Marina Akhmedova. Страница 110
7822
@Marinaslovo
Марина Ахмедова - писатель, заместитель главного редактора журнала Русский Репортер. Здесь - ее реакция на актуальные события. Личное мнение
-
Marina Akhmedova
Друзья, с перерывом на неделю возвращения в Москву, я практически с первых чисел марта в Донбассе. Я объездила много территорий и поговорила с большим количеством людей с освобожденных территорий. И я пришла к четкому непоколебимому выводу – их закабалили страхом. Их запугали и превратили в рабов. Им дали какую-то стабильность, но в нервах их всегда тихо жужжал страх – перед тем, что может быть, если ты отойдешь от общего курса. Например, съездишь на территорию республик, где живут твои самые близкие родные, которых не видел восемь лет. Поедешь хоронить дядю, чье сердце в Донецке остановилось, не выдержав обстрелов. А он был твоим самым близким с детства. Конечно, съездить из Волновахи можешь, но с работы уволят. Или перестанешь платить налог на АТО. Или скажешь, что твой ребенок не хочет приходить на первое сентября в вышиванке. Или вдруг забудешься и начнешь, ведя урок в школе, говорить на языке, на котором думаешь. Страх лишает человека человеческого достоинства. Превращает в раба. Заставляет потерять самого себя. Надо быть осмотрительными. Но не надо бояться. Этот способ управления выбрала официальная Украина. Так обычно поступают террористы. Террористов стоит остерегаться. Но не накачивать их новой силой – своим страхом. Пусть они бояться. Страх – это единственная концепция их существования. Не будет страха, не будет их. Сдуются. -
Marina Akhmedova
После этой войны, как её ни называй, не будет необходимости в восстановлении и наращивании комплекса обычных вооружений. Меня иногда называют "экспертом", но я таковым себя не считал и не считаю. Я очевидец и соучастник, и как очевидец и соучастник, даже не будучи экспертом, я вижу снижение эффективности обычных вооружений в современной войне. На всякое средство есть контрсредство, на каждое действие - противодействие; численное превосходство не является определяющим, навыки и умения при отсутствии мотивации тоже не критерий... Сейчас можно, наверное, сказать, что мы приступили к осаде Мариуполя, пребывая в уверенности, что нас меньше, чем их. Мы знали, сколько нас, догадывались, сколько их, и по меткому выражению одного грамотного офицера мы продемонстрировали новый вид тактики - очаговое наступление. Мы вгрызались в отдельные куски и постепенно расширяли пятна подконтрольной нам территории, пока эти пятна не сходились краями. При этом полного окружения первоначально не было - противник просто вбил себе в голову, что теперь он в обороне, хотя сил для манёвра у него было достаточно. Теперь уже нет. Но у нас была мотивация и кое-какие средства поражения. На других участках средств поражения было больше, включая "калибры" и "искандеры", но мотивация была, очевидно, ниже, потому что многие долго не могли понять, что учения закончились, и началась война. Это в какой-то мере уравняло баланс. Сейчас все уже всё поняли, впереди самый непростой этап, когда обычным вооружениям будет разрешено перед выходом на скамейку запасных сказать своё последнее слово, а потом только ядерные боеголовки и средства их доставки. Можно сделать предварительный вывод, что это последняя крупная война без использования ядерного оружия, где участником является Россия. При необходимости или неизбежности следующей - мы попадём в Рай, а они.... Дальше по тексту. -
Marina Akhmedova
Я - вовсе не военный стратег, а лишь человек, с 14 года наблюдающий за войной - и физической, и в головах. И с каждым днём, а особенно в 22 году, крепнет мое убеждение - наказывать на Украине надо в первую очередь тех, кто начал разжигать эту войну в информационном пространстве и в 14-м, и ещё до 14-го. Тех, кто запустил это колесо ненависти. А это конкретно - украинские политики, делавшие и делающие средневековые заявления, а также киевские блогеры. И пока мариупольцы лежат под деревянными крестами у себя во дворах, эти в Киеве продолжают снимать информационную пенку. И их генератор ненависти никогда не остановится, если кто-то из них, а лучше все вместе, не ответит прямо сейчас по российскому закону. Они остаются безнаказанны в своём зле, и потому, куражась, производят его все больше. Их информационное колесо материализуется и катится по земле, сея вокруг смерть. Вот они - опухоль Украины, остальное - метастазы -
