Vladimir Pastukhov. Страница 4
41633
@v_pastukhov
Канал политолога Владимира Пастухова
-
Vladimir Pastukhov
Все-таки глобальное потепление - это не фейк. Еще не август, а уже жарко. -
Vladimir Pastukhov
В своем обращении Путин лукаво умалчивает о том, что он является главным вдохновителем и организатором этого мятежа. Он подтянул к себе Пригожина, достав его с самого дна, он одобрил невиданный эксперимент по созданию бывшим уголовником гигантской частной армии при сохранении уголовной же ответственности за наемничество, он щедро финансировал эту армию и из бюджета, и из «общака» (впрочем, в России это давно одно и то же), он принял решение заткнуть дыру на фронте этой частной армией в критический момент, построив самый эпический трубопровод в своей карьере – по перекачке отбросов общества из зоны на фронт, - он ушел в астрал и несколько месяцев не вмешивался в чудовищную свару между Пригожиным и генералитетом, подливая своим молчанием масла в огонь. Путин заварил, вскипятил и вылил сам на себя всю эту кашу. Его положение выглядит так же двусмысленно, как поведение Горбачева перед Форосом. Он чего-то ждал, но это что-то пошло не так и не туда. А еще он называл его своим другом… -
Vladimir Pastukhov
Из новостей о взятии Воронежа Пригожиным и воинственного обращения Путина понятно только одно: Воронеж все же будут бомбить. -
Реклама
-
Vladimir Pastukhov
А жив ли мальчик? Что бы там к утру не нарисовалось, - просто фейк, дип фейк или дип пёпл фейк, - но это начало конца. Чуть раньше, чем ожидалось. Скорее всего, еще не самый конец, но безусловное начало. Вот так оно, собственно, и происходит – никогда такого не было, и вот опять. Немного неожиданно, что «черный лебедь» - лысый. Это уже не развидеть. Потому что: - это трещина в фундаменте государственности Путина, в который воткнута его вертикаль; - это испарение сакральности Путина (надеюсь, еще не его самого); - это расслоение доселе спаянных воедино публичной и воровской властей. Конечно, непривычно молодежи выходить в эфир ночью. Но нам, пережившим и 91-й, и 93-й, не впервой. Смотрите совсем внеочередной выпуск «Пастуховской кухни», почти при свечах… https://youtu.be/aE6N4-LRsds -
Vladimir Pastukhov
Резко выросшее количестве инцидентов с участием украинцев и россиян в ЕС позволяет предположить открытие второго украинского фронта в Европе – против российской демократической оппозиции. По всей видимости, особой разницы между Кремлем и российской оппозицией в Киеве сегодня не видят, и разрыв связей с последней считают необходимым условием эмансипации украинского духа. Это естественная реакция на активизацию российской оппозиции на Западе, которая рассматривается Киевом как деструктивный фактор, “отвлекающий” внимание европейцев от собственно Украины и усложняющий “простое восприятие» Украины как жертвы агрессии, достойной победы, а России - как государства-террориста, заслуживающего уничтожения (вроде ИГИЛ). Российская оппозиция своей активностью размывает эту картину, добавляя в нее много “оттенков серого” (не все русские одинаковы, у России может быть другое будущее, с частью русских возможен диалог и так далее). Эта избыточная сложность вызывает в Киеве нескрываемое раздражение. Речь идет, конечно, не столько о стихийном выражении общественных настроений в Украине, сколько об осознанной и целенаправленной государственной политике. Обявление российской оппозиции “персона нон грата”, по всей видимости, является рациональным и взвешенным политическим решением, принятым на высшем государственном уровне. Косвенно это подтверждается не только соответствующими высказываниями представителей украинского руководства, но и попыткой одновременно сформировать из части радикально настроенных российских эмигрантов управляемую «альтернативную российскую оппозицию», у которой не было бы самостоятельной повестки, кроме собственно украинской. Иными словами, Киев готов поддержать и даже помочь оформиться в нечто вроде партии такую российскую оппозицию в эмиграции, которая не отвлекала бы Европу бессмысленными с точки зрения Украины рвзговорами о будущем России, о положении российских беженцев и тому подобных «излишествах», а занималась бы исключительно вопросами финансовой и иной помощи Украине. При этом вариант, когда делается и то, и другое («и вашим, и нашим»), Украину категорически не устраивает. В этой позиции есть определенная