Чехов Пишет. Страница 22

Милая Вера Фёдоровна, на Ваше письмо я хотел дать Вам ответ устный, так как сильно рассчитывал быть в Петербурге, но кое-какие обстоятельства не пустили меня туда, и вот я пишу. «Три сестры» уже готовы, но будущее их, по крайней мере ближайшее, покрыто для меня мраком неизвестности. Пьеса вышла скучная, тягучая, неудобная; говорю — неудобная, потому что в ней, например, 4 героини и настроение, как говорят, мрачней мрачного.

Вашим артистам она очень и очень бы не понравилась, если бы я послал её в Александринский театр. Как-никак, всё же я пришлю её Вам. Прочтите и решайте, стоит ли летом везти её на гастроли. Теперь она читается в Художественном театре (один экземпляр, больше нет), потом я возьму её и опять перепишу начисто, а потом уже напечатаем несколько экземпляров, из которых один поспешу выслать Вам.

Но как бы было хорошо, если бы мне удалось вырваться в Петербург хоть на один день. Здесь я как на каторге: днём, с утра до вечера, верчу колесо, т. е. бегаю по визитам, а ночью сплю как убитый. Приехал сюда совершенно здоровым, а теперь опять кашляю и злюсь, и, говорят, пожелтел. Мне очень грустно, что Вы больны и в нехорошем настроении. Видел я Марию Ильинишну, она, вероятно, уже с Вами, и Вам стало легче, а быть может, и совсем хорошо, чего я желаю Вам и буду желать от самого чистого сердца. Итак, пьесу мою прочтут в Художественном театре, потом я переписываю, потом печатаю и посылаю Вам, и буду стараться, чтобы последнее совершилось до декабря. Пьеса сложная, как роман, и настроение, говорят, убийственное.

Целую крепко Ваши руки — одну и другую — и низко кланяюсь Вам. Да хранят Вас ангелы небесные.

Душевно Ваш А. Чехов.

📩 В. Ф. Коммисаржевской
🗓 13 ноября 1900 г.
📍 Москва

От редакции:

Друзья, уже какое-то время в канале «Чехов Пишет» появляются видеосообщения от Антона Павловича. И в обозримом будущем они будут появляться ещё и ещё — стараниями нашего друга и актера Александра Меркюри.

Все сообщения из серии «Чехов в кружочке» можно смотреть вот здесь:

telesco.pe/chekhovpishet

или на странице Саши в Инстаграме:

instagram.com/mercury_alexander

Уважаемый
Николай Александрович!

Получил Ваше письмо и пишу ответ через час по прочтении.

О высасывании из пальца я с Вами не согласен. Если начнёшь высасывать, то пройдёт час, два... а там глядь и ничего не выдумал и не высосал! А за 2 часа можно другое что-нибудь сделать... Неужели Вам понравились мои темы? Я послал их не без колебания...

Насчёт брата Николая согласен. Скорблю и скорблю. Лентяй из перворазрядных и с каждым годом делается всё ленивее и ленивее... Прочту ему Ваше письмо. Влияние своё на него обещаю, но... где замешалась баба (и у него баба), там трудно влиять.

На условия «Петербур. газеты» тоже согласен. Буду писать по рыковскому делу и накануне процесса пришлю первый рассказ.

О распорядителе, выведенном из маскарада, Вы напрасно усомнились, и напрасно вообще Вы мне не верите. Я Вас не подведу и не надую — в этом будьте уверены. Выведен был Гулевич-рассказчик из маскарада Лентовского. Не назвал я лица и места, потому что не хотел обижать старика, — вот и всё. О выводе его знала вся Москва и заметки моей было бы достаточно без фамилии.

Вчера получаю телеграмму: «Поля больна и я шея железа зноб если можно приезжайте вечером Пальмин». Еду вечером и — о поэты! — не застаю Лиодора Ивановича дома... Поля сидит с гостями и угощается...

Шлю мелочишку. Мне сдается, что она чуточку мутна. Если так, то вышлите обратно, я её починю... Еду слушать Лукка.

