Vladimir Pastukhov. Страница 22
41633
@v_pastukhov
Канал политолога Владимира Пастухова
-
Vladimir Pastukhov
Лихорадочно вспоминаю, давал ли свою визитку Ройзману во время встречи? В соревнованиях «чья политическая морда шире» Кремль решил взять новый «вес». Не промахнулись бы, бывает - и у опытного спортсмена штанга падает в рывке. Ройзман – человек особенный. Он не либерал, он – Робин Гуд Урала, герой не столько интеллигентский, сколько народный. Это даже не «крепкий орешек», а небольшой осколок Уральского хребта, отшлифованный до блеска миллионами пар русских башмаков, упорно лезших за Большой камень к вольной жизни. Неровен час, можно поскользнуться. Хотят сказать, что неприкасаемых нет, что либо уезжай, либо молчи, что будет теперь «чистое поле» от Калиниграда до Владивостока и никакого Урала посередине, - это понятно. Но забыли , что есть и «неприкосновенные»: тронешь – дороже станет. Желаю Евгению спокойствия и выдержки. Он сам выбрал этот путь, знал, на что идет, уверен – пройдет с честью и достоинством. -
Vladimir Pastukhov
В этот день Венедиктов по каким-то ему ведомым причинам поставил меня в сетку вещания того еще, старого, довоенного «Эха» в неурочное время. Не успел начаться эфир, как ведущие, - кажется Нарышкин и Курников, - попросили меня прерваться, так как началась трансляция обращения Путина. Так я встретил войну в прямом эфире. И, хотя для большинства она началась тремя сутками позже, мне все стало понятно уже на первой минуте трансляции: это объявление войны, причем очень большой войны, которую в карман истории не спрячешь. Не могу сказать, что это стало для меня неожиданностью. О том, что все идет к большой войне, я писал с 2011 года, когда стало понятно, что чахоточный проект медведевской перестройки провалился. Вместе с ее провалом улетучился шанс проскочить между Сциллой войны и Харибдой революции. Но одно дело – война вообще, а другое – здесь и сейчас. Буквально за неделю до этого у меня состоялся телефонный разговор с Ходорковским. Люди в его и моем окружении склонялись к мысли, что все происходящее – очередные «понты» Кремля, и дело, как обычно, ограничится очередным съеденным чижиком (формальной аннексией уже фактически аннексированных территорий Донбасса). Думаю, аналогичного мнения придерживалось и окружение Зеленского. Все, что сегодня происходит, тогда казалось безумием. Мы оба, однако, пришли к выводу, что избежать нападения уже практически невозможно: военно-политическая машина России набрала такую инерцию, что любая попытка затормозить приведет к тому, что она пойдет юзом. Хотя, конечно, все равно безумие. Выступая сразу после завершения речи Путина, я сказал, что это - замах на идеологическую, ценностную войну, где на кону будет не Донбасс, а вся Украина. Жизнь подтвердила мою правоту. Но кое в чем я ошибся. В тот день, когда русские танки в стилистике фильмов Бондарчука-старшего атаковали Украину практически вдоль всей линии границы, казалось, что до Третьей мировой остаются считанные недели. Конечно, во взятие Киева за пару дней я не верил, несмотря на оценки натовских разведок. Но в то, что Украина сумеет перевести эту войну в позиционную в духе Первой мировой, тоже верилось с трудом. Сегодня много споров о том, что значит «победа» применительно к Украине. На мой взгляд, Украина победила, когда смогла перевести молниеносную войну в позиционную. Другое дело, что каждая победа имеет свою цену. Ценой победы для Украины, шесть месяцев спустя после начала агрессии, стал перевод противостояния в фазу «ресурсной войны», где под ресурсом не в последнюю очередь понимается и такая вещь, как психологическая готовность продолжать сопротивление «на зубах». Если в первые полгода войны на первом плане были «герои фронта», то в следующие полгода, осмелюсь предположить, ими станут «герои тыла». Многое будет зависеть именно от способности гражданского населения перенести тяготы первой военной зимы, ну и от способности военной администрации Зеленского победить коррупцию и расхлябанность и убедить население в том, что она делает все необходимое и возможное в условиях войны, чтобы наладить жизнь тыла. Это не менее сложно, чем организовать вооруженное сопротивление на фронте, и это хорошо понимают в Кремле. Там рассчитывают, что «генерал Зима» сделает то, что не смогли сделать генералы армии Шойгу и Бортников. Но есть проблемка: украинцы тоже морозоустойчивы. -
