачам. Посещайте как положено стоматолога 2 раза в год, посещайте гинеколога, посещайте своего невролога и других докторов. Супервизия - это, конечно, постпродажа. Ну я всё понимаю. Медицина делается за деньги. Частные ли, государственные ли. Но деньги.
Но в этом есть смысл. В этом есть идея того, чтобы дольше, качественнее, лучше жить с теми заболеваниями, которые нам всем уготованы. Чтобы не влетать потом в дорогостоящее лечение огромных потерь, которые Вы понесли потому что просто не нашли время на дока, который вас ведёт.
Вот такие мы, социально полезные ребята, пытающиеся изменить мир. Спасибо. Пожалуйста.
После прохождения стажировки в Куала-Лумпур мой близкий друг Ойбек Тургунхуджаев (@Dr_TEO_neurology) вернулся на родину в Узбекистан.
К его возвращению было много желающих получить видение молодого доктора, на свои проблемы. Особенно учитывая, что специализация Ойбека - нейродегенеративные заболевания. И вот уже месяц док находится на родине, и с каждым днем, его вой от ужаса происходящего в Узбекистане становится всё более четко различим тут, в Москве. Хотя нам (ну например с @Embroil) пока удаётся заглушить его своим воем, от дичи происходящей в Москве.
И док сегодня разразился уже вполне осознанным, структурированным мнением молодого, перспективного врача, который очень хочет помогать людям, но который просто не может это делать нормально. Данное мнение позволю себе приложить ниже:
"Узбеков не победить, или почему в Узбекистане одноразовая медицина? Только что мне сообщили, что пациенты, которые записывались ко мне на осмотр, и под которых я специально ездил в Ташкентскую область, отказываются приходить на повторные осмотры (follow up). Кто-то говорит, что ему стало лучше, кто-то говорит, что нет денег на лекарства, кто-то говорит, что все в руках Бога. А я смотрю на это, и мне становится страшно.
Сфера моих интересов как врача-невролога лежит в нейродегенеративных заболеваниях. Сама идея нейродегенеративных заболеваний кроется в названии. У пациентов прогрессивно поражается нервная система (либо центральная, либо периферическая). Болезнь скорее можно замедлить, либо заниматься своевременной профилактикой осложнений, либо компенсировать те осложнения, которые уже возникли. Для этого нужно постоянно наблюдать пациента. Повторные осмотры или follow up’ы (как принято их называть за границей) – это такая же важная часть работы врача-невролога как и постановка сложного диагноза.
В Узбекистане очень большая проблема с образованием. Я молодой врач, но я побывал на стажировках и конгрессах в разных странах. Я смело могу утверждать, что уровень среднего образования в нашей стране крайне низкий. Узбекистан считался светской страной, а при СССР здесь было большое производство, наука, и мощный интеллектуальный потенциал. Но падение союза, восточный менталитет привели к огромному упадку в образовании... даже в школе. В Узбекских школах не принято спорить с учителем, несмотря на то, что школьная программа сильно устарела. На преподавателя смотрят как на Бога. В конечном итоге это приводит к двум обстоятельствам. 1-ое - мы теряем людей способных структурно подавать свои мысли, 2-ое - если мы теряем способность структурно и логично высказываться - мы теряем способность с структурному и логическому мышлению, а более того к рационализаторству и предвидению.
И не очень образованные пациенты, которые сформировались в такой парадигме демонстрируют все последствия такого видения мира. Зачем мне повторный осмотр. Всё равно не поможет, все в руках Бога. Зачем мне повторный осмотр? Доктор, видимо, не очень умный. Вон, профессор мне сразу сказал остеохондроз, поэтому и контрактура. Зачем мне повторный осмотр? Чтобы он мне ещё таблеток выписал за большие деньги.
Привет друзья и все те, кто ещё интересуется данным каналом.
Постоянно учиться важно, полезно, нужно. Это снимает стресс, а ваши познания всех раздражают, что в общем тоже очень приятно. Итак, короче.
Попалась мне на глаза статья https://www.brainline.org/article/neuroanatomy-behavior-after-brain-injury. Статья мне показалась занятной и легкой для восприятия. И я решил её перевести на русский. Вдруг кому-то будет интересно потратить 30 минут своего времени под чай, чтобы узнать что-то полезное.