логика, и с тактической точки зрения она выглядит совершенно оправданной. Украина стремится к максимальной концентрации внимания своего главного союзника (США и ЕС) на оказании ей максимальной военной и финансовой помощи в войне с Россией. В этой связи любое упоминание о России в Европе, кроме как в стиле некролога, вызывает в Киеве нескрываемое раздражение. Естественным выглядит стремление к тому, чтобы таких упоминаний было как можно меньше, а значит, вызывает потребность делать что-то, чтобы гасить активность российской оппозиции в эмиграции. Если с тактической точки зрения такой подход выглядит совершенно оправданным, то как стратегия он может оказаться тупиковым. И дело тут вовсе не в России, ее важности или ее обидах. Дело в Европе и ее ценностях. Поддержка Украины в конечном счете обеспечивается довольно хрупким соотношением сил в западных обществах. Пока это соотношение устойчиво и в пользу Украины. Но общественные настроения изменчивы. Одним из существенных факторов, обусловливающих готовность европейцев поддерживать Украину, является представление о том, что украинцы сражаются не за себя (или не только за себя), но и за европейские ценности. Альтернативный нарратив, который проталкивала Россия, о «споре славян между собою» пока, к счастью для Украины, успеха не добился. Но это не значит, что битва нарративов закончилась. В любой момент все может перемениться. Первые звоночки уже прозвучали. Рекомендации Венецианской комиссии по «вопросам языкознания» и резкое неприятие нападок на Элизабет Гилберт, которая вынуждена была отложить выпуск своего романа, действие которого происходит в России, – плохой знак. Пара-тройка таких неловких движений - и европейская карета для Украины может обернуться тыквой, которую эвакуируют из Кабула. -
Vladimir Pastukhov
Вообще-то очередной разговор на «Пастуховских кухнях» был серьезным и о серьезном. Обсуждали, кого следующим Кремль бросит в топку ксенофобии, как велики шансы Украины стать европейским Израилем и смогут ли Байден и Си «разойтись» за счет России. Но на старте Борис озадачил меня, поведав о том, что Институт кибернетики в Киеве ранжировал представителей российской оппозиции по степени имперскости и лояльности Украине. Моя первая и инстинктивная реакция состояла в том, что у ребят в Институте кибернетики Украины много свободного времени. Буквально на днях русские хакеры положили несколько серверов ведущих украинских медиа, и я бы, честно говоря, сосредоточился на этих подразделениях российской военной разведки, а не на деятелях российской оппозиции. Тем более Михаил Подоляк практически в унисон с новостью о том, как кибернетики «посчитали» российскую оппозицию, сделал громкое заявление, что нет вещи более жалкой, бесполезной для Украины и никак не влияющей на ход войны, чем российская оппозиция (надеюсь, имелась в виду демократическая, а не Стрелков с Пригожиным – те-то как раз влияют). Ну, так и занялись бы чем-то более полезным, зачем грядки с овощами в чужом огороде пересчитывать? Однако, подумав и сопоставив обе новости, пришедшие практически одновременно, я пришел к выводу, что здесь тенденция, однако. Скорее всего, мы имеем дело с возросшей активностью российской оппозиции в Европе. Во-первых, она старается привлечь внимание к чисто российской проблематике и поэтому сворачивает разговоры на будущее России (Берлин, Брюссель), которого, по мнению украинцев, просто не должно быть, и это раздражает. Во-вторых, она все ставит вопрос о судьбе беженцев из России, уехавших под угрозой путинских репрессий или просто из-за нежелания быть мобилизованными на войну. А это тем более отвлекает от проблем украинских беженцев, спасающихся от российской агрессии. Вот уж точно прав был классик, когда написал, что самая большая конкуренция - на паперти… https://youtu.be/A04Ot52Nnu0 -
Vladimir Pastukhov
