Просим широчайшего репоста! https://www.youtube.com/watch?v=YDfERYKMGvQ Здравствуйте, дорогие друзья. Меня зовут Владимир Шапиев, я администратор вечерних курсов при Университете. За 10 лет их существования десятки талантливых и именитых учёных выступили у нас со своими уникальными лекционными курсами, которые посетили тысячи слушателей. Было время, когда мы могли позволить себе не считаться с затратами, однако время вносит свои коррективы. К тому же прошедший год существенно ударил и по нам.
Тем не менее, в библиотеке имени Достоевского, хотя и онлайн, продолжается курс Игоря Евгеньевича Сурикова "Древнегреческие философы и их мир" (последняя из лекций: https://www.youtube.com/watch?v=49dZDwnZg-I). Профессор Суриков, без преувеличения — светило исторической науки; он работает ведущим научным сотрудником института всеобщей истории и ежегодно выпускает десятки научных статей, каждые год-два выходит по книге. Вот уже четвёртый год благодаря нашим жертвователям посетители библиотеки и её ютуб-канала могут совершенно бесплатно послушать лекции Игоря Евгеньевича о разных аспектах культурной и социальной жизни древних греков. В этом году финансовая ситуация осложнилась, поэтому без вашей помощи мы, вероятно, не сможем оплатить просветительскую работу Игоря Евгеньевича сполна. Исправить дело может даже небольшое пожертвование. Сделать его можно либо переводом по банковским реквизитам, которые я укажу ниже, либо связавшись со мной лично.
Банковские реквизиты для вспомоществования: РУССКИЙ ФОНД СОДЕЙСТВИЯ ОБРАЗОВАНИЮ И НАУКЕ ИНН: 7704563274 КПП: 770401001 ОГРН: 1057747465401 ОКПО: 77542421 Расчетный счет: 40703810900010908855 Банк: АО ЮНИКРЕДИТ БАНК БИК: 044525545 Корр. счет: 30101810300000000545
P. S. будет чудесно, если Вы, пожертвовав на нашу благую цель, сообщите об этом факте мне: мы непременно придумаем, как Вас отблагодарить!
Пишут, что треть вполне здоровых людей, как и треть переболевших ковидом, начала испытывать проблемы со сном (и восприятием действительности, очевидно). Двум третям тех, кто ложится спать - спокойного сна. Остальным передаём привет. Реальность рассыпается в правильном направлении.
Иронично, что Cyberpunk 2077 - это не киберпанк. Вероятно, был им в момент создания сеттинга, но в 2020-ом игра больше походит на яркое фэнтези в альтернативном настоящем, чем на сагу о недалеком будущем.
В мире игры - частные армии и экзоскелеты, умное оружие и искусственный интеллект, открытая власть корпораций и теневая клановая преступность. Году в 90-ом это было бы смелым визионерством. Но в 2020 это реальность. И она далека от аттракциона с лихим насаживанием на катану корпоративных крыс. Вместо стильных дзайбацу - безликие компании, знающие о нас больше, чем государство. Умная техника как и ожидалось, стала ушами и глазами корпораций. А хуже всего то, что лоулайф жителя какой-нибудь ипотечной квартиры в Мурино, скрашенный кредитным хайтеком, всё равно смердит глобальным наебаловом. У нас уже есть киберпанк, но он как будто сделан из дешевого китайского пластика и неоновых лент.
Классический киберпанк был трагическим жанром. Его привлекательная нуарность заложена в самой его сути: он был стремительно сбывающимся пророчеством Кассандры, предупреждением о грядущих переменах в обществе, беспечно доверившим свою судьбу технологиям, а власть - корпорациям. Предупреждением, в которое, конечно, никто не хотел верить, да и до сих пор не верит.
Cyberpunk 2077 обернул эту горькую пилюлю в цветную конфетную обёртку, но опоздал даже с этим. В 2020-ом это просто сладкий эскапизм для обитателей современной дистопии перед очередной рабочей неделей в Зуме. Никакой рефлексии. Никаких перспектив. Никакого будущего. Выходной киберпанк.
Человеку сильно портит жизнь красота печатного слова.
Возьмем для примера Стрелкова. Его как-то все уважительно запрезирали: он ходит в магазин, постит чушь в соцсетях, ездит в метро. Он низок, как мы, короче. Но именно так и должна выглядеть жизнь человека, вернувшегося домой с войны. Отвоеванные и потерянные города позади, что бы не выпить пива и не почитать паблики о себе? Очень же интересно. Но мы, испорченные чеканными формулировками, разочарованно смеемся, потому что древние "удалялись в свое имение", "пребывали в изгнании", "проматывали трофеи" и звучит это крутейше. Но проклятый историк наградил людей проказой - теперь в красоте формулировки не видно, как Цинциннат падал, подскальзываясь на грядках капусты, а Наполеон сидел на Святой Елене и мастурбировал по вечерам.
