Marina Akhmedova. Страница 142

О нарушении прав сотрудников СМИ на митингах я считаю вот что.
Если ты стоишь на митинге с бейджем «Пресса» или в жилете «Пресса», а тебя бьют, толкают, уводят в автозак, то твои базовые профессиональные права грубо нарушаются.
Если ты лезешь в эпицентр схватки, в этот сгусток злости, страха и адреналина, то ты должен понимать, что можешь попасть под горячую руку, и там, в пылу схватки, никто не будет к тебе приглядываться. И никого не остановит надпись «Пресса». И это – уже издержки профессии.
Это как когда ты приходишь туда, куда стреляют снарядами. Ты не можешь требовать от снаряда, чтобы он попадал только в гражданских, а представителей прессы обходил стороной. Тут либо не лезь туда, либо принимай издержки профессии.

😂

Мне пишут – «Как же вас покорежило майданом!». Да, покорежило. Мне кажется, им любого нормального человека должно было покорежить. Я ведь не приезжала туда, как многие на экскурсию, дышать воздухом свободы, я уехала в Донбасс и там наблюдала кровавую мясорубку, жила в ней. На майдане люди мне часто говорили – «Ну посмотрите, какие у нас хорошие одухотворенные лица». Кто же спорит? Хорошие, одухотворенные. «Да мы ж за все хорошее, мы за бедных против богатых». Очень хорошо, я – тоже. Но не так. «Вы разве не чувствуете тут дух свободы, дух единения?» – спрашивали меня. Я всегда чувствовала там другой запах – жженных покрышек и смерти.

Потом уже находясь в самой жаркой войне, я спрашивала себя – почему люди должны погибать за то, чтобы кто-то ощутил этот дух свободы и единения, с которым так легко спутать экзальтацию и самое тупое сектантство? Я наблюдала с расстояния через соцсети за людьми, которые «духовно» вкладывались в майдан. Отчего-то они не захотели жить в стране победившей революции, на Украине. Отчего-то их сразу после переворота потянуло в Европу. Сейчас оттуда они наблюдают за происходящим у нас, потирая в нетерпении руки. Ну а как же, «воздух свободы» вызывает привыкание. Теперь они хотят тут все разрушить. Им-то все равно здесь не жить. Гнусней всего смотрятся подстрекающие россияне, покинувшие страну. Этим любая беда у нас, на которую они смотрят из другой страны – лишнее доказательство того, как же они были правы, когда свалили из этой мерзкой России. Ну я не думаю, что за чье-то психологическое спокойствие там мы, живущие здесь, должны платить такую цену.

Меня, да, покорежило майданом. Это нормально, когда тебя корежит от наблюдаемого лицемерия и насильственных смертей. Да им покорежило и многих украинцев, которые с сожалением вспоминают о той своей Украине до 2013. И я, честно говоря, тоже о ней вспоминаю с огромным сожалением. Но ее такой больше никогда не будет. Майдан отнял все у богатых и передал тем же богатым.

Хочу ли я прекрасную Россию будущего? Очень хочу. Но когда я смотрю на страны, по которым прошелся этот «дух свободы», взбудораживший экзальтированные сектантские толпы, то мне в такое будущее по вполне понятным причинам не хочется. Я еще могу понять неопытных подростков, у которых не устоялась гормональная система, не окреп мозг, которым хочется движухи и быть хоть к чему-то причастным. И тут возникает справедливый вопрос, почему государство не сумело дать им причастности хоть к чему-то. Но взрослых я могу понять только в том случае, если они вынашивают планы здесь не жить. А перед отъездом хотят сломать в стране все, что только можно. Чтобы было не так жалко уезжать.

В эти дни я не знала смеяться или плакать над некоторыми СМИ. Вот смотрите, публикуется материал - «Наши журналисты объяснили, почему они пойдут на митинг». Это очень хорошо, но теперь им придётся объяснить своему читателю, почему они все ещё считают себя журналистами. Как убедят читателя в том, что пойдут освещать события объективно, если они уже заняли сторону, о чем в открытую заявили?

