Откуда Шекспир узнал, что воронята питаются «небесной росой», бывают ли вороны золотистыми и почему Калибан, проклиная Просперо, вспоминает о вороновых перьях? В издательстве libra выходит книга британского журналиста, натуралиста и орнитолога Джеймса Эдмунда Хартинга «Орнитология Шекспира», повествующая о всевозможных птицах, которые населяют пьесы Великого Барда. «Горький» публикует фрагмент главы, посвященной воронам.
Дмитрий Самойлов, постоянный автор «Горького» и член жюри «Национального бестселлера», разбирает тексты, которые вошли в длинный список премии в 2019 году. В сегодняшнем выпуске — «Юби» Наума Нима, «XX век представляет. Кадры и кадавры» Михаила Трофименкова и «Сад запертый» Ксении Венглинской и Наталии Курчатовой.
На русском языке вышла новая книга британского зоолога и по совместительству «последнего художника-сюрреалиста» Десмонда Морриса. На этот раз объектами его исследования стали не шимпанзе, а великие обновители искусства ХХ века: Дюшан, Бретон, Дали и их товарищи. Эдуард Лукоянов — о том, почему не завидует гениям, попавшим на страницы этой забавной книги.
«Какой штрих к портрету Фрэнсиса Бэкона добавит тот факт, что он красил волосы гуталином, а зубы чистил средством для мытья посуды? Зачем зрителю „Герники“ знать, в каком году и при каких обстоятельствах ее автор лечился от гонореи? Такие истории рассказывают разве что самые нерадивые лекторы, когда понимают, что аудитория вот-вот погрузится в сон, от которого может и не очнуться».
Обычно писатели распоряжаются персонажами своих произведений как хотят, будь то вымышленные лица, основанные на реальных прототипах, или даже герои документальной прозы. Однако в новой книге Леонида Юзефовича происходит нечто крайне необычное: персонажи его предыдущих исторических произведений приходят к автору и требуют от него понимания и справедливости — а он отвечает им на равных. По просьбе «Горького» Роман Сенчин рассказывает, почему так важно быть внимательным даже к второстепенным героям книг.
От гетмана, который любил русский язык, до поклонника Мазепы: специально для «Горького» Сергей Беляков рассказывает про украинские мемуары о Гражданской войне и объясняет, как их читать.
«Воспоминания украинских националистов, радикальных и левых (петлюровцев), умеренных и правых (гетмановцев), у нас почти неизвестны — мешает языковой барьер. Почти все они, кроме П. П. Скоропадского, писали по-украински, на русский тексты не переводились. (...) Другая причина — отсутствие интереса у широкого читателя. Многие у нас до сих пор не воспринимают всерьез ни украинскую культуру, ни украинскую государственность».
Объявлен длинный список Международного Букера, а американские демократы пишут книги: эти и другие новости литературного интернета читайте в постоянной рубрике Льва Оборина.
«Один из фаворитов гонки, ветеран Берни Сандерс, у которого та же проблема, что и у Джо Байдена: к исходу своего восьмого десятка он выпустил уже несколько мемуарных книг, так что непонятно, какую выбрать. Биттл останавливается на книжке "Куда идти дальше" — это "рассказ обо всем, что Сандерс делал после 2016 года", "бесцельный, нудный и плохо написанный"».
Старинные легенды прекрасны, но иногда их можно немного обновить. В издательстве «Аркадия» выходит современная версия истории Орфея и Эвридики. В 2015 году книга Дэвида Алмонда «Песня для Эллы Грей» получила престижную премию газеты Guardian. «Горький» совместно с «Лабиринтом» публикуют фрагмент романа.
«Мы пели с Орфеем вместе, но голоса наши были всего лишь пульсом в потоке его вольных, прекрасных песен. Анжелина играла вместе с ним. Мы отстукивали ритм палками, камнями и барабанами. Мы раскачивались из стороны в сторону. Мы танцевали, и вода подступала все ближе к нам. Мы забыли себя. Мы были не здесь. Мы не были этими людьми с этими именами на этом пляже. Мы заплутали в музыке. Пропали в ней. Исчезли».
Сегодня стартовал очередной сезон премии за лучшую научно-популярную литературу «Просветитель». Заявки на соискание награды будут приниматься с 15 марта по 15 мая. Длинный список объявят не позднее 20 июня, в начале октября станет известен шорт-лист, а победителей наградят 21 ноября. Основные награды, как и раньше, будут вручены в двух номинациях — «Гуманитарные науки» и «Естественные и точные науки». С прошлого года к ним добавилась номинация Просветитель.Digital. Премия «Просветитель» была учреждена в 2008 году основателем компании «Вымпелком» Дмитрием Зиминым и Фондом некоммерческих программ «Династия». С 2016 года премия вручается при поддержке Zimin Foundation. Подать заявку можно на сайте премии.
Свежий Стивен Кинг, третий по счету роман Дэвида Духовны, русский Перес-Реверте, новые убийства в новом «Восточном экспрессе», стихи Владимира Нарбута и вырождение в русской литературе. Обо всем этом читайте в сегодняшнем выпуске нашей постоянной рубрики «Книги недели».
