РАДИО МИЛЬШТЕЙН. Страница 2

Если бы мне было так же нехуй делать, как Ивану Сергеевичу Тургеневу, то я взял бы эту историю и превратил её во вторую часть «Отцов и Детей». Но мне нехуй делать несколько иначе. На прошлых выходных я был в Европе — по делам, конечно же. Ездил замерять уровень деградации Западного мира. Сразу скажу, молодые люди, положение неутешительное: очереди за газом, очереди за светом, из семейных ценностей люди уважают только бабкину пенсию, короче, ситуация «извини, братан, тут уже не починить». Но это другая история — о недалёком конце Западной цивилизации я расскажу в своём пятидневном интервью Юрию Дудю. А эта история о двух англичанах — об отце и сыне. Нормальное вступление, да? Как будто сейчас будет легенда о Короле Артуре. В общем, эти два англичанина шли передо мной по улице одной европейской столицы, но вдруг резко остановились и начали смотреть в стену — такое с котами ещё бывает иногда. Так как я человек простой и всё привык делать, как англосаксы, я тоже остановился и посмотрел в стену — там был стикер с клевером, который поклеили любители футбола из Ирландии или Шотландии. Когда стадия отрицания сменилась стадией «бля, это чё за хуйня?!», англичане начали специальную семейную операцию по декельтификации поверхности — причём батя пытался отковырять наклейку с таким же энтузиазмом, что и сын. Причинив некоторый ущерб, джентльмены устроили трофейную фотосессию, но вскоре продолжили причинять ущерб. Если бы мне было так же нехуй делать, как этим англичанам, то я сходил бы на стройку за циркулярной пилой и помог им спилить наклейку вместе с куском стены. Но мне было нехуй делать несколько иначе. И тут я внезапно материализуюсь в банкетном зале на фоне бархатной гардины и говорю: так давайте же выпьем за то, чтобы у отцов и детей были только такие проблемы!

Пока хорошие русские в изгнании пытались собрать новогодний Лего Оливье, я был больным русским и радовался официальному освобождению от праздничной суеты. Но оливье не принял моей отставки и нашёл меня сам — на старый Новый Год, в ночном буфете на районе. Я заказал «американ тост» и внезапно получил хлебную конструкцию с варёной картошечкой, солёным огурчиком, морковкой, горошком, колбасой и мазиком внутри. Не знаю, что всё это значит, но тут, конечно, всё не так однозначно.

В Стамбуле возле каждого магазина с одеждами должны быть маленькие кладбища для интровертов, которые умерли от передозировки вниманием. Нельзя просто зайти и посмотреть товар в режиме инкогнито — продавец-консультант будет преследовать вас, как варан, который ждёт, пока его жертва скончается от увечий. Можно даже не пытаться уйти от этой вялой погони — рано или поздно на окраине зрения всё равно появится ваш конвойный. А в магазинах поменьше всех и так отлично видно, поэтому консультанты просто стоят в углу и сопровождают взглядом каждое ваше колебание в пространстве — чисто симулятор Тупака, максимальный All Eyez on Me. Эс как сервис.

Может показаться, что в этом году Господь отписался от нас, но нет — он всё равно приглядывает за нами со страницы цветочного магазина из Новосибирска. С наступающим!

Две недели назад я ездил на визовую пробежку — это как выйти и зайти нормально, только через государственную границу. В моем случае выйти из Черногории, зайти в Албанию, выйти из Албании, зайти в Черногорию. На выходе из Албании я получил мощное облучение балканским стилем — до сих пор начинаю внезапно пританцовывать на улице под уханье плюс-сайз трубы, которую слышу только я. Сначала КПП напоминал вторую кассу в «Дикси», то есть там просто никого не было. Потом в окне появился мужичок с сигаретой. Продолжая курить, он взял мой паспорт и начал листать туда-сюда — в это время сига в его руке переживала выгорание и была уже совсем не против обвалиться на мой биометрический лик. Я смотрел на тлеющий столб пепла и представлял, как буду жить после окурочного ранения загранпаспорта. Учитывая, что все консульства России в стране закрылись, а эвтаназия здесь запрещена, меня ждали бы страшные мучения. Поставив штамп, мужичок перекинул мои документы на стол черногорским пограничникам через дырку в стене. На той стороне тоже никого не было, но потом в кабинет зашла двухметровая славянская женщина — чисто Мать Сыра Земля. Дымная сигарета в её пальцах как бы намекала на второй акт фаер-шоу. О, а вот и труба! Слышите? Оп! Оп! Айде! Айде! Оп! Оп! Оп! Оп!

