Новое литературное обозрение. Страница 27
2816
@nlobooks
Telegram-канал издательства «Новое литературное обозрение»
-
Новое литературное обозрение
В конце июля в издательстве «Новое литературное обозрение» вышла коллективная монография «Женщина модерна». По просьбе «Горького» Мария Башмакова поговорила с редактором сборника Вероникой Зусевой-Озкан об образе женщины и женском начале в литературе и философии Серебряного века. «По Булгакову, „Ева — вот что отличает человека от ангела“, и те, кто видят в Еве начало греха, отрицают принципиальную разницу между человеком и ангелом, видят в человеке лишь „неудавшегося“ ангела». http://amp.gs/jnXPe -
Новое литературное обозрение
„В «Очереди» примечательно не только нанизывание социальных штампов, но и интерес Сорокина к прямой речи. С этой точки зрения «Очередь» продолжает детские попытки Сорокина подражать чужой речи и тенденцию, позже характерную для его пьес и сценариев, полностью построенных на стилизованной прямой речи. Том Свик справедливо заметил, что Сорокин «с удивительной точностью передает разговорную речь». Хотя «Очередь» заявлена как роман, в ней нет не только рассказчика, но и имен говорящих — большинство из них остается анонимами, — равно как и каких-либо сценических указаний. Если не считать паратекст, сам текст на сто процентов состоит из прямой речи, графически оформленной как диалог —с тире в начале реплик. Читателю предоставляется самому разобраться, кто именно говорит, понять, когда несколько реплик адресованы одному и тому же человеку, и попытаться выявить хоть какие-то характеристики собеседников, например, пол и возраст“. Сегодня, 7 августа — день рождения одного из самых известных русских писателей современности, Владимира Сорокина. В «Научной библиотеке» «НЛО» издана монография немецкого русиста Дирка Уффельманна «Дискурсы Владимира Сорокина». В ней автор впервые анализирует все основные произведения писателя — от «Очереди» и «Романа» до «Метели» и «Теллурии». Уффельманн показывает, как, черпая сюжеты из русской классики XIX века и соцреализма, обращаясь к популярной культуре и националистической риторике, Сорокин остается верен установке на расщепление чужих дискурсов. 
-
Новое литературное обозрение
«Не только в романах, но и в жизни бывает так, что одна фраза изменяет биографию человека. В моей жизни такую фразу произнесла Мариэтта Омаровна Чудакова, причем произнесла походя и почти случайно. Дело было в 1983 или 1984 году. Издательство «Советский писатель» выпустило «роман-эссе» поэта и переводчика Льва Гинзбурга «Разбилось лишь сердце мое…». И мне заказали рецензию на эту книгу. Ну я и написала. Ничего особенно криминального в этой рецензии, думаю, не было. Но Мариэтта Омаровна отозвалась о ней (в разговоре не со мной, но мне потом пересказали) убийственной фразой: «Так можно стать крупным советским критиком». С тех пор я написала около полусотни рецензий — но только на литературоведческие и/или исторические книги. […] И крупным советским критиком не стала — к счастью. Фраза же Мариэтты Омаровны оказалась полна такой мощи, что из моей библиографии (которую я вообще-то, следуя папиному завету, веду по возможности тщательно) вытравился самый след этой рецензии. И где она была напечатана, я вспомнить не могу. Следа рецензии нет. Но фраза — фраза точно была!» В новой книге Вера Мильчина отходит от привычного амплуа и выступает в неожиданном жанре, для которого придумала специальное название — мемуаразмы. Это ряд коротких и, как правило, смешных зарисовок. Герои «мемуаразмов» — люди серьезные и знаменитые: Михаил Бахтин, Георгий Кнабе, Владимир Топоров, Омри Ронен и другие. Но все они предстают в непривычном ракурсе. А кроме того здесь рассказы о том, как люди покупали и «доставали» книги в советское время, о том, как боролись с крамолой советские цензоры, о французах, приезжавших в Советский Союз, и о иезуитах-славистах, преподававших русский язык во Франции. Главный же герой книги — это язык и языковая игра. Большая и лучшая часть рассказанных историй посвящена словам — произнесенным, услышанным, напечатанным, уместным и неуместным, точным и неточным, шутливым и серьезным. -
Реклама
-
Новое литературное обозрение
