Запретная секция. Страница 3
413
@GGknigi
Личный читательский дневник. Художка и нонфикшен в равных пропорциях, мейнстрим и пыльные томики из запретной секции, женщин больше, чем мужчин. Отзывы и цитаты. Критическое мышление, фем-оптика. Личка: @antania
-
Запретная секция
12. Рэйнбоу Роуэлл, Фейт Эрин Хикс. До встречи осенью. 2019 #строки Небольшая любовная история в декорациях осенней фермерской ярмарки, с угощениями и тыквами. История до того пустая, что единственное, что я из неё вынесла: что мне не нужно читать Рэйнбоу Роуэлл, к творчеству которой я присматривалась. У героев нет вообще никакой химии, а у истории — волнительной романтики( 
-
Запретная секция
Дорогой дневник 1. Список прочитанного, но не описанного разросся до какого-то метрового свитка. С этим придётся что-то делать. Я понимаю, ничто так не ужасает подписчиков, как внезапная активность канала, но сегодня вас ждут 5 (пять) комиксов, из которых 4 (четыре) не стоили того, чтобы их читать (зато один, про который я вообще никогда ничего нигде не слыхала — просто суперский, уже хочу перечитать). 2. Причиной моего внезапного поглощения тайтлов стали “строки”, приложение, про которое я тоже слова доброго не слышала. И не зря, приложение состоит в основном из ошибок и странностей. Оно теряет место, где ты остановился, не может показать, сколько в книге страниц, не закрывается, когда пытаешься его выключить, и так далее, и так далее… Но букмейт мне не доступен, я решила дать строкам шанс, и нашла там, во-первых, комиксы от издательства МИФ, во-вторых, книги No kidding press. И то и другое — дорогие штуки, на которые я давно заглядывалась, так что в отзывах я ставлю тег на строки, вдруг кто-то тоже захочет прочесть. 3. Вот и я самолично узрела исчезновение карточек книг из лабиринта. Исчезла “Убить некроманта”. Вот я радовалась в прошлом ноябре, что книга вышла, а сейчас её нет даже в истории заказов (карточка прошлого издания романа при этом на месте). Так же нет Нги Во и трилогии Something Dark and Holy. 
-
Запретная секция
10. Райан Эндрюс. Мы дали слово. 2019 #строки Группа мальчишек обещала друг другу, что вечером, во время традиционного ежегодного спускания фонариков на воду, они будут ехать вдоль реки на великах, пока не выяснят, куда эти фонарики деваются. Это не уютная история про милых деточек, автор пишет динамику группы детей реалистично и не добро. Если я вам скажу, что ребята в своём путешествии встречают разных магических существ, узнают о волшебной природе мира и видят как фонарики улетают на небо — это будет правдой, но не передаст атмосферы комикса, скорее напряжённой и опасной, чем детской и уютной. Очень классный фэнтези комикс, с интересным стилем, сюжетом и миром. Рекомендую. 
-
Реклама
-
Запретная секция
9. Анна Васильева. Птицы в городе. 2019 #строки Иллюстрированная книга для тех городских россиян, которым нравится смотреть на птиц и идентифицировать их. Мне нравится! Я лично радуюсь каждому встречному снегирю или вороне, могу стоять и таращиться на мурмурирующие стаи, или на раздвоенные хвосты стрижей, плавающих как чаинки в чашке неба, слушать пение свиристелей и скрежет сорок (белобок). Любила этим заниматься ещё до того, как узнала, что птицы — это динозавры, пережившие апокалипсис. Птицы прекрасны, как можно не бёрдвотчить, не понимаю. Интонация книги рассчитана скорее на читателя-ребёнка, но со своей функцией ей это справится не мешает — это просто иллюстрированный справочник птичек, которых можно наблюдать в российских городах. 
