Nose Republic. Страница 34
12967
@NoseRepublic
Парфюмерный критик Ксения Голованова — обо всем ароматном.
-
Nose Republic
Про те самые духи в рулоне туалетной бумаги https://moskvichmag.ru/aromat-nedeli-green-perfume-sucks/ -
Nose Republic
Вот что сообщает нам "Рив Гош". По-моему, отличные новости: пусть хорошие духи живут в хороших флаконах, а сентиментальная графика Пейне — на открытках Hallmark. 
-
Nose Republic
А еще у меня сегодня важная годовщина, можно сказать, небольшой личный праздник. Пусть будет и у вас: мы с Rouge Bunny Rouge сделали промокод NOSEREPUBLIC, по которому у них на сайте (www.rougebunnyrouge.com) можно получить 30% скидки на все вообще — любые духи, любую косметику и т.д. Я только что сама им воспользовалась, все работает. И будет работать до 25 апреля. 
-
Реклама
-
Nose Republic
Rouge Bunny Rouge — широко известный в узких кругах бренд декоративной косметики из Великобритании. Я фанат их мейка, но помимо помад, теней и хайлайтеров у марки есть коллекция ароматов — необязательная для производителя всего вышеперечисленного, но при этом достойная и недооцененная. Сейчас в линейке 14 композиций, я люблю и постоянно ношу четыре.
Tundra (на фото сверху): хороший джин, бледные фиалки, кориандр, изморозь на мхах. Пахнет очень крепким, очень дорогим коктейлем, вообще один из лучших «алкогольных» ароматов у меня в ротации.
Lilt: и «слива лиловая, садовая», и «абрикос, на юге рос», и еще инжир, и трава в бабушкином саду, на которую валится вся эта фруктовая благодать. Большая редкость — не пошлый, не приторный и даже не очевидно женский фруктовый аромат.
Cynefin: неоакватика с лавандой, ангеликой и фиалковым листом. С валлийского cynefin («кинэ́вин») переводится как «убежище», «логово»; действительно, первая картинка, которая возникает в голове, — прохладный морской грот, где спасалcя от кометы Муми-тролль.
Allegria, Rouge Bunny Rouge
Едкие травы, мята, базилик, эвкалипт — и очень натуральный, сернистый грейпфрут. Красивая зеленая горечь. -
Nose Republic
Деревянные комоды, в которых хранят одежду, бумаги, лекарственные травы и даже катаны, в Японии называют «тансу». Те, что я видела в Киото и Токио, выглядели вечными— в отличие от прочей японской мебели, на вид довольно хлипкой. Так и есть: многие антикварные тансу украшены богатой ковкой — как для красоты, так и для дополнительной прочности, влагостойки — в Японии довольно выраженный сезон дождей, а также огнеупорны, поскольку сделаны из древесины, которую специально закаляли десятилетиями. Есть комоды на колесиках, или курума-тансу, особенно легкие и при этом крепкие, — такие можно оперативно вывезти и на улицу в случае пожара или землетрясения. В курума-тансу обычно хранят что-то очень ценное, например, самые дорогие и нарядные кимоно в окия — домах, где живут гейши. Нередко в результате хранения кимоно, особенно винтажные, приобретают специфический душок, «запах тансу» — это и выдох старого дерева, и благоухание пожилой, нередко пропитанной благовонным дымом ткани, и запах человеческого тела, если после носки одежду не проветрили как следует. Этот аромат японцы из своих кимоно вытравливают беспощадно: форумы полнятся разнообразными лайфхаками, но классический — обработать ткань с изнанки смесью водки и белого уксуса, а потом повесить кимоно напротив вентилятора примерно на полчаса. Но мне запах тансу очень нравится — теплый, древесный, немного мускусный. Очень сексуальный. Хотелось бы такие духи, даже название уже готово. -
Nose Republic
Новые «мини-мали» в черных цилиндрах по 30 мл — очень хорошо. Флакон отличный — приятно увесистый, с магнитным стоппером, поместится в косметичку, если нужно взять его с собой в командировку. Для меня «тридцатка» — самый психологически комфортный объем: малевские «десятки» все-таки очень близки к отливантам (разве только купить, чтобы разносить что-то поподробнее), а 50 мл какого-нибудь Portrait of a Lady или того же Une Rose — это уже 17 тысяч рублей. Вот такой тоит 12 480 р. до всех скидок. Думаю, именно дорогие «Портрет» и «Розу» чаще всего будут покупать в новом объеме. -
Nose Republic
Друзья, напоминаю, что сегодняшний вечер — с 5 до 9, а там как получится — мы с Матвеем Юдовым проведем в «Золотом Яблоке», том, который в «Афимолле». Ищите нас в пространстве Mugler Source: поговорим про парфюмерию в контексте экологии и окружающей среды, обсудим парфюмерные мифы, дадим вам понюхать всякие интересные штуки — экстракт головы пришельца, вытяжку из ангельской попы и даже ту самую тигровую лиану, которую использовали в Aura, Mugler. Поговорим с каждым: считаете, что это не public talk, а череда свиданий. 