В своей новой книге «Вещная жизнь» антрополог Алексей Голубев пишет, как материальный мир, окружавший советского человека, переплетался с его культурным воображением. «N + 1» публикует отрывок, в котором автор анализирует популярную в советскую эпоху идею об особых оздоровительных свойствах металла, помогающих раскрыть «неисчерпаемые скрытые резервы человеческого тела». Явными вдохновителями этой идеи были хирург-ортопед Гавриил Илизаров, лечивший сложные переломы с помощью каркаса из металлических колец, стержней и штырей, и цирковой артист Валентин Дикуль, который сумел восстановиться после тяжелой травмы позвоночника благодаря комплексу упражнений с грузами. «Такая форма культурного воображения подразумевала, что тело советского человека автономно: оно черпает силу и здоровье из „внутренних ресурсов“, а не из коллектива, а раскрыть эти ресурсы ему помогает железо. Отчасти такой взгляд на тело отражал ситуацию с лечением заболеваний и физических недостатков в Советском Союзе, нередко сопряженным с социальной изоляцией и отчуждением. Разработанная Дикулем конструкция, изначально намеренно рассчитанная на самостоятельное использование в домашних условиях, без доступа к какому-либо медицинскому оборудованию, воплощала именно такой опыт, пережитый самим Дикулем. Но даже Илизаров, оставшийся в рамках официальной медицины, настаивал, что воля к выздоровлению должна всецело исходить от пациента». Книга уже в ближайшие дни выйдет из типографии, а пока доступна для предзаказа со скидкой 25 %. -
Новое литературное обозрение
Сегодня, 5 августа — международный День памяти жертв Большого террора в СССР. «В последние годы разговор о репрессиях и о наследии сталинизма все чаще захватывает все общество. Он часто бывает страшноват и болезнен, его участники то и дело позволяют себе излишние и эмоциональные генерализации. Но ведь с вскрывающимися нарывами иначе не бывает! Можно пойти еще чуть дальше. России необходим не просто разговор о памяти. Этот разговор — единственная возможность подступиться к куда более сложной задаче: попытке найти общий язык на общенациональном уровне. Боль, наиболее отчетливо связанная со сталинским периодом истории, — это, пожалуй, единственный подлинно общий опыт, объединяющий или способный объединить не только россиян, но и всех жителей постсоветского пространства». Из книги Николая Эппле «Неудобное прошлое» 
-
Новое литературное обозрение
Всё — муть какая-то и всё — ясность снежинок, падающих на рукав, а между тем и этим есть опасность лишиться самых тихих прав, поняв, что мутность очертаний и ясность линий суть одно движенье слов, где ни черта нет — документальное кино. Игорь Булатовский. Из сборника «Северная ходьба: Три книги» (2019) -
Новое литературное обозрение
«Лес был густой, а тропа — заросшей. Зарубки на деревьях, потемневшие от времени, в вечерних сумерках были едва заметны, и цыгану пришлось бы трудно, если б не река, чей неумолчный шум, доносящийся слева, служил надежным ориентиром. Из-за мохнатых еловых лап Драго ехал медленно и без удовольствия. Пирамиды муравейников подчас поражали своим размером, но в остальном путь был монотонный. Папоротник раскинулся сплошным слоем, скрывая землю и спины корней. Вдруг послышался страшный треск. Непроизвольным движением Драго так резко натянул поводья, что чуть не поставил Сэрко на дыбы, а кабан, поднятый с лежки и уходящий все глубже в дебри, топал напролом, сокрушая сучья, так что казалось, будто через лес несется гигантское чугунное ядро, выпущенное из пушки». Образ цыган в художественных текстах часто конструировался на основе экзотических стереотипов. Роман Дмитрия Фалеева и Евгении Варенковой «Формула всего» сохраняет связь с традициями русской классики, но в то же время идет им наперекор: мир цыганской культуры, его обитатели и их фольклор составляют цельную и аутентичную художественную вселенную книги. Старик Муша Христофоров отправляется в путешествие, чтобы сосватать старшего внука Драго за красавицу Воржу. В приключениях, которые ждут героев на этом пути, им будет помогать домовой Какаранджес — один из последних представителей своего необычного рода. Это фэнтези, написанное с этнографическим вниманием к культуре цыган, не просто развлекает читателя экзотикой и приключениями: для героев каждый поворот сюжета сопряжен с новыми мучительными вопросами и фундаментальными проблемами. Предзаказ книги со скидкой 25 % – уже на сайте «НЛО». 