НАТО расширяется на восток, Россия расширяется на запад, а моё личное пространство худеет как на амфетамине. Ещё пару месяцев частичной эмиграции, и я смогу спокойно читать, даже если у меня на спине будет ебаться семья пакистанцев. Ебаться и разговаривать с родственниками по телемосту.

Заходя в пивное подземелье, на влажную танцплощадку или просто в люди, я обычно сразу чувствую, кто здесь тот самый тип, у которого сегодня ночью будет особый исторический путь. То есть поверить в себя, развыёбываться, а потом получить по спине газетой и быть нахуй изгнанным в снежную тьму, ожидать открытия метро в приятной компании. И при этом я всё же как-то не заметил, что мы все живём внутри такого типа.

Парни, обнаружена ещё одна доступная безвизовая страна.

В последнее время захожу в этот ваш интернет и чувствую себя как на прогулке по набережной Шарм-Эль-Шейха, где местные торговцы хуйнёй хватают меня за руки и пытаются продать магнит со Сфинксом. Только здесь продают всякие правильные идеи. … брат, Русский Мир, брат!.. Европейские ценности, брат!.. Пусси пауер, брат!.. 5 правил экологичного общения, брат!.. Скрепы, брат!.. Бодипозитив, брат!.. За наших пацанов, брат!.. За наших небинарных квир-персон, брат!.. Брат 2, брат!.. Эй, брат, ты куда, стой, брат!.. Да отъебитесь вы, блядь, я просто иду к морю.

Я понял. Люди, которые пишут «в крации», на самом деле не безграмотные ублюдки. Они просто ссылаются на труды известного римского философа Августа Крация. Им одним, блядь, известного.

Если бы я был диктатором, я завел бы личного комиссара по делам разнашивания мартинсов. Он забирал бы мои революционно настроенные туфли и носил бы до тех пор, пока они не станут абсолютно лояльными. А особо скрипучие башмачки доставались бы моим политическим оппонентам — три года мартинсов строгого режима этому джентльмену! Если вдруг я стану диктатором, свергните меня, пожалуйста.

Когда-то я имел премиум-подписку на Америку и был в Нью-Йорке частым гостем. Местные латиносы даже подтянули меня в свою команду по суете в сфере брейкданса. Крутился на жопе я тогда не очень виртуозно, но компенсировал по экзотической линии: всё-таки настоящий рашн — не с Брайтон Бич, а фром Раша. И вот в один из визитов мой коллега предложил совершить ночное турне по барам района Bed-Stuy — это местность в глубинном Бруклине, откуда вышел заслуженный поэт-песенник Ноториус Би Ай Джи. Принято, согласовано. Первым стал бар «Касабланка». Несмотря на вечер пятницы, публика там была редкая — только бармен за стойкой и джентльмен, чисто рама-два-Нотр-Дама. Из белых лиц только мое. Когда мы сели к людям, джентльмен рассказывал бармену свежую историю из папки «это моя вечеринка», в деталях раскрывая тему роскошных женщин и не менее роскошного колумбийского кокаина. Фотографии кокоса шли в комплекте — его было реально много, как будто перед мероприятием закупались в Метро. Вдруг джентльмен заметил меня: - О, чувак, а ты откуда? - Из Москвы. - Да ну нахуй?! Серьезно? Из России?! Ваш президент, Владимир Путин, реально жесткий тип. Ты видел, как он ходит? Ахаха Нет, ты видел? Дальше мой новый друг решил исполнить Путина для всех присутствующих. - Одна рука у него в кармане, вот так. Вторая чисто на расслабленном. И вот он идет, идет, как на разборку. Реальный гангстер! Ахаха После этого он обнял меня за плечо как брата, которого нашел через телепередачу «Жди Меня». Раньше это была смешная история, а сейчас уже не очень смешная.

