Кофейня. Страница 9

​​Жить правильно полной грудью. Ночь, скорость на максимум, нас держит в объятиях ветер, силуэты домов в зеркале заднего вида.

Истинно русская черта - страдать до безумства, любить до гроба. Страсть, и где-то на грани мы. Не перешагнули.

Пачка Marlboro, вторая, третья. Скурить до фильтра, до кончиков пальцев, что когда-то касались тебя. Маленький персик где-то в невесомости космоса моей души укутан пледом сигаретного дыма..

И ночью дождь не перестанет, рука не дрогнет, ведущая пара колёс не вильнет. А, значит, ещё не сегодня.. а, значит, я выжгу себя сигаретным дымом, ты проживёшь мой срок за меня.

Так странно, и даже забавно - у нас не осталось ни фото, ни переписок, на которые можно наткнуться через несколько лет. Лишь пара мгновений, что-то внутри и рассвет.

Кстати, светает, но утро ещё далеко. И лишь силуэты домов станут безмолвными свидетелями как три пары колёс - машины и мотоцикла - летят вдаль, пока у обоих ещё есть силы, бензин и прошлое.

​Парное одиночество.
И снова ночь, на этот раз я встречаю её на капоте автомобиля в городе Клин. Чрезмерно разросшийся, он уже лишён камерной интимности локальных городков, но ещё не погряз в заборах и платных парковках.

Мы стоим на берегу озера, прохладу ночи разгоняет остывающий кузов машины. На капоте разложены привезённые из Москвы роллы.

Голубизну небес рассекают заходящие на посадку самолёты, в камышах переговариваются откормившиеся за лето утки. Играет CD с песнопениями из электрички.

Вы сидите вдвоём - часть пейзажа и сторонние наблюдатели, актеры и зрители. Вспоминаются старые строчки стихов, лица некогда любимых женщин, постепенно становится грустно, потом вспоминаешь Её.

«Ты такая ж простая, как все, как сто тысяч других в России»..
Да нет, только не ты, не сейчас

Я как фонтан в ночи - красиво и глупо. Можно прийти и уйти. А самое страшное - рано или поздно выключат.

​Я сейчас в Дубне, на берегу Волги. У меня есть ещё 7%, чтобы успеть описать ту красоту, в которой сейчас оказался. 7-ое июля, а ведь уже июль, день рождения друга, работа, любовь, а я здесь.

Ах, порой, нужно просто уехать. Я раньше много писал, что нужно найти место, в которое хорошо спрятаться. Но однажды и схрон опративет, дела достанут, друзья оставят. Тогда нужно просто уехать.

Слушать волны, греться под солнышком где-то под соснами.
И тихо понимать, что друзья не оставили, от проблем не уйти, а жизнь, жизнь ещё не прожита

Дубна, канал им.Москвы

​Шелест еловых ветвей.
Я вспоминаю её запах, выдумываю её тени в отблесках костра, рисую в беззвездном небе очертания фигуры.

Она была похожа на кусочек маргариты - честно и без привкусов, горячая и самую толику острая, как раз так, чтобы обжигать поцелуем, но не ранить взглядом.

Закрывая глаза рядом с ней, можно было ощутить порыв воздуха в еловом лесу, когда ночная прохлада уже отступила, но утреннего зноя нет и в помине. Одна из тех, с кем можно тосковать по родине из самой родины - шансон с нотками джаза в проигрыше. Как капли росы, что летят вниз с небес - миллион ангелочков в одном её смехе.

Любовь, такая штука...Если не суждено пережить, стоит хотя бы о ней написать

​Уже сорок минут я мог лежать в перевёрнутом авто со сломанной шеей, рёбрами или жизнью, но мне повезло.

Переславль. Единственная улочка, пронизывающая весь город, кажется единой набережной, хоть до озера ещё не близко, но даже не оно поражает меня сейчас, цепляет другое.

На горной тропинке вдоль линии прибоя изредка встречаются машины. Любовь, преступность или туризм оставили их - не знаю. Проехав все, наконец остаёшься один. Свежесть ночи здесь перемешивается озерной прохладой и морозцем дождя.

Я сижу с ней, а нет, всё же один. В последнее время перестал чувствовать разницу, так сильно она успела стать мной.

Но что-то было в этой тьме. За моей спиной таилось нечто. Она спало здесь вдали от машин, но, кажется, я его потревожил. Услышав даже не голос, намёк на него, я, на полном серьезе, дал по газам. Возможно, часть подвески так и осталась в Ночи.

Не знаю, что спало в ночи. Древний бог или сама Ночь. Но моих богов здесь не было, лишь Князь. Князь Тишины.

