В эфире наша с вами любимая рубрика «Современная журналистка». Давеча мило поболтала с корреспонденткой одного издания, а сегодня мне прислали опубликованную статью.
Я долго думала, стоит ли начинать писать о ней. Ибо тут столько перевранной информации, не расслышанных/додуманных за меня слов, просто фактических ошибок, что было не очень охота тратить на это столько времени.
Но всё же несколько из них настолько вопиющих, что придётся написать.
1. При этом «Все свободны» держатся, стекло в витрине не меняют, оставив как инсталляцию, и готовятся отмечать день рождения.
Мы вообще-то объявили о сборе на витрину в первом же посте о том, что нам её разбили. А через несколько дней выложили везде отчёт, как нам поставили новое.
2. Так вот, в разговоре с владельцем «Фаренгейта» Платоном Романовым я вдруг выяснила, что он работал у Беляцкой, хотя сама Люба не сказала об этом ни слова.
Журналистка на полном серьёзе написала, что я злостно не упомянула Платона в разговоре. Но я не упомянула и Виту, и Леру, и Лёшу, и Володю, и Тоню, и ещё пару десятков человек, с которым работала. Почему? А должна была? Из этого интервьюерша делает выводы, что:
3. Но Беляцкая, у которой с Романовым свои счеты, видит все немного иначе: «про Фаренгейт": там люди не про книжки, а про выпить.
Платон как-то правильно сказал: "Все равно они все время бухают, пусть хотя бы платят за это", хотя вообще-то бар не его».
Прежде всего. С чего бы мне считать, что бар в магазине у Платона, который он открыл потому что и так все бухают - не его? Загадка...
Второе. В книжном мире хватает интриг и конфликтов. Но вот уж с Платоном у нас одни из самых добрых и нежных отношений. Я искренне рекомендую его магазин и сама захожу и покупаю там книги чаще, чем в другие книжные. Мы разумеется можем дружески подколоть друг друга. Но сводить счёты?
Журналистка сказала Платону, когда брала у него интервью, что я удалила его книжный с Карты книжных🤷🏼♀️ не знаю, зачем ей нужен был этот конфликт.