-
Запретная секция
8. Уитни Гарднер. Вампир понарошку. 2018 #строки Давно хотела прочитать этот комикс про паренька, который решил закосить под вампира, чтобы понравиться девочке. Но в итоге оказалась слишком взрослой для этой истории — меня больше интересовала линия учителя главных героев, чем их наивные и простые приключения. Чтобы узнать what's his deal только и дочитала. на средний школьный возраст) 
-
Запретная секция
Kim Dracula, кстати, очень милый молодой австралийский мальчик, и когда он в том году записался с Ic3peak, я очень обрадовалась. Подумала ещё, что может он теперь будет меньше дурачится в тиктоке, и запишет пару треков (чтобы мне было что переслушивать, кроме его дурачеств на тиктоке) -
Запретная секция
IC3PEAK выпустили шикарный клип. Вертикальный! https://youtu.be/_UCEgjuD7oc -
Запретная секция
Вчера было, оказывается, 10 лет с выхода в эфир первого эпизода “Ганнибала”. Десять лет! Я не знаю, что меня сильнее поразило: чувство “feel old yet?” или безуспешные попытки назвать хоть один сериал, который бы я посмотрела после “ганнибала” Фуллера. Теперь боюсь пересматривать. Вдруг то, что так покорило десять лет назад, окажется всего лишь красивой картинкой насилия с претенциозными диалогами и красивыми актерами и актрисами? Есть тут фаннибалы? 
-
Запретная секция
7. Дебби Танг. Быть вместе. 2021 #строки комикс Я была привлечена милым стилем рисования на забавной обложке. Но комикс оказался совсем пустой. Это скорее slice of life там, где я ожидала комедии. 
-
Запретная секция
6. Анни Эрно. Женщина. 1989 #строки Меня не впечатлила “Во власти” , но я решила прочитать ещё одну книгу Эрно. Смерть матери — тема, конечно, отзывающаяся почти что любому человеку, и жизнеописание родной женщины после её смерти (с мотивом “теперь моя очередь её родить”) это практика понятная. И книга вышла хорошая, ибо что может быть не хорошего в идее честного, искреннего исследования и описания жизни обычной женщины, написанного её дочерью. 
-
Запретная секция
📖 После тройной катастрофы 11 марта 2011 года, которая спровоцировала аварию на атомной электростанции в Фукусиме, многие японцы обратились к хайку, чтобы высказаться о случившемся. Они оплакивали в стихах разрушенные жизни, молились за души погибших, прибегали к иным подобным мотивам, общим, наверное, для всех мировых литератур. Стремление найти опору в поэтической силе заклинания — тем более со стороны пострадавших — было вполне естественным. Однако то, что в это же самое время словарь хайку пополнился новым сезонным словом — Фукусима-ки, поминовение Фукусимы, — вызвало смешанную реакцию. Да, в циклическом времени «весна вернется снова», но цветы вишни в окрестностях катастрофы непоправимо заражены: обновление невозможно. Люди уже не смогут собирать и пробовать весеннюю зелень, несъедобными будут и плоды, так что птицы, питающиеся ими, отравятся. Теперь, сочиняя хайку об этих местах, придется закрыть глаза на действительность и воспевать — цинично или попросту наивно — то ли нескорое, то ли вообще невозможное возрождение. Насколько понятен литературный обычай сезонного поминовения авторов, покинувших мир в то или иное время года, — в конце концов, все люди смертны, — настолько же неуместен разговор в тех же словах о трагедии Фукусимы. Мало вспоминать о ней раз в году: она еще не завершилась, она требует политических мер и каждодневного размышления. 📖 Однажды мне довелось поговорить об этом с поэтессой традиции хайку, живущей в регионе Канто, вдали от эпицентра катастрофы, которая произошла на северо-востоке Японии. Дело было в 2012 году на парижском Книжном салоне. Когда моя собеседница, будто в невинной надежде на будущее возрождение, упомянула о прекрасных деревьях, которые покрылись цветами на следующий год после аварии в Фукусиме, один из слушателей, кондитер по профессии, тут же вмешался и сказал, что хотя внешне эти деревья не изменились, мы не можем любоваться ими как ни в чем не бывало. До 2011 года ему привозили цветы вишни из тех мест и он сохранял их в соли, а потом вымачивал и использовал для своих мадленок (надо думать, превосходных), но теперь о поставках не может быть и речи. Да, деревья зацветают, как раньше, но нам доступен лишь вид цветов: они потеряли невинность. 