Ваш А. Чехов.

Ах, да! Есть в Москве такой поэтик Медведев... Ему я дал записочку к Вам... Стало быть, ещё не собрался послать Вам свои стишины. Рыскин едва ли будет Вашим сотрудником... Пастухов не пустит.

📩 Н. А. Лейкину
🗓 11 ноября 1884 г.
📍 Москва

Добрейший Николай Александрович!

Брат Николай просит у Вас извинения. Я тоже. Когда я набросился на него и стал читать ему нотацию за леность и прочее, он сказал: «Дай мне темы, и я сейчас их сделаю». Оказалось, что я заказ ему сделал, а темы, чтобы они не пропали, запер себе в стол. Простите, бога ради, эту мою оплошность. Рисунки будут высланы через два дня — не позже.

У Николая теперь страшные хлопоты, о которых расскажу при свидании. Малый попал в такой переплёт, что хоть караул кричи.

Почтение всем Вашим и Виктору Викторовичу.

Ваш А. Чехов.

📩 Н. А. Лейкину
🗓 8 ноября 1888 г.
📍 Москва

Ты похожа на объедалу, потому что в каждом письме пишешь об еде, много ли я ем и проч. Дусик мой, ем я много! Не беспокойся, пожалуйста. Молока не пью, его нет в Ялте, но зато обедаю и ужинаю, как крокодил, за десятерых.

Ты хочешь бросить театр? Так мне показалось, когда я читал твоё письмо. Хочешь? Ты хорошенько подумай, дусик, хорошенько, а потом уже решай что-нибудь. Будущую зиму я всю проживу в Москве — имей сие в виду.

Я ехал из Севастополя на лошадях, было холодно, невесело, но хуже всего то, что ямщики, распрягая лошадей, уронили мой ящик с часами. Пришлось отдавать часы в починку, заплатить 3 рубля, и теперь, когда часы бьют, мне кажется, что они нездоровы. Идут верно. Мои карманные тоже идут хорошо.

Сегодня поймал двух мышей. Значит, никто не может сказать, что я ничего не делаю.

Была ты на «Ирининской общине»? Как тебе понравилось? Напиши. Я от тебя ещё ни одного длинного письма не получил, ни одного письма с рассуждениями. А я тебя так люблю, когда ты рассуждаешь о чём-нибудь.

Я боюсь, что я надоел тебе или что ты отвыкаешь от меня мало-помалу — определенно сказать не могу, но чего-то боюсь.

Погода тихая, но пасмурная, прохладная; очевидно, скоро зима. Ты обедала у Лужского? А мне так и не пришлось побывать у него. В «Мих Крамере» он хорош, положительно хорош, особенно во 2-м акте. В 3-м ему мешают играть, сбивают его с толку, но всё же чувствуется порядочный актёр. Вообще «Крамер» идёт у вас чудесно, Алексеев очень хорош, и если бы рецензентами у нас были свежие и широкие люди, то пьеса эта прошла бы с блеском.

Не забывай, что у тебя есть муж. Помни!

В саду у нас всё хорошо, всего много, но всё же он имеет жалкий вид! Презираю я здешнюю природу, она холодна для меня.

А вдруг ты бы взяла и приехала в Ялту на 2-3 дня! Понадобилась бы только одна неделя для этого... Я бы встретил тебя в Севастополе. В Севастополе пожил бы с тобой... А? Ну, бог с тобой!

Я тебя люблю — ты знаешь это уже давно. Целую тебя 1013212 раз. Вспоминай обо мне.

Твой муж Antonio.

📩 О. Л. Книппер-Чеховой
🗓 7 ноября 1901 г.
📍 Ялта

Милая собака моя, здравствуй! В письме своём ты спрашиваешь, как погода, как журавли, как Могаби. Погода тихая, тёплая, но туманная, Могаби скрылась за туманом, про журавлей я тебе уже писал (их двое); сад в хорошем состоянии, хризантемы цветут, розы — тоже, — одним словом, житьё малиновое. Вчера и сегодня, все эти дни, читаю корректуру, которая опротивела мне, и только что кончил, совсем уже кончил, так как больше уже не пришлют.