Слово «душнила» вам о чём-нибудь говорит? Если нет, посмотрите в Большой Советской Энциклопедии, я подожду. Есть у меня подозрение, что монополия на поставку страданий миру принадлежит именно душнилам. Вот этим людям с инвалидностью по юмору, которые относятся ко всему очень серьёзно и потому не знают стоп-слов в своих добрых делах. Самых выдающихся душнил причисляют к лику мемов еще при жизни, правда, к этому моменту кровавая баня уже обычно натоплена и никому особо не смешно. Весёлые джентльмены тоже могут набить вам жопу на выходе из кафешантана, но исключительно от нехуй делать, а не как врагу народа. Разницу видно без очков, согласитесь. И все-таки не стоит забывать, по какому адресу живет главный душнила: главный душнила живет в зеркале. Иногда он, конечно, дремлет под транквилизаторами, но чаще рвется к власти — например, сейчас, когда на улице неспокойно. Вот здесь и начинается линия бесконечного фронта, господа офицеры и офицерки.

Сверим часы. На моих — 2017 год. Я на пять лет беззаботнее, и вы тоже. В России диктатура лета. Тем летом я и мой братишка собрались навестить Санкт-Петербург, но решили никого об этом не предупреждать — ни сам Петербург, ни поезд, который должен был нас туда доставить. Мы планировали взять билеты на вокзале прямо перед отправлением — в ночь с пятницы на субботу. И мы бы справились с задачей, если бы не творческое наследие Ильи Лагутенко. Всё сломалось в баре «Маяк», куда нас прибило волной кутежа по случаю дня рождения моей коллеги. К приходу нашей делегации вечеринка уже вошла во влажную фазу: покрытые алкогольной испариной люди сокращались на танцполе под золотые хиты двухтысячных с грацией человечков из Sims. А еще в баре «Маяк» почему-то было светло, как в гостях. Илья Лагутенко вступил в игру, когда мы уже начали прощаться и отступать в сторону вокзала. Диджей включил ууууутееееекааай, и большинством голосов было решено, что поезд может подождать: ведь мы нужны этим людям здесь, на танцплощадке. Я уже когда-то опаздывал на поезд — из-за того, что долго подворачивал джинсы — но урок так и не усвоил. Загружаясь в такси, мы увидели, как из дверей соседнего заведения выпал мужичок. За ним появился другой мужичок в компании нарядной дамы — она кричала «Валера! Хватит, не надо! Валера!», но как будто не очень торопилась останавливать этот тестостероновый бурлеск. Валера без суеты залез в багажник своего джипа и достал оттуда наказание. - Ебать, чувак, это ружье… — сказал мой братишка. Но оказалось, что это всего лишь бейсбольная бита. Досмотреть уже не успели. На Курский Вокзал мы приехали минут за 15 до отправления, а очередь в кассу была такая же, как в «Ароматном Мире» перед закрытием. Постояв немного в народе, мы разработали антикризисный план — пойти на платформу и там инвестировать в нагрудный кармашек проводника. Утренняя пробежка по гнилым внутренностям Курского Вокзала привела нас на самый дальний путь. Когда мы были уже на лестнице, из перехода вдруг спросили: - Do you speak English? Догнав свой вопрос, из ссаного полумрака вышел африканский джентльмен в костюме. Увидев кожаные вставки на локтях его пиджака, я понял — это приличный человек. - Йес, кен ай хелп ю? Оказалось, что у него сел телефон, где сохранен электронный билет, и теперь его не сажают на поезд. Времени уже почти не оставалось, но разве можно было пройти мимо — что бы сказали Снуп Дог и Доктор Дре, на чьих песнях мы выросли? Пошли разбираться. У дверей вагона стоял мужик в форме РЖД — конармейская посадка его фуражки, золотой зуб и красная шея намекали, что поезд идет с юга России. - Утро доброе. Может, все-таки возьмете человечка на борт? - А у него билета нет. - Билет на телефоне, а телефон сел. Гляньте в списке по паспорту. - Его нет в списке. - Как это нет? Должен быть, давайте вместе посмотрим. Походу, проводник хотел устроить в своем вагоне реставрацию апартеида, но вдруг почувствовал, что история идет не в то горло, и резко стал любезным. - Да, конечно. Сейчас принесут обновленные списки. Пока бумаги извлекали из недр плацкарта, мы смотрели в паспорт нашего случайного друга — там сообщалось, что он гражданин Нигерии и что имя ему Игве Джонсон. Подъехали списки, и начались поисковые работы. Найти Игве Джонсона в толпе Николаевых и Кузнецовых было не так уж просто — на бумаге, как и в крематории, люди выглядят одинаково. В итоге наш пассажир все-таки нашелся — в особом списке для иностранцев. Проводник сверил паспортные данные и зафиксировал убыток. В последнюю секунду мы втолкнули благодарного Игве Джонсона в поезд, а сами остались на платформе — смотреть на жопу уходящего состава. Где ты теперь, Игве Джонсон? Где застала тебя буря?