-
Новое литературное обозрение
⚡️ ОБЪЯВЛЕН ДЛИННЫЙ СПИСОК III сезона премии Дмитрия Зимина «Просветитель.Перевод» ⚡️ ⠀ В этом году в него вошли 16 книг по биологии, истории, физике и другим наукам. За выход в финал будут состязаться научно-популярные переводы с английского, немецкого и норвежского языков. ⠀ 1️⃣ Алейда Ассман «Европейская мечта. Переизобретение нации» @nlobooks ⠀ Пер. с нем.: Борис Хлебников; редактор Сергей Кокурин. ⠀ 2️⃣ Карл Бергстром, Джевин Уэст «Полный бред! Скептицизм в мире больших данных» @mifbooks ⠀ Пер. с англ.: Елизавета Пономарева; научный редактор Надежда Чеботкова, литературный редактор Ольга Дергачева, ответственный редактор Юлия Константинова. ⠀ 3️⃣ Мартин Буркхардт «Краткая история цифровизации» @admarginem ⠀ Пер. с нем.: Николай Андреев. ⠀ 4️⃣ Нолан Гассер «Почему вам это нравится? Наука и культура музыкального вкуса» @azbookaknigogoliki ⠀ Пер. с англ.: Алексей Михеев, Кира Михеева; редактор Алена Щекотихина, ответственный редактор Дарья Рыбина. ⠀ 5️⃣ Ральф Дарендорф «Соблазны несвободы. Интеллектуалы во времена испытаний» @nlobooks ⠀ Пер. с нем.: Марк Гринберг; редактор Сергей Кокурин. ⠀ 6️⃣ Майкл Ко. Разгадка кода майя: как ученые расшифровали письменность древней цивилизации @bombora ⠀ Пер. с англ и науч. ред.: Дмитрий Беляев; литературный редактор Галина Беляева, ответственный редактор Ирина Борисова. ⠀ 7️⃣ Йостейн Рисер Кристиансен «Невидимая Вселенная. Темные секреты космоса» @idgorodets ⠀ Пер. с норв.: Евгения Иванова; научный редактор Владимир Сурдин, редактор Анастасия Наумова, выпускающий редактор Борис Геласимов. ⠀ 8️⃣ Сьюзан Линди «Разум в тумане войны. Наука и технологии на полях сражений» @alpinanonfiction ⠀ Пер. с англ.: Наталья Колпакова; научный редактор Александр Гольц, редактор Вячеслав Ионов. ⠀ 9️⃣ Дуг Макдугалл «Зачем нужна геология. Краткая история прошлого и будущего нашей планеты @bombora ⠀ Пер. с англ.: Евгений Поникаров; научный редактор Павел Плечов, литературный редактор Сергей Сидоров, ответственный редактор Ирина Борисова. ⠀ 🔟 Эдвард Саид «Ориентализм» @garagemca ⠀ Пер. с англ.: Катарина Лопаткина; научный редактор Антон Ихсанов, выпускающий редактор Екатерина Суверина. ⠀ 1️⃣1️⃣ Пол Сен «Холодильник Эйнштейна. Как перепад температур объясняет Вселенную» @corpusbooks ⠀ Пер. с англ.: Заур Мамедьяров; научный редактор Наталья Вдовиченко, редактор Евгения Фоменко. ⠀ 1️⃣2️⃣ Дуглас Смит «Российская миссия. Забытая история о том, как Америка спасла Советский Союз от гибели» @corpusbooks ⠀ Пер. с англ.: Евгения Фоменко; редактор Мария Нестеренко. ⠀ 1️⃣3️⃣ Крис Стрингер «Остались одни. Единственный вид людей на земле» @corpusbooks ⠀ Пер. с англ.: Елена Наймарк; редакторы: Александр Туров, Екатерина Владимирская. ⠀ 1️⃣4️⃣ Дэн Хили «Другая история. Сексуально-гендерное диссидентство в революционной России» @garagemca ⠀ Пер. с англ. и науч. ред.: Татьяна Клепикова; выпускающий редактор Екатерина Суверина. — М.: Музей современного искусства Гараж, 2022. ⠀ 1️⃣5️⃣ Карл Циммер «Живое и неживое. В поисках определения жизни» @alpinanonfiction ⠀ Пер. с англ.: Мария Елифёрова; научный редактор Елена Наймарк, редактор Анастасия Ростоцкая. ⠀ 1️⃣6️⃣ Юн Чжан «Старшая сестра, Младшая сестра, Красная сестра: три женщины в сердце Китая XX века» @mifbooks ⠀ Пер. с англ.: Ульяна Сапцина; литературный редактор Виктория Присеко, ответственный редактор Ирина Ксендзова. ⠀ Короткий список премии «Просветитель.Перевод» будет объявлен в октябре 2022 года. Церемония награждения лауреатов книжных премий «Просветитель» и «Просветитель.Перевод», а также объявление победителя в новой номинации «ПолитПросвет» состоятся 22 декабря, в годовщину смерти основателя премий Дмитрия Зимина. -
Новое литературное обозрение
Еще две наши книги — в длинном списке премии «Просветитель.Перевод»! 📚 Алейда Ассман. Европейская мечта. Переизобретение нации (перевод с немецкого Бориса Хлебникова; редактор Сергей Кокурин) 📚 Ральф Дарендорф. Соблазны несвободы. Интеллектуалы во времена испытаний (перевод с немецкого Марка Гринберга; редактор Сергей Кокурин) -
Новое литературное обозрение
Библиотека Мирзояна, Ереван. Людмила Алябьева представляет журнал «Теория моды» и его книжную серию. Завтра Людмила выступит в TUMO Center for Creative Technologies, начало в 12:00. Еще мы сегодня опубликовали 64-й номер «ТМ» на сайте «НЛО». Внутри блоки статей о практиках ремонта одежды, труде в контексте модной индустрии и культурной истории волос. 