За мой перевод не бейте - я не профессиональный переводчик)
Это возможно? Да возможно! И я знаю не только специалистов в реабилитации, которые мыслят как мы. Я знаю онкологов, хирургов, травматологов и т.д., которые дают правильные рекомендации, встраивая нас, реабилитологов в систему помощи онкологическому пациенту. Буквально наравне с химио- или лучевой терапией. Я знаю пациентов и их родственников, которые мыслят как мы. Семьи, которые проходят через болезнь сохраняя активность, сохраняя жизненную силу, тренируясь когда вопреки, а когда потому что.
Можно ли это назвать реабилитацией? Я задаю этот вопрос сам себе и, признаю честно, я не могу полноценно назвать этот процесс реабилитацией.
Можно бесконечно долго присовокуплять к процессу онкологической реабилитации все, что может прийти в голову. Диетологов можно? Можно. Сексологов? Без сомнений. Психологи? Обязательно, настоятельно, всегда. Йогатерапевтов? Почему нет. Всё это реабилитация? Да, если за этим стоит цель. И с этим, в моем мире, как всегда самая большая загвоздка.
Я считаю реабилитация будет тогда, когда человек преодолеет груз онкологического диагноза и сможет вновь почувствовать вкус и радость жизни. Когда диагноз, переписываемый из истории болезни в историю болезни, перестанет пугать, вызывать тревогу, перестанет управлять жизнью человека через страх за завтра. И для достижения этой цели, должно быть использовано максимально минимальное (я специально так говорю) количество процедур, которые ведут к цели. Ведь это сберегает бюджет семьи, а это немаловажно. Это приучает пациента к самостоятельной ответственности за свое здоровье и сохранение активности. Это ведёт к очень осознанным, очень понятным для пациента вещам, которые помогают сберечь здоровье и качество жизни. И это всё в совокупности ведёт к реабилитации. Когда пациент побеждает и живёт, и получает счастье от каждого дня, вне зависимости от своего диагноза, количества проведенных курсов полихимотерапии, лучевой или любой другой терапии.
И для достижения этой цели – нужны реабилитационные центры. Поэтому на поставленный в начале статьи вопрос: «Вы берёте раковых больных? И что Вы с ними делаете?» я отвечаю просто: «Да. Мы берем раковых больных. Мы занимаемся ими, как и всеми другими больными с другими патологиями. Как реабилитационный центр, мы занимаемся изучением качества жизни конкретной семьи, и делаем всё необходимое, чтобы вернуть её на прежний, достойный, высокий уровень». Вот чем мы занимаемся с «раковыми больными».
Вы знаете, в последнее время я часто слышу вопрос: "а вы что, рак реабилитируете?". "Вы берёте раковых больных (не мой термин)? И что Вы с ними делаете?". Причём весь парадокс данной ситуации в том, что по постановке вопросов, как вы понимаете – задают мне их коллеги.
Я, честно сказать, сильно удивлён тому, что видимо у нас продолжает гулять миф о том, что если у пациента рак, то ему нужно лежать, не двигаться и получать химиотерапию, медленно, но верно лысея на подушку и теряя мышечную массу. И я искренне не понимаю в чём прикол.
Смотрите, всё на самом деле довольно просто.
Я видел множество рекомендаций в отношении онкологических заболеваний. Последняя статья, которая привлекла моё внимание, была опубликована 18 мая 2018 в довольно популярном медицинском издании Medscape. Автор статьи, которая называется «Назначайте тренировки для всех пациентов с онкологией, гласит новый гайдлайн» ссылается на рекомендации Общества Клинических Онкологов Австралии. Суть статьи, как уже понятно из названия, заключается в том, чтобы нести важную информацию в мир о необходимости заниматься, тренироваться, поддерживать свою активность при любом типе онкологического заболевания, вне зависимости от стадии процесса.
И общая рекомендация заключается в том, чтобы стараться выполнить несколько простых правил:
1. 150 минут в неделю умеренных аэробных нагрузок, либо же 75 минут интенсивной аэробной нагрузки. Предвидя вопросы сразу скажу, что к аэробной нагрузке относят ходьбу, бег трусцой, велосипед, плавание и т.д. Ещё раз – рекомендация распространяется на неделю. То есть 30 минут ходьбы 5 раз в неделю уже приведут Вашего пациента / родственника к целевым значениям, рекомендованным в гайдлайне.