Я здоров, но вчера и третьего дня, вообще со дня приезда моего сюда, мне было не по себе, так что вчера пришлось принять ol. ricini*. A что ты здорова и весела, дуся моя, я очень рад, на душе моей легче. И мне ужасно теперь хочется, чтобы у тебя родился маленький полунемец, который бы развлекал тебя, наполнял твою жизнь. Надо бы, дусик мой! Ты как думаешь?

Скоро Горький будет проездом в Москве. Он писал мне, что 10 ноября выедет из Нижнего. Твою роль в пьесе он обещает изменить, т. е. сделать её шире, вообще обещает немало, чему я рад весьма, так как верю, что пьеса от его переделок станет не хуже, а много лучше, полней. Когда придёт к вам тот человечек, который ест одно постное, то скажи ему, что кланяется ему Попов (которому вырезают из носа полип). У Льва Ник. я ещё не был, поеду завтра. Говорят, что он чувствует себя хорошо.

Оля, жена, поздравь меня: я остригся!! Вчера чистили мне сапоги — это в первый раз после моего приезда. Платье не было ещё в чистке. Но зато я каждый день меняю галстук и вчера мыл себе голову. Вчера вечером был у меня Средин Леонид; сидел и молчал, потом ужинал. С ним был Бальмонт. Сегодня утром приходил чахоточный грек лечиться. Я надоел тебе? Ты сама приказала мне писать тебе все подробности, вот я и пишу.

Посылаю тебе афишу из Праги, насчёт «Дяди Вани». Мне всё думается, что бы такое послать тебе, да ничего не придумаю. Я живу, как монах, и одна ты только снишься мне. Хотя в 40 лет и стыдно объясняться в любви, но всё же не могу удержаться, собака, чтобы ещё раз не сказать тебе, что я люблю тебя глубоко и нежно. Целую тебя, обнимаю и прижимаю тебя к себе.

Будь здорова, счастлива, весела!

Твой Antoine.
________
* касторки (лат.)

📩 О. Л. Книппер-Чеховой
🗓 2 ноября 1901 г.
📍 Ялта

Воскресенье.

Дорогой Александр Иванович, сегодня вечером мне нельзя выходить, не велят доктора. Пожалуйста, ради небес, приходите ко мне в 8-9-10 часов, у меня и поужинаем. Буду ожидать Вас с нетерпением. В случае, если не дай бог, Вас задержит что-либо (например, красивая татарка), то скажите мне в телефон.

Мне очень, очень хочется повидаться с Вами.

Ваш А. Чехов.

Аутская, д. Иловайской.

📩 Князю Александру Ивановичу Урусову. «Россия»
🗓 1 ноября 1898 г.
📍 Ялта

Дорогой Николай Дмитриевич, простите, я обманул Вас невольно; не был вчера у Вас, потому что у меня заболела сестра. В следующую среду приду непременно.

Желаю всего хорошего, крепко жму руку.

Ваш А. Чехов.