-
Новое литературное обозрение
«Эта книга написана на моем собственном опыте. В течение почти полутора лет мне довелось видеть и слышать Тарковского по восемь-десять часов ежедневно. Многие его мысли и решения претерпевали в ходе съемок неоднократные противоречивые и драматические изменения. Считаю своей обязанностью рассказать об этом. Быть может, с точки зрения других участников я в чем-то неправ. Но описываю это так, как я тогда видел и чувствовал. Андрей Арсеньевич всегда считал: „Говорить нужно от своего лица, а говорить от лица многих — недостойно и безответственно“». <b>7 августа в 12:00 режиссер, актер и писатель Евгений Цымбал станет гостем «Диалогов Открытой библиотеки», которые уже традиционно проходят в книжном магазине «Подписные издания» в Санкт-Петербурге (@izdaniya). В рамках «Диалогов» Евгений Васильевич расскажет о книге „Рождение «Сталкера»“, которая восстанавливает хронику создания легендарного фильма, включает документы и личные свидетельства. Регистрация на встречу — по ссылке. 
-
Новое литературное обозрение
Все мы со школьной скамьи помним, что в 1861 году было принято одно из ключевых решений в российской истории — отмена крепостного права. Мы также помним, что реформа оказалась «половинчатой», все остались недовольны, а затем наступило время реакции. Михаил Абрамович Давыдов, крупнейший специалист по экономической истории России второй половины XIX — начала XX века, пишет, почему отмена крепостничества была не просто несовершенной, но и обернулась полным провалом для властей. «Горький» публикует отрывок из книги Давыдова «Цена утопии», только что изданной в нашей серии «Что такое Россия»: «Я убежден, что ключевой вопрос состоит вовсе не в том, кого — крестьян или помещиков — „больше ограбили“. Для судеб России куда важнее было то, что реформа не позволила ни крестьянам, ни помещикам эффективно адаптироваться к новой жизни, к рыночным условиям, что коридор возможностей для их мирного сосуществования и эволюционного развития их хозяйств оказался очень узким. И произошло это не потому, что крестьяне потеряли землю или переплатили за свободу, а потому, что наспех собранная — во многом экспромтом — временная конструкция реформы, вопреки первоначальным планам правительства, превратилась в постоянную, и реформа, условно говоря, застряла даже не на полдороге, а лишь выйдя из прихожей за дверь». -
Новое литературное обозрение
Снова зову всех в книжный клуб. В августе читаем Дмитрия Данилова, Дашу Благову и Александра Стесина: о внутренней и внешней эмиграции, преступлении, наказании, побеге на край света и возвращении домой. 