Vladimir Pastukhov
Сегодня эфир с Дмитрием Еловским на канале Ходорковский.Live. Я в поездке, связь плохая, в руках один iPad, не знаю, многие ли услышат? Но, может, и к лучшему. Получил вопросы от Дмитрия. Первым - снова вопрос о плохих и хороших русских, на этот раз в привязке к посту Ксении Лариной. Хотел его вычеркнуть: мне кажется, я достаточно наговорился на эту тему на «Пастуховских кухнях» с Борисом. Кто хотел, - с крепкими нервами и не очень, - его посмотрели. Но решил, что попробую сказать немного о другом, более важном, чем рефлексия войны культурным и политическим классом на постсоветском пространстве. Может быть, я не прав, и лучше было бы вычеркнуть и замолчать по совету Лариной. Честно - не знаю. Жизнь покажет. Впрочем, это никогда не поздно сделать. До встречи в эфире. https://youtu.be/hY2eqwIv5Zc -
Реклама
-
Vladimir Pastukhov
Сегодня - личное, важное для меня и не имеющее никакого отношения к актуальной повестке. У меня с Путиным, оказывается, есть точка пересечения, - к счастью, похоже, единственная, о которой мне известно, - мы оба любим Кончаловского. Андрей Сергеевич великодушно позволяет себя любить многим. Приходится делить. С мужчинами и особенно с женщинами, хорошими (хорошенькими) и плохими, добрыми и злыми (иногда злодеями), жадными и щедрыми, наделенными властью и властью обиженными, разными. Он и сам очень разный, многомерный такой, не из черно-белого кино. Поэтому в разное время одни и те же люди то кидают ему цветы на сцену, то бросают в него камни из-за сцены. Его заблуждения равновелики его прозрениям, а возвышающий обман – низким истинам. Я не помню, как он появился в моей жизни. Помню уже сидящим в гостиной нашей панельной многоэтажки в Очаково на окраине Москвы. Мне тогда только-только стукнуло тридцать. Судя по тому, что Борис тогда уже сильно разнообразил звуковую палитру этой беседы, это было где-то в 1993-1995 году (позже мы из Очакова уехали). Как он там оказался и, главное, зачем – не помню, это до сих пор остается для меня загадкой. Это Кончаловский, его выбор собеседников всегда парадоксален и не бесспорен... Он много раз меня (как и многих других) спасал, вытаскивая из разных жизненных передряг, без особого шума возложив на себя в наше сложное время “бремя Горького”. Когда мне надо было принять одно из самых сложных решений в своей жизни, отчаявшиеся убедить меня уехать друзья обратились за помощью к нему. Он нашел нужные слова, чтобы объяснить, что жизнь слишком серьезная штука, чтобы играть с ней в прятки. Я уехал к нему в Лондон, где он тогда снимал «Щелкунчика». Так я стал ”англосаксом”… Я помню первый его крупный юбилей (первый с моим участием). Собственно, как такового праздника не было, отмечали не отходя “от станка” . Он тогда снимал “Глянец”, - на мой взгляд, очень непростой и сильно недооцененный его фильм. Под дату подогнали презентацию нашей с ним книжки. Кто-то принес гигантскую бутыль шампанского, и все пили его из пластиковых стаканчиков. В момент раскупоривания бутылки позвонил отец – Михалков-старший. Было слышно, как он сказал в трубку: “Я без подарка. Мой главный подарок, что тебя с 70-летием может поздравить собственный папа”… А потом был уже бесконечно далекий сегодня 2012 год. Небольшая вилла «Манчини» в Тоскане, ставшая позже съемочной площадкой для “Рая”, узкий круг русских друзей и итальянских соседей, Юля с супом-желе из помидоров (почему-то запомнилось именно это). Кто-то подарил арманьяк 75-летней выдержки. Андрей Сергеевич его тут же открыл и бутылка вмиг опустела. Я бы лично сгноил ее в шкафу, раз в году стирая пыль, пока она не досталась бы наследникам в целости и сохранности.... Ну что ж, кино жизни продолжается. Я снова еду к Кончаловскому, снова в Венецию, которая с ним все же намного лучше, чем без него… С днем рождения, Андрей Сергеевич… -