Кремль подтверждает свое реноме фабрики грёз. Конкретно сейчас он озабочен созданием иллюзии уже состоявшейся победы. Думаю, он впрок создает задел на то, чтобы иметь поле для маневра, если подвернется то, что Стрелков-Гиркин называет «сладким договорнячком». Я, кстати, разделяю скепсис последнего по поводу таких планов, но мечтать не запретишь. Вот предложит коллективный Запад вожделенный «раздел Украины» (разумеется, как первый шаг только), а мы тут как тут – готовы. Тогда россияне, проснувшись поутру, обнаружат, что все цели СВО на самом деле уже достигнуты. Вот, например, как демилитаризация Украины, которая, оказывается, уже произошла. Почему? Потому что Украина воюет теперь не своим, а чужим оружием. Мы-то все думали, что демилитаризация – это когда у страны нет армии, способной воевать, а выясняется, что это когда у нее есть армия, воюющая на заемные средства и чужим оружием. В этом смысле и СССР был демилитаризован в годы войны наполовину, так как воевал оружием и на кредиты, предоставленные Америкой по ленд-лизу. Только вот их оппонентам это не сильно помогло. -
Vladimir Pastukhov
Немного воскресного чтения о новинках политической моды. В Кремле идет активный поиск оригинальных нарративов на сезон осень-зима 2023-2024 годов. Среди трендов, которыми стилисты из агентства «АП и ДАУН» порадовали публику на этой неделе, я бы отметил нагнетание антисемитской истерии. В общем, это ретро стиль, но с элементами постмодерна. Заимствование фрагментов орнамента «Черной сотни» - прием не новый как в советскую, так и в послесоветскую эпоху. Однако никогда раньше антисемитскую волну не разгоняла правящая элита, в которой так широко и многообразно представлены сами «семиты», на что не преминул обратить внимание известный критик политической моды И.А.Гиркин. С нарастающей интенсивностью педалируется тема еврейства Зеленского. Вроде бы в нейтральном контексте, но с явным расчетом на то, что тренированный глаз обывателя зацепится не за контекст, а за подтекст. А подтекст простой и, главное, знакомый: евреи втянули русский и украинский народы в войну, исполняя заказ американских империалистов. Дело дошло до того, что на подиум выпустили не какую-то косолапую манекенщицу, а самого Путина. Смотрелся он, тем не менее, со своими шуточками на извечную тему весьма неуклюже, а остальным, думаю, скоро будет совсем не до шуток. Исподволь подводится идеологическая база под погромы, по ходу которых вдруг выяснится, что ответственными за войну, в конечном счете, являются не МО и ФСБ, а простые евреи. Какой сюрприз. Но и непростым тоже достанется. Это сегодня Кириенко, Пригожин и Суровикин – «наши еврейские дети». Настанет время, и им напомнят, кто они такие. Антисемитизм в России всегда штука многофункциональная: начинается с лавочников, а заканчивается внутриэлитными разборками на самом верху. Так что новый тренд можно рассматривать и как заготовку «антидота» в отношении «еврейской партии» вовсе не в Киеве. Так или иначе, исторический опыт подсказывает, что, если антисемитский тренд обозначил себя в Кремле, то сам по себе он никуда не исчезнет и будет только развиваться. Скорее всего, он сольется с другим мощным трендом –«антиолигархическим». Впрочем, в российских условиях за редким исключением – это почти одно и то же. Антисемитская струя, на мой взгляд, весьма органично вольется в общую схему очередного переформатирования общественно-политической жизни, которое ожидает нас по окончании лета, раскрасив осень в яркие черно-золотистые цвета. -
Vladimir Pastukhov
Общее впечатление от состоявшихся на неделе нескольких явлений Путина народу. Сталин был жалким подражанием Ивану Грозному. Путин является жалким подражанием Сталину. Что-то у них с историческим ксероксом случилось - каждая следующая копия оказывается более мутной, чем предыдущая. Боюсь даже подумать, какого качества будет в прекрасной России будущего распечатка копии Путина. Понятно, почему они хотят, чтобы он жил вечно: верят в себя. -
Vladimir Pastukhov
Несколько слов о превращении Гавела в Павела, которое вчера высекло искру в стакане воды во время эфира с Алексеем Венедиктовым. Напомню, что широко цитируемый президент Чехии высказался в том духе, что, мол, русские в условиях войны требуют более пристального внимания спецслужб, а затем ни с того, ни с сего вдруг вспомнил об интернировании японцев в Америке в годы Второй мировой войны, причем в стилистике: «А у них в Америке вообще японцев линчуют». Первая часть высказывания – трюизм, который не заслуживает того, чтобы тратить время на обсуждение. Вторая – неумный популизм, попытка ответить на формирующийся у части чешского общества ксенофобский запрос, причем как антирусский, так и антиукраинский. Конечно, хотелось бы, чтобы все президенты были умные и политкорректные, но некоторые из них – просто честные. Для чего Павел вытащил на свет Божий историю с интернированными в США в годы