-
Новое литературное обозрение
Сегодня трудно поверить, что отношения между Россией и США не всегда сводились ко вражде и конкуренции. Подробно о колебаниях настроений двух стран по отношению друг к другу рассказывает историк-американист Иван Курилла в книге «Заклятые друзья». А еще раньше, в начале 2000-х, в «НЛО» вышла книга Александра Эткинда «Толкование путешествий: Россия и Америка в травелогах и интертекстах». В августе мы выпустим ее новое издание. Культурный диалог между Россией и Америкой продолжается веками, несмотря на все исторические препятствия. Писатели и философы обеих стран внимательно следили за политическими, социальными и художественными экспериментами друг друга. Реальные и воображаемые путешествия за океан, которые они для этого совершали, помогали им осмыслить опыт другого и лучше понять себя. Эти контакты и фантазии порождали необычные сближения идей и сюжетов. Перечитывая известные тексты русской и американской литературных традиций с точки зрения взаимосвязи двух культур, Александр Эткинд предлагает их новые интерпретации. Как Пушкин читал знаменитый трактат Токвиля, как американский посол вошел в роман Булгакова, а девушка из Ленинграда оказала влияние на финансовых лидеров Америки? Почему переплетаются сюжеты Набокова и Пастернака, и какая история рассказана в письмах Зинаиды Троцкой? Ответы на эти вопросы Эткинд ищет с помощью метода, который он характеризует как «новый историзм». Для этого издания некоторые главы переработаны и дополнены автором. Александр Эткинд — историк культуры и литературовед, профессор Европейского университетского института во Флоренции и Центрально-Европейского университета в Вене. Автор вышедших в «НЛО» бестселлеров «Внутренняя колонизация», «Кривое горе: Память о непогребенных», «Природа зла: Сырье и государство», «Хлыст: Секты, литература и революция». На книгу можно оформить предзаказ у нас на сайте. 
-
Новое литературное обозрение
На протяжении последних ста с лишним лет взаимный интерес России и США к литературам друг друга не ослабевает, несмотря на политические конфликты и разногласия между двумя странами. Однако направления новейшей американской поэзии — течения, которые с середины прошлого века занимались поиском новых языков и форм литературного письма, — до сих пор недостаточно знакомы отечественному читателю. Антология новейшей поэзии США ставит перед собой задачу восполнить этот пробел и наиболее полно представить русскоязычной публике четыре основных американских поэтических движения — школу «Черной горы» (Блэк-Маунтин), Нью-Йоркскую школу, Сан-Францисский ренессанс и Языковую школу (Языковое письмо). Наследуя американским модернистам в диапазоне от Гертруды Стайн и Эзры Паунда до Луиса Зукофски и Уильяма Карлоса Уильямса, эти направления продолжают активно развиваться и в наше время. В книгу вошли произведения, написанные с начала 1950-х до 20-х годов XXI века, а каждый раздел антологии предваряется очерком истории соответствующего направления, основанным на актуальной научной литературе. Антология на днях ушла в типографию и сейчас доступна для предзаказа на сайте «НЛО». 
-
Реклама
-
Новое литературное обозрение
*** говорить на кровельном, пригородном, с накипью ржавчины, одноярусном, снегоуборочном, — тусклым наклоном лестницы, легкостью алюминия. речь — это бедная вещь шерстяная, носи её вместо варежек, шапочки лыжной, обмотай свое горло словом дальнего следования. В подборке поэтических новинок от «Горького» — «Птица разрыва» Григория Стариковского. Лев Оборин рассказывает, как поэт видит поэтическое в неприглядном и работает с миром руин, используя при этом достаточно прихотливый язык. «К бедному и осеннему репертуар „Птицы разрыва“ не сводится — резкие и богатые деталями пейзажи Флориды оказываются не менее благодарной задачей для объектива, а среди претворяемого не-поэтического есть и собственно проза: одно из стихотворений — развернутое описание скверного романа. А вот диалог Стариковского с поэтами прошлого, от Горация до Фроста, — это не пересказ и, опять же, не цитирование, а попытка понять, письмо-как-чтение». -
Новое литературное обозрение
