История классицизма в пяти скульптурах, строительство «высотки номер один», расцвет и упадок «города невест» Иваново и мемуары циркового силача. Борис Куприянов — о четырех интересных книгах последнего времени, которые могли пройти мимо вас.
Мальчик-циркач, который спал в спичечном коробке, зарисовки со странными персонажами, история русского национализма и еще одна книга о мальчике-циркаче, только совсем уж абсурдная: встречайте очередной выпуск рубрики «„Горький” в „Лабиринте”». Сегодня речь пойдет о книгах Эриха Кестнера, Веры Инбер, Андрея Тесли и Антона Сои.
Дружба-вражда Хемингуэя и Фицджеральда давно стала притчей во языцех. Юные читатели до сих пор следят за сложными отношениями между Хэмом и Фицем, будто они не признанные классики, а живущие и здравствующие звезды корейской поп-музыки. Биограф Скотт Дональдсон решил расставить все точки над «i» в этой битве, а Ольга Половинкина рассказывает, насколько ему это удалось.
«На свой манер Хемингуэй платил Фицджеральду той же монетой, на протяжении нескольких лет неустанно побуждая его бросить пить, перестать писать рассказы ради денег и завершить наконец роман, который со временем стал называться «Ночь нежна». Перкинсу он писал: Фицджеральда останавливает внушенная критикой мысль, что следующий его роман может быть только шедевром».
История девушки, которая решила заснуть на 15 месяцев, средневековые страсти в современной Англии и оптимистичная политическая сатира на тему Брекзита: Лиза Биргер специально для «Горького» рассказывает про новинки переводной прозы. Сегодня в обзоре — тексты Отессы Мошфег, Фионы Мозли и Джонатана Коу.
«В 2016 году Отесса Мошфег привлекла к себе мировое внимание, когда ее роман „Эйлин“ попал в шорт-лист Букеровской премии и выиграл премию фонда Хемингуэя. Сама она здорово подлила масла в огонь своего успеха, когда заявила, что писала книгу, пользуясь пособием по написанию бестселлеров „Роман за 90 дней“, чтобы она напоминала людям „фигню, которую они привыкли читать“, — а то ее первую книгу, повесть „МакГлю“ о пьяном моряке, заблудившемся в дебрях памяти, читать никто не хотел».
19 февраля 2008 года скончался поэт и музыкант Егор Летов. В его песнях можно найти немало отсылок к различным произведениям и цитат из них, а также имен литературных героев и самих писателей. Но не менее интересны неочевидные переклички между летовским творчеством и русской классикой: «Горький» выбрал 10 примеров такого рода и прокомментировал их.
«…когда я делаю песни, мне совершенно наплевать, я это пишу или не я. Я могу цитировать кого угодно, могу не цитировать. У меня весь материал такой, как пластилин — море словесного, культурного пластилина».
Роман о самом диком месте на Диком Западе, в котором второстепенный персонаж настолько силен, что стал главным героем: специально для «Горького» Алексей Поляринов рассказывает о романе Кормака Маккарти «Кровавый меридиан».
«Использовать чужие мемуары или биографию в качестве топлива для собственного текста — прием, в общем, давно проверенный. Шекспир почти все свои пьесы написал именно так. Цезаря взял у Плутарха, Гамлета — у Саксона Грамматика. Вот и Маккарти откопал в архивах хвастливые мемуары Чемберлейна и сконструировал на их основе свою собственную историю».
Английский поэт Филип Ларкин прожил жизнь скромного библиотекаря и музыкального критика. Но в истории литературы он остался как автор откровенной лирики, одновременно интимной, тихой и предельно насыщенной смелыми образами (а подчас не менее смелой лексикой). «Горький» публикует большое эссе Артема Космарского, посвященное яркому обновителю английской поэзии ХХ века.
Искусствовед Николай Пунин сыграл огромную роль в истории русского авангарда, он вытащил на верхушку художественного Олимпа Малевича с Кандинским, а своими текстами во многом определил, что и как мы думаем об искусстве того времени. При этом о самом Пунине сегодня мало кто помнит, а его важнейший текст, воспоминания, были опубликованы целиком лишь в конце прошлого года. Рассказываем, как так вышло и что следует знать об этом неординарном человеке.
Владимир Сорокин не доволен, поэтесса подсела на серфинг, а писательские курсы опасны: эти и другие новости литературного интернета читайте в постоянной рубрике Льва Оборина.
«Преподаватели creative writing навязывают студентам собственные вкусы, а студенты в результате ищут одобрения мэтров, боятся воображаемых критиков и подделываются под вкусы литературных премий и прочих институций — в общем, учатся не творческому письму, а творческому держанию носа по ветру».
За свою дебютную книгу «Толкователь болезней» Джумпа Лахири получила Пулитцеровскую премию. Теперь этот сборник рассказов выходит на русском языке в издательстве «Аркадия», а «Горький» совместно с «Лабиринтом» публикуют его фрагмент.
