Книгочервивость. Страница 8

Это не бесспорный, но явно заслуживающий внимания роман про Освенцим. Хоть он и выглядит так, как будто автор верит в волшебных единорогов, но почему-то текст классный и захватывающий

Плох тот солдат, который не мечтает стать генералом. Я всю свою сознательную жизнь хочу стать писателем, например (да, именно поэтому я так много читаю, чтобы натренироваться).


Марта Олдерсон со своей книгой “Создавая бестселлер” не пишет о том, как найти свой голос, или что вас вдохновит, или как белый лист бумаги изменит вашу жизнь. Вообще книга чудовищно сурова. Пушкин писал, что Сальери музыку разъял, как труп, а Олдерсон расчленяет знакомые и не очень тексты, чтобы показать, что все они составлены по вполне определенным схемам.


Эти схемы не совсем палочки-выручалочки, но они дают то, чего часто не хватает истории: некоего внутреннего стержня, той логики, которая и держит наше внимание от и до. Я бы сказала, что это не развлекательное чтение, потому что ты сидишь и рисуешь на рулоне бумаги сюжетные линии, размещаешь события над чертой, а потом думаешь, кто же где главенствует и как вообще быть с антагонистом прямо сейчас (мне и без него сложностей хватало).


Некоторые куски я перечитывала по несколько раз, потому что создание художественного текста здесь описано почти с математической точностью, а это тяжело для моего гуманитарного ума. Что тут хорошего? То, что книга вдохновляет работать. То, что она не обещает вдохновения или творческой радости, но обещает научить - и учит.

Очень пристойный учебник по писательскому мастерству (дальше - в подробностях).

Сегодня почему-то решила почитать ее и очень увлечена.

Иногда я думаю, что вот когда-нибудь стану серьезной и системной, буду читать по спискам, и все будет ровненько, но пока книги прыгают на меня, а я такая:"Ой, ну что ж, это судьба, какая ты славная!"

“Три девушки в ярости” Изабель Пандазопулос - моя внезапная книжная находка. Это небольшой роман в письмах про революционные события в 1966-1968 годах, а еще про взросление и любовь (в конце концов, сложно придумать что-то более революционное). Прямо очень советую его читать в феврале, потому что в книге-то уже упрямая весна и Париж.

Спасибо @samokatbook

Читаю длинный комикс Элисон Бекдел про семьи и литературу (моя суперспособность - выбирать книги про книги!), чуть позже напишу подробнее.

Читаю великолепный роман Пэтчетт, немного узнала в главной героине себя.

"Кто же станет февральским утром бродить по улицам просто так, ради удовольствия, задирать голову, разглядывая форму облаков, или с любопытством озираться в поисках нового магазинчика или гончарной мастерской? Никто. Люди перебирались из натопленной квартиры в теплый офис, пили кофе, болтали, зевая, про текущие дела, делились сплетнями и новостями - одна хуже другой".

(" Девушка, которая читала в метро")

Книга по саморазвитию рекомендует медитацию по очень милой причине: "Вещи станут простыми. Как если бы вы уже умерли".

Посчитала, что место преподавателя защиты от тёмных сил было проклято больше сорока лет - ни один профессор не задерживался больше года - то есть, почти все действующие волшебники Британии никогда не изучали нормально этот предмет. Ауроров учили, в основном, дуэлям, но не пониманию, как действительно бороться с темными магами. Повелителю Зла надо было проклясть ещё пару предметов и отупевший магический мир был бы его без особых усилий. Волан-де-Морт был пижоном, поэтому не стал идти таким простым путём.

В очередной раз выбрала книгу по обложке и не промахнулась! (пока 20%, так что не могу написать подробнее)

Дочитала "Брисбен". История Глеба Яновского,музыканта, считающего, что самое ужасное - его болезнь, - великолепный образчик историй про рок. Яновский смотрит на свою руку и считает, что трагедия - тут, а где-то прядется нить и щелкают ножницы, и уже знают, как показать человеку, что страшное - в другом.

Как книга про общечеловеческое - прекрасно, но политический контекст заставляет схватиться за голову и выть. Про любовь замечательно, и про смерть, и про материнство, и про иллюзию счастья, и про отказ от будущего, но всю мою радость от текста перебивает финальный "PS" и кровавый Майдан. И я даже не могу решить, что хуже: если эти куски чужеродны и фальшивы или если они прочувствованы и ценимы автором.

Выбрала к книжному клубу легкую литературу, а она прямо навылет.

"Обычно подобные факты людям не нравятся, но я с этим ничего поделать не могу. Если тебя спрашивают, как ты, следует отвечать В ПОРЯДКЕ. Не следует говорить, что вечером ты плакал, пока не уснул, потому что в течение двух дней ни с кем не разговаривал. Ты говоришь В ПОРЯДКЕ " (Гейл Ханимен)

Прочла необычайно пронзительный комикс Юлии Никитиной "Полуночная земля" от @boomkniga про девушку-художницу из Салехарда. Мне кажется ужасно классным, что роман весь черно-белый, сразу блоковское настроение! Камерная история, которая говорит об очень важных вещах для большинства (даже если мы не из Салехарда). Прятаться в книгах, бояться нового, пытаться определить важность корней и своего места в этом мире - и все это с любовью, нежностью и бережностью.

Читаю "Elevation" Стивена Кинга. Хочу сказать, что Кинг, конечно, крут по-прежнему, но массовые забеги вовсе не такие драматичные (а то в книжке все агонируют).

"Оттого что у него не было других развлечений в долгие зимние вечера среди дурманящей тишины и снега разделение книг на мужскую и женскую, взрослую и детскую литературу утратило свою актуальность ввиду острой необходимости занять время. Он читал Джейн Остин, чего никогда в жизни не собирался делать, и "Шекспира в рассказах для детей" Чарльза и Мэри Лэм, и "Черного красавца", и Джека Лондона, и Фенимора Купера, и Ганса Христиана Андерсена. Он даже поймал себя на том, что, как его работодатели, подолгу разглядывает страницы последнего каталога Итона, представлявшего все что угодно".

Патрик Гейл.

Взяла читать "Место, названное зимой". Очень неторопливый классический роман про чувственность.