Читай. Смотри. Твори. Страница 27

Колдовство. Привороты. Избавление от соперниц. Медея

Прочитала жуткую, но завораживающую книгу об узаконенном каннибализме и крахе гуманистических идей. В ней есть все: от смертельного вируса и истребления животных до игр, в которые играют люди.

Слабонервным не рекомендуется.

https://novayagazeta.ru/articles/2020/11/20/88047-uzakonennyy-kannibalizm-ili-kak-myaso-stalo-est-myaso

В это воскресенье наш литературный клуб встречается снова (с участием Марины Степновой, ура!), чтобы обсудить роман "Сад". Обсуждение пройдет в зуме с 16 до 18 часов.

В дискуссии будут участвовать:
- Марина Степнова, лауреат премии «Большая Книга», автор романа «Сад»,
- Екатерина Писарева — культурный обозреватель, главный редактор книжного сервиса MyBook,
- Игорь Банников — журналист, автор телеграм-канала «Банька-Парилка», руководитель "Афиши Видео",
- Вероника Дмитриева — редактор романа «Сад» в "Редакции Елены Шубиной".
- Модератор дискуссии — Ольга Брейнингер, писатель, литературный антрополог, PhD.

Регистрация на Тimepad:
https://adhd-projects.timepad.ru/event/1484060/

МОДНЫЙ СЛОВАРЬ: ЛОНГСЛИВ, ПАЛАЦЦО И ПРОЧИЕ УДОВОЛЬСТВИЯ

(Извините, не о книгах.)

Вчера ночью меня позвали в группу. Не в ту, о которой вы могли бы подумать, а в фейсбучную группу под названием «Отказала модная железа». Не знаю, кто придумал такой нейминг, но считаю, что это гениально – отсутствие стиля как диагноз в медицинской карте. То есть, смеяться нельзя, надо относиться с пониманием, обнимать и плакать. И, желательно, лечиться от пагубной страсти оборачиваться в вещи, кричащие о нестабильности психики и расстройстве цветового поведения.

Надо сказать, я вообще человек терпимый, а не какая-то ехидна – многих людей сразу представляю раздетыми, отделяю, так сказать, зерна от плевел. А еще нежно просвещаю. Рассказала вот на днях знакомому N про то, что лонгслив – это не когда бесконечно кого-то динамишь, а просто современная кофта с длинными рукавами.

Очень удивился. Сказал, что думал, будто я садистка – оказалось, модница.

Но и я грешна – не успеваю за модными нововведениями. Недавно послушала эфир одного стилиста (не спрашивайте), а он там сыплет терминами, один краше другого. Модный поезд, как оказалось, промчался мимо меня. А я, как героиня романа Камминс, в ужасе наблюдала и представляла, как он меня переедет.

В общем, просвещаемся:

Оказывается, летний комбинезон называется РОМПЕР (romper) – раньше был домашней одеждой, а потом вышел в свет;

ПАЛАЦЦО – это не итальянский дворец, а широкие дамские брюки. Так что не спешите паковать чемодан, услышав предложение «хочешь покажу, что у меня в палаццо?». Справедливости ради, женщины вряд ли до такого додумаются, хотя...;

ПАРКА – это не сокращение от «запарки», как думал мой приятель S, а удлиненная куртка с капюшоном и мехом;

ДАСТЕР – это пыльник, который раньше носили американские ковбои, чтобы защитить брюки при езде. Нынче так называют пальто-халаты без застежки и плащи, похожие на наследство от бомжеватого родственника;

ДАФЛКОТ – это тоже разновидность пальто до середины бедра. Узнать его можно по застежкам-петелькам и костяным/деревянным пуговицам;

БРАЛЕТТ – это лиф без пуш-ап эффекта. Как бы часть нижнего белья, но в нем можно выходить в люди, не боясь, что вас обзовут нецензурными словами (если захотят, и так обзовут, даже если вы вышли в картофельном мешке);

КРОП-ТОП – не путать с бралеттом. Не лиф, а просто укороченный топ, оголяющий живот и демонстрирующий линию талии (если она есть);

ПИТЕР ПЭН – нет, не вечно молодой персонаж Барри, а воротник, дополняющий модные образы;

КОКОН есть не только у насекомых, но и у модниц. Так называется оверсайз-пальто, зауженное книзу;

Ну и последнее. Если вы вышли на митинг в футболке со слоганом типа «Он должен уйти», то вы в тренде под названием АКТИВИСТ ШИК.

Не благодарите.

⚡️Умер советский и российский режиссёр Роман Виктюк

Знакомые запустили подкаст «Забегая вперёд»
– о том, каким будет будущее и смогут ли фантасты его предугадать. Звучит интересно

Что из фантастических фильмов, книг, игр и комиксов реально окажется или уже оказалось в нашем мире (спасибо, 2020-й)? Возможны ли зомби и гравипушки на самом деле? И будет ли третья мировая война с лазерным оружием наперевес?

Ответы на эти и другие вопросы — в подкасте «Забегая вперед» для РБК Тренды. Там Гриша Волчков, основатель и автор Киноклячи, вместе с учеными и журналистами обсуждает, стоит ли доверять свое будущее предсказаниям фантастов.