📩 Н. Д. Телешову
🗓 31 октября 1902 г.
📍 Москва

Милый Мишель, я хотел послать с Пеше тебе и О Г что-нибудь крымское, но ничего не нашёл подходящего, всё чепуха. Пеше засвидетельствует, что я долго искал — будь, значит, доволен и этим. Я в Ялте, живу на даче Иловайской, тут и столуюсь. Обедаю вместе с M-me Шавровой и Ашей; это мне за грехи. Адрес мой: Ялта. Послезавтра совершаю купчую крепость. Покупаю участок в Аутке, в 20 минутах ходьбы от моря; чудесный вид во все стороны, на море, на горы; сад, виноградник, колодезь, водопровод, канализация, и места достаточно даже для того, чтобы иметь огород. Я купил по 5½ руб. за сажень, и теперь уже мне дают по 8. Плачу не наличными, а закладной, без процентов. Владелец из уважения не хочет процентов. Из Питера уже пришли 5 тыс., и во вторник же я начну строиться, потом заложу дом в банк и расплачусь со всеми долгами. Кроме участка в Ялте куплю, вероятно, ещё именьице в Кучукое, если оно понравится Маше. Во всяком случае буду сообщать тебе подробности. Маша пишет, что в Мелихове невыносимо тоскливо. Всё клонится, вероятно, к тому, что придётся продать Мелихово. «Северному краю» скажи, что я пришлю что-нибудь, только после. Пусть высылают газету. Я уже член Ялтинского о-ва взаимного кредита. Имею право носить мундир VI класса, так как избран членом попечительного совета женской гимназии; нет ли у тебя продажного мундира? Здесь чудная, летняя погода, цветут розы. Масса рыжиков и маслят в лесу.

Твой Anton.

📩 Ярославль. Его высокоблагородию Михаилу Павловичу Чехову. Духовская ул., д. Шигалёвой
🗓 25 октября 1898 г.
📍 Ялта

Я опять о делах.

Был Островский, брат министра. Он послал Вам тюк рассказов и пачку рисунков. Рисунки плохи, но сносны. Несколько, по моему совету, забраковано; забракуйте и Вы несколько — дешевле обойдётся книга. Когда я спросил его об условиях, он сказал: «Условия обыкновенные, вот как у Вас... Как все, так и мы, т. е. 30%». Выкурил затем плохую сигару, продушил ею всю мебель, испортил воздух и ушёл... Человек он очень хороший.

У нас в Москве издаётся новый журнал «Артист», печатающий пьесы текущего репертуара, весьма приличный снаружи и скучный внутри. Он уж 20 раз просил у меня водевили, напечатанные в «Новом времени». Я всякий раз рекомендовал обратиться с этой просьбой к Вам. «Артист» к Вам обращаться не хочет, поручая сделать это мне самому. Что Вы скажете? Если Вы не согласитесь, то я не пострадаю от этого ни на один сантим, так как водевили пойдут бесплатно; если же согласитесь, то соглашайтесь не иначе, чтобы водевили были напечатаны с примечанием: «Сей водевиль перепечатывается из такого-то № Нового времени». Иначе выйдет нехорошо — таково моё мнение. Ответьте мне, а Ваш ответ я пошлю «Артисту». «Артист» не согласен печатать с примечанием. Это его дело. Пусть не хочет, но только пусть прекратит свои запросы, которыми я завален вообще.

Очень рад за Ежова, что он печатается в «Новом времени». Кстати: посылает он Вам рассказы без моего ведома; я не читаю их ни в рукописях, ни в печати. Если б я жил в Петербурге, то напросился бы к вам в редакторы беллетристического отдела. Я бы чистил и шлифовал все одобренные Вами и Бурениным рассказы и протежировал бы тем, по-видимому, никуда не годным вещам, из которых путём сокращения наполовину и путём корректуры можно сделать сносные рассказы. А я наловчился корректировать и марать рукописи. Знаете что? Если Вас не пугает расстояние и скука, то пришлите мне заказною бандеролью все то беллетристическое, что имеется у Вас под руками и Вами забраковано. Пришлите сами, никому не поручая, иначе ничего нс выйдет. Я читаю быстро. Помнится, зимою, ночью, сидя у Вас, я из плохого брошенного рассказа Кони сделал субботник, который на другой день многим понравился.

Ваша статья насчёт «Власти сердца» очень хороша, мне понравилась, только не следовало упоминать о «Татьяне Репиной» и о тех упреках, которые делал Вам кто-то в пространстве. Жена Цезаря не должна быть подозреваема; так и писатель таких размеров, как Вы, должен быть выше упреков. Да и неосторожно. Раз Вы упомянули вначале о «Татьяне Репиной», Вы тем самым напрашиваетесь на сравнение с «Властью сердца», которую браните.