Дальше. Заголовки - «Что делать, если вас задержали митинге», «Что взять с собой на митинг» - это хоть и косвенная, но все-таки агитация, ведь такие заголовки как бы говорят, что вопрос идти или не идти, решён, все идут, и ты иди, но подстрахуйся.

По моему глубокому убеждению, это не должно быть приемлемо ни для одного СМИ. СМИ информирует, но не агитирует и подстрекает.

Владивосток

Мне ужасно неинтересно писать про Навального, но что поделаешь, кому-то интересно мое мнение, и я понуждаю себя писать этот пост. И мне, как обычно, без разницы, кто подпишется, а кто отпишется.
Итак. К Навальному я всегда относилась одинаково – с презрением. История этого презрения началась не столько с его националистических высказываний, сделанных ради существовавшего тогда тренда, а с белоленточного митинга, на который я пришла с друзьями. Со сцены Навальный попросил собравшихся попрыгать и похлопать, если они с ним согласны. Меня этого глубоко возмутило как отдельно взятого человека – нашел себе обезьяну, которая будет ему сейчас скакать. Я слишком уважаю свое человеческое достоинство. Но больше всего меня поразило незнание нашего российского человека. Ну не по нутру нашему человеку подскакивать и подрыгивать.
И дальше все, что делал этот гражданин, вызывало у меня схожую реакцию.

Я не знаю, кто его отравил и отравил ли. Но мне было очень противно смотреть на его физиогномические ужимки, когда он с неким иностранным журналистом высмеивал представителя российских спецслужб, если это был представитель спецслужб. Я думаю, как бы поступил наш русский человек, верящий в то, что был отравлен на родине? Он бы говорил – «Вот гады (те, кто отравил). Но Россия – моя страна, я гражданин этой страны, я не могу стать предателем и сотрудничать с иностранными разведками, даже ради того, чтобы обрести власть. Ведь не власть – моя конечная цель, я хочу, чтобы людям жилось лучше. И поэтому я не могу призывать санкции на голову своей страны, даже если я прав. Только потому, что там живут наши люди, и им будет плохо. А я – за них». Но всего этого гражданин Навальный не сказал, а сделал все наоборот, потому что хоть земля гори под нашими ногами, главное – чтобы он дорвался.

Чей дворец – я не знаю. И, если честно, мне все равно. Мне достаточно того, что у меня нет никакого дворца. И никогда не будет. И он мне не нужен. Но если бы я абстрактно выбирала между двумя людьми – один с дворцом, но не сотрудничает с иностранными разведками, другой – без, но сотрудничает – ну, разумеется, я бы выбрала первого.

Приглашение детей на митинг – о-о, это еще более закрепляет мое презрение. Хотя казалось бы, куда уж больше. Расчет на то, что выйдут малыши, а родители потянуться за ними просто потому, что боятся отпускать их одних. Абсолютно подлая и низкая манипуляция.
Мне еще очень интересно, почему родная дочь Навального учится в Америке? А чиновников он обличает за детей, живущих где-нибудь в Европе. Честно говоря, я прямо так и вижу этот семейный совет семейства Навальных – «Что будем делать? Она хочет учиться в Стэнфорде. Нас не поймут. Как ими промунипулировать? Как им объяснить, что это – дру-го-е?». Примерно так же работает мое воображение, когда я смотрю на фотографии четы Навальных. Я так и слышу голоса с семейного совета – «Нам нужно продвигать семейные ценности. Ценности. Нам нужно больше, еще больше фотографий, где мы вместе». Лично я, разумеется, всем этим потугам не верю. И еще большее презрение во мне вызывает вот такое отношение к интеллектуальным способностям людей – «А эти-то дурачки поверят».