Первый выпуск можно послушать на Яндекс.Музыке или на любой другой платформе. Остальные эпизоды будут выходить по пятницам дважды в месяц!

Скажу о Бакмане ещё пару слов от себя (о личном, не литературном). Эта книга меня просто оглушила, вернула в прошлое. Нет, в ней нет ничего экзотичного или травмирующего, но ощущение, что Бакман знает о нас больше, чем кто-либо другой, не оставляет. Объясню почему.

Мне было 14, когда мы со школьной подругой N гуляли по району и поднялись на Пушкинский (он же Андреевский) мост. Это было 9 мая, праздничный день, толпы безо всякой социальной дистанции идут в Парк Горького. Много людей внутри, мы выходим на улицу и сталкиваемся лицом к лицу с человеком, который перелез через заграждение и готовится прыгнуть вниз. Рядом лежат его ключи от машины и паспорт.

«Подождите! Не надо!» — полукричу, полушепчу ему я.

Людей вокруг, как в дурацком фильме, нет. Всё будто замерло, все испарились. Человек на секунду задерживает на нас взгляд и прыгает. Камнем летит вниз. N, кажется, бежит к дежурному за помощью, откуда-то появляются шумные люди, а я подхожу к перилам и словно парализованная смотрю, как этот человек тонет.

И он утонул.

«Где-то внутри, где хранятся сокровенные воспоминания, в которых мы не решаемся признаться самим себе, мы знаем, что от человека, стоящего на мосту, нас отделяет лишь тонкая грань, — пишет Бакман. — Что бы вы сделали, увидев человека, стоящего на парапете?»

«Тревожные люди» — это история про мост. А еще про эмпатию и любовь. Про материнство и невезучесть. Про жизнь и смерть. Про идиотов. Этот утешительный роман словно калейдоскоп, взглянув в который каждый увидит что-то свое — особенный рисунок, словно в тесте Роршаха. Я знаю, что я сделала, увидев человека на мосту. И Бакман дал мне ответ на вопрос, который я много лет боялась себе задать.

Написала о новом Бакмане

https://novayagazeta.ru/articles/2020/11/13/87950-istoriya-odnogo-ogrableniya

О чем новый сборник Кинга «Будет кровь»?

https://youtu.be/Me8RaiO34yc

Организаторы попросили перенести «Нонфик». Мудрое решение.

Разбавлю новостную ленту, стонущую из-за двух V – выборов и вируса –, информацией о том, что происходит у нас в MyBook.

Если кратко: работаем как пчелки, общаемся с писателями, те(к)стово отметили Хэллоуин и ждем на эксклюзив Кинга. Хотела сначала назвать колонку «Будет кровь», а потом открыла Фб, а там и без меня такое месиво.


https://mybook.ru/sets/10482-budet-king-kolonka-glavnogo-redaktora

Эксперт «Подписных изданий» сделал классную подборку книг об искусстве:

​Вкус к книгам меняется: он утончается и уточняется

Если в конце нулевых и начале десятых люди запоем читали книги в духе «Что такое современное искусство?» и знакомились с переводами классики урбанистики, то сейчас чаще выбирают материалы о конкретных культурных явлениях или исторических промежутках. Издатели это тоже чувствуют и предлагают читателю то, чего раньше не было: книги по малоизвестным периодам русского искусства, о новейших тенденциях в России и на Западе, о квир-искусстве и феминистской критике канона, о старинной архитектуре и о том, как вновь полюбить Рембрандта и Пикассо. Публикуем подборку, сделанную экспертом магазина «Подписные издания».

«Русские художники за рубежом 1970–2010»
Издательство Буксмарт, 2020
О том, что происходило с художниками, уехавшими в 1970-е и 1980-е, написано очень мало, равно как и о том, как воспринималась советская и российская живопись за рубежом в 1990-е, нулевые и десятые. Книга поможет восполнить данный пробел. Прочитав ее, вы узнаете, какие выставки проходили в мировых центрах современного искусства, ознакомитесь с интервью с художниками и очевидцами событий, проследите за изменениями восприятия и спроса галеристов.

«Быть здесь — уже чудо. Жизнь Паулы Модерзон-Беккер»
Мари Дарьесек
Издательство No Kidding Press, 2020
Начиная с 1980-х годов каноны литературы, живописи, музыки подвергаются критике. Важная часть этого процесса — феминистская критика: слишком долго считалось, что женщина не может быть художником. На рубеже XIX и XX веков жила и писала Паула Модерзон-Беккер. Манера раннего экспрессионизма, первый женский обнаженный автопортрет, круг Ворпсведе, дружба с Рильке, отстаивание права распоряжаться своей жизнью самостоятельно… Дарьесек вместо сухой академической работы написала нежную и поэтичную биографию, воссоздающую атмосферу и передающую настроение эпохи.

