Φ ι λ ο σ ο φ ί α. Страница 11
1936
@pphilosophy
Квинтэссенция человеческой мысли
-
Φ ι λ ο σ ο φ ί α
Глубокая река не возмутится от того, что в неё бросить камень. Так же и человек: если он возмутился оскорблениями, он подобен не реке, а луже. 
-
Φ ι λ ο σ ο φ ί α
-
Φ ι λ ο σ ο φ ί α
Тот, кто принимает в расчёт собеседника, уже не может выразить точно свою мысль; высказываясь, он приноравливается к понятиям собеседника; он изменяет самому себе, пользуясь языком, который ему в какой-то мере чужд. 
-
Реклама
-
Φ ι λ ο σ ο φ ί α
Многие думают: чтобы быть услышанными, надо выступать хором. Ясно, что это не так. Только одинокие голоса мы слышим. Только солисты внушают доверие.
«Соло на ундервуде»
-
Φ ι λ ο σ ο φ ί α
Ну, смотрите. Вот, допустим, ожиревшая женщина решает никогда больше не есть сладкого, а через час проглатывает коробку шоколада — и всё это она сама решила! Просто передумала. Осуществила свободу воли. На самом деле какие-то реле переключились, зашёл в голову другой посетитель и всё. А эта ваша «личность», как японский император, всё утвердила, потому что не утверди она происходящее один раз и выяснится, что она вообще ничего не решает. Поэтому у нас полстраны с утра бросает пить, а в обед уже стоит за пивом — и никто не мучается раздвоением личности, просто у всех такая богатая внутренняя жизнь. Вот и вся свобода воли.
«t»
-
Φ ι λ ο σ ο φ ί α
Тот, кто работает руками, — рабочий. Тот, кто работает руками и головой, — мастер. Тот, кто работает руками, головой и сердцем, — художник. 
-
Φ ι λ ο σ ο φ ί α
О, как нам нужны беспрестанные щелчки, и этот оскорбительный тон, и эти едкие, пронимающие насквозь насмешки! На дне души нашей столько таится всякого мелкого, ничтожного самолюбия, щекотливого, скверного честолюбия, что нас ежеминутно следует колоть, поражать, бить всеми возможными орудиями, и мы должны благодарить ежеминутно нас поражающую руку.
«Четыре письма к разным лицам по поводу "Мёртвых душ"»
-
Φ ι λ ο σ ο φ ί α
Вы спрашиваете, хорошие ли у вас стихи. Вы спрашиваете меня. До меня вы спрашивали других. Вы посылаете их в журналы. Вы сравниваете их с другими стихами и тревожитесь, когда та или иная редакция ваши попытки отклоняет. Итак (раз вы разрешили мне вам посоветовать), я попрошу вас всё это оставить. Вы смoтрите вовне, а это первое, чего вы сейчас не должны делать. Никто не может вам посоветовать и помочь никто. Есть только одно-единственное средство. Уйдите в себя. Испытуйте причину, заставляющую вас писать; проверьте, простираются ли её корни до самой глубины вашего сердца, признайтесь себе, действительно ли вы бы умерли, если бы вам запретили писать. Это — прежде всего: спросите себя в тишайший час вашей ночи: должен ли я писать? Доройтесь в себе до глубокого ответа. И если бы этот ответ был да, если бы вам дано было простым и сильным «должен» ответить на этот насущный вопрос — тогда стройте свою жизнь по этой необходимости; вся ваша жизнь, вплоть до самого безразличного и скудного её часа, должна стать знаком и свидетельством этому «должен».
Произведение искусства хорошо тогда, когда вызвано необходимостью. Посему, многоуважаемый N., я бы ничего не посоветовал вам, кроме: уйти в себя и испытать глубины, питающие вашу жизнь: у истоков её вы найдете ответ на вопрос, должны ли вы писать. Примите его как прозвучит, вне толкования. Может быть, окажется, что вы призваны быть поэтом. Тогда примите свою судьбу и несите её, тяжесть её и величие, никогда не озираясь на награду, могущую придти извне. Ибо творящий должен быть для себя целым миром и всё находить в себе и в природе, с которой он воссоединился.
«Письма к молодому поэту»
-
Φ ι λ ο σ ο φ ί α
Если ты направился к цели и станешь дорогою останавливаться, чтобы швырять камнями во всякую лающую на тебя собаку, то никогда не дойдёшь до цели.
«Дневник писателя»
-
Φ ι λ ο σ ο φ ί α
1858 год, 15 сентября. Я страшно постарел, устал жить в это лето. Часто с ужасом случается мне спрашивать себя: что я люблю? Ничего. Положительно ничего. Такое положенье бедно. Нет возможности жизненного счастья...
19 сентября. Решил, что надо любить и трудиться, и всё.
20 сентября. Устал. Не любил и не трудился.
«Дневники»
-
Φ ι λ ο σ ο φ ί α
В минуту, когда к нашему поведению кто-то приглядывается, мы волей-неволей приспосабливаемся к наблюдающим за нами глазам и уже всё, что бы мы ни делали, перестаёт быть правдой. Иметь зрителей, думать о зрителях — значит жить во лжи.
«Невыносимая лёгкость бытия»
-
Φ ι λ ο σ ο φ ί α
Когда мы осмыслим свою роль на земле, пусть самую скромную и незаметную, тогда лишь мы будем счастливы. Тогда лишь мы сможем жить и умирать спокойно, ибо то, что даёт смысл жизни, даёт смысл и смерти.
«Планета людей»
-
Φ ι λ ο σ ο φ ί α
Случается так, что дружба или любовь с самого начала берут слишком высокую ноту. Это плохой признак. Счастье только там, где естественность.
«Искусство беседы»
-
Φ ι λ ο σ ο φ ί α
Когда я был студентом, произошла одна история, впечатлившая меня на всю жизнь. На моем факультете был пожилой профессор, который был страстным приверженцем одной теории уже много лет. И как-то раз нас посетил один американский исследователь, который целиком и полностью опроверг гипотезу пожилого профессора. Старик шагнул вперёд, пожал его руку и сказал: «Мой дорогой друг, я хочу поблагодарить вас. Я ошибался все эти 15 лет». Все присутствовавшие аплодировали. Таковы идеалы науки, человек который многое вложил, практически всю свою жизнь, в теорию, праздновал тот факт, что ему показали его неправоту, потому что истина в науке продвинулась дальше.
«Бог как иллюзия»
-
Φ ι λ ο σ ο φ ί α
Хемингуэй лежит в саду в гамаке. Сосед проходит и спрашивает его: «Отдыхаешь?» — «Нет, работаю». Вечером сосед возвращается, а Хемингуэй лопатой перекапывает приствольный круг яблони. Сосед спрашивает: «Работаешь?» — «Нет, отдыхаю». 
-
Реклама
-
Φ ι λ ο σ ο φ ί α
Специфика нашего времени не в том, что посредственность полагает себя незаурядной, а в том, что утверждает своё право на пошлость или, другими словами, утверждает пошлость как право.
«Восстание масс»
-
Φ ι λ ο σ ο φ ί α
Теряешь самомнение, когда видишь вокруг себя заслуженных людей; одиночество вселяет высокомерие. Молодые люди высокомерны, потому что они окружены себе подобными, которые все не представляют из себя ничего, но хотели бы иметь большое значение.
«Человеческое, слишком человеческое»
-
Φ ι λ ο σ ο φ ί α
Не занятый делом человек никогда не может насладиться полным счастьем, на лице бездельника вы всегда найдете отпечаток недовольства и апатии. 