Свете в Алматы очень нужен хороший хосперщик. Платим хорошо, развозка, питание. Напишите мне, если вы такой/такая или у вас есть такой знакомый, с меня ужин у нас
Много дел. Много планов. Уже послезавтра на фестивале Toyla кормим в формате Crudo x Aviva (перед вами результат выпечки 700 пит и 20 кг бабок), уже сменили команду в Crudo на Абая, уже улучшили условия для поваров, уже начали демонтаж в Aviva, уже вовсю ищем садж для друзских пит туда же. Уже много чего сделали, еще очень много что сделать предстоит. Потому что будущее — особенно великое будущее и классный продукт — всегда ждет за углом тех, кто делает дело и много работает. Как Crudo 2.0, например.
В связи с открытием нового проекта в Алматы Свете очень нужны повара. Горячий цех, хоспер, су-шеф — если это вы или вы таких знаете, напишите Свете, у Светы для вас есть хорошая зарплата, график 2/2, питание, развозка и перспективы.
Готовьтесь, пожалуйста, морально. Тут скоро начнется рубрика "квартирный вопрос", где мы с лучшим мясником Казахстана возьмем и пересоберем девятилетний стейк-хаус в новое заведение с сочными стандартами.
#кабакдваконя
ЧАСТЬ II: ХОЛОДНЫЙ ЦЕХ В ЖАРКОЙ СТРАНЕ
Рельса полна чеков, но буквы на них написаны в другую сторону, справа налево, да еще на таком языке, который подавляющая часть населения планеты в глаза не видела.
Бон хадаш, кричит экспедитор на раздаче. Кухня взрывается в ответ. Хадаш!
«Хадаш — значит новый, — объясняет Сисо, — новый чек». Язык кухни везде одинаковый: шум кухни, звон тарелок и глухое постукивание сковородок об плиты, далекий гул толпы в ресторане. Люди вокруг другие, но ритм сервиса тот же.
Я беру в руки чек и читаю его по слогам.
#кабакдваконя
P.S. СЫПУЧКА
Сыпучка, она же сухой склад, она же гарманже (не спрашивайте, почему гарманже) — всегда место силы в ресторане. Где еще можно отхватить от су-шефа за беспорядок? Что еще можно разбирать бесконечно? Что еще ты помещаешь по взаимному согласию в другого человека… а нет, это про еду.
Тихо лежат продукты в сыпучке, молчаливо. Макароны с ярлыком «на стафф» не расскажут никому, что видели. Канистра оливкового масла extra virgin будет хранить молчание вечно. Паста, что сушится на веревочках, будет тихо покачиваться, но тоже никуда не сообщит о том, что стало причиной ее движения.
Всякое бывает в сыпучке, но что бывает там, там и остается, потому что камер в сыпучке, естественно, нет. Были в моей карьере потом случаи, когда одержимые страстью к коллегам работники ресторана не постеснялись Большого Брата, но это, конечно, исключения. Сыпучка же, как макароны, умеет ждать — и когда все уйдут, распахнет свои двери для задержавшихся су-шефа и бригадира, или серьезного бородатого повара горячего цеха с холодным взглядом и молоденькой девочки-официанта, или пары официантов, коротающих время до развозки по домам.
Нет уже кабака «Два Коня», нет красной двери, нет гриля, из которого в вытяжку взмывает пламя, канул в лету, как фартук посудомойщика Джонни, тот ресторан — но хочется верить, что дух сыпучки незримо бродит в том помещении, где она была, и что и поныне нет-нет, да и занесет туда страстью к своей работе, любимому делу и коллегам пару сотрудников уже другого ресторана.
Если, конечно, там все еще нет камер.
Пташки однажды донесли мне, что на складе хозтоваров тоже был секс. Я внутренне аплодировала. Не могу себе представить, как же нужно было раскорячиться.
Заметка про вашего мальчика. Пашем в поте лица, чтобы сделать в Crudo качественный мясной продукт, выкатили новые позиции, работаем над качеством wheretoeat.kz/publica…oe-krudo
Если вы в Алматы, приходите на Chefs’ Point, у нас хорошо. Кормлю сразу в двух местах: на израильском стенде и на стенде Crudo. Мое мясное сердечко бьется для этого города сегодня 🖤