«Дизайн как искусство»
Бруно Мунари
Издательство АРОНОВ, 2020
Книга написана в 1966 году, в эпоху, когда деление на высокое и низкое было еще актуально, и этот сборник — настоящее авторское высказывание. Мунари буквально на пальцах показал, что дизайн, меняющий быт миллионов людей и с точки зрения удобства, и с точки зрения эстетики, — это искусство, требующее интеллектуального и художественного напряжения, удачи, счастливого случая, а еще, конечно, немного чуда. Благодаря тому, как Мунари описывает дизайнерский поиск, книгу можно считать одним из основополагающих трудов в области дизайн-мышления.

«Фотография как современное искусство»
Шарлотта Коттон
Издательство Ад Маргинем Пресс, 2020
Фотография все еще имеет вполне прикладное значение: фэшн-фотография, предметная фотография, фотография на паспорт «три на четыре» (без уголка) или на анкету для загранпаспорта (с уголком), фотография в инстаграм для подписчиков. Самое интересное происходит за пределами прикладного значения, и это вопрос о том, как фотография становится искусством. Является ли искусством фотоснимок в социальных медиа? Как это определить? Шарлотта Коттон рассматривает самые актуальные вопросы современной арт-критики применительно к фотографии, чтобы показать, как нам следует разговаривать о photography as art сегодня. А еще из этой книги можно натаскать идей, вдохновиться, узнать новые имена и рассмотреть снимки — их в этом издании очень много.

«100 советов мэру: книга рецептов хорошего города»
Илья Варламов, Максим Кац
Издательство Альпина Паблишер, 2020
Блогер Илья Варламов известен своей критикой городского устройства в России: его ролики, где он рассказывает о достоинствах и недостатках самых отдаленных уголков России и столичных городов, собирают миллионы просмотров. Некоторое время назад Варламов создал фонд, аккумулирующий деньги на восстановление и реставрацию исторических объектов и деталей городской среды, а теперь издал эту книгу как будто бы в ответ на язвительное «Вот вы все критикуете, а что вы можете предложить?». Прочитать «100 советов» будет полезно всем нам: это отличный путеводитель по современной урбанистической повестке России с конкретными примерами и вариантами решений.

🧐📚 Собрали романы о столкновении культур, которые полезно прочесть на фоне событий, происходящих в Европе. Вот что советуют авторы Telegram-каналов, кроме очевидной «Покорности» Уэльбека (ее, кстати, начали продавать в день теракта в «Шарли Эбдо»).

📕 Екатерина Писарева, главный редактор книжного сервиса MyBook, автор Telegram-канала «Читай. Смотри. Твори» @katrin_lit

«Родина» Фернандо Арамбуру. Роман баскского писателя о том, как разобщение ведет к несчастьям. Семейная драма оказывается вписана в драматичную историю страны, борющейся за национальную независимость.

«Теракт» Ясмины Хадры. Главный герой романа – араб, сбежавший в свое время из родной деревни. Он всю жизнь спасает чужие жизни, особо не рефлексируя. Но все меняется, когда на его операционный стол попадают раненые в результате теракта, который, как выясняется позже, совершила его жена.

«Три дня» Бернхарда Шлинка. Писатель, которого многие знают по роману «Чтец», помимо него, написал «Три дня» – о левой радикальной организации RAF. Его герой Йорг, немецкий террорист, выходит на свободу после тюрьмы и начинает вспоминать, с чего все начиналось.

«Бельканто» Энн Пэтчетт. История о том, как террористы и захваченные ими заложники оказываются в первую очередь людьми, не лишенными сострадания и чувства прекрасного.

📗 Автор Telegram-канала Hyde Park @hplibrary

«Сатанинские стихи» (главы про Махаунда и Имама) Салмана Рушди. Автор до сих пор под смертной фетвой.

«Персеполис» Маржан Сатрапи. Про взросление в период Исламской революции в Иране, автор уехала жить во Францию.

«Подземка» Харуки Мураками. Про «Аум синрикё» (террористическая организация, запрещена в РФ. – Прим. ред.) и теракт в токийском метро.

Tyranny of Silence («Тирания тишины») Флемминга Роуза. Книга описывает карикатурный скандал в Дании в 2005 году, на русском не издавалась.

📘 Автор Telegram-канала Books & Reviews @books_reviews

«Теллурия» Владимира Сорокина. Многое из вселенной «Дня опричника», к которой относится и «Теллурия», стало пророческим. События из этих книг сбылись или разворачиваются сейчас на наших глазах.

Ужасно расстроена – значит Франко в шорт-листе, а прекрасная Замировская – нет.

Шорт-лист НОСа выбран!

ХЛАМ – так называлось арт-кафе в Киеве, работавшее в начале XX века в подвале гостиницы «Континенталь», на углу Крещатика и улицы Николаевской № 5. Название «ХЛАМ» – аббревиатура первых букв названий творческих профессий: художники, литераторы, артисты, музыканты. В нем выступали Паустовский, Эренбург, Смолич, Терапиано и другие.

Здесь же познакомились Осип Мандельштам с его будущей супругой Надеждой, на тот момент молодой художницей.

Это же арт-кафе Булгаков вывел в своём романе «Белая гвардия» под названием «ПРАХ» (поэты-режиссёры-артисты-художники).

#факт