Бродский FM. Страница 2
3488
@BrodskyFM
Иосиф Бродский: стишки, цитаты, проза, стикеры.
-
Бродский FM
В поэтической дуэли побеждает Диля. Поздравляем! 👏 Если вам тоже хочется почитать стихи, не стесняйтесь и пишите мне: @ArtemiyR -
Бродский FM
Привет! После долгого перерыва, в эфире снова поэтическая дуэль имени Иосиф Саныча. Если вы не застали прошлые дуэли, расскажу о правилах. Двое участников читают стихи, а мы с вами слушаем и ставим лайки. Победителю — почёт, уважение и открытка с Бродским. Сегодня у микрофона: ❤️ Рашид. Увлечённый рыбак, житель жаркого Дубая и просто отличный парень. Читает «Песню невинности». 🖤 Диля. Молодая поэтесса и будущий магистр. Читает стихотворение «Дорогая». Голоса подсчитаем в пятницу в 18:00 по Москве. Приятного прослушивания 🎧 #читаембродского 
-
Бродский FM
Друзья, в этот день в 1940-м году родился Иосиф Бродский. Отличный повод выпить вечером бокал какао и почитать любимые стишки 🍷📚 
-
Реклама
-
Бродский FM
Новая жизнь (отрывок) Представь, что война окончена, что воцарился мир. Что ты ещё отражаешься в зеркале. Что сорока или дрозд, а не юнкерс, щебечет на ветке «чирр». Что за окном не развалины города, а барокко города; пинии, пальмы, магнолии, цепкий плющ, лавр. Что чугунная вязь, в чьих кружевах скучала луна, в результате вынесла натиск мимозы, плюс взрывы агавы. Что жизнь нужно начать сначала. Люди выходят из комнат, где стулья как буква «б» или как мягкий знак, спасают от головокруженья. Они не нужны никому, только самим себе, плитняку мостовой и правилам умноженья. Это — влияние статуй. Вернее, их полых ниш. То есть, если не святость, то хоть её синоним. Представь, что всё это — правда. Представь, что ты говоришь о себе, говоря о них, о лишнем, о постороннем. Жизнь начинается заново именно так — с картин изверженья вулкана, шлюпки, попавшей в бурю. С порождённого ими чувства, что ты один смотришь на катастрофу. С чувства, что ты в любую минуту готов отвернуться, увидеть диван, цветы в жёлтой китайской вазе рядом с остывшим кофе. Их кричащие краски, их увядшие рты тоже предупреждают, впрочем, о катастрофе. 1988 -
Бродский FM
-
Бродский FM
На независимость Украины Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой, слава Богу, проиграно. Как говорил картавый, «время покажет Кузькину мать», руины, кости посмертной радости с привкусом Украины. То не зелёно-квитный, траченный изотопом, — жовто-блакытный реет над Конотопом, скроенный из холста, знать, припасла Канада. Даром что без креста, но хохлам не надо. Гой ты, рушник, карбованец, семечки в потной жмене! Не нам, кацапам, их обвинять в измене. Сами под образами семьдесят лет в Рязани с залитыми глазами жили, как при Тарзане. Скажем им, звонкой матерью паузы метя строго: скатертью вам, хохлы, и рушником дорога! Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире, по адресу на три буквы, на все четыре стороны. Пусть теперь в мазанке хором гансы с ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы. Как в петлю лезть — так сообща, сук выбирая в чаще, а курицу из борща грызть в одиночку слаще. Прощевайте, хохлы, пожили вместе — хватит! Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит, брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый кожаными углами и вековой обидой. Не поминайте лихом. Вашего хлеба, неба, нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба. Нечего портить кровь, рвать на груди одежду. Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду. Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом? Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом. Полно качать права, шить нам одно, другое. Это земля не даёт вам, кавунам, покоя. Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник! Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег. Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза — нет на нее указа, ждать до другого раза. С Богом, орлы, казаки, гетманы, вертухаи! Только когда придёт и вам помирать, бугаи, будете вы хрипеть, царапая край матраса, строчки из Александра, а не брехню Тараса. 1992 -
Бродский FM
Бродский в геологической экспедиции. Якутия, 1959 год. 