📖Между прочим, в истории хайку неоднократно заявляло о себе движение в сторону муки — бессезонья. Так, во время Второй мировой войны сторонники бессезонных хайку часто писали о войне, которая, разумеется, не укладывается в циклическое время сезонов. Встретив осуждение со стороны властей, движение задохнулось, но после войны ожило в новых формах. 📖 Выше я приводила несколько важных дат — вроде 14 июля, — которые сопряжены в традиции хайку с определенными сезонами. Это относится и к другим памятным дням: любая дата, с которой что-то связано, может быть сезонным словом. Есть в хайку и нечто подобное эпитафиям из тех, что во французской поэзии называют Надгробиями. Дата кончины человека может служить основой для стихотворного посвящения: так, летнее сезонное слово отоки, то есть поминовение вишен, связано с памятью об Осаму Дадзае, писателе, покончившем с собой 13 июня 1948 года (один из его рассказов так и называется — Вишни). Для создателей хайку каждый сезон отмечен воспоминаниями об умерших литераторах — поэтах и прозаиках; это вносит в японскую поэтическую традицию интертекстуальность. Рёко Секигути. Нагори. Тоска по уходящему сезону -
Запретная секция
5. Рёко Секигути. Нагори. Тоска по уходящему сезону. 2018 #строки 📖 Характер продукта по отношению к своему сезону описывают в японском языке три слова: хасири, сакари и нагори. Приблизительно их значения таковы: хасири — ранний, сакари — созревший в разгар сезона, нагори — поздний или даже запоздалый, пронизанный «тоской по уходящему сезону». Существует сезонная еда — июньская земляника, например, которой в другое время года не бывает, другие местные овощи и фрукты, для которых есть своя пора. Но кажется, в эпоху глобальных перевозок и новых технологий сохранения продуктов, категория сезонности уже не так важна за пределами маркетинговых акций по продаже тыквы в октябре. Однако в Японии чувство сезона развито острее, имеет эстетическую составляющую — хайку пишутся с обязательным использованием слов, относящихся к сезону. Авторка исследует понятие нагори — продуктов на излёте сезона, поздних, или даже переживших его окончание, а также само современное восприятие сезона. Секигути живёт между культурами в Японии и Франции, обе культуры для меня достаточно экзотичны, и человек картошки и круглогодичных яблок не может не заметить в остром восприятии сезонности влияния ресторанной культуры. 📖 Янник Аллено высказал гипотезу, что «классическое» сочетание зайчатины с можжевеловыми ягодами объясняется тем, что внутренности свежевыпотрошенного зайца источают запах можжевельника, будто пропитанный теплом. Потом об этом забыли, остался лишь рецепт, а связь двух продуктов вошла в традицию. Однако это не эссе о высокой кулинарии, Секигути интересует понятие нагори и в его метофорическом смысле, как обозначение эмоции, а также наше восприятие времени и сезона вообще. 📖 Спектр значений нагори гораздо шире. Прежде всего, это слово означает след, присутствие, аромат чего-то ушедшего, уже не существующего. Так говорят о городе, сохранившем приметы Средневековья, или о доме, в котором витают вкусы и тени былых жильцов. А еще нагори подразумевает последствия — осложнения или утраты в результате чего-либо, например нагори после землетрясения или болезни. 📖 Бистро называлось «Кюсё», и вот однажды, когда я, как обычно, сидела у стойки, хозяин предложил мне блюдо из овощей, которые, как мне казалось, уже отошли. Заинтригованная, я спросила его об этом, а он ответил так: «Я намного старше вас, моя дорогая, и не знаю, доведется ли мне еще раз отведать эти овощи через год». 📖 Однажды хозяйка ресторанчика, расположенного недалеко от Киото, сказала мне: «У нас весна начинается позже, чем в городе, ведь здесь, в предгорьях, холоднее. Но гости из Киото забывают, что в полутора часах езды климат может быть другим, и удивляются, когда им подают овощи, которые, как им казалось, уже отошли. Что ж, я извиняюсь перед ними и прошу проявить снисходительность к природе». 📖 Весной на полках японских супермаркетов выстраиваются лакомства с ароматом цветов вишни, а потом и ее плодов; осенью продаются булочки и десерты со вкусом каштанов и китайской тыквы… Фабричная еда словно примеряет на себя сезонные черты, которые ей чужды, вместе с тем всё так же гарантируя нам безопасность. 📖 Моду на определенный вкус, в последнее время — кислый, среди прочего тоже подогревает эта символика витальности. И блюда, и вина делают сегодня более кислыми, чем раньше. Прежнее пристрастие к сладким нотам в винах и некоторых кушаньях теперь забыто: сладость — вкус зрелости — нас больше не прельщает. Отныне перевес на стороне летних блюд, салатов, всего, что приготовлено быстро, на пару́, а уж если на огне, то так, чтобы продукт едва прихватился, — не то что раньше, когда ценились рагу и другие кушанья, томившиеся в печи часами. -