Собирая очередной урожай кошачьей шерсти со своих черных одежд, я подумал — а почему фэшн-индустрия игнорирует потенциал кошачьей шерсти как аксессуара? Очень зря. Во-первых, всем сразу ясно, что у вас есть кот, а это стиль само по себе. Во-вторых, кошачья шерсть сообщает образу буржуазную небрежность светского человека — в чем восстал из мертвых, в том и приехал в «Доктор Живаго», вообще похуй. Одни плюсы. Уже слышу эти разговоры в бутиках Галереи Лафайет. Простите у вас есть волос персидской кошки? К сожалению, осталась только шотландская вислоухая, желаете? Правда, россиян там сейчас не особо обслуживают, так что будем поддерживать продукцию отечественного кота. Но тут нет проблем — кот у нас мирового класса.

Отодвигаю от себя печатную машинку модели Royal Quiet Deluxe и говорю — что-то заебался я работать, пускай канал поработает чуть-чуть. А потом беру вас под руку и рассказываю, как поддержать мой салон с текстовым брэйк-дансом и меня лично. Вы же слушаете до конца, потому что стелю я красиво. Итак, опции следующие: 💸 Просто взять и кинуть мне бабок на карту вместе с мотивирующим сообщением на 40 символов. Ну или сколько там ваш банк разрешает. Например, «деньги есть не что иное, как брызги, брат» или «вашими текстами можно подпереть небосвод ебать». Если не хотите писать сообщение, ну не пишите, что я могу сделать. В Америке это называют «донэйшан», в России — «милостыня», я же называю это «я че, блядь, нанимался всех тут бесплатно развлекать». Вас вроде немного, но это оптическая иллюзия — если хотя бы половина скинется по сотке, уже можно подумать об уютном домике в Афганистане с видом на маковые поля. Цифры: 5469 3800 2961 9235 — Филипп Михайлович. 🦄 Приобрести мерч имени канала и ходить по улицам так, как будто бы вообще все похуй. И не важно, что за улица лежит у ваших ног — Бродвей или Проезд Соломенной Сторожки. Фотографии товара закину в комментарии под этим постом. Технические характеристики. Материал — 100% хлопок мейд ин Узбекистан, лучшие люди Самарканда в таком ходили еще в эпоху Арабского Халифата. Буквы — бархат с плотностью шика 120 банкетных залов на сантиметр квадратный. Никогда не сотрется — все умрут, он останется. Носить с кайфом, стирать при низких температурах. Оформить заказик можно у меня в кабинете. Да заходите без стука, что уж. 💷 Встретить меня на улице и настойчиво запихнуть мне в нагрудный карман пять персиковых косарей со словами — да возьми, возьми, не скромничай! Через денек я удалю это сообщение, и мы будем жить дальше, как будто этого разговора не было.

Когда мне нехуй делать, то есть почти каждый день после 17 часов по московскому времени, я закладываю руки за спину и иду в город — смотреть, что там у людей. Особо элитные сцены я записываю в блокнотик с дикими лошадями на обложке и отношу в редакцию журнала «Эффект Папочки» — там из них делают анекдоты и печатают на странице, которая идет после ответов на кроссворды. Вот, например, разговор столичных штучек на светофоре. - Юля, ты стайловая? - Я столовая. И это правильный ответ.

Солнце смотрит на город не моргая и воздух стоит, как Третье Кольцо в пятницу вечером. Что должен делать человек в такую погоду? В такую погоду человек должен сидеть под вентилятором у дверей старого особняка в колониальном стиле, пить ром из бокала олд-фэшн и слушать влажный афро-кубинский джаз, пока в очках отражается закат над Старой Гаваной. Все. Больше нихуя.