-
Nose Republic
В Марокко делают так называемое vin gris, "серое вино": на самом деле оно скорее бледно-розовое, но действительно имеет сероватый оттенок гранита — как магнолиевая Bella Donna, Jul et Mad. Очень красивый цвет парфюмерной жидкости, отлично покрасили. 
-
Nose Republic
Вот в таком виде — в рулоне туалетной бумаги — ко мне приехал флакон хорошей швейцарской марки Perfume.Sucks. Коллекционер, говорили мне, должен обладать кураторским взглядом, а его коллекция — отражать вкусы хозяина и иметь, как любая выставка, свой подход. Моя пока скромная, но, кажется, очень цельная: кусок исключительно вонючей китовой амбры от амбровых брокеров Celtic Ambergris, коровий навоз от Nasomatto, а теперь и вот это. "Парфюмерия и говно", отличный же угол. 
-
Nose Republic
А можно просто писать с прописной все слова в релизе — Гель с Кактусом, Увлажняющий Крем. Величие. 
-
Nose Republic
Недавно обсуждали с коллегой хорошие парфюмерные груши. Вспомнили Nun, Laboratorio Olfattivo — грушу с молоком и жасмином, Vierge de Fer, Serge Lutens — с лилией, странную и металлическую, новый Para_Iso, Nomenclature — белый чай с грушей и какими-то тропическими фруктами. Ну и J’Adore, конечно.
Почему-то забыли вот про эту — Ambrette 9, Le Labo. Очень емко его описала в своем тексте для The Blueprint Маша Головина: «запах грушевого пюре, теплого молока и выглаженных футболок». Добавить к этому мне практически нечего. Разве что вот: именно эта композиция открыла для меня красоту амбретты, растительного мускуса с великим множеством оттенков — ирисом, ландышем, крахмалом, сливками и так далее. Вообще не хочется вылезать сейчас из-под этого белого пушистого одеяла.
-
Nose Republic
Друзья, в эту пятницу мы с Матвеем Юдовым выступаем трагикомическим дуэтом в "Золотом Яблоке" — в пространстве Mugler Source. Фото не врут: можно будет спросить нас практически обо всем (Матвей, скорее всего, даже сможет ответить), но лучше — про душистое. Приходите, буду рада. 
-
Nose Republic
Если вы хотели, но все ещё по каким-то причинам не купили знаменитую брокаровскую сирень за 200 рублей, то сейчас самое время это сделать — линейку "Сады соблазна" снимают с производства. -
Nose Republic
Shiseido запускает Rising Sun — "бодрящий аромат, который не повышает чувствительность кожи на солнце". Ну ок. Некоторые натуральные душистые материалы — отдельные эфирные масла и абсолюты — действительно имеют фотосенсибилизирующий эффект, то есть усиливают восприимчивость кожи к ультрафиолетовому облучению. Но у нас есть химия, чьи достижения позволяют носить духи на солнце без всякого риска: например, вместо обычного бергамота современные парфюмеры используют безопасный "очищенный", безбергаптеновый. Плюс добавляют uv-фильтры. Короче, если такая проблема и есть, то скорее для натуральной парфюмерии. Шведская натуральная марка NOT Perfumes так и пишет у себя на сайте: носите на свой страх и риск :) Но вообще, понятно, что парфюмерия с разными добавочными смыслами, функциями и бантами — это next big thing. https://www.fragrantica.ru/news/Shiseido-Rising-Sun-8137.html -
Nose Republic
Первого апреля у Etat Libre d’Orange выходит новый аромат Experimentum Crucis, или «испытание крестом» — так в философии и науке называют опыт, исход которого однозначно определяет верность (или ошибочность) вашей гипотезы. Несколько дней назад появился тизер-трейлер (красивый, у меня от него мурашки), заканчивается он такими словами: «Найди свой путь за пределами света и тяготения». Прямое указание на сюжет: думаем «свет, тяготение» — сразу вспоминаем Исаака Ньютона.
Своим experimentum crucis Ньютон называл знаменитый опыт с призмами, один из красивейших в истории науки, в ходе которого установил, что «чистый» белый свет неоднороден и состоит из всех цветов спектра. Открытие Ньютона имело большой резонанс — в научной среде, в художественной, а в философии (особенно «кухонной») и вовсе произвело эффект разорвавшейся бомбы. Все прекраснодушные решили, что Ньютон свел свет — главное проявление Бога в мире — к простому природному феномену, который можно и нужно измерить. Бедный поэт Китс совсем разнервничался и даже написал, что Ньютон убил радугу — «похитил ее тайну».
