Подосокорский. Страница 5

В узел сатаны нити городов свиты, Кармою страны скован по рукам дух… Где Ты в этот час, ближний из Сынов Света, Бодрствующий в нас огненной борьбой двух? Если — зов трубы, хриплый, ветровой, резкий — Разве то не Ты кличешь в снеговой рог, — Ты, что начертал страшную судьбу русских, Ты, что сократить властен роковой срок? Иль по облакам битвой Ты святой занят, И перед Тобой горький этот стих — дым, — Дым из тех пустынь, где по берегам клонит Мерзлую полынь ветер мировых зим? Что Тебе до нас, капель в штормовом море, Злаков, что дрожат зябко в борозде Зла?.. Ангеле наш! Нам холодно в Твоем мире, А по сторонам — в людях и везде — мгла. Гасит меня тьма, если отвратил взор Ты, Если взор ума к мудрости Твоей слеп! Корни существа Ты не оросил? — Мертвы… Склеп. Даниил Андреев

Мартин Хоффман. "Посетители", 1980

В следующем году фильм Марка Уэбба выйдет.

231 год назад родился князь Пётр Андреевич Вяземский (1792—1878), русский поэт, литературный критик, историк, переводчик, публицист, мемуарист и государственный деятель. Наш век нас освещает газом Так, что и в солнце нужды нет: Парами нас развозит разом Из края в край чрез целый свет. А телеграф, всемирный сплетник И лжи и правды проводник, Советник, чаще злой наветник. Дал новый склад нам и язык. Смышлен, хитер ты, век. Бесспорно! Никто из братии твоей, Как ты, не рыскал так проворно, Не зажигал таких огней. Что ж проку? Свесть ли без пристрастья Наш человеческий итог? Не те же ль немощи, несчастья И дрязги суетных тревог? Хотя от одного порока Ты мог ли нас уврачевать? От злых страстей, от их потока Нас в пристань верную загнать? Не с каждым днем ли злость затейней, И кровь не льется ль на авось, В Америке, да и в Гольштейне, Где прежде пиво лишь лилось? Болезни сделались ли реже? Нет, редко кто совсем здоров. По-прежнему — болезни те же, И только больше докторов. И перестали ль в век наш новый, Хотя и он довольно стар, Друг другу люди строить ковы, Чтобы верней нанесть удар? И люди могут ли надежно Своим день завтрашний считать, От правды отличить, что ложно, И злом добра не отравлять? А уголовные палаты Вложить в ножны закона меч? От нот и грамот дипломаты Чернил хоть капельку сберечь? Нет! Так же часты приговоры, Депешам так же счета нет: И всё же не уймутся воры, И мира не дождется свет. Как ты молвой ни возвеличен, Блестящий и крылатый век! Всё так же слаб и ограничен Тобой вскормленный человек. Уйми свое высокомерье, Не будь себе сам враг и льстец: Надменность — то же суеверье, А ты — скептический мудрец. Как светоч твой нам ни сияет, Как ты ни ускоряй свой бег, Всё та же ночь нас окружает, Всё тот же темный ждет ночлег. <Сентябрь 1841, 1848>

Джозефина Чаплин, дочь английского актера и режиссера Чарли Чаплина, умерла в Париже в возрасте 74 лет, сообщает Le Figaro. Она была четвертой среди детей Чаплина, родившихся в его браке с актрисой Уной О'Нил. Джозефина Чаплин снялась в картинах отца "Огни рампы" (1952) и "Графиня из Гонконга" (1967). Также она сыграла главную роль в "Кентерберийских рассказах" Пазолини (1972). В картине Андре Юнебеля "Четыре мушкетера" (1974) исполнила роль Констанции Бонасье. После смерти Чарли Чаплина в 1977 году, она многое сделала для увековечивания его памяти.