«В провинциальном городке происходит ужасное убийство ребенка. Полиция арестовала подозреваемого — примерного семьянина, классического белого англосаксонского протестанта. А затем начинается еще большая жуть. Мы читали эту историю уже десятки раз. И будем читать ее снова и снова, покуда жив ее подслеповатый автор из штата Мэн, превративший ударное производство банальностей в почти что высокое искусство».
Говорить о верности и преданности как самодостаточной ценности сложно: например, Чичиков предан идее умножения капитала, а Мцыри верен родному краю — одно ли это и то же? Тем не менее русская литература пестрит примерами преданности всех мастей: одни писатели высоко ценили верность отечеству, другие воспевали приверженность идеалам свободы, третьи говорили о преданности возлюбленным. О них и пойдет речь в новом выпуске рубрики «Всевидящее око русской литературы».
Как возникли европейские площади, на что жаловались новгородские немцы и о чем думали первые советские краеведы. Об этом — в трех новых книгах об истории городов, которыми с читателями «Горького» делится Борис Куприянов.
Должна ли научная фантастика заниматься просветительством и какие ценности ей стоит пропагандировать? Публикуем вторую часть статьи Артема Зубова о том, как работает научная фантастика.
«С точки зрения социального «профиля» научной фантастики и ее влияния на воображение проект Intel был нацелен на то, чтобы, во-первых, освободить мышление о будущем от клишированных образов и сценариев, которыми умело оперируют профессиональные писатели, и, во-вторых, «исцелить» мышление о будущем от катастрофизма».
Болота грозят нам гибелью, но в то же время влекут, потому что в них есть какая-то жуткая тайна: едва ли найдется другая литературная традиция, кроме русской, в которой столько внимания было бы уделено топям и трясинам всех мастей. В честь скорого наступления весны, когда вслед за дворовыми клумбами оттает и все остальное, «Горький» вспоминает самые красивые и страшные болота русской классики.
«Бежать по трясине — тоже беда… Вот светится маленькая полынья на грязно-зеленой трясине. Что-то вроде колодца. Вода с берегами вровень. Это „окно“. Беда — оступиться в это окно, там бездонная пропасть. Не в пример опасней окон „вадья“ — тоже открытая круглая полынья, но не в один десяток сажен ширины. Ее берега из топкого торфяного слоя, едва прикрывающего воду. Кто ступит на эту обманчивую почву, нет тому спасенья. Вадья как раз засосет его в бездну».
Курс молодой матери, самая страшная травма, интеллектуал против всех и странный детектив: в сегодняшнем выпуске рубрики «„Горький” в „Лабиринте”» мы рассказываем про книги Инны Кочетковой, Рианон Навин, Булата Ханова и Елены Лобачевой.
Уэллс описал в своих романах боевые самолеты и танки, а Жюль Верн — телефон и подводную лодку. Но о чем идет речь — о совпадении или о предсказании? Специально для «Горького» Артем Зубов рассказывает о том, как работает научная фантастика. Сегодня мы публикуем первую часть его статьи.
«Научная фантастика неотделима от идеи будущего. Сейчас эта связь воспринимается как данность, которая не требует ни пояснения, ни обсуждения, но именно она делает возможным коммерческое и некоммерческое использование научной фантастики за пределами индустрии культуры. В своей статье я хочу указать на два направления, или тенденции, в которых, на мой взгляд, этот жанр используется в современной культуре — как реклама и как воображение».
Этой сагой восхищаются политики и стартаперы, из-за прав на ее экранизацию воюют кинокомпании, а переводы выходят по всему миру. «Горький» рассказывает про трилогию китайского фантаста Лю Цысиня «Память о прошлом Земли», в которой действие начинается в годы Культурной революции, а заканчивается в далеком космосе.
«Если упрощать, то трехтомная сага, объединенная под общим названием „Память о прошлом Земли“, рассказывает о противостоянии Земли с жителями соседней звездной системы — инопланетянами с Альфа Центавра. Эта цивилизация называется Трисолярис, потому что в их небе горит сразу три солнца. В первом романе, „Задаче трех тел“, Земля узнает про Трисолярис, и, что даже более важно, Трисолярис про Землю. Почти сразу начинается война».
Одни обвиняют «Игру престолов» в том, что она пропагандирует насилие и объективацию, другие, наоборот, убеждены, что этот сериал противостоит сексизму. «Горький» публикует фрагмент книги «„Игра престолов” и психология: Душа темна и полна ужасов», которая в марте должна выйти в издательстве «Альпина Паблишер».
Сигизмунд Доминикович Кржижановский — один из тех авторов, чей художественный метод прозрачен, но при этом не теряет своего обаяния. В его прозе множество неологизмов, парадоксов, слов-монстров, преломленных литературных форм. Его эксперименты могут показаться избыточными и декоративными, однако именно они и есть герои этих текстов, и именно с ними и происходит нечто по-настоящему фантастическое. Александра Володина — о странностях и причудах гротескной прозы Кржижановского.