Эти сроки я дописываю уже под стенами Никитской слободы. Здесь его уже нет. Хотя порой оглядываясь, всё ещё вижу тени незримого плаща.

Есть в физике такое понятие «резонанс» - явление резкого увеличения амплитуды вынужденных колебаний, происходящее при совпадении частоты вынуждающей силы с собственной часовой колебаний.

Лучшего определения любви я не встречал

​«И полный кот волоколамсков...»
Половина третьего на часах, где-то под Волоколамском вы сидите в машине. Выключен двигатель, опущены стекла. Светает.

Невдалеке в самом разгаре сна укутан в туман сам город. Сейчас в нем настало время кошек, что чувствуют себя так вольготно, как могут лишь домашние любимцы.

Спит центр города, спят окраины и частный сектор. Покатавшись по бетонным уточкам последнего понимаешь, что именно здесь стоит впервые украсть заветный поцелуй или признаться в любви.

А дальше. Дальше всё именно так, как это обычно не бывает: опустить окна и сделать джаз погромче. Катиться по улочкам, не разжимая рук и почти не размыкая губ, стоять на железнодорожном переезде, впервые в жизни понимая, что ласка бывает взаимной.

Свернуть в поле. Рассекая ночь противотуманками, пробираться чрез темень без цели и места прибытия. Вот только было нечто незримое, что-то, что перемкнуло в устойчивой электросети Мира. Легкий сбой - ошибка программы, мутация, позволившая двум из миллиардов наконец перестать бежать.

Толика доброй грусти

​Сейчас наблюдал гонки доставщиков еды из Delivery club
Здорово, когда на работе находишь друзей, а сам процесс становится легче и приятнее. Пусть где-то за счёт эффективности или скорости, однако с душой. А ведь с душой, всегда лучше

Зиккурат строили вверх, зеон вниз. Мы же остаёмся на поверхности

​Как приятно, возвращаясь (а не просто приходя) домой, скинуть пиджак с уставших плечь, облокотиться на кровати рядом со своей девочкой. Поцеловать её в лоб, посмотреть вместе перед сном новую серию Простоквашино. И неважно, будет это твоя жена или дочка.

Потом можно уйти на кухню, сидеть там за книгой или с планшетом - вернувшись в мир работы и взрослых дел, коротать ночь за холодным чаем. Но главное - она дождалась. Ведь как много значат в её жизни такие моменты. Да и в твоей, пусть даже ты поймёшь это позже. И не имею значения цифры.

Важны манжеты рубашки, из под которых поблескивают в свете экрана часы, важны запахи, ощущения. Ведь именно так рождаются воспоминания.

​Утро среды, как правило, не самое лучшее утро. Действительно, много ли захватывающего происходило с вами в среду? Дефолтный день, со стандартным началом: душ, завтрак, такси на работу / метро / маршрутка..
Шаблонное утро. Но ведь шаблон для того и сделан, чтобы его удобнее было заполнять.

​Для кого родная кафешка, для других - тёплый приют в черте бескрайних дорог
Запах бензина в ночной проходе наполняет души силой для новых километров, тепло магазинчика согревает руки.
И, конечно, чаёк на обочине рядом
Непередаваемо аутентичная романтика ночных АЗС

Сейчас видел, как девочка сидела на автобусной остановке , печально положив голову на акулу из IKEA
Хорошо всё же, что есть эти акулы - друзья, которые не бросают

​Что мне подумалось сегодня. Пожалуй, из всех подобных лишены иллюзий в большей степени девушки, чья работа - сидеть «на ресепшн» в барбершопе.
Так, работа бариста в Sb или хостес в кальянной априори позволяет мечтать, возможно, исподволь, о том самом принце, что однажды заберёт девушку прямо из кофейни или кальянной.
Почему так происходит? Посидеть за чашечкой кофе или кальяном приходят мужчины. Они опрятны, солидны; их разговор серьёзен или непринужденно расслаблен.
В барбершоп приходят поддержать образ. Так или иначе, но девочки при парикмахерских вынужденно наблюдают оба этапа - до и после.
Возможно, именно этой толики настоящего хватает остальным.
Разве не так?

Поездка закончилась неудачей.
Пожалуй, самым правильным будет сказать только это. Когда-то вместе мы начинали вести Кофейню. Сейчас, мне кажется, правильным будет продолжить её с Вами, правда уже без него.
Закончим дело, которое начал мой друг в далеком феврале полтора года назад. Тогда казалось, что Кофейня сможет согреть всякого, кому грустно и одиноко. Теперь мы согреем его..
Второй автор кофейни.