Суфизм после СССР: коллективная монография / Ред. С. Абашин, А. Кныш, И. Панков. - М.- СПб.: Марджани, Аль-Макам, 2022. - 512 с., илл. Аннотация: Настоящая монография является первым опытом осмысления современного суфизма на пространстве бывшего СССР как цельного и многообразного феномена. В центре внимания коллектива авторов последователи суфийских учений и члены суфийских сообществ в различных регионах Российской Федерации — на Северном Кавказе, в Татарстане, Башкортостане и Сибири, а также в Украине и Центральной Азии, в частности, в Казахстане, Таджикистане, Туркменистане и Узбекистане. Авторы монографии, с одной стороны, выявляют национальную, региональную и сугубо локальную специфику разных кейсов, их политическое, социальное и культурное своеобразие, с другой — рассматривают общие закономерности постсоветской трансформации, многочисленные транснациональные и трансрегиональные пересечения и взаимосвязи, а также процесс включения постсоветского суфизма в глобальный контекст. Отдельное внимание в работе уделено неосуфизму, его практикам и сетям, его распространению и взаимосвязям с исторически сложившимся суфизмом, тому, где и как проходят и конструируются границы «традиционности» и «(пост)современности». Особенностью данной работы является междисциплинарное соединение разнообразных методологий. Авторы монографии опираются на свои собственные полевые этнографические исследования, часть которых проводились членами суфийских сообществ «изнутри», что позволило увидеть изучаемые явления вне строгих эпистемологических рамок и сложившихся ориенталистских установок. В качестве источников авторы использовали интервью с последователями суфизма, участие в их практиках, тексты и социальные сети в интернете, частные архивы и визуальные материалы. Такое многообразие источников позволяет создать объемную картину, взглянуть на постсоветский суфизм не только в разных культурно-географических контекстах, но и с разных дисциплинарных точек зрения.

Минобрнауки РФ планирует, что в 2025 году около 40 тысяч студентов будут проходить обучение в вузах в сфере беспилотных авиационных систем (БАС), в 2030 году — около 180 тысяч человек, сообщили в пресс-службе министерства. Ранее зампред совета по развитию цифровой экономики при Совете Федерации, сенатор Артем Шейкин заявил, что российские школьники с 1 сентября начнут изучать основы применения беспилотников на уроках начальной военной подготовки.

Более 8000 писателей, включая Маргарет Этвуд («Рассказ служанки»), Дэна Брауна («Код да Винчи»), Сьюзен Коллинз («Голодные игры») подписали открытое письмо, в котором выступили против использования своих произведений для обучения моделей искусственного интеллекта (ИИ) и потребовали компенсаций от компаний, развивающих технологию. «Миллионы книг, статей, эссе и стихов, защищенных авторским правом, обеспечивают «пищу» для систем ИИ — это бесконечные обеды, за которые не выставляется счет. Вы тратите миллиарды долларов на разработку технологии искусственного интеллекта. Будет справедливо, если вы вознаградите нас за использование наших трудов, без которых ИИ был бы банальным и крайне ограниченным», — говорится в открытом письме писателей. Письмо адресовано генеральным директорам OpenAI, Google, Stability AI, Meta (признана в России экстремистской и запрещена), Microsoft, IBM и другим компаниям, развивающим ИИ-технологии. Среди подписантов заявления также есть лауреаты Пулитцеровской премии Дженнифер Иган, Майкл Шейбон и Луиза Эрдрич, а также писатели Джонатан Франзен, Селеста Инг, Нора Робертс и Рон Черноу.

Умер предприниматель Антон Черепенников, ему было 40 лет. Его компания объединяла основные активы для исполнения «закона Яровой». Предварительная причина смерти — остановка сердца, пишет Baza. В 2018 году Черепенников создал группу «ИКС Холдинг», в которую входят разработчики продуктов для системы оперативно-розыскных мероприятий (СОРМ) и для реализации «пакета Яровой». Также он участвовал в реализации закона об изоляции Рунета, писали VTimes. До 2019 года предприниматель владел киберспортивной командой Virtus.pro, а после входил в совет директоров «Мегафона». В феврале 2023 года его компания попала под американские санкции