2. 2-3 тренировки в неделю сопряженные с силовыми нагрузками умеренной и тяжелой интенсивности. Другими словами – необходимо тренировать основные мышечные группы, чтобы увеличивать свою силу.
Зачем пациенту с онкологическим заболеванием напрягаться, и соблюдать данные рекомендации? Ответ прост – это улучшает прогноз и течение заболевания, снижает последствия агрессивного лечения и минимизирует возникающие осложнения. Это доказано во многих исследованиях (о чем также засвидетельствовано в гайдлайне).
Конечно, с этим знанием бросаться в фитнес-клуб вряд ли будет хорошей идеей при активном процессе и без соответствующих рекомендаций специалиста. Скорее всего, пациент с онкологическим диагнозом вызовет ужас и панику у инструктора тренажерного зала. Почему – ответ ищите сами. Но вы то теперь знаете реальное положение дел и современные рекомендации. Значит нужно искать специалистов, которые подберут программу тренировок и упражнений, индивидуально подобранных под конкретный случай.
Я люблю крутые истории про наших пациентов. И есть у нас пациентка - Маша С. Так вот с Машей приключилось несчастье - в августе 2017 она попала в ДТП, и получила серьезную черепно-мозговую травму. Девочка прошла через все круги ада при такой травме: трепанация черепа, кома, апаллический синдром, длительное восстановление, оссификаты в мышцах и т.д.
Маша восстанавливалась не в нашем центре, и к нам она уже попала на своих ногах, вместе со своим папой, человеком достойного отдельного рассказа. Так вот мы, конечно, отмечали неврологический дефицит, который оставался на тот момент у Маши. Но вы не поверите. Она так улыбалась, что весь этот дефицит оставался где-то позади, и ты просто видел абсолютно нормальную, полностью здоровую девочку, которая слепила тебя своей улыбкой.
Мы продолжили ранее начатую работу в другом центре. Стояла задача улучшить баланс и координацию, а также предстояла мощная работа с нейропсихологами. Маша училась в ВУЗе МВД и очень хотела быть следователем. И ДТП, в которое она попала, никак не нарушало планы этой улыбчивой и решительной девочки.
Маша работала, и показывала шикарную динамику и результат. Да, были сложности и с чтением, и пересказом текста. Да был нейродинамический компонент (Маша истощалась, после интенсивной работы). Но вместе с нейропсихологами Ириной и Людмилой они шли через это.
К сожалению, по итогу, в битве с комиссией ВУЗа Маша проиграла. 24 апреля она была признана негодной к дальнейшей службе. Не потому что она не потянула бы программу. Этого никто не оценивал. А потому что трепанационные отверстия были больше какого-то там положенного размера в кубических сантиметрах...
Кто-то из Вас скажет что "и правильно". Не гоже человеку после черепно-мозговой травмы работать в "органах", несмотря на то, что он очень хорошо восстановился (а мы помним, что ее восстановление еще не закончилось). У нас и так в этих органах хватает ... И этот кто-то из Вас будет прав. Кто-то из Вас скажет, что это очередное несовершенство нашей системы, и в другой стране ей бы обязательно пошли на встречу, и она стала бы следователем и сделала бы много хорошего для людей. И этот кто-то тоже будет прав. Я не знаю. Я просто принял эту информацию.
А Маша продолжила заниматься собой. Прошла через операцию на локте по поводу оссификата, рассматривает поступление в другой ВУЗ. На сей раз Маша опять выбрала опцию помогать людям и обществу. И будет пробовать свои силы в профессии социального психолога. И у нее все получится. В общем проблемы нормального, вернувшегося в общество думающего молодого человечка.
Но. К чему я это всё вообще пишу. Так вот в мед.комиссии, которая её забраковала был психиатр. И написал этот психиатр, что Маша улыбается не к месту и в несоответствующих обстоятельствам моментам. Трактовка не очень приятная, согласитесь. Особенно когда психиатр пишет. И ок, знал бы психиатр Машу и раньше, знал бы он, что она всегда с жила с улыбкой и открытостью миру, может быть и не сделал бы такую пометку. Но он сделал. А Маше эта пометка не понравилась.