Vladimir Pastukhov
Для многих людей в Европе русские стали “вирусоносителями” – переносчиками опасных имперских и шовинистических идей. В значительной степени так оно и есть. Большая, если не подавляющая часть русского народа больны реваншизмом и милитаризмом, не скрывают своей поддержки аггрессии в Украине. Это рождает ответное стремление иммунизировать Европу, да и мир в целом, от “русскости” как особого рода неизлечимой болезни. Эта странная, на мой взгляд, идея неожиданно стала предметом широкой и эмоциональной дискуссии, благодаря талантливой постановке лвтвийского режиссера Алвиса Херманиса, запустившего серией своих интервью флешмоб “их тут нет”, активно поддержанный Ксенией Лариной и другими известными либеральными русскими публицистами, проживающими как раз там, где “их быть не должно”. Тема показалась нам с Борисом интересной и заслуживающей обсуждения, тем более, что мы как раз тут и есть. Поэтому встречайте 3-й выпуск “Пастуховская кухня -Тексты”. https://youtu.be/OFlGK3xGGE8 -
Vladimir Pastukhov
Один из доброжелательно в целом настроенных слушателей выразил возмущение тем, что, помимо актуальной повестки (война, диктатура и другие кошмары на улице Вязов), я трачу свое и, соответственно, его время на такую ерунду (было употреблено более крепкое выражение), как рассуждения о будущем России. Конечно, можно было бы ответить, что по крайней мере свое время он мог бы сберечь, просто не слушая и не читая то, что ему не интересно, а моим я распоряжаюсь пока сам. Но вопрос в целом интересней, чем кажется. За пределами выстраиваемой Кремлем национал-большевистской парадигмы сегодня сложилось два мнения относительно будущего России. Первое, если убрать некоторую вежливую недосказанность, лишь замутняющую понимание, состоит в том, что всем было бы проще, если бы у России будущего не было. Это мнение базируется на глубоком убеждении, что ничем иным, кроме как тоталитарной самодержавной империей, Россия быть не может. Хотя бы потому, что никак иначе организовать жизнь на таком огромном пространстве с таким колоссальным многообразием культурных и экономических условий нельзя. Поэтому многие наиболее последовательные и честные противники самодержавия и тоталитаризма в конце концов неизбежно приходят к мнению, что Россия должна быть разделена на энное количество самостоятельных государств, у каждого из которых в теории появляется шанс стать маленьким демократическим государством. Второе мнение противоположно первому и, наоборот, отталкивается от того, что разделение России на несколько государств с большой долей вероятности приведет к созданию на месте, где когда-то обитала Империя, нескольких мафиозных диктатур, в распоряжении которых будет находиться к тому же ядерное оружие. Борьба этих государств-уродцев между собой создаст для человечества и, в первую очередь, для соседей России еще большую угрозу, чем та, которую несет в себе тоталитарная империя. Сторонники такой точки зрения предпочли бы сохранить Россию в качестве единого государства, но с «хорошей, демократической кармой». При этом ответа на вопрос, как можно поменять карму Империи с плохой на хорошую, у них, как правило, нет. Полагаю, что единственный способ преодолеть этот тупик и обеспечить альтернативное, то есть не имперское будущее России, при этом не уничтожая ее государственность, - это провести последовательную федерализацию Империи. Это позволит разрешить спор сторонников концепта России без будущего с фанатами идеи будущего без России. Федерализация империи – сложнейшая историческая задача, которую, скорее всего, придется решать нескольким следующим поколениям “России без Путина”. О том, какие именно сложности им придется преодолевать, можно прослушать в очередной лекции на “Полит.ру” с Дмитрием Ицковичем и Иваном Давыдовым. На этот раз речь пойдет о республиканизме как форме для федерации: https://youtu.be/9nxtAVk3tQ4 Те, кто предпочитает прочесть, а не прослушать, могут открыть конспект на сайте Полит.ру: https://m.polit.ru/article/2022/08/16/pastuhov/ -