145 лет назад родился Януш Корчак (1878-1942), педагог, писатель, врач, принявший смерть в газовой камере концлагеря Треблинка вместе со своими коллегами и воспитанниками. Напомню в этот день несколько записей из его дневника. Цит. по изданию: Януш Корчак. Дневник. - Иерусалим: Став, 1982. "Я намерен ответить на лживую книгу псевдопророка. Книга эта принесла много вреда. Так говорит Заратустра. И я разговаривал, имел честь разговаривать с Заратустрой. Мудры его проникновения, тяжелы, тверды и остры. Тебя, бедный философ, завели они за мрачные стены и тесные решетки психиатрической больницы, ведь так оно и было. Тот же самый Заратустра учил меня другому. Может быть, у меня был лучше слух, может, я более чутко слушал. С одним согласен: и дорога учителя, и мой путь ученика — были нелегки. Гораздо чаще поражения, нежели успехи, много отклонений, а следовательно, времени и усилий на пустое, кажущееся бесполезным. Идет 1942 год. Май. Холодный май в этом году. А сегодняшняя ночь — тишайшая из тихих. Пять часов утра. Дети спят. Их и на самом деле две сотни. В правом крыле — пани Стефа, я — налево, в так называемом изоляторе. Моя кровать посреди комнаты. Под кроватью бутылка водки. На ночном столике — порция хлеба и кувшинчик с водой. Славный Фелек заточил карандаши, каждый с обеих сторон. Могу писать и авторучкой, одну дала мне Хадаска, а вторую — какой-то папаша непослушного сынка. От этого карандаша на пальце уже образовался желобок. Только сейчас мне пришло в голову, что можно иначе, что можно удобнее, что пером легче. Не даром папочка [Ю. Гольдшмит] называл меня в детстве растяпой и олухом, а в моменты раздражения даже идиотом и ослом. Одна лишь бабушка верила в мою звезду. А остальные: лодырь, плакса, недотепа (уже говорил), идиот и никчемный парень. Но об этом потом. Были правы. Одинаково. Наполовину. И бабушка, и папа. Но об этом потом. Лодырь... верно... Не люблю писать. Думать — другое дело. Совсем для меня это нетрудно. Как будто бы рассказываю себе сказочки. Где-то я читал: — Существуют люди которые [не] мыслят точно так же, как некоторые говорят: «Не курю». Я мыслю. Раз, два, раз, два. Роя свой колодец, обязательно обращаю внимание на каждую неловко брошенную лопату земли. Задумываюсь минут на десять. И не потому, что уже слаб сегодня, а потому, что стар. Так было всегда. Бабушка, давая мне изюм, говорила: — Философ. Наверное, уже тогда я доверил бабуле в откровенной беседе свой дерзкий план преобразования мира. Ни больше, ни меньше, как выбросить все деньги. Как и куда выбросить и что потом делать, по-видимому, не знал. Не стоит судить слишком строго. Мне было тогда пять лет, а вопрос до неловкости трудный: как сделать, чтобы не было детей грязных, ободранных и голодных, с которыми мне не разрешалось играть во дворе, там, где под каштаном было похоронено в жестяной коробке из-под леденцов завернутое в вату первое в моей жизни умершее близкое мне и любимое мною существо, пока что канарейка. Смерть ее выявила загадочный вопрос вероисповедания. Я хотел на ее могиле поставить крест. Служанка сказала, что нельзя, ибо это — птица, существо гораздо более низкое, чем человек. Даже плакать по такому поводу — грех. Это служанка. Но было хуже: сын домашнего сторожа заявил, что птица была еврейкой. И я. Я тоже еврей, а он поляк, католик. Он будет в раю, я же, если не буду говорить дурных слов и послушно буду приносить ему из дома краденый сахар, попаду после смерти в такое место, которое настоящим адом не назовешь, но где все же темно. А я боялся темных помещений. Смерть. Еврей. Ад. Черный еврейский рай. Было над чем призадуматься. Кто-то где-то со злостью написал, что мир — это капля болота, затерявшаяся в бесконечности; а человек — животное, сделавшее карьеру. Может и так тоже. Но с одной поправкой: эта самая капля болота знает страдание, умеет любить и плакать и исполнена печали. А что касается карьеры человека, то тоже возникает сомнение, очень сильное сомнение, если учесть, что существует совесть".