Поэтому Маша подготовила для доктора свою "ответочку". Я когда ее увидел - у меня были мурашки. Всем, кто смотрит мой канал - рекомендую потратить 39 секунд на то, чтобы посмотреть на эту "ответочку". Мне кажется это круто.
Мой близкий друг Женя Кесарев имеет довольно интересный профессиональный путь. Окончив Московскую Медицинскую Академию имени Сеченова - он прошел ординатуру в центре трансплантации и планировал пересаживать людям сердца.
Но реалии, о которых как-нибудь сам расскажет миру заставили его поменять свои планы и много лет он проработал в фармакологическом бизнесе.
А потом он сделал сильный шаг, и ушел в event-бизнес (который был его мечтой, как оказалось) и стал профессиональным ведущим свадеб, всевозможных корпоративов и тд. И это в сознательном возрасте, когда это сделать сложнее. Ведь есть семья и дети, которые накладывают страх из-за возможности вывести семью из состояния финансовой стабильности. Но Женя идет за мечтой.
Всё, слава Богу, идет не плохо. Как и всегда, когда ты делаешь дело своей мечты. Не гладко, но не плохо. И Женя решил вести канал на youtube, где он берёт интервью у обычных докторов, которые простым языком рассказывают о профессии. Будучи его другом, я первым согласился на эксперимент. В слепую. Без подготовки. Потому что помочь другу - это святое.
Посмотреть что у нас получилось можно тут. Никакой рекламы. Всё только про реабилитацию)
Кто такой врач-реабилитолог? Что он лечит? Чем он лечит? и когда к нему нужно идти? Простым и понятным языком поговорили с Василием Купрейчиком (зав.отд.реаб...
Давно меня не было. Но на то я и творческий человек. Не без этих творческих страданий. Извините. Ну а мы продолжаем.
За это время команда смогла сделать много хороших, красивых, сложных вещей. Я обо всем расскажу отдельно, и обещаю, что скучно не будет.
А пока, по просьбе моего друга Максима Никитина я сделал видео с пациенткой, к которой всё отделение активной реабилитации прикипело всей душой, поставив цель научить её заново ходить.
А мы всегда добиваемся поставленных целей. Мы умеем их ставить. И мы умеем их достигать.
Довольно слов. Как говорится лучше один раз увидеть.
Всем привет. Заметки реабилитолога снова с вами)))
Я давно не писал. Всё не находил внутри себя мотивации. Всё откладывал. Да и в принципе сомневаясь, что меня кто-то читает. Сегодня от нас ушёл наш пациент. Член нашей реабилитационной семьи. Ушёл в прямом смысле слова. Умер.
В моей практике я могу похвастаться большим опытом в таких сложных вопросах. Опыт, на котором я становился как врач я получал в очень непростых условиях, в отделении, куда клали все типы больных, и порой в очень тяжелом для лечения состоянии. За 2 года работы в отделении терапии я много раз сообщал родственникам о том, что член их семьи умер. Много это сколько? Много - это столько, что ты перестаешь переживать об этом. Для каждого, наверное, это количество какое-то своё. В моей памяти зафиксировалась, наверное, сотня таких случаев смерти, о которой мне пришлось сообщать родственникам.
Уйдя в спортивную медицину, я выпал из этой мясорубки, в которой перекручивался в мясо в процессе становления как врач. Хотя и там я видел драмы, но уже другого характера.
После возвращения на поле «большой» медицины (к которой я отношу реабилитацию), я понимал, что рано или поздно будут происходить случаи, когда несмотря на все усилия с нашей стороны – пациенты будут уходить.
И это сложно…
В реабилитации сложно всё. Сложно пропускать пациентов «через себя», проявляя не просто человеческие качества, а всю полноту эмпатии и заботы, которую ты порой забываешь проявлять дома. Сложно вводить каждого пациента в «свою семью» и делать значимой каждую его проблему. Потому что не все проблемы ты можешь решить. Потому что не все проблемы пациента важны для тебя, как для врача.