войны японцами, для меня остается загадкой. Мог бы вспомнить об интернированных во Франции немцах – вроде ближе и нагляднее. Эпизоду с японцами окончательная и справедливая оценка была действительно дана Верховным судом США, который признал эту практику неприемлемой, нарушающей фундаментальные права человека, и присудил оставшимся в живых крупные компенсации. Другое дело, что справедливость эта догнала немногих и почти полвека спустя после окончания войны. В целом позиция ЕС в этом вопросе пока, к счастью, однозначна, и любая дискриминация по национальному признаку, в том числе – русских, считается незаконной. Но это в теории. В жизни таких «павелов» гораздо больше, чем «гавелов», и достаточно сунуть нос в банк или какую-нибудь миграционную службу, чтобы в этом убедиться. Обычно, однако, - подчеркну: пока! - хорошего письма от приличного юриста с просьбой изложить все то же самое в письменном виде с указанием, что причиной действий является «русскость» обратившегося, оказывается достаточной для превращения «павелов» в «гавелов» и переводит диалог в сторону поиска компромисса. Тут вроде бы тоже все понятно и не вызывает разногласий. Зажигает не эта банальность, а реакция на нее в духе «все пропало, шеф!». Когда я слышу «это расизм, это возмутительно, это неслыханно», я пожимаю плечами и отвечаю: «Это война». Вот так она всегда выглядит – жестокая, несправедливая, убийственная для всех: виноватых и не виноватых, палачей и жертв, и тех, кто просто на площади стоял. Оправдывает ли это «павелов»? Безусловно, нет. Но посуду по этому поводу бить не надо. Никогда такого не было, и вот опять. В годы второй мировой войны интернировали сплошь и рядом, и это стало еще одной трагической страницей войны. Одной из многих. Я, кстати, одной из первых книг про войну прочитал воспоминания Вальтера Гориша – немецкого антифашиста, интернированного во Франции. Уже потом была художественная проза Ремарка. Да, это одна из жестоких ипостасей войны, отвратительная, омерзительная и практически неизбежная. Но, реагируя на нее, мы должны не сбивать прицел эмоциями. Не «павелы» придумали эту войну и не они на ней главные расисты. www.youtube.com/live/T2…VIS6LYvw -
Vladimir Pastukhov
Сегодня дилемма для путинских элит выглядит следующим образом: или перемирие, или новая мобилизация (частичная или всеобщая). Теоретически и то, и другое возможно. Практически оба сценария не идеальны. В случае перемирия на любых условиях, даже с признанием нынешней линии фронта временной границей, возникают проблемы с активным меньшинством, на которое Путин опирался, когда надо было сменить мирную парадигму на военную. В случае мобилизации с целью продолжения войны до какого-то мистического победного конца возникают проблемы с пассивным большинством, которое является базовой опорой режима. Выбирая между активным (одержимым) меньшинством и пассивным («содержимым» на природную ренту) большинством, Путин привычно делает ставку на большинство, выбирая из двух зол то, что кажется ему меньшим. Опираясь на опыт прошлых лет, он полагает, что с новой военной оппозицией он сможет быстро разобраться теми же методами, что и со старой антивоенной. Поэтому основным сценарием пока рассматривается продавливание перемирия любой ценой, а новая мобилизация остается резервной опцией. В расчет не принимаются три обстоятельства. Военная оппозиция, в отличие от антивоенной, является частично вооруженной и более приспособленной к насильственным методам борьбы. Путин образца 2024 года не равен Путину образца 2018 года – как я уже однажды писал, Путин Таврический не похож на Путина Бахмутского. Западу всего случившегося уже «не развидеть», и никакого возвращения к статус-кво не произойдет даже в случае перемирия. С большой долей вероятности этот сценарий создает дополнительные риски превращения империалистической войны в гражданскую. -
Vladimir Pastukhov