И снова я читаю заметки. Пишут о том, что тик-токеры активно обсуждают Путина и расследование о дворце. А у меня, как всегда, ложка дёгтя. Вчера была в доме у тик-токеров. Есть такие дома, где живут молодые тик-токеры с аудиторией в несколько миллионов человек каждый. То есть звезды этой соцсети. Спрашивала их обо всем, в том числе о политике. От неё у них портится настроение, и поэтому они политикой не интересуются. Кроме того, они прекрасно понимают, что ей не интересуется и их аудитория. И как только они начнут обсуждать с ними политику, они свою аудиторию сразу потеряют. Единственное, чего боятся тик-токеры... нет, не Путина, а того, что тик-ток закроют, и им придётся идти работать на завод.

Сегодня в Совет по правам человека приходила президент «Справедливой помощи Доктора Лизы» Ольга Демичева. Она только что вернулась из Донецка, где помогает больным детям, и мы обсудили с ней несколько вопросов. Один из них – помощь жителям Донбасса. Пока это только о помощи детям с тяжелыми заболеваниями, проживающим в ДНР и ЛНР. Их много, а врачей мало – врачи уехали в начале войны и не вернулись. Лечить некому. Оборудование в местных больницах либо устарело, либо его просто нет. Например, на аппарат МРТ в Донецке огромная очередь. На диализ – тоже. Валерий Александрович считает, что достойно лечить надо вообще всех жителей Донбасса, неважно, какой у него паспорт – российский или нет. Помогать нужно не только больным детям, но и старикам, взрослым. Когда они заболевают, им некому помочь. У них нет всего того, что есть у нас в Москве. К счастью, я тоже буду заниматься этим вопросом.

Второй вопрос – это больницы для бездомных здесь у нас. Для лечения коронавируса по всей стране были построены новые больницы. Эпидемия пройдет, а они останутся, и в каких-то из них можно было бы разместить самых бедных и несчастных, которых редко принимают Скорые. В больницах, если по какой-то счастливой случайности, они попадут туда, обычно им оказывают только экстренную помощь. Во-первых, никто не хочет иметь таких соседей по палате. Во-вторых, у бездомных просто нет документов. В такие морозы, как те, что сейчас за окном, бездомные получают серьезные обморожения, и на гнойных ногах им просто не дойти даже до пункта помощи. Этим людям, конечно, нужна особая больница, и Совет будет работать по этому вопросу. Уже начал. Я тоже буду в этом участвовать. Если это получится, я смогу, наконец, получать удовольствие от зимы. Я люблю зиму, но когда такие морозы, как сейчас, я не могу радоваться потому, что всегда представляю каково сейчас тем, у кого нет дома.

Непраздный вопрос - зачем «Медуза» так навязчиво лепит к слову «Навальный» слово «политик». «Политик Навальный прилетел», «политик Навальный сказал», «политика Навального задержали»...

Что хочется сказать. Если, например, ночной горшок - это ночной горшок, то необязательно его подписывать. Итак видно, что это - горшок.