Запретная секция
4. Миа Коуту. Божьи яды и чертовы снадобья. 2008 Мозамбик Решила почитать что-то из литературы африканских стран. Где-то на трети книги сообразила погуглить фото автора с несчитываемыми для меня по имени полом и национальностью. Увидела белейшего голубоглазого дядьку. Ладно. Книга про португальского врача, приехавшего захолустную мозамбикскую деревню Мгла. Родом из этой деревни девушка, в которую он влюблён, и главный герой таскается к её больным родителям, силясь понять, где его любовь, когда она приедет, что случилось в прошлом, но чувствует, что ему постоянно врут и тянут время. Повествование комическое: у людей говорящие фамилии, они изрекают афоризмы, реальность слегка магическая, а разобраться что случилось на самом деле невозможно. К финалу у нас собирается несколько одинаковых по весу версий. 📖 Когда он отдыхал от очередной изматывающей морской страды на своей веранде, соседи спрашивали: — А море, оно большое, Бартоломеу? — Да не такое уж и большое. Континенты только очень уж далеко друг от друга расположены, — отвечал он. После первого рейса родные признались ему, что, получив такой жирный куш за дедушкино увечье, молились теперь, чтобы и Бартоломеу тоже покалечился. Именно тогда он решил переехать. И выбрал для жительства поселок, напоминавший ему затянутый маревом берег, каким он увидел его с палубы. Он выбрал Мглу. 📖 Дона Мунда — мулатка. В округе не слышали ни об одной другой мулатке, которая вышла бы замуж за негра. С ее стороны это был смелый шаг. Пришлось порвать с семьей, обвинившей ее в том, что она «портит породу». Бартоломеу Одиноку тоже вынужден был порвать со своими. Привести мулатку в семью — дерзкий поступок, более того: предательство. «Но она почти негритянка», — убеждал он. «Мулаты считают себя черными, только когда им это выгодно», — ответили ему. В тот день, когда Бартоломеу Одиноку, в лучшем костюме лучшего друга, явился к родителям невесты, он торжественно заявил: — Я не негр. — А кто же ты тогда? — Я мулат крайней степени мулатства. 📖 Чиновник злоупотребляет эпитетами, как другие заикаются. Никогда не скажет «наш поселок», а только «наш утопающий в садах поселок», хотя обильной растительностью здешний пейзаж похвастаться не может. От него не услышишь простое слово «страна», а только «наша горячо любимая дивная Родина». 📖 Однажды он подарил ей цветок, дикую лилию с большими белыми лепестками. Когда ее поставили в кувшин, она так светилась, что, казалось, и лампы не надо. — Он мясом пахнет, этот твой цветок, — так она его поблагодарила. И все. Спасибо от нее не дождешься. На следующий день цветок превратился в человеческую руку. Жена напомнила: — Я ж говорила: не рви цветов на том поле. — При чем тут поле? — Там цветы расти не должны. Это поле — кладбище немецких солдат. Оно проклято. — С чего это оно проклято? Разве не там похоронен твой прапрапра- (не знаю, сколько раз пра-) дедушка немец? 📖 Сидониу Роза из всего лабиринта тропинок поселка Мгла знает только ту улочку, что ведет от пансиона до медпункта и сворачивает к дому семьи Одиноку. Именно по этой песчаной дорожке он идет сейчас, будто по минному полю. Сразу видно: европеец на свой страх и риск осваивает заповедные глубины Черного континента. Каждый шаг португальца продуман, он чуть ли не крадется на цыпочках, сверля взглядом землю. Все здесь подозрительно, собственная тень — и та ему не подчиняется. Проходя по рынку, он шарахается от торговцев, от попрошаек, от пьяных. «Что за жизнь! — думает он. — Кто бы ко мне ни обратился, никому как человек я не нужен. Одни хотят что-то всучить, другие — обобрать. Бескорыстного интереса не дождешься. Боже мой! До чего тяжелый крест — раса». Впрочем, когда с ним наконец здороваются, настроение его сразу меняется: — Доброго вам дня, доктор! Приветствие повторяется, неожиданно открытое, искреннее и дружелюбное. И вот уже душа португальца просияла, он улыбается, и Вселенная обнимает его. -
Запретная секция
Слева — иллюстрация из журнала La Vie Parisienne, 1920-е, автор Georges Léonnec. Справа современный американский иллюстрато_р Marlowe Lune. 