Став членом нашей реабилитационной семьи на эмоциональном уровне мы, начинаем «включаться» в пациента, выходя за рамки договорных отношений «оплатил услуги-оказали услуги». Этому не учат на стажировках, это не описывается в книгах. Говорят, что кого-то это приводит к выгоранию. Но по другому просто не получается. Это просто так работает, потому что сегодня здесь и сейчас собрались именно такие люди, и именно такие пациенты.
И сложно, когда твой пациент, о котором знает твоя жена, ее родители, твои друзья – умирает. Это не просто увидеть ухудшение, передать пациента в скорую и дальше выдохнуть, скинув проблему на плечи другого учреждения/отделения (у кого как). Это значит, что ты сопровождаешь семью во всём этом процессе. Ты ищешь друзей в больнице, куда везут твоего пациента. Ты их дергаешь, просишь. Узнайте, скажите, сходите, посмотрите. Передаешь полученную информацию родственникам, работая и как переводчик с медицинского и как ретранслятор. Успокаиваешь, объясняешь, сопровождаешь. Ты продолжаешь быть честным на каждом этапе…
И ты же первый сообщаешь о смерти…
И вот в таком формате сообщать – это не одно и то же с тем, как это было раньше в моей жизни. Это реально как в кино, когда ты смотришь на человека в записной книжке, и не знаешь как ему набрать чтобы сообщить…
Сегодня от нас ушел Человек. Член нашей семьи. Я глубоко скорблю и разделяю боль его семьи, считая себя сопричастными к боли этой утраты.
Реабилитация – это не только красивые видео, где всё получается. Это жёсткий, суровый раздел медицины, где не всегда удается победить…
И для меня нормально быть приглашённым на прощание с пациентом, или попроситься присутствовать на нём. Пациент - это член нашей семьи. Моей семьи, если хотите. И это правильно быть со своей семьей и в такие моменты. «Нужды пациента – превыше всего». Так там гласит у Мейо? Это главная ценность и принцип который я стараюсь пронести через себя и реализовать в клинике.
Без таких ценностей, принципов, великой идеи, без тесных, почти родственных отношений внутри коллектива и с пациентами, без людей, которые культивируют значимость таких отношений в медицине – это всё будет очередная простая история, очередного коммерческого центра. И все перекрестятся - «умер не у нас» и пойдут дальше работать в сфере оказания услуг…
Сегодня от нас ушёл Человек. Земля пухом Владимир Викторович…
В последнее время нам удается не только успешно заниматься реабилитацией, но и немного заниматься просветительской деятельностью.
Родившаяся некогда идея снимать на видео наши еженедельные заседания научного кружка и выкладывать их в сеть окончательно засела в наших головах, поэтому ниже я прикладываю еще одну полезную и интересную лекцию, в которой вы много узнаете об анатомии мозжечка, о ходе мыслей врача-невролога при работе с пациентами, об умении интерпретировать полученные в результате осмотра данные и немного про анализ литературы.
История рассказывает о том, как мы поменяли диагноз атрофия мозжечка на диагноз мультисистемная атрофия.
Спасибо немногочисленным подписчикам моего канала за поддержку.
Научный клуб МЦР 26.04.18. В данной лекции Вы увидите как мыслит врач-невролог. Знания анатомии, сбор анамнеза, клинический осмотр, систематизация полученных...
Привет уважаемые подписчики. Сегодня в рамках еженедельного Journal Club наш коллега и друг центра доктор Ойбек Тургунхуджаев (@Dr_TEO_neurology) провел увлекательную лекцию по основам неврологического осмотра. Я оформил её в формате вебинара, который предлагаю к Вашему просмотру по ссылке ниже. Я призываю всех продолжать учиться. На канале Вас также ждут лекции кинезиотерапевтов, логопедов, нейропсхиологов, психологов и тд. Люди, представляющие собой звенья реабилитационной команды - могут рассказать очень много интересной и полезной информации.
При желании - Вы можете оставлять свои вопросы, комментарии, пожелания. Мы ответим на все ваши вопросы, а на самые интересные обещаем провести отдельный вебинар или лекцию. Спасибо всем за поддержку. https://www.youtube.com/watch?v=wgy5cOYzKOs
В данном видео мы предлагаем Вашему вниманию фрагмент Journal Club, который еженедельно проводится в реабилитационном центр МЦР, с целью самообразования сотр...