Ходила в поликлинику сдавать кровь. Брал медбрат – молодой еще человек в синей форме, в щегольских Apple-Watch, но уже с блестящей залысиной. На настенных часах было 13.10
– Вон она, - сказал он пощупав мою вену на сгибе руки. – Опыт-то не пропьешь – столько лет в бригаде Скорой, у кого только не приходилось брать – у стариков из ноги, у детей из родничка. Вон она, вон она, - покатал он мою вену под пальцем. – Сейчас я ее уколю, и что-то мне подсказывает, что попаду – с первого раза. Ну что, была не была?
– Ага, - сказала я, и он уколол.
– Зараза, куда пошла. Стой, кому сказал. Стоять! Вот зараза – я за ней, она – от меня.
После долгого сопения, он вынужден был смириться с неизбежным и вынул иглу.
– А я ее все равно достану, - сказал он, доставая новую иглу, и начал лупить меня ладонью по сгибу руки.
У меня из глаз посыпались искры, но я промолчала.
– Зараза, от кого вздумала убегать? Шаг влево – расстрел! Ну что, была не была?! –спросил он меня.
– Угу, - ответила я.
– Ах ты сука! – сказал медбрат, уколов.
– Это вы мне? – спросила я.
– Нет, что ты, зайчик.
Посопев и попотев, он был вынужден признать неизбежное словами – «Голяк на базе» – и вынул иглу.
– Если что, - сказала я, - у меня еще вены есть – на другой руке.
– Что бы я да не попал? Я – с моим опытом на Скорой? – он победоносно взялся за вторую руку, предварительно отхлопав ее так, что у меня из глаз посыпалась вторая партия искр.
– Вот же, вот же она была, я же попал, почти попал, зараза… - вынужденный признать неизбежное, он вынул иглу из третьей вены. – Я просто не хочу из кисти у тебя брать, там больно будет, и синяк останется размером с мир и его вселенную. Я позову Наташу, чтобы она тебя держала, - выпрямившись, сказал он.
– Поверьте, в этом нет никакой необходимости, - сказала я, - я не буду сопротивляться.
– Наташа! – крикнул медбрат.
Вошла сухонькая седенькая медсестра в очках. Оглядев меня с ног до головы, она спросила – «Что, Володя, наковырял?».
– Сейчас вместе ковырять будем, - мрачно сказал Володя. – Держи ее.
Наташа навалилась всем худом телом на мою руку, а Володя принялся бить. «Где я?» – подумала я, пока у меня сыпались искры из глаз. «Я чувствую ее, - сдавлено говорил Володя. – Вон она видишь, хитрая… без перчаток, Наташа, щупай, вон она, вон она. А была не была! Колю!».
Напряженное сопение, кряхтение, Наташа на моей руке. Вопль.
– Сука! С-сука! С-сука! С-сука! – закричал Володя.
Они выпрямились и посмотрели на меня. «Голяк на базе» – подвел итог Володя.
– Даже и не знаю что вам еще предложить, - сказала я, поглядев на часы, они показывали 13.40.
– Выбирай, - сказал Володя, - нога или родничок.
– Кисть, - сказала я.
Наташа оттянула мне кисть, хотя я не сопротивлялась, а Володя с криком «Была не была» уколол. Последовала горестная пауза.
– Голяк на базе? – вежливо поинтересовалась я.
Володя снял перчатки, снял маску и обтер ею лысину. Наташа заплакала.
– Столько лет на Скорой, - жалобно сказал Володя, - а чувствую себя сейчас как во времена практики.
– Успокойтесь, - сказала я, - не переживайте. Все хорошо.
– У тебя еще когда-нибудь так было? – сдавленно спросил Володя.
– Один раз брали три медсестры полчаса, - сказала я, - одна упала в обморок из-за того, что делала мне больно.
– Ну что, в последний раз была не была? – успокоившись, спросил Володя и еще раз уколол меня в кисть.
Послышалось новое торжественное молчание. «Пошла» - восторженно, как будто боясь спугнуть, прошептал Володя. «Пошла» – всплакнула Наташа.
Я повернула к ним лицо. Они стояли напротив меня. Володя прижимал к себе пробирку с моей кровью.
– Золотой вы наш человек, - умиленно сказала Наташа.
– Золотой, - согласился Володя. – Только не могла бы ты больше к нам не приходить?

И все-таки подготовка к инаугурации Байдена кажется лучшей рекламой Трампа. Колючая проволока вокруг Капитолия и солдаты в городе говорят говорят о том, что сторонников у Трампа много, настолько много, что их боятся

Сегодня прочла много комментариев о невероятной храбрости Навального, собравшегося вернуться в Россию. Под конец зачем-то прочла еще идиотически-восторженную заметку Le Temps, в которой говорилось – «Навальный, возвращаясь, бросается в пасть волку». Но почему-то никто хотя бы объективности ради не пишет о том, что Германии самой придется возвращать его в Россию, если он не уедет. Прямо-таки насильно, голыми руками пихать его в пасть этого волка (читай: на рейс «Победы»). Навальный объявлен Россией в розыск, и если она направит Германии запрос о его экстрадиции, та не сможет этот запрос проигнорировать. Но тогда будет разрушен ее образ страны спасительницы и благоволительницы Навального. А блогер этого не может допустить – ну, видимо, хотя бы потому, что ему еще сотрудничать с иностранными разведками и получать поддержку от Европы.