В статье, опубликованной в козацком журнале “Сурма” под увлекательным заголовком “Россияне -это историческая болезнь. И от нее следует лечиться” Вахтанг Кебуладзе, представленный как философ, публицист и переводчик, пишет (перевод мой): « Любой человек, который говорит: “Я – россиянин”, одновременно говорит: “Я имперец, я ксенофоб и ненавижу человечество”». Когда я учился на первом курсе юридического факультета Киевского университета, нам преподавали логику, и там был раздел о ложных силлогизмах. Например, таких: некоторые русские являются преступниками – вы являетесь русским – следовательно, вы являетесь преступником и все русские являются преступниками. За подобного рода силлогизмы ставили незачет. Но то на экзаменах, а в жизни все сложнее. В последнее время в чаты, где русские обсуждают перспективы своей непутевой родины, все чаще стали приходить украинцы, чтобы в максимально резкой форме выразить свою боль и негодование. Причем приходят они почему-то именно туда, где нет сторонников войны. Приходят, в общем, чтобы сказать, как они ненавидят и презирают, как желают России провалиться в тартарары, как глубоко безразличны им различия между всякими русскими и как противны им любые разговоры о будущем России. Прекрасная Россия будущего для украинцев сегодня – Россия без будущего. О России сегодня – или плохо, или никак. Мне, может быть, больше, чем другому среднестатистическому русскому, понятна эмоциональная подоплека этого отношения – в конце концов, русские ракеты в последнее время сбивают уже непосредственно над крышей дома, в котором я вырос. Дилемма кажется неразрешимой. Вот всплыла в сети лично мне близкая история о психиатре Евгении Шевалёве - русском враче, ученике Бехтерева, который основал одесский психдиспансер. В годы войны он вместе с сыном переписал личные дела сотрудников и пациентов больницы, превратив их из евреев в русских и украинцев. Не Шиндлер, конечно, но все-таки. И он, и его сын признаны Яд Вашем “праведниками народов мира”. Меня эта история касается странным образом. Я назван в честь его сына, тоже врача, Владимира Шевалёва – мои родители познакомились в его клинике. В свете ложной логики происходящего сегодня Шевалёв – он кто? Имперец, ксенофоб, ненавидящий человечество? Должны ли о нем помнить в Одессе? Надо ли его вычеркивать из списков праведников Яд Вашем, потому что он считал себя русским, потому что говорил и писал по-русски, потому что любил русскую поэзию и издавал книги о Блоке? Вы скажете: при чем здесь это, ведь он же жил на территории нынешней Украины и к войне не имеет отношения. Так и Линор Горалик вроде была ни при чем, а поди ж ты. Лес рубят - щепки летят. У украинцев сейчас нет времени и сил разбираться, в кого и куда. Им бы от бомб увернуться. И все же эти щепки не делают этот мир лучше. Я думаю, что русским с украинцами сейчас будет полезна временная культурная сегрегация. Русским не надо лезть к украинцам ни с сочувствием, ни с поддержкой, ни тем более с советами (я, в общем, стараюсь так и делать, оставив комментирование внутриукраинских проблем тем, кому они ближе). Переживайте, сочувствуйте, помогайте, страдайте, стыдитесь, – но молча, для себя, а не для них. Им этого от вас сейчас не надо. Потому что тут все строго по Довлатову: им сейчас противен сам тембр нашей русской речи. Но и украинцам стоит оставить в покое тех русских, которые ищут возможность сделать Россию свободной и процветающей, никому не угрожающей и, конечно, счастливой. Мечтать об этом – такое же их право, как ваше право ненавидеть нынешнюю Россию и мечтать о победе Украины. -
Vladimir Pastukhov
Неожиданную для меня популярность в “экспертных” кругах стала приобретать мысль, что стабилизация фронта (если она произойдет) будет означать отсутствие End Game в этой войне, а раз так, то нечего ее и продолжать. В ответ на это можно разве что сказать, что отсутствие End Game в этой войне было многим очевидно с первых ее дней, поэтому нечего было ее и начинать. Однако начали. И не потому, что дебилы опять. А потому, что опять уже не могли жить - точнее, выжить - без войны. Конец любого режима в России - это всегда ввязывание в бессмысленную для всех, кроме самого режима, войну: японскую, афганскую, украинскую... Стратегически кремлевскому режиму нужна война как состояние. Тактически, здесь и сейчас, ему нужна передышка, чтобы перезарядить батареи. Поэтому он создает иллюзию, что страшно озабочен отсутствием end game и мобилизует свою главную ударную силу, – армию полезных идиотов, - чтобы эту передышку получить. Реальная передышка возможна с Кремлем лишь при одном случае: если армии России и НАТО будут стоять вдоль линии разграничения “дуло в дуло”, и обе стороны будут знать, что первый же выстрел станет для всех последним. Тогда алгоритм эскалации вернется к хорошо знакомым из прошлого паттернам: берлинскому и карибскому. Весь вопрос в том, где и когда пройдет линия этого размежевания. Мне лично кажется, что стороны конфликта пока ее пока не нащупали. Об этом, а также о микрокультурных пузырях и многом другом, смотрите подробнее в очередном выпуске “Пастуховской кухни” https://youtu.be/YJRZw8oEgHo -