ЮРИЙ КАРЯКИН О ВЯЧЕСЛАВЕ ВС. ИВАНОВЕ 93 года назад родился Юрий Фёдорович Карякин (1930-2011), советский и российский литературовед, писатель, публицист, общественный деятель, автор ряда работ о творчестве Ф.М. Достоевского, народный депутат СССР (1989). 15 сентября 2003 года он оставил такую запись в своем переделкинском дневнике: "Прочитал интервью с Комой Ивановым в “Новой газете”, № 67 (“Ждали конца света, а свет просто остановили”). Завидую его знаниям, эрудиции, завидую искренне и доброжелательно. Может быть, действительно нет сейчас в России, а может быть, и в мире, более эрудированного человека. Но какова его ЭПОХА в науке? А может быть, дело просто в том, что он воплотил ЭПОХУ НЕПРЕРЫВНОСТИ ЗНАНИЯ, ЖАЖДУ СИНКРЕТИЧНОСТИ ЗНАНИЯ — И НАУЧНОГО И ЗНАНИЯ ИСКУССТВА. Совершить это (а он — совершил) куда труднее, чем было для Леонардо. Конечно, Вяч. Вс. Иванов — несокрушимый столп преемственности культуры, синтеза знаний искусств и наук (как гуманитарных, так и естественных). Непревзойденный “склеиватель” “разорванных позвонков”. Невероятная нравственная устойчивость — ни на йоту в этом отношении не уклонился. Воплощение нравственного достоинства познания и синтеза его, познания. СОХРАННОСТЬ, да еще и сохранность того и другого в новых условиях — заслуга, может быть, небывалая… Да, он очень рано понял, что такое сталинизм, ленинизм и т.п., но в общем-то это элементарно для человека культуры уровня А.А. Ахматовой. Но тогда (по контрасту) это, конечно, подвиг. Его поведение во всем конфликте властей с Пастернаком, во время травли А.А.А. и Пастернака". *** А это фрагмент из упомянутого Карякиным интервью Вяч.Вс. Иванова "Новой" (на сайте самого издания текст теперь скрыт, но он, к счастью, сохранился в виде перепечаток на других ресурсах) - о силе просвещения: "В 30-е годы прошлого века о науке понятно и занимательно писали сами ученые. Я лично им очень обязан, ибо первые научно-популярные книги читал именно тогда, лет в семь-восемь. Вынужден был из-за болезни лежать в окружении горы всяких книг. Помню сильнейшее впечатление от "Солнечного вещества" Матвея Петровича Бронштейна. Это был замечательный ученый и изумительный детский писатель, друг Ландау, арестованный вместе с ним. По ходатайству Капицы Ландау освободили. За Бронштейна тоже хлопотали. Но было уже поздно: следователь убил его во время допроса. Не меньшее впечатление было от "Письма греческого мальчика" Соломона Яковлевича Лурье - о жизни и культуре Афин времени их расцвета. В увлекательной книжке, обращенной к детям, Лурье удалось выразить очень глубокие идеи. Помню встречу Нового, 1957 года дома у Юлия Борисовича Харитона и свой длинный ночной разговор с Ландау. О теории относительности. О взаимозависимости пространства и времени. И еще знаете о чем? Он говорил, что одна из главных целей, которую он перед собой ставит, - популярная физика для широкого читателя, понятная всем, буквально детям. Это то, что потом помог ему осуществить Александр Исаакович Китайгородский. А ведь курс теоретической физики Ландау - Лифшица, который Лев Давидович собирался низвести до "детского" понимания, был непрост для освоения даже сообразительными студентами. Я бы даже не назвал это популяризацией. Это нечто большее. Нам сегодня нужно очень серьезно позаботиться о детской и юношеской литературе по науке в связи с главной задачей страны - создать думающее молодое поколение. Для этого все основания есть, хотя многое в организации нашей жизни и общества этому противостоит. И нам пора включать свет. Нужно только не потерять время".