-
Запретная секция
3. Кира Измайлова. Старое платье королевы. 2020 Хотелось развлекательной фэнтези a la попаданцы. В “платье” идея такая — сиротка джейн эйровского толка учится в интернате для девиц и надеется, доучившись, получить место учительницы при нём же. Но тут появляется загадочный незнакомец, что он послан её папенькой, который её искал-искал и вот наконец нашёл! но папенька при смерти, нужно спешить! Чудо, будто из романов, которые тайно читают пансионерки, немедленно вызывает у нашей сиротки подозрения… Разумеется не зря, потому что её отрядили быть двойником королевы, чтобы скрыть тяжёлую болезнь юной наследницы престола. Дальше как положено: героиня быстро соображает, решает задачи, которые без её особого взгляда никто не мог решить, и вообще оказывается хорошей королевой. Мне нравится как Измайлова пишет (писала). Понравилось как она решала всю линию с оригинальной королевой и двойником. Не понравился мутный главгад и не понравилась любовная линия, без которой вполне можно было обойтись (нормальные наставнические отношения у них были). В общем, поглотила за день, получила удовольствие. -
Реклама
-
Запретная секция
2. Цзы Цзиньчэнь. Долгая ночь. 2017 Модный китайский детектив, слушала в #строки мтс. Подозрительного мужика останавливают в метро с чемоданом, в чемодане - труп! Подозрительный мужик оказывается дорогим адвокатом по уголовным делам, однако под следствием немедленно и детально признаётся в убийстве… чтобы на первом же судебном заседании заявить, что он не виновен, у него алиби, и он не понимает, почему ему вообще предъявляют такие обвинения. В общем, бедные следователи. Я думала, что это детектив, но разгадать произошедшее не пыталась: все мои интеллектуальные силы ушли на то, чтобы помнить, что Чжан - это подозреваемый, Цзян - жертва, а Чжао - следователь. В книге вообще много людей, и у них всех есть имена. Я не сдавалась, просто периодически ставила аудио на паузу и запускала поиск по электронной книжке, чтобы понять о ком речь. Да и сам роман оказался не столько абстрактной загадкой “кто и как это сделал?”, сколько гнетущим триллером о годах, потраченных на попытки добиться правосудия. Слегка нелепая история мужика с чемоданом сменяется предельно приземленной историей из прошлого. Итак, студент юрфака Хоу Гуйпин, приехал поработать учителем в деревню ради всяких коммунистических льгот в дальнейшем обучении. Хоу Гуйпин, городской и образованный парень, понимает, что 13-летнюю школьницу из его класса изнасиловали, и думает: “это же преступление! Не буду, пожалуй, никому сообщать, а то вдруг деревенские сочтут меня предателем”. Ни фига себе. Но этого мало, дальше идёт сцена, когда на его глазах другую 13-летнюю девочку пытается увезти на машине какой-то совершенно незнакомый мужик, и девочка, которая очевидно не хочет никуда ехать, смотрит на Хоу Гуйпина и придумывает на ходу: “Я иду… Мы с учителем идем ужинать”. И что же наш учитель Хоу? – Веселись! До встречи в школе! … Нет слов. Я была возмущена таким безответственным и нелепым поведением ещё пару страниц, пока, дочитав до беседы Хоу Гуйпина со школьниками с общаги, не подумала “это ж Кущёвка”. Это мне быстро напомнило, как устроен реальный мир (желающие могут прочитать репортажи “Новой газеты” про Кущёвку и как реагируют учителя). “Долгая ночь” - чтение увлекательное, но гнетущее. Не из тех детективных историй, которые дарят чувство удовлетворения. В развязке всё развязывается, однако в очень нуарном стиле - вроде бы всё не зря, но и не всё в порядке. 
-
Запретная секция
1. Надежда Рычкова, Наталья Петрова. Страшный, таинственный, разный Новый год. От Чукотки до Карелии: старинные легенды, магические обряды, праздничные обычаи народов России. 2021 Моя первая книга из популярной серии “Мифы от и до”. Видела их до этого только онлайн, так что кайфанула, впервые взяв в руки — красивая обложка софт тач, цветные иллюстрации, ляссе. Сама книга хороша. Мне нравится идея рассказать о традициях именно народов России, а не иных экзотических стран, понравилось, что есть всегда небольшой комментарий об этносе: где люди живут, какая численность народа. Иногда эти цифры шокируют. А вот человека, которому я эту книжку дарила на Новый Год, она не очень впечатлила —тон несколько детский, и вся информация была знакома и известна. 
-
Запретная секция
Calendar. Gilt bronze, malachite, 1851. Для @gardendelights 🥰 