-
Бродский FM
Стихи в апреле В эту зиму с ума я опять не сошёл. А зима, глядь, и кончилась. Шум ледохода и зелёный покров различаю. И, значит, здоров. С новым временем года поздравляю себя и, зрачок о Фонтанку слепя, я дроблю себя на сто. Пятернёй по лицу провожу. И в мозгу, как в лесу, — оседание наста. Дотянув до седин, я смотрю, как буксир среди льдин пробирается к устью. Не ниже поминания зла превращенье бумаги в козла отпущенья обид. Извини же за возвышенный слог: не кончается время тревог, но кончаются зимы. В этом — суть перемен, в толчее, в перебранке Камен на пиру Мнемозины. 1969 -
Бродский FM
Стихи о зимней кампании 1980-го года (отрывок) В чём содержанье жужжанья трутня? В чём — летательного аппарата? Жить становится так же трудно, как строить домик из винограда или — карточные ансамбли. Всё неустойчиво (раз — и сдуло): семьи, частные мысли, сакли. Над развалинами аула ночь. Ходя под себя мазутом, стынет железо. Луна от страха потонуть в сапоге разутом прячется в тучи, точно в чалму Аллаха. Праздный, никем не вдыхаемый больше воздух. Ввезённая, сваленная как попало тишина. Растущая, как опара, пустота. Существуй на звёздах жизнь, раздались бы аплодисменты, к рампе бы выбежал артиллерист, мигая. Убийство — наивная форма смерти, тавтология, ария попугая, дело рук, как правило, цепкой бровью муху жизни ловящей в своих прицелах молодёжи, знакомой с кровью понаслышке или по ломке целок. Натяни одеяло, вырой в трухе матраса ямку, заляг и слушай «уу» сирены. Новое оледененье — оледененье рабства наползает на глобус. Его морены подминают державы, воспоминанья, блузки. Бормоча, выкатывая орбиты, мы превращаемся в будущие моллюски, бо никто нас не слышит, точно мы трилобиты. Дует из коридора, скважин, квадратных окон. Поверни выключатель, свернись в калачик. Позвоночник чтит вечность. Не то что локон. Утром уже не встать с карачек. 1980 -
Бродский FM
Зашёл в инстаграм посмотреть, что там у Вани Урганта (говорят, уехал из России), и увидел такую вот вещицу. Повеселило (–: -
Бродский FM
Шествие, Баллада Жил-был король, жил-был король, он храбрый был, как лев, жил-был король, жил-был король, король без королев. Он, кроме хлеба, ничего не ел, не пил вина, одна отрада у него была: война, война. И день и ночь в седле, в седле, и день и ночь с мечом он мчался, мчался по земле, и кровь лилась ручьём за ним, за ним, а впереди рассветный ореол, и на закованной груди во мгле мерцал орёл. Летели дни, неслись года, он не смыкал очей, о, что гнало его туда, где вечный лязг мечей, о, что гнало его в поход, вперёд, как лошадь — плеть, о, что гнало его вперёд искать огонь и смерть. И сеять гибель каждый раз, топтать чужой посев... То было что-то выше нас, то было выше всех. Ответь, ответь, найди ответ, тотчас его забудь, ответь, ответь, найди ответ, но сам таким не будь. Он пред врагами честь свою и шпагу не сложил, он жизнь свою прожил в бою, он жизнь свою прожил! Гони, гони, гони коней, богатство, смерть и власть, но что на свете есть сильней, но что сильней, чем страсть. Враги поймут, глупцы простят, а кто заучит роль, тот страстотерпец, тот солдат, солдат, мертвец, король. Простись, простись, простимся с ним, простимся, чья вина, что тишь да гладь нужна одним, другим нужна война, и дробь копыт, и жизни дробь, походные костры. Одним — удар земли о гроб, другим — кларнет зари. 1961 -
Бродский FM
Кстати, вот ещё трек из альбома «Звук речи». Читает Иосиф Бродский, музыка нью-йоркской постпанк-группы Spielerfrau. -
Бродский FM
Одному тирану Он здесь бывал: ещё не в галифе — в пальто из драпа; сдержанный, сутулый. Арестом завсегдатаев кафе покончив позже с мировой культурой, он этим как бы отомстил (не им, но Времени) за бедность, униженья, за скверный кофе, скуку и сраженья в двадцать одно, проигранные им. И Время проглотило эту месть. Теперь здесь людно, многие смеются, гремят пластинки. Но пред тем, как сесть за столик, как-то тянет оглянуться. Везде пластмасса, никель — всё не то; в пирожных привкус бромистого натра. Порой, перед закрытьем, из театра он здесь бывает, но инкогнито. Когда он входит, все они встают. Одни — по службе, прочие — от счастья. Движением ладони от запястья он возвращает вечеру уют. Он пьёт свой кофе — лучший, чем тогда, и ест рогалик, примостившись в кресле, столь вкусный, что и мёртвые «о да!» воскликнули бы, если бы воскресли. 1972 -