Vladimir Pastukhov
А ведь было время - и Шойгу любили. Причем не такое далекое. В тогда еще министра по чрезвычайным ситуациям (а не по специальным операциям) были влюблены женщины разных возрастов (и даже один зубной техник), а мужики всерьез рассматривали его как лучшую альтернативу Путину: мол, приведет «честных военных», которые поставят на место вороватых чекистов, и заживем! Как быстро проходит мирская слава. Кто помнит те времена, кроме чекистов и ФБК? А может, пройдут годы, и кто-нибудь из товарищей-потомков, роясь в окаменевшем архивном дерьме, наших дней изучая подонков, обнаружит что-нибудь и об этой войне. И узнает вдруг, что войну придумали какие-нибудь Чук и Гек, которых не устраивала такая вот альтернатива? -
Vladimir Pastukhov
Небольшой комментарий к посту Бориса - о краткосрочных и долгосрочых последствиях надвигающейся патовой ситуации на фронтах, но немного в другом аспекте. https://t.me/b_pastukhov/138 Меня волнует, как быстро сможет пропагандистская машина Украины перестроиться после почти полугодового раскручивания «культа контрнаступа». С начала агрессии и вплоть до сегодняшнего дня Украина выигрывала у России информационную войну. В первые же дни после начала военных действий в Украине победил нарратив народной освободительной войны, что обеспечило невероятно высокий уровень общественной мобилизации как на фронте, так и в тылу. Эта никем не предвиденная степень общественной мобилизации, на мой взгляд, стала главным залогом международной поддержки Украины, переборола тот всеобщий скепсис в отношении способности Украины к сопротивлению, который доминировал на Западе перед самой войной и в первые ее дни. В России, напротив, в самом начале агрессии с психологической мобилизацией не заладилось. Вначале был запущен довольно убогий по всем параметрам нарратив ограниченной колониальной войны (СВО), а когда он затрещал по всем швам под ответными ударами ВСУ, его попытались заменить нарративом новой «отечественной войны», который провалился с еще большим треском. Идея настолько не зашла, что после нескольких месяцев «проката» этот ретрофильм сняли с показа вовсе. Но Кремль не сидел сложа руки, а активно работал над проблемой. В конечном счете, по итогам непростой зимы, не оправдавшей надежд Кремля на успешную наступательную кампанию российской армии, на свет появился существенно обновленный нарратив «Россия в кольце врагов», который показал гораздо большую эффективность (поддержка войны населением стала расти, несмотря на беспрецедентные неудачи и потери на фронтах). Эти изменения нарратива остались незамеченными, а между тем они носят принципиальный характер. Начало войны с Украиной в целом признается ошибкой, но особого значения этой ошибке не придается, так как выяснилось, что война идет не с Украиной, а с НАТО и США. Вся история с укробандеровцами, анти-Россией и прочими страшилками сразу ушла куда-то на второй план. На первый план вышла коалиция западных стран, с которой Россия воюет не на жизнь, а на смерть. Это гораздо понятнее населению, взрощенному на вековой вражде с «латинянством». В этой конфигурации Россия – обороняющаяся сторона, причем от противника, многократно превосходящего его по ресурсам, в том числе военным. Путин теперь признает, что у России не хватает современного оружия, что война с этим врагом будет тяжелой, и тем самым готовит население психологически к очень длительному противостоянию, возможным лишениям и ужесточению режима (и тут Пригожин вполне в тренде, несмотря на всю экзотику). В краткосрочной перспективе это, может быть, и опасный маневр, но в долгосрочной – дает гораздо большую устойчивость системе. А вот Украина все это время почивала на лаврах первоначального успеха. Нарратив народной войны сначала плавно трансформировался в философию «неизбежности победы Украины», а потом и вовсе деградировал в шапкозакидательскую концепцию «победного контрнаступу». Население психологически готовили полгода не к изнурительной и длительной войне с превосходящим по силам противником, а к тому, что сегодня-завтра благодаря одному героическому усилию весь