Я написал Щеглову, что очень рад его горю. Так ему и нужно! Ведь пьеса, о которой он плачется, переделка из его романа «Гордиев узел». Значит, это не пьеса, а свинство. Роман хорош, зачем его портить? И что за бедность такая? Точно сюжетов нет.

Из-за женщин, конечно, не следует стреляться; не должно, но можно. Любовь не шутка. Если из-за неё стреляются, то, значит, относятся к ней серьезно, а это важно.

Я писал Вам не о том, что моя повесть хороша или плоха, а о том, что мнения, которые высказываются действующими лицами, нельзя делать status’ом* произведения, ибо не в мнениях вся суть, а в их природе.

Чёрт с ней, с повестью! Она может не стоить ни гроша, не в ней дело.

24 декабря я праздную 10-летний юбилей своей литературной деятельности. Нельзя ли получить камергера?

Миша может написать историч. роман для детей.

Он хочет жениться.

Видел я Верочку Мамышеву. Очень счастлива.

Поклонитесь Анне Ивановне.

Ваш А. Чехов.

Скажите Гею, чтобы он поскорее выздоравливал и приезжайте в Москву.
____________
* основой (лат.).

📩 А. С. Суворину
🗓 23 октября 1889 г.
📍 Москва

Добрейший Николай Александрович!

Вы хорошо знакомы с изв. писательницей Назарьевой, и, вероятно, Вам известен её адрес. Будьте добры, возьмите на себя труд передать ей письменно или устно следующую мою просьбу. У неё есть роман, который называется так: «Надорванные силы». Не найдёт ли она возможным прислать мне этот роман заказною бандеролью, по вышеписанному адресу? Она премного обязала бы меня этим. Если книгу она снабдит своим автографом, то буду благодарен вдвойне.

Я сильно простудился: насморк, неистовый кашель, жар. Погода прекрасная, тёплая, но больных много; вероятно, земле надоело тепло, и она стала киснуть и гнить.

Нижайший поклон Прасковье Никифоровне и Феде. Желаю Вам всего хорошего и крепко жму руку

Ваш А. Чехов.

Лопасня, Москов. губ. 20-X-96

📩 Н. А. Лейкину
🗓 20 октября 1896 г.
📍 Мелихово

Я уезжаю в Мелихово; буду там завтра во втором часу дня. Вчерашнее происшествие не поразило и не очень огорчило меня, потому что я уже был подготовлен к нему репетициями, — и чувствую я себя не особенно скверно.

Когда приедешь в Мелихово, привези с собой Лику.

Твой А. Чехов.

📩 М. П. Чеховой
🗓 18 октября 1896 г.
📍 Петербург

Вчера, на ночь глядя, прочёл Вашу «Губернаторскую ревизию». По тонкости, по чистоте отделки и во всех смыслах это лучшая из всех Ваших вещей, какие я знаю. Впечатление сильное, только конец, начиная с разговора с писарем, ведётся в слегка пьяном виде, а хочется piano, потому что грустно. Знание жизни у Вас громадное и, повторяю (я это говорил когда-то раньше), Вы становитесь всё лучше и лучше, и точно каждый год к Вашему таланту прибавляется по новому этажу.

Где Вы? Я Вашей новой квартиры не знаю, а Вы мне не пишете. Кланяйтесь Екатерине Николаевне. Дома я проживу до 20 окт. Пишите.

Крепко жму руку.

Ваш А. Чехов.

📩 Вл. И. Немировичу-Данченко
🗓 6 или 13 октября 1895 г.
📍 Мелихово

Уважаемый Михаил Осипович, сейчас я прочитал Вашу статью «О чтении» и вспомнил, что я до сих пор не отвечал на Ваше последнее письмо. Простите за невежество. Трудно отвечать, когда не знаешь, что ответить. Вы спрашиваете меня, скоро ли я пришлю в «Неделю» рассказ или повесть подлиннее; у меня нет наготове ни повести, ни рассказа, так как я завален работой по уши, но всё-таки мне не хочется отвечать Вам «нет» или «нескоро»... Позвольте мне ответить Вам уклончиво, на манер девицы, которая почему-либо не может ответить «да», хотя и жаждет этого всею душой. Если в начале ноября ничего не пришлю Вам, то постараюсь прислать в декабре.