Группа сенаторов внесла в Госдуму поправки в закон о гражданстве, которые предусматривают возможность лишения россиян гражданства РФ, полученного по рождению, за совершение преступлений (приготовление к преступлению или покушение на преступление) и действий, создающих угрозу национальной безопасности. В качестве примеров таких преступлений они называют дезертирство, дискредитацию Вооруженных сил и призывы к экстремизму.

Специалисты и работники сельхозпредприятий в Белоруссии не имеют права уволиться или найти другую работу без разрешения руководителя. Об этом президент стрвны Александр Лукашенко заявил на селекторном совещании по вопросам уборочной кампании. «Еще раз хочу публично об этом сказать. Сегодня ни один специалист, ни один руководитель сельхозпредприятия не может быть переведен на другую работу или уволиться без решения председателя райисполкома. Уволился – никто в стране не может его взять на работу, пока он с предыдущего места работы не представит справку, характеристику нормальную. И по вертикали. Ни один председатель райисполкома и прочие по их областному реестру тоже не может бросить работу. Пора уже навести порядок с кадрами. То же самое – ни один механизатор, доярка и так далее в сельхозпредприятии (колхозе, совхозе) не может шагу ступить влево-вправо без решения руководителя. Замкнутая вертикаль и ответственность», – передает его слова пресс-служба. Требование ввести запрет на перемещение руководителей и специалистов на селе без ведома областных и районных исполкомов Лукашенко выдвинул еще в октябре прошлого года, а затем несколько раз упоминал свой приказ. «Я еще раз повторяю: крепостного права быть не должно ни в коем случае. Но все это должно быть управляемо. Что это за порядок такой: мы готовим здесь аграриев, выпускаем сотнями, сотнями, а у нас кадров не хватает в сельском хозяйстве!» – заявлял тогда Лукашенко.

Митрополит Антоний Сурожский. Быть христианином. - Москва: Терирем, 2023. - 208 с. Книга содержит цикл бесед с владыкой Антонием Сурожским (1914-2003), проведенных им в 1995 году специально для аудитории в России, и дополненных докладом на тему духовничества (Москва, 1987), а также беседой о христианской жизни (Лондон, 1990).

Минюст РФ в очередной раз пополнил реестр т.н. «иноагентов». В него включены: - оппозиционный политик Константин Боровой; - музыкальный критик и продюсер, ведущий телеканала «Дождь» Михаил Козырев; - приморский активист Павел Суляндзига; - журналист, руководитель проекта «Планерка» Александр Литвинов; - региональная общественная организация «Омское гражданское объединение»; - организация, помогающая трансперсонам «Центр Т»; - правозащитная организация, помогающая наркозависимым «Право каждого»; - "7х7" – Горизонтальная Россия» (СМИ из Республики Коми).

Суд арестовал Игоря Стрелкова (Гиркина) до 18 сентября по делу о призывах к экстремизму. Из материалов, оглашенных в Мещанском суде Москвы, следует, что в пятницу ему было предъявлено обвинение. Согласно материалам, Стрелков не признает вину и со следствием не сотрудничает.

Жена Игоря Стрелкова Мирослава Регинская заявила, что его увезли из дома в неизвестном направлении представители правоохранительных органов. Она выяснила, что Стрелкову выдвинуты обвинения по статье об экстремизме - РИА Новости

Когда литературного критика Десмонда Маккарти пригласили в 1920-е в Кембридж читать публичные лекции, он посвятил свой цикл Байрону, что вызвало недовольство студентов: Байрон давно вышел из моды, считался неинтересным для обсуждения на такой трибуне и уже несколько десятилетий как не причислялся к числу первых английских поэтов ни по мастерству, ни по вкладу в литературу. Маккарти не был готов менять свою тему и всячески отстаивал Байрона, но видя недовольство публики, он пошел на уступки и предложил всем желающим приходить к нему по вечерам после лекций о Байроне на разговор о молодых талантливых поэтах. И люди стали собираться в его квартире. Весь семинар профессор читал стихи малоизвестного поэта и влюблил гостей в него. Когда после встречи у Маккарти уточнили имя этого восхитительного нового поэта, он кратко ответил: Джордж Гордон, лорд Байрон