ужас закончится, что надо совсем немного потерпеть, и армия освобождения на натовских танках войдет в Крым. Я не тот человек, который может сказать, случится это или нет – в принципе, не исключаю. Но если этого не случится, руководство Украины окажется в крайне затруднительном положении, так как оно разогнало ожидания, которые не в состоянии оправдать. И наоборот, Кремль, подготовивший россиян к возможности очень длительной и затратной войны, окажется в более выигрышном положении. В случае окончательного перехода по итогам лета к позиционной войне принципиальное значение для Украины будет иметь то, насколько быстро и качественно Зеленский и его офис смогут сменить нарратив и перенастроить украинцев на долгую войну. Думаю, этот диалог будет непростым. Boris Pastukhov Колода всегда тасуется причудливо, и почти год обсуждения нарратива «неизбежности победы Украины» задрали планку ожиданий (снаружи и, судя по всему, внутри Украины) так высоко, что она местами достигла уровня ожиданий внутри России 23 февраля 2022 года. От украинского наступления ждут мощного и разового прорыва, а российская армия воспринимается отсталой и безоружной толпой алкоголиков-кровопийц на фоне блистательной и вооруженной по стандартам НАТО Украинской гвардии наступления. Не отрицая возможность такого исхода, нельзя не заметить, что первые попытки прощупать российскую линию обороны пока показывают, что любое наступление будет кровавым, ресурсоемким и с низкой вероятностью быстрых прорывных успехов. В целом, вероятность «застывшего» фронта росла всю весну и продолжает расти сейчас. Что это (если случится) будет значить? Многие полагают (в том числе в российской элите), что это простимулирует Запад давить на Украину, склоняя ее заморозить конфликт политическими методами. Это вероятное, но не единственное…
-
Реклама
-
Vladimir Pastukhov
Немного о метафизике в феномене Пригожина и Ко. Где-то в самом начале нулевых я отчасти в шутку, отчасти всерьез придумал теорию военно-чекистских циклов применительно к политической истории советской и постсоветской России. Вначале я опубликовал ее на Полит.ру и в Новой газете, потом в развернутом виде она вошла в одну из моих книжек. Наблюдая за текущими политическими перипетиями, я вдруг осознал, что эта ничем не подтвержденная и мало на что похожая гипотеза продолжает работать, и поэтому есть смысл в очень краткой форме о ней напомнить. Так как в Советской России никогда не было условий для открытой политической борьбы, то выяснение отношений между различными фракциями элиты происходило в закрытом режиме «схватки бульдогов под ковром». В этой схватке разные кланы вынуждены были опираться на какую-то реальную силу, то есть либо на армию, либо на политическую полицию (ОГПУ/НКВД/КГБ/МГБ/ФСБ). Эти две силы находились в постоянной конкуренции друг с другом, но в каждый данный момент времени политически доминировала одна из них. Соответственно можно выделить армейские и чекистские периоды. Историю последних 100 лет России можно в свете этой гипотезы разделить на циклы, очень условно - по 12 лет каждый, когда попеременно в политической жизни страны доминировали то армия, то охранка. Период с 1917 года (революция) по 1929 (закат НЭПа, бегство Троцкого) – это время армии. С 1929 года по начало войны – эпоха большого террора, политического разгрома армии и доминирования политической полиции. С 1941 года (начала войны) по 1953 (военный переворот, организованный Хрущевым) очевидно был за армией. С 1953 по 1965 сам Хрущев предпочитал опираться на новое поколение чекистов. Эпоха Брежнева, до начала его заката с 1965 по 1977 годы – это время создания ядерного паритета и время армии. От прихода Андропова в ЦК до 1989 года, когда произошел фактический крах советской системы, продолжался очень важный цикл доминирования спецслужб, которые и выносили в своем чреве перестройку. С 1989 по 2001 год – время армии, время губернаторов-генералов и всяческих локальных войн, которыми они рулили. Период с 2001 года, когда Путин впервые проявил себя как самостоятельный игрок, и до 2013 года, когда он подвел Россию к войне, стал эпохой реванша спецслужб и унижения армии, символом чего была сердюковская реформа. Со вступлением России в войну начался новый армейский цикл, визитной карточкой которого были Путин с Шойгу в тайге. Внутри этого цикла мы пока живем, но его финишная прямая уже