Бродский FM
Второе Рождество на берегу… E. R. Второе Рождество на берегу незамерзающего Понта. Звезда Царей над изгородью порта. И не могу сказать, что не могу жить без тебя — поскольку я живу. Как видно из бумаги. Существую; глотаю пиво, пачкаю листву и топчу траву. Теперь в кофейне, из которой мы, как и пристало временно счастливым, беззвучным были выброшены взрывом в грядущее, под натиском зимы бежав на Юг, я пальцами черчу твоё лицо на мраморе для бедных; поодаль нимфы прыгают, на бёдрах задрав парчу. Что, боги, — если бурое пятно в окне символизирует вас, боги, — стремились вы нам высказать в итоге? Грядущее настало, и оно переносимо; падает предмет, скрипач выходит, музыка не длится, и море всё морщинистей, и лица. А ветра нет. Когда-нибудь оно, а не — увы — мы, захлестнёт решетку променада и двинется под возгласы «не надо», вздымая гребни выше головы, туда, где ты пила своё вино, спала в саду, просушивала блузку, — круша столы, грядущему моллюску готовя дно. 1971 -
Бродский FM
Лагуна (отрывок) Три старухи с вязаньем в глубоких креслах толкуют в холле о муках крестных; пансион «Аккадемиа» вместе со всей Вселенной плывёт к Рождеству под рокот телевизора; сунув гроссбух под локоть, клерк поворачивает колесо. И восходит в свой номер на борт по трапу постоялец, несущий в кармане граппу, совершенный никто, человек в плаще, потерявший память, отчизну, сына; по горбу его плачет в лесах осина, если кто-то плачет о нём вообще. Венецийских церквей, как сервизов чайных, слышен звон в коробке из-под случайных жизней. Бронзовый осьминог люстры в трельяже, заросшем ряской, лижет набрякший слезами, лаской, грязными снами сырой станок. Адриатика ночью восточным ветром канал наполняет, как ванну, с верхом, лодки качает, как люльки; фиш, а не вол в изголовьи встаёт ночами, и звезда морская в окне лучами штору шевелит, покуда спишь. Так и будем жить, заливая мёртвой водой стеклянной графина мокрый пламень граппы, кромсая леща, а не птицу-гуся, чтобы нас насытил предок хордовый Твой, Спаситель, зимней ночью в сырой стране. Рождество без снега, шаров и ели, у моря, стеснённого картой в теле; створку моллюска пустив ко дну, пряча лицо, но спиной пленяя, Время выходит из волн, меняя стрелку на башне — её одну. 1973 -
Реклама
-
Бродский FM
Эклога 4-я, зимняя (отрывок) Зимой смеркается сразу после обеда. В эту пору голодных нетрудно принять за сытых. Зевок загоняет в берлогу простую фразу. Сухая, сгущённая форма света — снег — обрекает ольшаник, его засыпав, на бессоницу, на доступность глазу в темноте. Роза и незабудка в разговорах всплывают всё реже. Собаки с вялым энтузиазмом кидаются по следу, ибо сами оставляют следы. Ночь входит в город, будто в детскую: застаёт ребенка под одеялом; и перо скрипит, как чужие сани. Жизнь моя затянулась. В речитативе вьюги обострившийся слух различает невольно тему оледенения. Всякое «во-саду-ли» есть всего-лишь застывшее «буги-вуги». Сильный мороз суть откровенье телу о его грядущей температуре либо — вздох Земли о её богатом галактическом прошлом, о злом морозе. Даже здесь щека пунцо́веет, как редиска. Космос всегда отливает слепым агатом, и вернувшееся восвояси морзе попискивает, не застав радиста. 1980 -
Бродский FM
Время года — зима… Время года — зима. На границах спокойствие. Сны переполнены чем-то замужним, как вязким вареньем. И глаза праотца наблюдают за дрожью блесны, торжествующей втуне победу над щучьим веленьем. Хлопни оземь хвостом, и в морозной декабрьской мгле ты увидишь, опричь своего неприкрытого срама — полумесяц плывёт в запылённом оконном стекле над крестами Москвы, как лихая победа Ислама. Куполов, что голов, да и шпилей — что задранных ног. Как за смертным порогом, где встречу друг другу назначим, где от пуза кумирен, градирен, кремлей, синагог, где и сам ты хорош со своим минаретом стоячим. Не купись на басах, не сорвись на глухой фистуле. Коль не подлую власть, то самих мы себя переборем. Застегни же зубчатую пасть. Ибо если лежать на столе, то не всё ли равно — ошибиться крюком или морем. 1967–1970 -
Бродский FM
34 года назад, 10 декабря 1987 года, Иосиф Бродский стал обладателем Нобелевской премии по литературе и выступил с нобелевской лекцией. Традиционно слушаем её всем миром 🎧 