Не покупайтесь на чеканность. Но платите художникам.
Чтобы вы не забывали о чем канал. Разгонять протестующих студентов хлыстом из кожи носорога, когда ты Гитлер – только так и стоит жить. Не зовите нас, если ваша предвыборная кампания на это не похожа.
Когда ломает что-то делать, но хочется чувствовать себя нужным, подумайте, что мы, ничего не делая, окажемся свидетелями великого изменения.
Интернету нет и пятидесяти лет, неограниченный видеоконтент появился почти вчера. Рунет зародился просто на нашей памяти, большинство его создателей живы и продолжают что-то писать или снимать. Но они стареют.
Через тридцать лет мы, скорее всего, будем жить в глобальной культуре, в которой будут кластеры по культурным признакам. В каждой культуре будут сидеть прародители местной сети, группа седых стариков, все пишущих и снимающих что-то. К тому времени они будут несколько раз оплеваны, названы спасителями Отечества, вновь оплеваны, осознают себя и уйдут жить в настоящий мир, но вернутся, потому что настоящий мир сомнителен - короче, будет всякое. Но в глобальном муравейнике будущего они всегда будут прародителями, такими толстыми и мощными муравьями, с которых стекает приятный символический сок.
А вокруг тоже будет всякое - войны, эпидемии, всеобщее разочарование, изменения границ. Кого спросить, что делать? Очевидно, какого-нибудь старика. А у него уже блог, где он варит кашу на костре десятью способами и двенадцать лет рассуждает о Духе. Короче, мир наш будет огромной деревней со старейшинами - и чем хуже будет все вокруг нас, тем важнее для нас эти старейшины будут. Остановить этот процесс, кажется, невозможно; только если уничтожить саму всемирную сеть.
Наверное, на этой волне можно только ехать. Мы увидим прямой эфир смерти некогда популярной светской журналистки, в котором она обратится к миру с простыми, выстраданными, человеческими словами, а затем уснет навечно. Ссылка на стрим [Оплатить] [Общий рейтинг: она похожа на маму]
В Петербурге «отреставрировали» лицей де Кубертена (1870 год постройки, одна из старейших гимназий в городе). Официальный печатный орган племени соевых людей журнал The Village очень радуется по этому поводу: «получилось красиво» «как в приличном бизнес-центре». Серьезно, так и пишут. Искренне.
Боимся представить, кем станут дети, которые вырастут в таких интерьерах – SMM-менеджерами, скорее всего, или косультантами по KPI, или организаторами IPO, или другой подобной дрянью, представляющей собой просто человекоподобный придаток к ссудному проценту.
Собственно, когда мы пишем что «стартаперов», «средний класс» и прочих «эффективных предпринимателей» нужно изолировать от общества, мы не шутим – это люди-жуки, которые при возможности превратят в жучиный улей веселеньких цветов все до чего дотянутся.
Чтобы было понятнее, «красотой» они считают вот это:
Группа KLF известна двумя вещами – золотым синглом 1991 года и тем что эти дебилы сожгли миллион фунтов мелкими купюрами.
KLF состояла из Билли Драммонда и Джимми Каути, двух бывших панков, угоравших по дискордианству и теориям заговора, которые вовремя поняли, что можно играть поп-музыку. Все заработанные миллионы эти двое тратили на безумные театрализованные представления (и немного на девок, наркотики и эпатаж – в частности, получая какую-то престижную награду за свои хиты, они расстреляли публику холостыми из пулемёта и бросили в толпу мертвой овцой). В 1992-м они решили завязать на пике славы – удалили весь свой каталог, исчезли (Драммонда потом нашли в Мехико-сити) и посчитали оставшиеся деньги. Денег осталось где-то миллион фунтов. Сначала звезды хотели основать благотворительный фонд для вспомоществования голодным молодым художникам, но потом решили, что не надо. Цитируя Драммонда: «Ну мы врубились что, типа, вся суть голодного художника в том что он, типа, голодает, въезжаешь?» Прокатив таким образом молодые таланты Британии, друзья попытались продать галереям современного искусства идею кучи денег как арт-объекта, но галеристы всего мира вежливо их послали. И тогда Драммонд в какой-то момент сказал Каути: «А что если, типа, спалить бабло херам?». «Я – вспоминает Драммонд – Был абсолютно уверен, что Джимми назовёт меня кретином, мы поржём и придумаем что-нибудь другое. Но он, дебила кусок, согласился».