просматривается с пригорка. Смену цикла с чекистского на армейский в 2013 году я успел предсказать за несколько лет до аннексии Крыма. Настало время сделать следующий шаг и предсказать возвращение спецслужб на первую линию в 2024-2025 году. Исходя только из логики циклов, можно предположить, что войну эту будет разруливать не армия, а ФСБ, которая также выйдет победителем в соревновании по перекидыванию ответственности за СВО «на соседа». Армия, напротив, обречена стать политическим козлом отпущения, и ей вряд ли удастся вывернуться из этого капкана. Для того и нужен Пригожин, чтобы через год уже у самой последней бабки в самом дальнем углу России не было сомнений, кто же во всем этом виноват. С некоторой долей уверенности можно предположить, что волей-неволей (спасибо Минюсту за подсказку) ФСБ сыграет роль коллективного иноагента и станет драйвером изменений, которые сегодня нам всем кажутся немыслимыми. Все будет как у Гайдая: кто нам мешает, тот нам и поможет… -
Vladimir Pastukhov
Российская армия медленно, но неуклонно разлагается. Для того, чтобы сделать этот вывод, не надо быть ни разведчиком, ни военным специалистом, ни даже военным корреспондентом (хотя последние именно об этом и пишут), достаточно просто следить за информационной лентой. При сохранении уголовной ответственности за наемничество в состав вооруженных сил РФ входят как минимум две нелегальных частных армии. Одна - кадыровская (по словам Кадырова, это 70 тысяч бойцов). Вторая - пригожинская (по словам Пригожина, в пике 50 тысяч бойцов). Есть еще несколько частных военизированных соединений, но менее значимых, в которых в сумме наберется, наверное, не более 20 тысяч бойцов. Эти нелегальные частные армии в целом вооружены (за исключением тяжелого вооружения, конечно) и обеспечены лучше, чем регулярные армии, и имеют более подготовленный сержантский и офицерский составы (если не брать в расчет армейскую элиту (спецназ), которой немного). В целом, частная военная группировка по размеру и по вооружениям сопоставима с той группировкой регулярной армии, которую Россия подготовила к зиме 2022 года в качестве ударного кулака и с помощью которой собиралась сокрушить Украину и брать Киев. Эта армада финансируется и вооружается полностью за счет средств государственного бюджета, фактически в ущерб регулярной армии, но при этом до конца государством не контролируется. «Хозяева» частных армий, формально подчиняющиеся МО и ГШ РФ, в публичном пространстве демонстрируют предельную враждебность к этим государственным институтам и их руководителям, открыто занимаются антиармейской агитацией и пропагандой среди населения и вступают уже в открытые столкновения с регулярными частями. Похищение и публичный допрос «Вагнеровцами» командира армейской бригады – это унижение не Шойгу, а всей русской регулярной армии. Неподготовленная к большой войне и поэтому истекающая кровью армия в физическом и моральном отношении поставлена в ту же позицию, в которой она находилась в преддверии большевистской революции, когда солдатские комитеты срывали с офицеров погоны и решали вместо генштаба, где наступать, а где отступать. Только теперь на месте солдатских комитетов - бандитские. Такая армия, даже будучи оснащенной гипезвуковыми ракетами и ядерным орудем, не может быть в долгосрочной перспективе дееспособной. Мы являемся свидетелями начавшегося разложения армии, которое всегда предшествует развалу государственности. Последнее – не мое личное мнение, а вывод, сделанный генералом Деникиным по итогам большевистской революции. -
Vladimir Pastukhov
Прорыв плотины Каховской ГЭС кажется страным мистическим актом истории, потому что в данный момент времени и в том виде, в котором это произошло, оно не выгодно (по крайней мере – очевидно) ни одной из сторон. Для Кремля сомнительные военные плюсы уравновешиваются жирными политическими минусами. Такое событие скорее свидетельствует об управленческом хаосе, чем о последовательном проведении в жизнь политики управляемого хаоса. А в совокупности с другими иррациональными явлениями последнего времени (вагнеризация армии, кадыризация Москвы и так далее) все это складывается в картинку нового системного кризиса, подготовляющего в обозримой перспективе фазовый переход в состоянии режима. Смотрите подробную дискуссию об этом в очередном выпуске «Пастуховской кухни». https://youtu.be/_C_jGD77zxc