Vladimir Pastukhov
Вышел в эфир 7-й выпуск “Пастуховской кухни”. Он следует за той частью актуальной повестки, которая по разным причинам за пределами “Кухни” оказалась не актуальной. Из того, на что я лично обратил внимание, – вопрос одного из гостей “Кухни”. Беглый просмотр комментов к предыдущим выпускам показал, что меня ругают одновременно за то, что я якобы предлагаю украинцам отдать часть их территории в обмен на мир, и в то же время призываю сражаться до последнего украинца. И то, и другое – неправда, но вопрос о том, что для меня означает победа Украины, выбранный Борисом, кажется мне своевременным. Во избежание разночтений дублирую ответ в Телеграм. Для меня любая форма окончания войны (пусть хотя бы и временного), при которой сохраняется независимое украинское государство с европейским вектором и ориентацией европейские ценности, является безусловной победой Украины. Детали этого промежуточного финиша не имеют никакого значения для истории, хотя бы потому, что он промежуточный. Для России в этой войне Украина является заложником, пытками над которым Россия шантажирует Запад. Для России безусловная цель войны – уничтожение независимой украинской государственности. Недостижение этой цели на любых условиях, при любых территориальных и иных приобретениях (если они будут, конечно) должно расцениваться как безусловное поражение России. https://youtu.be/9BLOF5UFhaM -
Vladimir Pastukhov
Если пытаться максимально коротко и емко определить содержание внутриполитического курса, который проводит Кремль, то его можно свести к формуле “умный геноцид”. Он стал своеобразным ответом власти на "умное голосование". Речь идет, конечно, о культурном геноциде. Это очень специфический геноцид, осуществляемый не по расовому, не по этническому и не по религиозному признаку. Речь идет о ментальной дискриминации, то есть о выдавливании, вытравливании и выпаривании из экономической и общественно-политической жизни общества исторически сложившегося в России как обособленного культурного класса русских европейцев. Надо понимать, что русские европкйцы – это не либералы, как принято считать, и, тем более, не оппоненты Путина, а также не англоманы, франкофилы и прочие “извращенцы”, помешанные на всем западном. Это всего лишь те, кто думает по-европейски, то есть рационально, как стали думать в России в основном только с первой четверти XIX века. Русские европейцы есть по обе стороны линии политического фронта, но даже тем, кто оказался на “правильной” с точки зрения власти стороне, выжить вряд ли удастся – они такая же потенциальная жертва геноцида, как и их менее удачливые оппоненты, выбравшие не ту сторону. Просто «удачливых» повезут следующим эшелоном. Определяющим признаком для попадания в зону риска является уже не то, о чем ты думаешь, а то, как ты думаешь, твой строй мыслей, а не сами мысли. Что это культурный геноцид, становится с каждым днем все очевидней. Но почему он "умный"? За последние сто лет это уже второй геноцид подобного рода. Но на этот раз он еще и носит постмодернистский характер: пока подавляются не столько представители пораженного в правах класса (уровень прямых репрессий остается достаточно низким по сравнению с первым геноцидом), сколько условия его воспроизводства – все формы инакомыслия, способность распространять информацию, участие в образовательном процессе и так далее. При этом русским европейцам активно указывают на дверь, предлагая покинуть страну (фактически выталкивая в эмиграцию), в том числе и для того, чтобы не омрачать будни режима кровавыми разборками с оппонентами. Вот это действительно умно. Сначала выгнать по максимуму, а потом закрыть контур для оставшихся. В