«Forbes Woman» публикует отрывок из книги Марии Нестеренко «Розы без шипов». Как мы уже упоминали, в каноне русской классики XIX века женских имен нет совсем. Почему же в России не появилась своя Джейн Остен или сестры Бронте? Отрывок посвящен дискуссиям начала XIX века об участии женщин в литературе. Нестеренко пишет, как старшему поколению карамзинистов, поощрявших литературные притязания женщин, пришло на смену младшее поколение, которое было настроено скептически. «В позднейшем восприятии поэтессы Анны Буниной, изначально благожелательно встреченной критиками, несомненно, сыграли свою роль иронические упоминания ее Пушкиным. Пушкин не раз, публично и в письмах, высказывал сомнения и в способностях читательниц [...]: „...Дело в том, что женщины везде те же. Природа, одарив их тонким умом и чувствительностию самой раздражительною, едва ли не отказала им в чувстве изящного. Поэзия скользит по слуху их, не досягая души; они бесчувственны к ее гармонии; примечайте, как они поют модные романсы, как искажают стихи самые естественные, расстроивают меру, уничтожают рифму. Вслушивайтесь в их литературные суждения, и вы удивитесь кривизне и даже грубости их понятия... Исключения редки“». -
Новое литературное обозрение
Из книги Андрея Андреева "Грезы президента. Из личных дневников академика С.И. Вавилова", которая выходит в издательстве "Новое литературное обозрение": "6 августа 1940 г. во время ботанической экспедиции на Западную Украину в город Черновцы был арестован старший брат С.И. Вавилова Николай, академик, всемирно известный биолог. Здесь не место останавливаться на «технических» подробностях того, каким именно образом рвущиеся с начала тридцатых годов к власти Т.Д. Лысенко (1898–1976) и другие подобные персонажи умудрились отправить Н.И. Вавилова в мясорубку шизофренических сталинских репрессий — о трагедии Н.И. Вавилова написано очень много. Дневниковые записи С.И. Вавилова показывают, каким жизненным ударом для него стал арест Николая. О предпринятых для спасения брата действиях С.И. Вавилов в дневнике почти не пишет (а он делал все, что мог, — достоверно известны, например, попытки передать письма в защиту Николая высшему руководству через тогдашнего президента АН СССР В.Л. Комарова и через президента Академии архитектуры, родственника Вавилова, В.А. Веснина, но мысли об ужасе происходящего становятся с этого момента одним из главных мотивов дневника: начиная с августа 1940 г. брат упоминается в записях Вавилова более 200 раз (для сравнения: за все годы до этого — только с десяток упоминаний). Николай Вавилов умер в тюрьме от общего истощения 26 января 1943 г., но родные узнали об этом только спустя полгода. То есть начиная с августа 1940 г., почти целых три года, С.И. Вавилов не знал, жив ли еще вообще его брат. При этом «извне» жизнь Вавилова выглядела вполне благополучной. <...> Начавшаяся в 1947 г. государственная кампания против «низкопоклонства перед Западом» ударила по науке вначале в форме обвинений в неправильной практике публикаций: осуждались ученые, отсылавшие свои статьи в иностранные журналы, а также те, кто недостаточно ссылался (особенно в монографиях и учебниках) на русских ученых. По мере перерастания этой кампании в 1948 г. в борьбу с «безродными космополитами», приобретавшую все более отчетливый оттенок ксенофобии, на низовом уровне трудовых коллективов возбудились прежде таившиеся антисемиты. Вавилову довелось стать свидетелем отвратительных нападок одних физиков на других по признаку «нерусскости» фамилий (среди последних оказался скончавшийся в 1944 г. выдающийся физик, академик Л.И. Мандельштам, человек, которого Вавилов любил и крайне уважал). После августа 1948 г. Вавилову как президенту АН СССР пришлось выполнять постановления партийного руководства по итогам сессии Всесоюзной академии сельскохозяйственных наук имени В.И. Ленина (ВАСХНИЛ), инициированной Т.Д. Лысенко и разгромившей в стране генетику, — закрывать относившиеся к Академии наук лаборатории, увольнять ученых. С декабря 1948 г. по конец марта 1949 г. проводилась в закрытом режиме репетиция аналогичного, инициированного на уровне ЦК ВКП(б), массового погрома в физике под лозунгом борьбы с философско-идеалистическими извращениями в квантовой механике и теории относительности. Будучи назначенным на одну из главных ролей в репетируемом действе, Вавилов в своем большом центральном докладе умудрился свести на нет весь идеологическо-политический порыв мероприятия, свернув, образно выражаясь, с темы «разоблачения вредителей» на тему «повышения надоев». Требования усилить идеологическую составляющую своего доклада он по сути игнорировал, подготовка затянулась, а затем совещание и вовсе как-то незаметно и без объяснений отменилось (скорее всего, под влиянием физиков-ядерщиков, как раз в это время заканчивавших первую отечественную бомбу). Общепринята точка зрения, что без пассивного сопротивления Вавилова такого благополучного финала могло бы и не быть. Ученому совету ФИАНа пришлось, правда, провести в мае 1949 г. специальное заседание, посвященное «космополитическим ошибкам» ряда сотрудников института. Вавилову и тут удалось соблюсти видимость следования в русле общегосударственной кампании, никому при этом не сломав карьеру и жизнь".