Сожжение планировали недели три и в разных вариантах – хотели арендовать электростанцию Баттерси, которую тогда ещё не аннексировала Тейт. Но в итоге полетели на богом забытый шотландский остров Джура, где уже жгли однажды какое-то чучело для клипа. Ну, то есть, представьте себе картину: дождь, туман, мерзостная шотландская погода, на маленьком провинциальном аэродроме приземляется самолет, из него вылезают две мировых звезды в черных очках и с плотно набитыми сумками, полными свежих купюр, нахуяриваются в местном пабе на глазах у кельтских стариков и уходят в ночь. Песня. Это вам не презервативы детям в Африке раздавать. Миллион фунтов свалили в камине заброшенной хибары на берегу безысходного северного моря, полили бензином и подожгли. Горело плохо. Часть денег вылетела в трубу и рассеялась по острову – всю следующую неделю их собирали и несли в полицию разъяренные шотландские пастухи. Видеопленку, которую снимал чувак по кличке Гимпо, решено было уничтожить (позже выяснится, что хитрый Гимпо все-таки заныкал одну копию). Журналист Роберт Рид, медийный специалист по двум восхитительным придуркам, взятый с собой, чтобы свидетельствовать, описал сожжение так: «Поначалу я чувствовал только вину и шок. Но очень быстро стало скучно».
Деньги сгорели. Почти сразу Драммонд и Каути впали в странную меланхолию. Оба чувствовали, что пересекли какую-то черту, но не могли понять, какую именно.
Они почти не разговаривали друг с другом. Туры по стране с ответами на вопросы взволнованной общественности («Скажите, нахера вы это сделали?») не удавались – вероятно, потому, что объяснить было невозможно. Документалисты BBC нашли обоих «в депрессии и шоковом состоянии». Каути признавался им: «Я каждое утро просыпаюсь и думаю что о боже, блядь, я сжег миллион фунтов, и все считают что я херню какую-то сделал». Так, в принципе, и было. «Парни – говорили журналистам близкие к КLF персонажи – Ходят какие-то истерзанные, совершенно одержимы этим. Честно говоря, прежними мы их с тех пор не видели». Более емко высказался один из корешей Драммонда: «Они денег мне были должны. Нормальные люди прежде чем жечь миллион сначала с долгами расплачиваются, а уже потом занимаются своей интеллектуальной суходрочкой».
Морали у этой истории не будет. Посмотреть, как горит миллион фунтов, можно здесь:
Хоть в Москве и закончился приём заявок, в других ячейках нашей богоспасаемой корпорации набор всё ещё идёт. Очень скоро он закончится и в Санкт-Петербурге!
Петроградская ячейка, как и полагается, имеет свои особенные #fr_principia. Они необходимы петроградцам — ведь без тонкого чувства болот в их родном городе не выжить. Знайте и чтите — принципы петроградской ячейки:
1. Братья знают: каждую ночь мосты отсекают Васильевский остров от мира, дабы сдержать то, что появляется там с заходом Солнца. Каждую ночь один брат петроградской ячейки дежурит у Дворцового моста, не давая иному прорваться в город.
2. Братья петроградской ячейки знают, что есть причина, по которой старые здания обтягивают зеленой сетью; ни один человек с болот никогда не сорвёт этой сети и не назовёт жуткие имена, начертанные с обратной стороны.
3. Брат Петрограда никогда не оскорбит псоглавца, невидимку, духа двора-колодца, скитающегося призрака, ведьму или одинокого ребёнка с серьёзным лицом, но не должен оказывать такой же чести для гуля, демона-расчленителя с берегов Карповки, человека в офисном костюме и того, кто не отбрасывает тени.
4. Человеку из петроградской ячейки запрещено отрицать гравитацию, интернет, смерть и холокост. Нам пришлось ввести этот запрет — иначе они становились слишком сильными.
5. Священной обязанностью петроградского братства является спасение города от плывучего хаоса, живущего в воде. Для этого каждое лето на протяжении веков братья выбирают лучших из них в качестве жертвоприношения.
6. Из-за недавних событий петроградцам запрещено косплеить Ньярлатотепа, посланника Иных Богов, или что угодно из творений Дзюндзи Ито.
7. Брат, который входит в Ионотеку, с позором изгоняется из ячейки. Брат, который из нее выходит, возвращается назад с почестями.