перспективе все упрется, как всегда, в «предателей своего класса» - тех выходцев из среды русских европейцев, которые сами стали частью осуществляемого культурного геноцида, работая на режим. В какой-то момент у них останется очень простой выбор: либо сорвать стоп-кран (1953 год), либо самим лечь под гильотину. Важно понимать, что без участия самих русских европейцев машина террора войдет в ступорозное состояние и эффективно работать не сможет, так как лишится одного из важнейших своих драйверов. Ее начнёт постоянно глючить, и в конце концов экран погаснет окончательно (1917 год). Сценариев, при котором этот геноцид будет работать в режиме вечного двигателя, похоже, история не предусмотрела. Вопрос лишь в том, что случится раньше: кто-то из пассажиров сорвет стоп-кран или обкуренная команда кочегаров пустит паровоз под откос? -
Vladimir Pastukhov
Небольшое послесловие к эфиру с Дмитрием Еловским. Хороший вопрос он вытащил в конце - “что, мол, простой человек может сделать для формирования гражданского общества в России сегодня?». Есть люди, бросающиеся на амбразуру, но это путь немногих. Требовать ото всех броситься на амбразуру раньше, чем в амбразуре заклинит пулемет (то есть случится революционная ситуация), как правило, означает быть провокатором. Что делать тем, кто не готов стать живым факелом, освещающим дорогу в будущее? Ну, сохранить себя, не пойти по пути рационализации зла – это я сказал. Но кое-что не успел сказать. Сохраняйте любовь к свободе в детских душах, воспитывайте себе подобных. Они - те, кто с другой стороны - ведь тоже так делают: воспитывают себе подобных. Между нашими и их детьми будет главная и финальная битва, успейте передать священный огонь. Тот шанс, который не выпал нашему поколению, не исчез, он просто перешел к следующему. Дети и внуки офицеров НКВД стали «прорабами перестройки», и это решило исход исторического сражения. Главное - не растерять огонь при передаче эстафеты. https://youtu.be/8qiek9PDJ5U -
Vladimir Pastukhov
Прочитав список предварительных вопросов к итогам недели, который мне обычно в субботу присылает Дмитрий Еловский, среди прочих я снова обнаружил в нем вопрос о высылке русских из Европы (за неделю тема эволюционировала от отказа в выдаче виз до депортации, на горизонте – требование интернировать по аналогии с японцами в США во время Второй мировой войны). Так случилось, что я на этот вопрос вынужден отвечать всю неделю, поэтому был несколько удивлен (раздражен), что он снова в списке актуальных. Однако, проанализировав то, что я до сих пор успел сказать, я пришел к выводу, что не был настолько прямолинеен, насколько этого требует ситуация. Думаю, это неправильно, и сейчас лучше прямо сказать то, что думаешь, чем пытаться изъясняться намеками или уклониться от ответа. Поэтому, если Дмитрий все-таки опять задаст мне этот вопрос, то слушатели гарантированно получат прямой и честный ответ без обиняков. Я думаю, это пойдет на пользу делу. До встречи в эфире сегодня вечером в «Чисто конкретной политике» с Дмитрием Еловским на канале «Ходорковский.Live». https://youtu.be/ZDHCETACr2I -
Vladimir Pastukhov
За последние несколько недель в геометрической прогрессии стали множиться свидетельства того, что значительная часть «патриотично» настроенных жителей России любят Родину особою любовью – то есть за деньги. Патриотизм и выплаты за участие в боевых действиях на территории Украины, которые в среднем в 10 раз превышают средние доходы по регионам (как показало ислледование «Новой газеты»), действуют лучше, чем просто патриотизм. О семьях убитых и раненых, более озабоченных проблемами с получением компенсационных выплат, чем попыткой осмыслить, за что и почему погибли их близкие, разговор отдельный. В глубинке мало кто скрывает, что люди едут в Украину заработать. Что-то мне подсказывает, что значение «соловьиных трелей» пропаганды в деле формирования русского экспедиционного корпуса сильно переоценено, а роль Министерства финансов