Привет друзья. Как и всегда, в формате «редко, но метко» я постараюсь написать чего-нибудь интересного.
В одной из моих первых записей на канале я рассказывал Вам о шкале, которой можно довольно точно определить есть ли у пациента риск падения. Речь шла о балансе Берга.
Творческий коллектив МЦР решил заснять как на практике может выглядеть тестирование и получив результат, что риска падения у пацента нет - проверить это на практике, в сложнокоординационных упражнениях.
Надо сказать, что случай на видео довольно интересный. Женщина с Гийена-Барре поступила к нам в принципе самостоятельно не передвигаясь. 3 недели она провела в больнице, и попав к нам стояла задача в краткие сроки (всего неделя работы) поднять её на ноги (реальность порой диктует нам свои условия).
Каждому пациенту (в зависимости от ситуации, диагноза) состояния мы подбираем необходимые тесты и шкалы, по которым ведём пациента через реабилитационную программу.
Как только Баланс Берга стал нам доступен - его результат был равен 24 балла (т.е. высокий риск падения). Позже, когда результат стал равен 50 баллам (риск падения минимален) - мы решили наглядно проверить - действительно ли риск падения минимален.
Ну а результат мы отразили в коротком видео, которое предлагается Вам для просмотра.
Считается, что процесс реабилитации должен отвечать логике непрерывности и быть максимально активным. Данный принцип был многократно подтверждён и доказан.
А ещё многократно было подтверждено и доказано, что тренировочный процесс должен дозироваться. Особенно при наличии цели в росте физических показателей. Это значит, что человек не может работать постоянно наращивая нагрузку, не занимаясь периодизацией внутри своей тренировочной программы.
Так вот доказано, что нельзя постоянно тренироваться не соблюдая циклирование по причине того, что можно столкнуться с перетренированностью. И эта самая перетренированность затрагивает не только мышцы и физику человека, но и ЦНС.
И перетренированность ЦНС для меня является самой сложной и большой проблемой. Перетренированность ЦНС ведёт к снижению мотивации, депрессии, апатии и снижает вероятность показать лучший результат (я намеренно упрощаю, ибо перетренированность это правда намного более многогранный и сложный процесс).
Зная эти вводные данные давайте поразмышляем.
Есть пациент. Доктора говорят, что надо тренироваться непрерывно и активно. И вот человек пашет неделю, две, три. Я знаю специалистов, которые пишут программы продолжительностью 12 недель и более. Без перерыва. Если честно и ответственно работать с человеком и постоянно наращивать нагрузку или сохранять ее на постоянном высоком уровне - он как и любой другой человек получит перетренированность. Добавим к этому неврологический дефицит, когнитивные нарушения и получим падение мотивации на тренинг, депрессию, агрессивность, и тд и тп, что может быть следствием банальной перетренированности.
Мы так же видим то, что такой вот "загнанный" пациент практически не работает дома по домашней программе. Происходит тот самый откат после реабилитации, которого так боится семья.
Поэтому мы придумали и пробуем реализовать следующую логику.
Поступает пациент. Мы работаем активно, максимально 4 недели. И далее отпускаем пациента домой, с домашними заданиями. Простыми но функциональными. Мы знаем что дома, надо отдохнуть от этой активной, интенсивной драки с болезнью. И когда пациент отдохнёт 4-6 недель, мы приглашаем его обратно.
И видя этих пациентов вновь в центре, мы видим их мотивированными, отдохнувшими, опробовавшими свои навыки дома, в реальных условиях. Им не надо объяснять то, как важно тренироваться. Они сами знают над чем они хотят работать. Отдохнувший, он может показать результат лучше, чем он мог показать сразу после курса реабилитации.
Это удобно так же и тем, что семье не надо платить сразу все деньги за реабилитацию. Процесс делится на удобные, продуманные периоды, которые позволяют семье удобнее распределять свои финансы.
Работая в логике периодизации мы приучаем пациента к самостоятельному тренингу, мы соответствуем логике тренировочного процесса используемом в спорте, мы не истощаем и без того поврежденную ЦНС. И это действительно позволяет сделать процесс реабилитации непрерывным и не таким истощающим.