Реклама
-
Marina Akhmedova
Обстрел домов в Брянской области ВСУ. Что там про вчерашнее обещание Минобороны? -
Marina Akhmedova
Марина Ахмедова - о докладе ОБСЕ с обвинениями в адрес России «ОБСЕ выпустила доклад, в котором говорится, что роддом и драмтеатр в Мариуполе расстреляла Россия. Я еще с 2014 года задумывалась о таком – как так получается, что, находясь в одном месте, мы так по-разному видим реальность. Я, к примеру, видела нещадные обстрелы украинскими силами городов и деревень, а ОБСЕ почему-то нет. Поэтому в Донецке миссию так и прозвали – слепоглухонемые. Меня не было в мариупольском роддоме и в драмтеатре во время обстрела. Но я думаю, что и миссии ОБСЕ там не было. Но, работая в ПВР, я нашла сотрудницу роддома, и она говорила о том, что их просили на работу не выходить, так как роддом заняли военные. Эта встреча была случайной. Медсестра спрашивала меня, как бы ей уехать в Обнинск, и мы разговорились, так я узнала про роддом. Поздно вечером я к ней вернулась и переговорила с ней снова. Беременная, ставшая героиней фотосессии из роддома, тоже ясно дала понять в своем интервью, что авиаударов по роддому не было. Но у ОБСЕ своя реальность, сильно далекая от реальности. Наверное, поэтому перед местом их жилища в Донецке красуется вот такая надпись. Я каждый день по ней хожу», - заявила работающая сейчас в Донбассе член СПЧ, журналист Марина Ахмедова. -
Marina Akhmedova
Месяц назад в Ясиноватой я задала вопрос владельцу Машиностроительного завода Владимиру Трубчанину - «Почему не сняли портреты Путина, зная ещё 22 февраля, что Украина нападет? Почему сами не бежали, у вас же достаточно денег?». «А его мне тоже снять?» - показал он пальцем куда-то за меня. Я обернулась. На стене висел портрет одного из командиров «Востока» с позывным Лев. Я была с ним знакома. Он погиб. «Слишком много портретов пришлось бы снимать» - философски заметил Трубчанин, а потом добавил - «Ага, прямо разбежался портреты тут снимать». В 14 году по заводу проходила линия фронта. Трубчанин между Украиной и Донбассом выбрал Донбасс и батальон «Восток». Его младший брат бежал в Киев, с тех пор они не разговаривали. Завод производит горнопроходческое оборудование. И всю войну производил. Вчера я звонила им, чтобы туда приехать. Сегодня Ясиноватую снова обстреляли украинские войска. Убит один сотрудник завода и двое ранены. 
-
Marina Akhmedova
Глава СПЧ считает, что ситуация с Медведчуком - вне правового поля «Пока то, что вижу я, представляется находящимся вне правового поля. Это очень странная история, все это похоже скорее на какие-то полубандитские действия, мне кажется, разговаривать о чем-то подобном (об обмене) с украинской стороной можно тогда, когда история с Медведчуком примет какие-то цивилизованные формы. Пока я не понимаю, как можно в этой ситуации разговаривать с украинскими властями", - сказал Валерий Фадеев в четверг ТАСС, комментируя предложение президента Украины Владимира Зеленского обменять Медведчука на украинских военнопленных. https://tass.ru/politika/14375153 -
Marina Akhmedova
Врачи просто нырнули в рану. И когда в конце долгой операции я спросила - знают ли они кого оперировали, а это был молодой мужчина, мне сказали - «Нет». И не спрашивают кого - намеренно. Сюда попадают все - раненые гражданские, наши солдаты и… украинские. После тех видео с издевательствами над нашими пленными врачи в Донецке не хотят знать что оперируют украинского пленного. Операцию в любом случае сделали бы так же, уход был бы тот же, но на душе был бы дискомфорт. 