сильно недооценена. Главный вклад в успехи российской армии вносят сегодня не генералы, а бухгалтеры, обеспечивающие эту армию пушечным мясом, которое генералы бездарно сжигают в украинской топке. В последнем случае сошлюсь на сомнительный авторитет Стрелкова – ему видней. Особняком стоит поднятая Ольгой Романовой тема тюремного «добровольческого движения». Если сведения о массовом рекрутировании зеков в армию хотя бы частично подтвердятся, то это многое объяснит в характере и избыточной жестокости этой войны. Деньги плюс автомат в руках профессиональных убийц, выпущенных из тюрьмы, – это ли не «коктейль Молотова» России XXI столетия? Похоже, процесс расчеловечивания жителей России, о котором много говорилось и писалось в начале этой войны (в том числе и мной), вступает в качественно новую стадию – стадию целенаправленного нравственного растления несовершеннолетнего в гражданском смысле народа. Последствия этого разврата, когда совесть глушат официально выплачиваемыми, немыслимыми по привычным меркам этого неизбалованного и неприхотливого в быту народа, Россия будет ощущать многие десятилетия спустя после окончания этой страшной войны. -
Vladimir Pastukhov
Пишу вводку к этой ссылке «на коленке». Нет уверенности, что материал проживет на сайте даже до утра. Так что времени, чтобы придумать красивую «завлекалочку», нет. Вообще статья, что называется, тяжелой судьбы. Конечно, писать сейчас лонгриды – полное безумие. Но нельзя же только развлекать публику. Есть мысли, которые не передать телеграмным стилем. Но это еще полбеды. Все это время Муратов и Соколов вели тяжелые арьергардные бои за сохранение легального плацдарма свободных медиа. Статья, написанная больше месяца назад, терпеливо ждала своего шанса. Сейчас я ее прочел бегло заново. Боже, зачем я это написал? К несчастью, она предвосхитила весь тот кипеш, который стал актуальным на прошлой неделе. Я знаю, что изложенные тезисы не зайдут ни одной из сторон, и все почувствуют себя оскорбленными. Но, если я вижу, как развертывается на наших глазах гигантский маховик гражданской войны, имею ли я право об этом не сказать только потому, что общественность в лице ее лучших представителей не готова обсуждать эту табуированную тему? Я уже нашел в своей квартире достойное место, куда складывать камни. Так что не стесняйтесь и не ограничивайте себя. Я открыт к дискуссии. novaya.media/article…stukhova -
Vladimir Pastukhov
«Десяток умников легче выловить, чем сотню дураков». Эта великолепная истина, за преподнесение которой вам всегда будет аплодировать сотня дураков» (В.И.Ленин «Что делать?») Популярность тезиса о том, что сегодня не время «умников» и что «переосмысление» прошлого и будущего России (с настоящим у оппозиции проблем нет – тут все для нее предельно ясно) надо отложить «на потом», стремительно набирает популярность. В связи с этим хочу коротко объяснить, почему полезно думать даже во время войны: 1. Думать во время войны полезно хотя бы потому, что «думание» – это непрерывный производственный цикл, и если перестать думать на время (войны, пандемии, глобального потепления), то потом, когда придет более «думательное время», думать окажется уже нечем, потому что «думалка» заржавеет. 2. Мысли, к сожалению, не являются функцией мозга и не выделяются из него как желчь из печени «по запросу» в момент переваривания пищи. Некоторое их количество поэтому полезно хранить «на складе» впрок, чтобы в светлый день «Нашей Победы» не умереть одновременно от радости и от дефицита идей. PS. Также, помимо рассуждений о том, как нужна всему человечеству победа над агрессором, неплохо было бы подумать, как именно ее можно достичь? -
Vladimir Pastukhov
