Во вступлении, предваряющем список, особо отмечается репрезентативность: For the 2019 Festival, 112 feature-length films have been selected, representing 33 countries and 45 first-time filmmakers. 53% of the directors in this year’s U.S. Dramatic Competition are women; 41% are people of color; 18% identify as LGBTQIA+. 44% of the directors in this year’s U.S. Documentary Competition are women; 22% are people of color; 5% identify as LGBTQIA+. Of the 61 directors in all four competition categories, comprising 56 films, 42% are women, 39% are people of color, and 23% identify as LGBTQIA. 24 films announced today were supported by Sundance Institute in development, whether through direct granting or residency Labs. 102 of the Festival’s feature films, or 91% of the lineup announced today, will be world premieres.
Directed by BRADY CORBET VOX LUX begins in 1999 when teenage sisters Celeste (Raffey Cassidy) and Eleanor (Stacy Martin) survive a seismic, violent tragedy. ...
Завтра в наш прокат выходят «Братья Систерс» Жака Одиара. Если вы не большой поклонник вестернов, но любите Хоакина Феникса, и в итоге сомневаетесь, идти ли в кино — почитайте интервью с режиссером (и приходите): https://www.kinopoisk.ru/article/3293076/
— Феникс же еще величайший перфекционист.
— Как вы сказали? Ой, а мне послышалось «неперфекционист». Это гениально! Если вы скажете это Хоакину, он будет доволен. Ведь на самом деле Феникс — гениальный неперфекционист. Он гениально играет недостатки. Никогда не знаешь, что он сделает. Он сам не хочет знать и не хочет повторять себя. И что мне очень нравилось — он был категорически против того, чтобы я говорил: «Это хорошо!»
В преддверие выхода «Дома, который построил Джек», мы покажем «Догвилль» — может быть, самый знаменитый фильм Ларса фон Триера, который видели если не все, то почти все, но который обязательно нужно увидеть на большом экране. Почитайте текст Зары Абдуллаевой о фильме и приходите в Пионер 24 или 28 ноября.
«Поставив фильм (в том числе и) о том, что всё есть товар (любовь, творчество, дар), что все пропитано властью «символического обмена» (лишь иногда переходящего в натуральный), требующего все новых жертв и жертвоприношений, поскольку нерыночные отношения отменены, фон Триер проявил храбрость, недозволенную свободу. Поэтому разрушительный цинизм «Догвиля», как и брехтовской «Трехгрошовой оперы» — наглядного примера для сценариста и режиссера фон Триера,- это не только возмездие миру, который «исправить нельзя, зато можно уничтожить»3. Но и рефлексия «трикстера» фон Триера о режиссерской партитуре провокации. О том, что профессия режиссера в широком смысле становится главнейшей в нашем мире профессией»
A video made by David Lynch for the Festival of Disruption 2018. Featuring 'Frank 2000' and 'Woodcutters From Fiery Ships' from the lost album by Thought Gan...
«Война» во многом наследует «Иде», которая принесла Павликовскому «Оскар»: примерно те же годы, такое же изысканное черно-белое изображение, такой же щадящий хронометраж — каких-то 80 минут. Скромность, которая обманчива, поскольку при демонстративном минимализме поляка интересуют большие, эпические темы, и за маленькими человеческими фигурками поворачиваются, невидимые глазу, колеса истории.
Совсем скоро кинокомпания Пионер выпустит в прокат на большом экране 17 фильмов Хаяо Миядзаки, Исао Такахаты и студии Ghibli — от самых известных до ранних, которые никогда не показывались в кино в России. И нам интересно: а какой фильм вы бы хотели увидеть первым?
The Blueprint: «Рассказывая о Ли Александре Маккуине, вы не можете оперировать только сухими фактами, ведь все его творчество — иррациональное, мистическое. В 1990-х годах пресса была настроена крайне скептически и частенько обвиняла дизайнера в женоненавистничестве, однако сегодня от тех обвинений и следа не осталось: Маккуин — величайший художник XXI столетия, одежда которого служила женщинам броней и делала их сильнее. Именно поэтому документальный фильм точно стоит посмотреть: масштабная биографическая лента, наверное, лучший способ хоть чуть-чуть узнать, каким Ли был на самом деле»
«Шоугелз» — единственный фильм, который при рейтинге NC-17 был рассчитан на широкий кинопрокат, где и собрал всего 37,8 млн долларов при бюджете в 45 млн. Любопытно, что «Основной инстинкт» легко получил рейтинг R: Верховен сказал, что для этого он всего-то вырезал пару ракурсов и полминуты действия.
Я сам хожу на шумные вечеринки: мне не нравится в них участвовать — мне нравится за ними наблюдать. Так что можно сказать, что тот живой человек, который на любой вечеринке стоит и ничего не делает, — это я и есть.
В честь выхода «Человека, который удивил всех», «Сеанс» опубликовал главу книги «Актеры настоящего», посвященную Евгению Цыганову: https://seance.ru/blog/tsyganov-portrait/
«Герой нашего времени» — определение правильное. Не только потому, что обаятельный, лицо значительное, а глаза хитрые. Нет, Цыганов — герой этого времени именно потому, что так же неуловим, так же беспутен, так же хамоват, как и само время. Одновременно пацан «с района» — и солдат, погибший на Великой отечественной, советский диссидент конца 50-х — и условный Рахманинов, небогатый чиновник из Островского — и бизнесмен двухтысячных, торгующий участками на Луне. Все сразу — и никто. Мерцающая голограмма, и только тихая ярость где-то глубоко внутри.
— Вам довелось поработать с крупными режиссерами — Вильневым, Соррентино, Полом Томасом Андерсоном. Признавайтесь, у кого и что вы украли?
— (Смеется.) Думаю, у всех понемногу! Но, знаете, актеры никогда не задумываются о том, кто и как устанавливает камеру на площадке. Поэтому опыт приходит все-таки не на съемках, а когда смотришь фильмы и читаешь книги о режиссуре. То же самое и с драматургией: конечно, если ты актер, ты понимаешь, что такое арка персонажа, но на самом деле все приходит с учебой. Так что я подсматривал за всеми своими любимыми режиссерами — но не на съемках, а уже потом, когда изучал их фильмы.
Антон Долин о режиссерском дебюте Пола Дано (лента в Пионере с завтрашнего дня):
«Дикая жизнь», при всей кажущейся скромности и камерности, вызвала восторги критиков и публики, была показана на «Сандэнсе» и в Каннах. Впрочем, и скромность здесь концептуальная. Маленькая история одной семьи к финалу вырастает в глобальную метафору — о том, как свобода приводит к бесприютности, как независимость разрушает семью. Решения этого уравнения не существует в природе. Даже тогда, в сравнительно патриархальном 1960 году, поиск решения был лишь прикрытием, маскировкой пустот, которые рвали на куски души самым прилежным обывателям.