8. Любой, кто достигает возраста двадцати пяти лет, считается в Петроградской Ячейке мёртвым. Это необходимо, чтобы вступать в кулачный бой с призраками и тенями с улицы Думской.
9. Петроградский брат автоматически выигрывает в дискуссии, если приводит аргумент на обезьяньем языке.
10. Братья Болот могут не уметь читать или писать, но обязаны или кастовать файербол, или владеть навыками ближнего боя, или иметь контракт с модельным агентством, или уметь совершать Героическую Интервенцию.
Мем про «расчленинград» придуман для опарышей, копошащихся в ране старухи-процентщицы. Собственно, начало историй о расчленениях - это дело наполеониста Соколова. Дело абсолютно литературное и драматичное. Эксцентричный историк убивает юную возлюбленную. Ревность, выстрел, кровь, панические попытки избавиться от тела не где-нибудь - в навечно прОклятом Достоевским районе. Мойка, вывеска ресторана «Идиот», театральные ужимки в суде. Идеальный материал для мрачной городской легенды, сравнимый по фактуре с делом о мифическом убийстве на Почтамтской. Тогда, в 1928 году в ванной с львиными лапами поэты-акмеисты, подавляя подкатывающую тошноту, разделывали тело убитого богача. Брызги крови летели на разрисованные кувшинками стены комнаты и предметы мещанского, ещё дореволюционного быта. Голову жертвы в посеребренном ларце скинули в прорубь на другой известной реке, Фонтанке. Муки раскаяния, эмиграция, страшная тайна петербургской богемы в изгнании. Этой истории, вероятно, и не было вовсе, но для городской легенды достоверность не главное. Всем известно, что мутные воды города требуют от слабых духом кровавых жертв. Дело неладно в районе канав, особенно с тех пор, как демоны внутри головы Раскольникова заставили его взять в руки топор. Сюжеты, подобные истории Соколова, питают и развивают городской миф. И основное в них, конечно, не расчленение.
Но массовая культура трансформировала даже городской фольклор. Сокращая путь к желудку непритязательного потребителя, мем жертвует сюжетом в угоду тиражированию и смакованию пикантных фактов. Труп трансузбека в мутной речке под Питером - отлично. Кишки рэпера в стиральной машине - о да, голодная публика жаждет подробностей. «Жена-убийца увлекалась календарем майя, это ритуальное убийство» - пишут СМИ, стыдливо пытаясь прикрыть под искусственной мистикой банальную тягу к мертвечине. «Увлекалась философией, расчленение было попыткой ультимативной деконструкции творчества Картрайта». Бессмысленно искать сюжет в обычной бытовухе с колхозной (пара жила на Невском - лучший маркер неразборчивого провинциала) эстетикой. Последний бадибэг батл-рэпера, о котором и сказать-то нечего.
Впрочем, эти перемолотые мясорубкой СМИ трупы скоро забудутся, как забывается всё в интернете. Только на мосту через Мойку праздный ночной прохожий содрогнётся от внезапно подкатившей тревоги. «То самое место» - вспомнит он, и перейдёт улицу.
Тесак мёртв. Убит (если не руками системы, то безнадежностью). Давайте будем честны, его смерти хотели если не все, то многие: левые, либералы, педофилы, наркоманы, политики, шоумены, даже идейные националисты и соевый концентрат современных правых - большинство из них публикует сегодня некрологи со скрытым вздохом облегчения. От свободного Тесака можно было ждать чего угодно. Он был угрозой. Угрозой физического и морального унижения в интернете и на улице, угрозой развенчания репутации, угрозой разрушения серьезного образа серьезных организаций занятых серьезными делами. Угрозой мягким телам, верящим в существование незыблемых правил игры в реальность. Он был трикстером. Издевательские ролики «Формата-18». Нацистские заряды на либеральном междусобойчике. Оккупай-педофиляй. Социал-тутовизм. Творчество на грани фола, перфомансы на грани тюремного срока. Политика для Тесака была, кажется, только поводом для шоу, и систему он ломал ради собственного (пусть и социопатического) веселья. Но система насмешек не простила. С его смертью мир не стал хуже или лучше. Он стал предсказуемее. А это плохо.
Нейросети - это спиритизм 2.0. Программисты создают цифровой вариант доски Уиджа. Строчки кода транслируют сообщения из мира духов в царство живых. Тексты, сгенерированные нейросетями, - бессвязный шёпот сонма мертвецов. «Случайно» сгенерированные лица - лица умерших, неупокоенные души, ищущие своих мучителей по ту сторону экрана. А искаженные артефактами пейзажи и образы - мутный дагерротип загробного мира.
Разумеется, такие технологии должны быть уничтожены.
