Театр одного режиссёра: расцвет авторского театра | ≈6 мин.
Виктор Вилисов – это, пожалуй, единственный голос в России, к которому стоит прислушиваться, если вас интересует современный театр. Только что из-под печатного станка вышла его книга «Нас всех тошнит» (спасибо, «АСТ»). Угадайте, про что. Пока думаете, публикуем отрывок, в котором Вилисов доступно объясняет, что из себя представляет постдраматический театр, про который все говорят.
Одна нерассказанная история убийства в вальпургиеву ночь, один аккаунт Diablo III, биография одного человека, унёсшего много слов в могилу — человека, о котором следовало бы снять фильм. Никита Каф показывает файл-черновик о вышесказанном и замолчанном.
Прошедший год оказался таким хворым, что мы не стали напоминать вам об эссе духа Гринча. Год, ключевым желанием массового сознания которого, словно подростка-бунтаря, стало «не сдохнуть», оставляем позади. В новый год идем с реабилитированным Скруджем Эбенизером и хорошей музыкой.
Совместно с издательством «Ил-music» публикуем роман Евгения Алехина «Календарь». Документальный, откровенный, натуралистичный: о взаимоотношениях с отцом, о разрыве с женой и её возвращении, о друзьях, жизни в туре, лечении в психиатрической клинике, чтении, о зависимости, болезни. Обо всём, что может наполнять жизнь, разрушать её и восстанавливать.
Покойный голос. Интервью с Францем Кафкой | ≈5 мин.
Судьба любого автора – умереть. Не пересилив физиологию, но де-факто победив ее, будучи если не живым, то уж точно немертвым – за счет оставленных текстов и прочих результатов мыслительного процесса. Чтение само по себе рождает диалог с автором – взявшись именно за эту мысль, мы запускаем формат «Покойного голоса».
Что бы, к примеру, сказал Франц Кафка, если бы оказался напротив человека, которому уже доподлинно известно его посмертное величие? Это интервью не должно было случиться, но под руку попалась не то доска Уиджи, не то машина времени.
Рассказ «Отдай мой носик». Шорт-лист Премии Горчева | ≈7 мин.
Прививка от безумия вида мрачной новогодней сказки от Георгия Панкратова, публиковавшегося и в радикальном «Опустошителе», и в бастионе литературного канона «Знамени».
Классический пост-подборка предновогодней хандры и не только. Этот год вышел характерным для «Дистопии», основным подтекстом повествования которой послужил мотив нефатальности фатальности, нехмурости хмурости и неоднозначности однозначности.
Закрепим уходящий год тостом трезвого Алехина из нашего интервью: «У меня есть мечта — не покончить с собой. Поскольку умереть надо в борьбе или в счастье. <...> "Хороший день — мертвый день". Мертвый день — день, который я как герой пережил и не пал его жертвой».
«Дом, который построил Джек» прокатчики окрестили психологическим триллером и самой шокирующей лентой фон Триера. На поверку нашего колумниста, фильм обнародует тревожные симптомы. Но от этого исповедь убийцы только выигрывает как гипотетическое завещание. Что хотел сказать «Мистер Изощрённость», лучше сначала увидеть самому. А в этом тексте – одна из версий обращения к новому высказыванию датского режиссёра.
Роман Смирнов, автор «Бездны, которая катится в мир» и «Эстетики молодости, истерики молодости», недавно уехал в Германию. Из этого опыта вырастает его дневник. Не эмигрантские заметки о новой жизни с восторгами и бюрократическими замечаниями. Нет, срез происходящего, второе дно событий, подтексты, которые говорят на понятном всем языке страха и неясности – чужая земля здесь не пространство, а инопланетное состояние мысли. Читайте записки Смирнова – осваивайте этот язык. Вечеринка в честь Нового года, вечеринка в честь Рождества...
Можно ли представить себе печального сатира? Наполненный витальной энергией и желанием, благословлённый Эротом, он не грустит никогда.
Другое дело — люди. Этот проклятый род разочаровывается, как только достигает цели, не пребывая в удовлетворении ни дня. Разочарование — родная среда человечества, и они должны её смиренно осваивать.