Пролистывая в очередной раз любимую книгу по реабилитации мне на глаза попался один занимательный раздел. Сегодня, я бы хотел поразмышлять о мотивации.
Всё дело в том, что реабилитация невероятно сопряжена с мотивацией пациента. Всё бы ничего - ведь достаточно сказать "я хочу" и начать делать. Всё вроде бы просто. Но почему-то в реальном мире это работает с трудом не позволяя, например, здоровым людям похудеть к лету) У пациентов с повреждением головного мозга всё ещё сложнее.
Всё дело в том, что у пациентов с повреждением головного мозга могут возникают сложности с распознаванием и осознанием дефицита, который является следствием этого самого повреждения (я намеренно не рассматриваю пациентов с депрессией или иными состояниями, при которых возникает абулия). Очень часто мы можем называть данное состояние - отрицанием (неприятием) своего состояния. Но такая трактовка не верна.
Отрицание, в моем понимании, является психологической защитой, в то время как недостаток осознания является неврологической проблемой и следствием повреждения мозга. Пациенты с проблемой осознания могут непонимать значимость своего участия в реабилитационной работе, или следованию медицинским предписаниям. Пациенты могут доставлять большую сложность родственникам при осуществлении ухода за ними.
Важно работать с пациентами над уровнем их осведомленности и самоосознанием, чтобы улучшить эффективность проводимой реабилитации через появление у пациента обоснованной, осознанной мотивации. Это получается не всегда. Реабилитация это вообще не про "всегда получается".
Ниже, на видео, будет история пациента, к которому мы смогли подобрать ключ. Который выдал нам мотивацию, которую можно было бы раздавать на улице, и ему бы все равно осталось. История человека, который поставил цель и который дошел к ней за 3 долгих месяца ежедневного тренинга и работы с самим собой.
Спасибо всем тем, кто не пожалеет своего интернет-трафика и посмотрит, таки видео.
Эрготерапия - загадочная часть реабилитации. Даже если вы введёте в YouTube данный запрос, вы (помимо общеинформационных роликов на которых скорее "вода") увидите занятия, которые скорее похожи на игру, нежели на какую-то реабилитационную деятельность.
Я воспринимаю эрготерапию как одну из важнейших направлений реабилитации.
Эрготерапевты - это те люди, которые фактически учат людей применять навыки полученные в ходе реабилитации. Данная особенность их работы регламентирует постоянное взаимодействие со всеми членами команды, чтобы быстро отмечать новые навыки пациента, и немедленно их отрабатывать с пациентом перенося на реальные бытовые задачи.
Это и навыки ухода за собой (прием и приготовление пищи, одевание/раздевание, личная гигиена, обучение самостоятельному приему медикаментов и выполнению медицинских процедур, таких как самостоятельная смена мочевого катетера и тд). Навыки безопасности. Навыки ухода за пациентом (при работе с семьёй).
Специалисты должны хорошо владеть рынком оборудования, которое упрощает жизнь пациенту. Они должны разбираться в типах инвалидных кресел, уметь их подбирать (обязательно при содействии физических терапевтов). Они помогают физическим терапевтам отрабатывать сложную активность на кресле (преодоление препятствий, трансферы и тд) иногда работая в 4 руки.
Они должны быть даже немножко архитекторами, ведь они решают необходимость переустройства жилища пациента (в ходе еженедельных заседаний команды).
Для меня нормально, когда Эрготерапевт говорит мне, что идёт с пациентом в магазин покупать продукты, потому что я знаю что это важно для пациента. И потому что я знаю, что на следующем занятии они её приготовят.
Это далеко не все функции и задачи эрготерапии, но это важные моменты о которых порой лишь говорят, но не делают (в нашей конкретной реальности).
На видео ниже вы увидите и работу физического терапевта, и небольшую работу эрготерапевта, который использовал те навыки, которые отрабатывались на занятиях ЛФК.
Сложно заснять на видео всю работу. Но сопровождать заметки такими видео мне кажется гораздо интереснее, чем просто писать эти длинные предложения рассказывая вам о том, как мы учимся реабилитации вместе с нашими пациентами.