Ваша статья интересна, умна и убедительна. Если бы я издавал журнал, то непременно пригласил бы Вас в сотрудники и был бы огорчен, если бы Вы отказали мне. В статье есть пропуск — Вы уделили очень мало места природе языка. Вашему читателю ведь важно знать, почему дикарь или сумасшедший употребляет только сотню-другую слов, в то время как в распоряжении Шекспира их были десятки тысяч. В этой области у Вас есть кое-какие неясности. Так Вы пишете (стр. 155), что каков язык, такова и степень культурной высоты народа. Выходит так, как будто, чем богаче язык, тем выше культура. А по-моему, наоборот — чем выше культура, тем богаче язык. Количество слов и их сочетаний находится в самой прямой зависимости от суммы впечатлений и представлений; без последних не может быть ни понятий, ни определений, а стало быть, и поводов к обогащению языка. Далее, на той же странице два пункта, которые благодаря неполноте истолкуются, пожалуй, не так, как Вы хотите: во-первых, неразвитые мужики и дикари могут обладать богатым и утонченным языком — значит, богатство языка и неразвитие могут уживаться в одной шкуре? и во-вторых, не совсем ясно, что значит «портится язык»? Понимать ли под этим его вырождение, или что другое? Ведь случается, что он не только портится, но даже исчезает. Если богатый великорусский язык в борьбе за существование сотрёт с лица земли бурятский или чухонский язык, то будет ли это порча последних? Сильный пожирает слабого, и если фабричный и казарменный языки начинают кое-где брать верх, то не они в этом виноваты, а естественный порядок вещей.

Не знаю, ясно ли я выражаюсь. Извините, захотелось покритиковать. На остальных страницах всё обстоит благополучно, и я согласен с Вами по всем пунктам. И взгляд Ваш на школьное дело не кажется мне утопическим.

Благодарю за адрес Ивана Леонтьевича. Желаю всего хорошего.

Искренно Вас уважающий
А. Чехов.

📩 М. О. Меньшикову
🗓 12 октября 1892 г.
📍 Мелихово

Лошадка моя, не пиши мне сердито-унылых писем, не запрещай мне приезжать в Москву. Что бы там ни было, а в Москву я приеду, и если ты не пустишь меня к себе, то я остановлюсь где-нибудь в номерах. Мне ведь в Москве нужно немногое (если говорить об удобствах): место в театре и большой ватерклозет. Дусик мой, здоровье моё гораздо лучше, я пополнел от еды, кашляю меньше, а к 1-му ноябрю, надеюсь, будет совсем хорошо. Настроение у меня прекрасное. Переписываю пьесу, скоро кончу, голубчик, клянусь в этом. Как пошлю, буду телеграфировать. Уверяю тебя, каждый лишний день только на пользу, ибо пьеса становится всё лучше и лучше и лица уже ясны. Только вот боюсь, есть места, которые может почеркать цензура, это будет ужасно.

Родная моя, голуба, дуся, лошадка, не беспокойся, уверяю тебя, всё не так дурно, как ты думаешь, всё благополучно вполне. Клянусь, что пьеса готова, уверяю тебя тысячу раз; если не прислал до сих пор, то потому только, что переписываю слишком медленно и переделываю по обыкновению во время переписки.

Сегодня дождь, прохладно. Приносили двух живых перепелов.

Дуся, я приеду в Москву непременно, хоть ты меня зарежь, и приехал бы, если бы не был женат; стало быть, если задавит меня в Москве извозчик, то ты не виновата.

Играй хорошо, старательно, учись, дуся, наблюдай, ты ещё молодая актриса, не раскисай пожалуйста! Бога ради!

Мыл голову (писал ли я тебе?), но у меня жидкость не пенилась. Вероятно, много воды взял.