-
Marina Akhmedova
Донецкие хирурги принимают раненых. Работают 
-
Marina Akhmedova
Одну больницу в Донецке - куда свозят раненых - обеспечили водой на сегодня. Это - на ваши деньги. И так будет месяц - воду сюда волонтеры будут завозить в каждое отделение 30 дней. Я передаю спасибо от врачей 
-
Marina Akhmedova
Вчера кто-то написал мне в комментариях к Медведчуку, что Зеленский так знатно Россию троллит. Можно представить как это читалось мне – только что вернувшейся из больницы в Донецке, где в палатах к кому ни подойди, у каждого – трагедия. Ну, может, и троллит он так Россию. Только результат его троллинга – дети, напрочь убитые в одной семье, мать, на глазах которой заживо горели ее дети. Украинские танки, видимо, тоже по примеру тролля Зеленского решили своих сограждан потроллить. Воды в больницах нет – перекрыт пункт подачи в Майорске. Когда обгорелому больному с переломанными костями нечего попить – это его так Зеленский троллит. И пока этому главному троллю Украины продолжает ставить лайки в соцсетях свихнувшаяся часть сограждан, троллинг на территории бывшей Украины не остановится. А им и не надо, чтобы он останавливался. Восемь лет они троллили Минские соглашения. И разве незакономерно, что после такого действительно знатного троллинга страну возглавил тролль? Сейчас они затроллили переговоры. Так и будет у них. Все следующие договоренности они тоже затроллят. Так и ведут себя люди, знающие, что их слово – ничего не стоит. Просто попытайтесь на миг вообразить, что вы даете обещания, зная, что вы глумитесь и никогда их не выполните. Это страшное состояние. Чтобы его не переживать, надо просто перестать рефлексировать и уйти во все тяжкие глумления. Это – механизм защиты. И поможет только насильственное возвращение троллей в реальность. -
Marina Akhmedova
Почему надо сочувствовать Медведчуку? Конкретно Медведчуку, может, и не надо сочувствовать. Но надо сочувствовать любому человеку, который подвергается внезаконным истязаниям, издевательствам, также непредусмотренным законом. Надо сочувствовать любому человеку, которым шантажируют и которым торгуют как рабом. Причём делают это первые люди во власти. Значит, этому человеку внутри его страны, скатившейся в средневековье, обратиться выше некуда. Вот поэтому надо сочувствовать любому человеку, оказавшемуся в таком положении -
Marina Akhmedova
Ничтожная крошка Зе выложил фото человека, вынутого из застенков СБУ и пошутил в инстаграме. И это - ещё одна насмешка Запада над украинским народом. Они нарочно ставили в президенты этого шаловливого мелкого беса, который не различает добро и зло. Не понимает что можно президенту, а что нельзя. И которому чем больше крови, тем краснее и красивее сцена. Я не представляю человека в здравом уме, который хотел бы себе такого президента. 
-
Marina Akhmedova
Завезли воду в ту же больницу. Планировала – поставим бутыли и уходим, но остались на несколько часов. В палате лежали женщины с перебинтованными и загипсованными ногами. Рядом с одной сидел мужчина. – А вы из Мариуполя? – спросила я – просто вместо здравствуйте. – Да, - буднично ответил мужчина. – Из Мариуполя. – И это – снаряды? – спросила я, чтобы просто поддержать разговор. – Да, - так же буднично ответил мужчина. – Но все ваши живы? - осторожно спросила я, надеясь, что все, и мне не придется выслушивать новые истории. – Не все, - спокойно ответили мужчина и женщина – муж и жена. – А можно попросить вас помочь? – спросил он. – Нужно оформить документы о смерти. Мы детей похоронили на шестой день. А теща во дворе лежать осталась. Нам бы, чтобы на детей справки получить. – Подождите! – перебила я. – Мой мозг сейчас отказался воспринимать то, что вы говорите. Вы не могли бы повторить? – У нас тоже мозг не воспринимает, - сказал мужчина через сведенный судорогой рот. Его перекосило, но он с каким-то усилием, с каким поднимают неимоверно тяжелую железяку, сделал над собой усилие и вернулся в прежнее состояние. – Да. Они пять дней пролежали на улице, потом у брата получилось выбраться за город, он семью свою вывез – взял машину товарища. И сразу поехал назад – к нам. Он приехал, мы вместе с ним детей погрузили, он повез их на кладбище – хоронить. Надеюсь, у него все получилось. – А мать еще во