Я давно не писал. Всё не находил внутри себя мотивации. Всё откладывал. Да и в принципе сомневаясь, что меня кто-то читает. Сегодня от нас ушёл наш пациент. Член нашей реабилитационной семьи. Ушёл в прямом смысле слова. Умер.

В моей практике я могу похвастаться большим опытом в таких сложных вопросах. Опыт, на котором я становился как врач я получал в очень непростых условиях, в отделении, куда клали все типы больных, и порой в очень тяжелом для лечения состоянии. За 2 года работы в отделении терапии я много раз сообщал родственникам о том, что член их семьи умер. Много это сколько? Много - это столько, что ты перестаешь переживать об этом. Для каждого, наверное, это количество какое-то своё. В моей памяти зафиксировалась, наверное, сотня таких случаев смерти, о которой мне пришлось сообщать родственникам.

Уйдя в спортивную медицину, я выпал из этой мясорубки, в которой перекручивался в мясо в процессе становления как врач. Хотя и там я видел драмы, но уже другого характера.

После возвращения на поле «большой» медицины (к которой я отношу реабилитацию), я понимал, что рано или поздно будут происходить случаи, когда несмотря на все усилия с нашей стороны – пациенты будут уходить.

И это сложно…

В реабилитации сложно всё. Сложно пропускать пациентов «через себя», проявляя не просто человеческие качества, а всю полноту эмпатии и заботы, которую ты порой забываешь проявлять дома. Сложно вводить каждого пациента в «свою семью» и делать значимой каждую его проблему. Потому что не все проблемы ты можешь решить. Потому что не все проблемы пациента важны для тебя, как для врача.

Став членом нашей реабилитационной семьи на эмоциональном уровне мы, начинаем «включаться» в пациента, выходя за рамки договорных отношений «оплатил услуги-оказали услуги». Этому не учат на стажировках, это не описывается в книгах. Говорят, что кого-то это приводит к выгоранию. Но по другому просто не получается. Это просто так работает, потому что сегодня здесь и сейчас собрались именно такие люди, и именно такие пациенты.

И сложно, когда твой пациент, о котором знает твоя жена, ее родители, твои друзья – умирает. Это не просто увидеть ухудшение, передать пациента в скорую и дальше выдохнуть, скинув проблему на плечи другого учреждения/отделения (у кого как). Это значит, что ты сопровождаешь семью во всём этом процессе. Ты ищешь друзей в больнице, куда везут твоего пациента. Ты их дергаешь, просишь. Узнайте, скажите, сходите, посмотрите. Передаешь полученную информацию родственникам, работая и как переводчик с медицинского и как ретранслятор. Успокаиваешь, объясняешь, сопровождаешь. Ты продолжаешь быть честным на каждом этапе…

И ты же первый сообщаешь о смерти…

И вот в таком формате сообщать – это не одно и то же с тем, как это было раньше в моей жизни. Это реально как в кино, когда ты смотришь на человека в записной книжке, и не знаешь как ему набрать чтобы сообщить…

Сегодня от нас ушел Человек. Член нашей семьи. Я глубоко скорблю и разделяю боль его семьи, считая себя сопричастными к боли этой утраты.

Реабилитация – это не только красивые видео, где всё получается. Это жёсткий, суровый раздел медицины, где не всегда удается победить…

И для меня нормально быть приглашённым на прощание с пациентом, или попроситься присутствовать на нём. Пациент - это член нашей семьи. Моей семьи, если хотите. И это правильно быть со своей семьей и в такие моменты. «Нужды пациента – превыше всего». Так там гласит у Мейо? Это главная ценность и принцип который я стараюсь пронести через себя и реализовать в клинике.

Без таких ценностей, принципов, великой идеи, без тесных, почти родственных отношений внутри коллектива и с пациентами, без людей, которые культивируют значимость таких отношений в медицине – это всё будет очередная простая история, очередного коммерческого центра. И все перекрестятся - «умер не у нас» и пойдут дальше работать в сфере оказания услуг…

Сегодня от нас ушёл Человек. Земля пухом Владимир Викторович…