Радугу, мне кажется, и поместили в центр мудборда. Смотрите, что анонсируют в Experimentum Crucis: яблоко, кумин, личи, мед, жасмин, розу, мускус, пачули, акигалавуд, будет мне, кажется, ярко и весело. Очень жду — люблю кумин, люблю розу с личи, люблю Ньютона, а Китса не люблю. -
Реклама
-
Nose Republic
-
Nose Republic
В прошлом ноябре я впервые побывала в Японии. В основном ездила по всяким медвежьим углам: сегодня японский офис по туризму редко возит журналистов в Токио и Киото — иностранных путешественников в обеих столицах, нынешней и старой, великая тьма, смысла в их продвижении больше нет. Но в Киото нас все-таки оставили на день, а в Токио — на пару дней. Накануне вылета я пошла в Гиндзу, где у Shiseido — крупнейшей японской парфюмерно-косметической компании и, к слову, старейшей в мире — флагманский магазин.
Магазин действительно очень большой, но самое яркое впечатление производит не размер, а совершенно спокойный ольфакторный фон на всех его этажах (их четыре). Немного пахнет рисовой пудрой, немного — маслом камелии, которым здесь полируют деревянную мебель и паркет, но вообще тишь да гладь. Парфюмерный отдел, безотносительно масштабов самого магазина, очень скромный — по сути, всего одна полка. На ней стоит вечный Zen, переживший, в соответствии с восточным каноном, множество перерождений, и несколько флаконов, которые я не узнаю. Например, Rosarium — анемичная, туберкулезно бледная роза. Все духи, за исключением пары винтажей, стоят по-настоящему недорого — в пределах полутора тысяч в переводе на рубли. Пока я вожусь с незнакомыми банками, на этаж постоянно поднимаются японки, но к стенду с духами не подходит никто. Спрашиваю у Мари-сан, нашего гида, в чем дело. Та очень аккуратно подбирает слова: «Духи мешают, это мэйваку». Делать мэйваку значит доставлять беспокойство, неудобство другим людям, а не считаться с окружающими — худший социальный грех для японца. (Про sumehara, термин, который в японской корпоративной культуре означает притеснение запахом, я уже писала, можно найти в Nose Republic по поиску.)
Желание современных японцев не пахнуть так, как все остальные дышащие и потеющие люди, реализуется и в парфюмерии. Одна из самых известных реинкарнаций классического Zen даже преодолела земное притяжение: тогда IFF, крупная компания по производству душистых веществ, сделала, выражаясь языком современной моды, коллаборацию с NASA и в 1998 году запустила в космос душистую розу сорта Overnight Scentsation — на борту шатла «Дискавери» STS-95. В условиях невесомости аромат розы якобы изменился, и IFF его запатентовал и использовал в Zen (об этом можно почитать на официальном сайте NASA). Современная версия, увы, не та — фруктово-цветочная скучная вещица, ничего общего со старой, но в интернете можно найти и «космический», заключенный в перламутровый саркофаг в духе «Звездных врат» Zen — он прекрасный и очень, очень нежный.
Вернувшись в Москву, я спросила у японистки Ани Семиды, императрицы популярного телеграм-канала Haiku Daily, почему у упонцев такие интересные отношения с парфюмерией — наверняка есть какие-то причины, исторические или культурные (часто это одно и то же). Вот что ответила Аня: «Мне кажется, что отношение к запахам, вообще ко многому в японской материальной культуре, исходит из минимализма: убрать все лишнее, оставить «одну ноту», еще и приглушить ее желательно, чтобы приходилось делать некое усилие, чтобы ее уловить». Я сразу вспомнила призрак розы Rosarium в том магазине Shiseido — чуть ее не купила, но для меня она все-таки оказалась слишком малокровной. Зато увезла домой Koto — фантастической красоты зеленый, маслянистый, нарциссовый шипр 1967 года, названный в честь классической цитры из музыкального арсенала гейши. И вот что удивительно: Koto — вообще другая история, элегантная, но очень чувственная и мощная, по современным японским меркам и вовсе неприличная. Что же изменилось? Вот что ответила Аня: «Начиная с 1970-х в Японии культивируется запах чистого тела — именно тогда все помешались на чистоте и дезодорантах. Вероятно, это связано с переходом к «новой» Японии, завершением вестернизации с культом работы, окончательным закреплением тенденции «быть как все». -
Nose Republic
Аттары Sultan Pasha желают всем отличной субботы 