РБК делает подборки интервью с зумерами, мы случайно прочли одну такую и потрясены. Ожидать можно было всякого – но там подростки, которые хотят быть СММ-менеджерами и программистами и им всем по семнадцать лет.
«Я оканчиваю школу в следующем году и пока не решил, куда буду двигаться дальше. Много всего интересного, и очень хочется все попробовать. Скорее всего, это будет сфера технологий, но с маркетинговой стороны, в частности, СММ».
Предыдущие поколения русских участвовали в этом празднике паскудства и KPI скорее вынужденно. Капитализм с его офисами, отчетами, корпоративами был нудным, обременительным и чуть стыдным ритуалом – «Здравствуйте, коллеги!» (Подразумевая: «Ну, всем здесь нужны деньги, давайте, надеваем клоунские носы»). Чем больше денег ты зарабатывал, тем сильнее презирал происходящее – пока наконец не добирался до бюджетов, при которых можно было уже ничего не изображать. Или не добирался. Но никому не пришло бы в голову ВСЕРЬЕЗ считать себя акканут-менеджером или другой подобной дрянью. Это была игра.
И вот: «Столько всего интересного, столько хочу попробовать – скорее всего, это будет производство белого шума, необходимого глобальным корпорациям чтобы продавать больше пластикового мусора».
Дети чиновников, бизнесменов и креативных профессионалов. Лоснящиеся от благополучия, уверенные в себе, расслабленные румяные колобочки. Не знаем, конечно, может быть они для мамы с папой это изображают, а для себя хотят быть проклятыми поэтами или солдатами необъявленных войн, но если нет, то нам конец, и через 10-15 лет мы будем жить в Европе (то есть в аду), а последняя человеческая культура планеты будет поглощена глобохомо-ульем. Война, экономический кризис – нас спасет только это.
Лучше было даже когда девочки мечтали быть проститутками, а мальчики наемными убийцами, потому что шлюха и киллер – это по крайней мере жизненный сюжет. А СММ-менеджер это что? «Я хочу стать бройлером».
Upd там всё же упомянуты одноклассники, которые ушли служить в армию или учатся на лётчика. Но они, видимо, не вписываются в портрет поколения по мнению журналистов.
То, что Наркомат кинематографа Союза Советских Социалистических Штатов Америки ввёл идеологические требования к номинантам премии Трудовой Красной Дорожки, неудивительно. А вот то, что Дени «Как бы чего не вышло» Вильнёв, судя по трейлеру, занялся самоцензурой и заменил в экранизации «Дюны» «джихад» на «крестовый поход», это какое-то абсурдное подтверждение самой известной цитаты из книги.
Страх — убийца разума.
Страх — это маленькая смерть, влекущая за собой полное уничтожение.
Новости международной политики и софтпауэра: выяснилось, что дочь Джордана Питерсона (такой важный публичный критик левого засилья, международная заменитость, не важно) живет с богатым русским мафиози (буквально, чувака подозревают в торговле людьми) по имени Андрей. Счастливый брак, дочке три года. Парень в инстаграме между фотографиями в дорогих ресторанах хвастается дедом-лейтенантом, прошедшим Сталинград и защитившим после войны докторскую диссертацию.
Англоязычный правый твиттер в ужасе и кричит что это позор, а нам кажется что никакого позора здесь нет. Наоборот, все правильно – дочь профессора поняла, кто есть кто. «Он говорил мне, что в нем живет демон по имени Игорь. Он меня пугал, этот странный русский. Мы поженились».
Вообще, в чем штука с современной Россией: несмотря на все очевидные ее проблемы и показное пренебрежение мягкой силой, быть русским – интересно. Интересно писать утопические романы и делать из ничего партизанские новые медиа. Интересно устраивать гибридные войны и краудфандинги на вторжение в сопредельные страны. Интересно нарушать закон (не одобряем торговлю людьми на территории РФ; в Канаде поддерживаем и даже вложились бы в такой стартап). Интересно, когда в тебе живет демон по имени Игорь (хотя это мы, конечно, не можем рекомендовать каждому). Интересно говорить на одном языке с Ермоловым, Гагариным и Достоевским. Интересно быть против всех. Интересно быть частью старой, сложной и красивой культуры и при этом молодой, поджарой и злой нации, у которой к соседям накопились огромные счеты. Русским есть о чем жить. Канадцам жить давно уже не о чем – в реальности, которую Господь выстроил из литературных сюжетов, это означает смерть души при живом, экономически активном, привитом, законопослушном, голосующем за либералов теле.
И это та причина по которой мир однажды будет наш.