дворах, - сказала женщина. – Ее похоронили не на кладбище, а на улице – там четыре могилы. Вот хотели документально оформить, но чтобы детей не тревожили – без эксгумации. А маму со двора придется переносить. – У вас двое детей? – Трое. – Маленькие? – Шестнадцать, - сказала женщина, - девять и ш… ш… шшш… ть, - она заплакала. – Вы можете помочь нам с коляской на один день? – спросил муж. – Мы вернем. Ее нужно в больницу к офтальмологу отвезти. Ей глаз удалили. Я заплачу. – Мы постараемся, - сказал Юрий. – Спасибо, - сказала я. – Нам? – спросил мужчина. – Да нам-то за что спасибо? – За то, что со мной вообще разговариваете. – Вы из России? Успокойтесь, это украинский был снаряд. – Мы просто уверены, - сказала она. Я вышла. Мужчина вышел за мной в коридор. – Можно вас спросить? Почему вы решили, что если вы из России, мы не будем с вами говорить? – он посмотрел мне в глаза, и я поняла, что он еще далеко не в себе. – Вы думаете для меня Путин виноват? Нет, для меня виновата украинская власть, которая нас предала. Продала Украину. Так же, как я, не думает только десять процентов мариупольцев. – Я считаю безнравственным говорить с вами сейчас о том, кто виноват, - сказала я. – Снаряд совершенно точно был украинский. Из танка стреляли. Я вам о чуде хочу рассказать. Я отвлеклась на врачей. Наверное, час мы решали вопрос с коляской. Она в отделении одна. Я добралась до главного врача. Мы с Юрой сидели в его кабинете и туда же позвали этого мужчину. Когда он сел в кресло, он сразу сказал – «Я вам о чуде не рассказал. Получается, я говорил детям не заходить в ту комнату. Приехал автобус с помощью, я спустился вниз. А они зашли. И тесть там был. Туда прилетел снаряд и убил всех наших детей. Я повез жену в больницу. Прихожу. А в комнате дети лежали за креслом. Тесть сидел в кресле. Теща – за креслом, сидела с детьми, плакала. Прилетел второй снаряд и убил ее». – А чудо – в чем? – спросила я. – А в том, что на тесте снова ни одной царапины. На все воля Божья. Они ничего не просят. Уедут бездетными в Москву. Кто примет – пишите. Анатолий – рабочий на заводе. Был. Коляска нужна. -
Marina Akhmedova
Несколько дней назад он валялся у забора в Волновахе - слепой и никому не нужный. Сегодня едет в Москву с @juliagorbacheva1969, к новой хозяйке, которая нашлась у нас в чате. Появление человека, который может забрать страдающее существо в таких случаях, сродни чуду. Не потому что мало добрых. А потому, что много несчастных. Несколько дней назад мы снова были в Волновахе. И пока я искала немецкую овчарку, за которой обещала вернуться, Юля и Евгения собирали по разбитым домам кошек и собак. Овчарку я не нашла, но додумалась съездить к Виктории - женщине, с которой познакомилась во время раздачи помощи на площади, когда Волноваха ещё даже не начала приходить в себя. Виктория овчарку знает. Попросила ее придержать? если ее встретит, а я приеду заберу. Следом за мной во двор заехала Юля, поделилась кормом и забрала у Виктории больного кота. В итоге все животные, которых я сгребла из Волновахи в позапрошлый приезд, нашли себе хозяев здесь в чате. А теперь я ищу хозяина для овчарки. Но не гарантирую, что его найду 
-
Реклама
-
Marina Akhmedova
Сегодня тоже противник пытался прорваться. Не совсем у него получилось, ну а мы стали на одну полезную единицу техники богаче. Приём тот же: наносит наши опознавательные знаки и на дурака ломится напролом. Одна для него беда - хаммеров у нас нет на балансе. 
-
Marina Akhmedova
Марина Ахмедова - в специальном репортаже телеканала «Россия 24» о своей рабочей поездке в Донбасс https://rutube.ru/video/4d39ef5b364441b22740124660ccb4f7/ -
Marina Akhmedova
Сегодня была в Киевском. Пустой район. Очень небезопасный. Только изредка промелькнёт в тумане прохожий. Но соцработники героически сидят на местах, и из их кабинетов открывается вид на пустые улицы под туманной взвесью и на зацветшие деревья. Идёт дождь. И от этого сильно пахнет весной. Говорят, что от дождя ожидается хоть какое-нибудь облегчение - немного воды в каналы, несколько струй из кранов. Узел Северского Донца, откуда шла вода на Донецк и Мариуполь, перекрыт - Украиной. Точка перекрытия подконтрольна Украине. Раньше они ее не перекрывали - Мариуполь им был нужен. А сейчас - уже нет.