Φ ι λ ο σ ο φ ί α. Страница 15

​​Излагать истину некоторым людям — это всё равно, что направить луч света в совиное гнездо. Свет только попортит совам глаза, и они поднимут крик. Если бы люди были невежественны только потому, что ничему не учились, то их, пожалуй, ещё можно было бы просветить; но нет, в их ослеплении есть система… Можно образумить человека, который заблуждается невольно, но с какой стороны атаковать того, кто стоит на страже против здравого смысла?

«Прогулка скептика, или Аллеи»

​​Достоинство рода человеческого важнее, чем его счастье, и ещё важнее, чем его прирост: увеличивать число рождений, не улучшая участи, — только готовить более пышное пиршество для смерти.

​​Основная разница между литературой и жизнью состоит в том, что в книгах процент самобытных людей очень высок, а тривиальных — низок. В жизни же всё наоборот.

​​Чтобы узнать, что должно случиться, достаточно проследить то, что было. Это происходит от того, что все человеческие дела делаются людьми, которые имели и всегда будут иметь одни и те же страсти и поэтому неизбежно будут должны давать одни и те же результаты.

​​Толпа никогда не стремилась к правде, она отворачивается от очевидности, не нравящейся ей, и предпочитает поклоняться заблуждению, если только заблуждение это льстит ей. Кто умеет вводить толпу в заблуждение, тот легко становится её повелителем, кто же стремится образумить её, тот всегда бывает её жертвой.

«Психология народов и масс»

​​Не знаю, чем я кажусь миру, но себя я вижу не более чем мальчиком, который играет на морском берегу, развлекаясь тем, что время от времени подбирает камешек поглаже, раковину покрасивее, в то время как великий океан Истины неизведанным лежит передо мной.

​​Пожалуй, ничто так сильно не отличает современные массы от масс предыдущих веков, как утрата веры в Судный день: худшие утратили страх, а лучшие — надежду.

«Истоки тоталитаризма»

​​Всякий раз, когда человек уступает своему тщеславию, всякий раз, когда человек думает и живёт, чтобы «казаться», он совершает предательство. Желание «казаться» — это большое несчастье, которое всегда принижало меня перед лицом истины.

Записные книжки, 15 сентября 1937 г.

​​Чтобы оправдаться в собственных глазах, мы нередко убеждаем себя, что не в силах достичь цели: на самом же деле мы не бессильны, а безвольны.

«Максимы»

​​Происходящее в бессознательном зачастую не только сопровождает процесс сознания, но зачастую даже направляет, поддерживает и приостанавливает его. Душевная жизнь была у ребёнка ещё до того, как он имел сознание. Даже взрослый человек ещё говорит и делает вещи, о которых он, по-видимому, только впоследствии узнаёт, - если это вообще когда-либо происходит - что они означают. И всё же он говорит о вещах и поступает так, как если б он это делал осознанно. Наши сновидения постоянно нам рассказывают о таких вещах, которые находятся вне предела нашего сознательного воззрения (почему из так хорошо использовать в терапии неврозов). Наши предчувствия и ощущения происходят из неизвестных источников. Страхи, причуды, намерения, надежды охватывают нас без видимой причинности. Этот конкретный опыт образует основу того чувства, будто мы недостаточно известны самим себе, а вместе с тем - и мучительное подозрение, будто переживание самого себя было полной неожиданностью.

«Психология архетипа ребенка»

​​Всё человек теряет с летами: юность, красоту, здоровье, порывы честолюбия — и только одна глупость никогда не покидает людей.

​​Аристократия, как управление и господство лучших, как требование качественного подбора, остаётся на веки веков высшим принципом общественной жизни, единственной достойной человека утопией. И все ваши демократические крики, которыми вы оглашаете площади и базары, не вытравят из благородного человеческого сердца мечты о господстве и управлении лучших, избранных, не заглушат этого из глубины идущего призыва, чтобы лучшие и избранные явились, чтобы аристократия вступила в свои вечные права.

«Философия неравенства»

​​Каждый выбирает себе приглянувшийся сегмент мира и создаёт свой частный мирок, часто наглухо отгороженный от остальных, так что через какое-то время его создателю начинает казаться, будто он постиг смысл и структуру целого.

«Структура души»

​​На географических картах пятнадцатого века в углу изображали большое безымённое пространство, на котором были начертаны три слова: «Hiс sunt leones» (здесь обитают львы — лат.). Такие же неисследованные области есть и в душе человека. Где-то внутри нас волнуются и бурлят страсти, и об этом тёмном уголке нашей души можно так же сказать: «Hiс sunt leones».

«Человек, который смеётся»

​​Я с детства знал, что газеты могут лгать, но только в Испании увидел, что они могут полностью фальсифицировать действительность. Я лично участвовал в «сражениях», в которых не было ни одного выстрела и о которых писали, как о героических кровопролитных битвах, и я был в настоящих боях, о которых пресса не сказала ни слова, словно их не было. Я видел бесстрашных солдат, ославленных газетами трусами и предателями, и трусов и предателей, воспетых ими, как герои. Я увидел, как газеты строят на этой лжи мировоззренческие системы.

«Вспоминая войну в Испании»

Горе наступившее легче, нежели ожидаемое: нагрянувшему горю есть конец, страх же перед грядущим горем не знает границ.

Фридрих Шиллер

​​Счастье, — рассуждал Остап, — всегда приходит в последнюю минуту. Если вам у Смоленского рынка нужно сесть в трамвай номер 4, а там, кроме четвертого, проходят еще пятый, семнадцатый, пятнадцатый, тридцатый, тридцать первый, Б, Г и две автобусных линии, то уж будьте уверены, что сначала пройдет Г, потом два пятнадцатых подряд, что вообще противоестественно, затем семнадцатый, тридцатый, много Б, снова Г, тридцать первый, пятый, снова семнадцатый и снова Б.

И вот, когда вам начнет казаться, что четвертого номера уже не существует в природе, он медленно придет со стороны Брянского вокзала, увешанный людьми. Но пробраться в вагон для умелого трамвайного пассажира совсем не трудно. Нужно только, чтоб трамвай пришел. Если же вам нужно сесть в пятнадцатый номер, то не сомневайтесь: сначала пройдет множество вагонов всех прочих номеров, проклятый четвертый пройдет восемь раз подряд, а пятнадцатый, который еще так недавно ходил через каждые пять минут, станет появляться не чаще одного раза в сутки. Нужно лишь терпение, и вы дождетесь.

«Двенадцать стульев»

​​Невозможно сделать что-то для одного человека (но сделать всерьёз), не ранив при этом другого. А если мы не можем решиться ранить людей, мы остаемся навеки бесплодными. В конечном счёте любить одного человека — значит убивать всех остальных.

Записные книжки, сентябрь 1948 г.