Мне выступление Зеленского с предложением запретить россиянам въезд в Западные страны показалось крайне странным, но ещё более странным мне показалось мотивация критиков этого решения. Я совершенно не сомневаюсь в бесполезности этого шага (как и санкционирования российского олигархата без разбора и предоставления альтернативы), как не сомневаюсь в праве Зеленского этого требовать (его граждан убивают тысячами, какие уж там права на передвижение для граждан напавшей страны). Удивляет другое. Европа стоит на грани применения единственных болезненных санкций — запретов российских энергоносителей. Запреты на уголь и нефть уже имеют даты, запрет на газ выходит сам по себе из-за позиции Москвы и шантажа этим самым газом. Впереди зима, идти на попятную и снимать часть санкций — удар по имиджу для своего избирателя, не соглашаться — страшный удар по кошельку избирателя. Патовая ситуация, из которой Зеленский подсказывает замечательный выход: ввести страшно громкий запрет, по информационному шуму способный перебить остальные, показная жесткость — выгнать всех россиян из Европы! Экономический эффект для Европы довольно мизерный (особенно с учетом и так съёжившегося потока туристов), шума очень много, Путин тоже втихую доволен: ему не нужно вводить запрет на выезд. А под шумок можно и ослабить санкции на энергетику: это ведь уже будет не отступление, а корректировка позиций на фоне нового мощного удара по Путину. Выиграет и ЕС, и Путин, непонятно только: зачем Украине помогать этим двум найти выход из тяжёлой ситуации? -
Vladimir Pastukhov
Вышел новый и, надеюсь, не последний выпуск “Борисычей”. На этот раз о том, как распорядиться богатствами России: украсть или поделить на всех? Проект для меня сложный. Как вообще вести сегодня разговоры о сущностном, когда земля уходит из-под ног? Может быть, сейчас лучше думать про себя? Но думать все-таки надо, потому что иначе то, что с нами случилось, будет постоянно повторяться как в дурном страшном сне. Мы все должны осмыслить ошибки, свои и чужие, прежде чем сможем снова двинуться вперед. То, как власть распорядилась советской государственной собственностью, является одной из самых трагических ошибок в новейшей истории России. Она лежит в основании большинства экономических, социальных и политических перекосов и диспропорций сегодняшнего дня. Оценок этой ошибки много, а предложений, как выправить образовавшийся перекос, совсем мало. Фишка этой передачи в том, что Ходорковский предложил свой вариант. Не идеальный, спорный, но, тем не менее, выход. Я здесь больше слушатель и критик, чем дискутант. Мне предложенное Ходорковским показалось достаточно разумным - конечно, при наличии соответствующих политических условий и политической воли. Но судить зрителю… https://youtu.be/EVK0yKtDsSQ -
Реклама
-
Vladimir Pastukhov
Встречайте 6-й выпуск “Пастуховской кухни”. В основном, за исключением короткого эпизода в начале, он привязан к событиям в США. Это не планировалось, но “американский вулкан” все чаще напоминает о себе событиями, свидетельствующими о нарастающем гражданском расколе в обществе. Почва вибрирует, а из жерла все чаще выбрасываются в атмосферу прецеденты, которые со временем, распространившись по всей планете, будут медленно, но неуклонно менять ее политический климат. Везде становится жарко, не сгореть бы … https://youtu.be/w6FeXALnsyA -
Vladimir Pastukhov
В своем глубинном значении, если очистить суть проблемы от словесной шелухи, для России война с Западом (пока проявившая себя как колониальная война в Украине) не имеет никакого другого смысла, как сохранение власти над Россией у конкретной группы лиц (и их наследников), которые сами объясняют свое право на власть с помощью голословного утверждения, что без них Россия погибнет. Эта простая и незамысловатая цель, собственно, и зашифрована в главном кремлевском тезисе о суверенитете России. Что скрывается за словами Путина о том, что Россия должна защитить в этой войне свой суверенитет? После того, как усилиями трех предшествующих поколений в России был создан ракетно-ядерный щит, военное поражение России в глобальной войне и ее оккупация теоретически невозможны. Никакие манипуляции с противоракетной обороной не могут помешать России задействовать оружие возмездия и взорвать