Вчера были Горькая и Средина. У Леонида Вал нефрит, появились на лице отёки. Он в большом беспокойстве, очевидно, так как всё время глядит, сколько у него белка.

Обнимаю мою радость. Господь с тобой, будь покойна и весела.

Твой А.

📩 Москва. Ольге Леонардовне Чеховой. Петровка, д. Коровина, кв. 35
🗓 9 октября 1903 г.
📍 Ялта

Милая моя, если выеду, то 12 октября, не раньше. Буду телеграфировать, это обязательно. С пьесой вышла маленькая заминка, не писал её дней десять или больше, так как хворал, и немножко надоела она мне, так что уж и не знаю, что написать тебе о ней. У меня была инфлуэнца, болело горло, кашлял неистово; едва выходил наружу, как начиналась головная боль, а теперь дело пошло на поправку, уже выхожу... Как бы ни было, пьеса будет, но играть её в этом сезоне не придётся.

Подумай-ка, в какой гостинице или каких меблированных комнатах мне остановиться. Подумай-ка! Мне такую комнату, чтобы не скучно было проходить по коридору, не пахло бы. В Москве, вероятно, буду переписывать свою новую пьесу начисто. Из Москвы поеду в Париж.

Ну, будь здорова, моя золотая, ненаглядная девица. Играй себе помаленьку да обо мне иногда вспоминай.

Нового ничего нет. Повторяю, будь здорова, не хандри.

Твой Antonio.

📩 Москва. Её Высокоблагородию Ольге Леонардовне Книппер. У Никитских ворот, Мерзляковский пер., д. Мещериновой
🗓 4 октября 1900 г.
📍 Ялта

Дорогой Николай Михайлович, некий Сергей Алексеевич Епифанов (Пречистенский бульв, д Копейкиных) пишет мне, что у него чахотка и что он крайне нуждается. Это давнишний сотрудник «Развлечения» и т. п., бедняк, литературный неудачник и, кажется, алкоголик. Будьте добры, справьтесь как-нибудь, что с ним и нельзя ли сделать для него что-нибудь, помимо мелкой денежной помощи. Если болезнь не запущена, то, быть может, ещё не поздно записать его в члены Кассы взаимопомощи — на случай инвалидности; я делал бы за него членские взносы. Если же положение его безнадежно (последний градус ч—ки), то не найдёте ли Вы возможным, по справке, воззвать в Р. S. к благотворительности, что вот-де маленький поэт С. А. Е-в болен, беден и проч. — как это сделал покойный Курепин относительно Путяты. Ваш Р. S. дал бы рублей 50–100, а может быть, и больше. Если увидите Епифанова, то скажите, что ответ я послал ему из Ялты, где теперь нахожусь. Мой адрес: Ялта, д. Бушева. Будьте здоровы и благополучны.

Ваш А. Чехов.

📩 Москва. Его высокоблагородию Николаю Михайловичу Ежову. Поварская, Трубников пер., д. Джанумова
🗓 2 октября 1898 г.
📍 Ялта

Многоуважаемый
Адольф Фёдорович!

В настоящее время в Москве, на императорской сцене, с большим успехом идёт новая пьеса Е. П. Гославского «Разрыв-трава»; она же идёт и в театре Николая II в Петербурге. Е. П. Гославский собирается напечатать свою пьесу, и я посоветовал ему попытать счастья у Вас, не найдёте ли Вы возможным напечатать её в ежемесячных приложениях. Гонорар — 500 р. за всю пьесу, а главное, нужно, чтобы пьеса была напечатана в одной из ближайших книжек, так как для театра она, пьеса, ещё не издана, между тем уже начался спрос из провинции.

В настоящее время я в Москве; благоволите высылать корректуру в Москву, Спиридоновка, д. Бойцова. О том, когда возвращусь в Ялту, сообщу Вам своевременно.

Желаю Вам всего хорошего.

Искренно преданный и уважающий А. Чехов.

📩 А. Ф. Марксу
🗓 28 сентября 1901 г.
📍 Москва