Но ради той же объективности я просто обязана признать, что Навальный – нереальный смельчак. Любой на его месте испугался бы возвращаться в страну людей, на головы которых призывал санкции и которым откровенно демонстрировал сотрудничество с иностранными спецслужбами.

В Ижевском цирке показали рождественское представление для детей – на сцену вышли дрессировщики в форме красноармейцев и вывели несчастных обезьяну и двух коз в нацистской символике. Самое невероятное, что заказчиком этого шоу оказалась… Ижевская епархия. Она даже прокомментировала это действо. Говорит, что оно символизирует победу над фашизмом, а также попрание символов нацистской Германии. То есть в епархии сами не понимают, что с этим рождественским представлением не так. Демонстрация свастики – им ок. А мне несложно объяснить, что еще не так.

Во-первых, в нашей стране прилагаются усилия для того, чтобы пропагандировать доброе отношение к животным. Зачем же делать так, чтобы у детей в сознании несчастные животные ассоциировались с мировым злом? Во-вторых, если мировое зло было представлено всего лишь обезьяной и двумя козами, если оно такое смешное, слабое и малочисленное, то за что же погибли миллионы наших людей. Хочется напомнить епархии, что глупо высмеивая зло, над которым одержана победа, можно невзначай выставить на посмешище и самого себя.

После вчерашнего бегства от цензуры 25 миллионов американских пользователей в Telegram, так и хочется пошутить о том, что у нас для возрастной категории Трампа есть ещё и Одноклассники

Шаман Габышев объявил о новом походе на Москву. Теперь на белом коне. Почему-то больше всего жалко коня.

Друзья, в этом месяце я проведу курс, на котором расскажу, как и где искать короткие истории для блогов. Многие мечтают вести блог, но не знают о чем писать. Все будет) Короткие истории – вокруг нас. Необязательно быть путешественником, тусовщиком или журналистом для того, чтобы видеть истории каждый день в обыденной жизни. Их можно видеть, даже не выходя из дома.

Я всегда говорю и сейчас еще раз повторю: для блогера главное – не умение хорошо писать, а умение увидеть историю в повседневности.

Я расскажу о некоторых приемах, которые заразят читателя короткой историей.

Если вы что-то продаете, то тоже идите ко мне) Во второй части курса я буду рассказывать о том, как привязать к своему товару или услуге историю и с помощью этой истории продать.

Курс состоит из двух лекций – вебинаров. За условиями участия пишите мне [email protected] или Марии Антоновой [email protected]

Платформы накинулись на Трампа, отключили от всего, и сейчас у него начнется ломка, как у любого человека с большой аудиторией, отключенного от информационной присоски. Такая же участь когда-нибудь постигнет всех нас, привыкших выражать свое мнение в соцсетях и имеющих ощущение свободы. Оно мнимо. И это очень хорошо начинаешь понимать, когда видишь перед глазами пример человека, отлученного от источников за то, что он – плохой. Глупо думать, что ты – хороший, и тебя это не коснется. Когда у пульта сетевых ресурсов встанут те, кто считает плохим тебя, коснется. Америка показала нам всем очень плохой пример – когда поддерживается не принцип, не идея, а личное политическое предпочтение. А политические предпочтения – изменчивы, мы знаем. Остается только сидеть на сетевой полянке и, простите за банальность, ждать, когда колокол прозвонит о тебе. Или перестроиться и постепенно перестать выражать свое мнение.

Не помню, писала ли я сюда про свою козу Зефирку. Внезапно родила двух козлят)