себя вместе со всей планетой. В этом смысле все разговоры о том, что приближение границ НАТО на несколько сотен километров к российским границам несет какую-то существенную дополнительную угрозу стратегической безопасности России, являются совершенно иррелевантными. То, что это может быть защитой от угроз со стороны России (как показала ситуация в Украине - отнюдь не вымышленных), – это другой вопрос. Но это не относится к теме стратегической безопасности самой России. Все разговоры именно о военной угрозе России со стороны Запада являются пиаром для нищих духом. Так в чем же дело? Единственная реальная угроза со стороны Запада состоит в том, что не только его прямое или косвенное вмешательство, но даже сам факт его существования в качестве примера альтернативной политической культуры является фактором, который может способствовать смене власти внутри России и приходу к ней других лиц, чем те, кто контролирует ее с начала нулевых (а фактически – с начала 90-х). Это возможно. Но это не вопрос безопасности России, а вопрос безопасности, точнее – благосостояния, этих лиц. То, что эти лица отождествили себя с Россией как «близнецы-братья» (точно по Маяковскому), говорит лишь об их высоком самомнении и ни о чем более. Стоит ли их мессианская фантазия войны? Вот в чем вопрос. -
Vladimir Pastukhov
Продолжаю отвечать на комментарии – я их действительно читаю. Ваня Брагин спрашивает, почему раньше я говорил о фашизме в России, а теперь изменил свое мнение и пишу о национал-большевизме? Коротко – потому что изменил (увеличил) “разрешение” используемых для объяснения происходящего в России инструментов. То, что в грубом приближении видится обыкновенным фашизмом, при более пристальном рассмотрении оказывается его “импортозамещением” – доморощенной и вполне себе оригинальной версией тоталитарной идеологии, пусть внешне и напоминающей фашизм (тут уже все, кому не лень, вспомнили признаки Умберто Эко), но имеющей другой генезис и другую природу. В публицистическом споре эту разницу можно игнорировать как нечто малосущественное. Но если цель – прогноз эволюции системы и приоритизация вероятных сценариев развития текущей ситуации, то именно несущественное становится определяющим. Как я уже писал, национал-большевизм – продукт распада русского большевизма (коммунизма). Если присмотреться к нему еще более внимательно, то в его развитии можно выделить три фазы: агрессивно-пассионарную (конец 20-х – середина 50-х годов XX века), стабильно умеренно-агрессивную (середина 50-х – конец 80-х годов XX века) и агрессивно-декадентскую (начало 90-х годов XX века – настоящее время). Политическими синонимами этих фаз выступают “большой террор”, “застой” и “русский мир”. Сталин, как и предсказывал Троцкий, поспособствовал перерождению большевизма в номенклатурный национализм. Его последователи тихо “затерли” национализм и оставили от большевизма один безликий номенклатурный идеологический фантом, над которым в конце эпохи смеялась вся страна. После краха СССР оказавшиеся чуть ли не в подполье адепты национал-большевизма выпарили из его «мертвого тела» экстракт национализма и стали с его помощью оживлять идеологические химеры прошлого. Национал-большевизм в философском смысле слова является той вышей формой развития большевизма, в которой он переходит в свое полное отрицание. Большевизм был модернизационной идеологией, устремленной в будущее. Декадентский большевизм наших дней – это реставрационная идеология, устремленная в прошлое. Большевизм был целостным и диалектическим, хоть и внутренне противоречивым мировоззрением. Упаднический национал-большевизм – сплошь дискретность и эклектика (коммунизм с православием, национализм с интернационализмом, уж с ежом). Главное, что нужно знать о современном русском национал-большевизме, – это то, что мы имеем дело с его упаднической формой. Это не восходящая, а нисходящая звезда, и поэтому закат не надо путать с рассветом, хотя и там, и там все озарено алым цветом крови.