«Господин Капаси знал, что жена не одобряла его новое занятие: оно напоминало ей о потерянном сыне, и она не могла смириться с тем, что в меру своих скромных возможностей супруг помогал спасти другие жизни. Если она и упоминала о его новой работе, то называла его медбратом, словно процесс перевода равноценен измерению температуры или выносу судна. Она никогда не расспрашивала мужа о пациентах и никогда не предполагала, что на нем лежит огромная ответственность».
Ледовый триллер, новая книга Алексея Сальникова, манифест читателя, шедевральный разбор шедевра, житие Иоанна Златоуста, религия как продукт истории и программный романтический роман: читайте об этом в свежем выпуске нашей постоянной рубрики «Книги недели».
Мы публикуем вторую часть статьи Ильи Виницкого о приключениях Пушкина в 1934 году. В первой части шла речь о том, как Максим Горький и Демьян Бедный боролись с кафе «Пушкин», а теперь читайте про котенка по имени Пушкин.
«В самом конце того же 1934 года, когда Горький и Ко защитили достоинство национального поэта СССР от буржуазной пошлости, но кафе на центральной площади Москвы лишилось своего имени, в лос-анджелесских газетах было помещено объявление известной голливудской англо-германской актрисы и певицы Лилиан Харви (Lilian Harvey, 1906–1968) о том, что у нее пропал белый котенок персидской породы по имени Pushkin с голубым и карим глазами».
Андрей Рубанов специализируется в первую очередь на реалистичной прозе, но в этот раз он написал книгу в жанре славянского фэнтези. «Горький» публикует фрагмент книги «Финист — ясный сокол», которая в ближайшее время должна выйти в «Редакции Елены Шубиной».
«В кромешной темноте, во дворе кузнецова хозяйства, я совсем не увидел растянутой сети, как ни приглядывался; птицеловы туго знали свое дело. Но мои чувства были обострены, я понимал: сеть — вот она, над моей головой, готова, звенит от напряжения, как и я сам. Некоторое время я стоял, оглядываясь и не понимая, что делать. Все вокруг безмолвно замерло в грозовом предощущении, и я стал мечтать, что вот разразится буря, с молниями, с ветром, сшибающим с ног, — и не прилетит оборотень, побоится, отменит визит, и ничего не будет: ни охоты, ни драки, ни крови».
Несмотря на недолгую жизнь, конструктивизм смог стать одним из самых мощных направлений в архитектуре ХХ века, после чего был сметен соцреализмом 1930-х. Издатель «Горького» Борис Куприянов рассказывает о двух книжных новинках, которые помогут читателю разобраться в идеях лучших советских архитекторов того времени и понять, как шел процесс их уничтожения «большим стилем» Сталина.
«Архитектор не может позволить себе роскоши работать „в стол“, как писатель или композитор, или „для вечности“, как художник. Ему приходится подстраиваться, идти на компромиссы со своим вкусом, миропониманием, гражданской позицией. Результатом труда должно быть изменение пространства. Жанр „бумажной“ архитектуры рождается от отчаяния и невозможности реализоваться».
В далеком 1985 году американское издательство Ardis выпустило книгу Владимира Паперного «Культура Два». Работа, первоначально писавшаяся как диссертация, разрослась до масштабного новаторского исследования советской вселенной в момент перехода от авангардистской утопии к сталинскому тоталитаризму. Эдуард Лукоянов встретился с автором этого по-прежнему актуального труда и поговорил о его любимых книгах, Культуре Два в современной России и стене, которую вот-вот построит Трамп.
«У Ремарка есть сцена, в которой Пэт умирает, главный герой сидит рядом с ней, и она говорит: „Твои часы так грохочут. Убери их“. И дальше там фраза: „Я швырнул часы об стену“. Другая знакомая вспоминала, как она сидела с молодым человеком и хотела проверить степень его любви. Он ее обнимал, и на его руке были часы. Она ему провокационно сказала: „Твои часы так грохочут“. Это все происходило в Доме на набережной, а молодой человек был сыном какого-то советского вельможи, у него были очень дорогие швейцарские часы. И он швырнул их об стену. Такая вот сила искусства и любви».
Роман о проблемах людей без родины, прогулки по сельскому кладбищу, неудачная попытка всё забыть и беллетризированные воспоминания о войне: встречайте очередной выпуск рубрики «„Горький” в „Лабиринте”». Сегодня речь пойдет о книгах Джумпы Лахири, Олега Хлебникова, Жозе Эдуарду Агуалузы и Иды Финк.
Его приговорил к смерти Пугачев, он не признавал авторитетов, зарабатывал на жизнь карточными играми, проводил эксперименты над собой и стал одним из богатейших литераторов своего времени. 14 февраля 1769 года родился баснописец Крылов. По просьбе «Горького» об Иване Андреевиче рассказывает культуролог и экскурсовод Анна Север.
«После неудачи с типографией у Крылова настал период „темных лет“. Деньги он добывал в основном профессиональной игрой в карты. В карты играл Крылов отлично и часто бывал в большом выигрыше. Вяземский написал о нем „Играл он в карты, вероятно, также по хозяйственным расчетам ума“».