Ж, страница 31, все посты канала

Ж

Рубрика "Стрёмная Публицистика": Технологии. Вред "охранителей", функции журналистики и корреспондентства, мифы, революции, диалектика протеста, эпилог главы. Обещал ведь. Продолжаю жанр "танцев по тонкому льду". - Адепты охранительства, как основная угроза целостности государства. Рассмотрим страну (любую), как некий организм. Добавим к этому что любая система, вследствие своего несовершенства, накапливает проблематику. Гнойники и язвы на теле организма, ежели так удобнее понимать через аналогию. Для того, чтобы тыкать и указывать на больные места, существуют "Третья" и "Четвёртая" Власти, тк (так уж повелось), чинвоники (продолжаем этот термин) - суть масса инертная, и пока их не пнут, ничего оные делать не хотят, тк только добрались до "кормушки": Ржавые автоматы, потерянная техника, невыданные приложенные средства мобилизованным, развал и дезинтеграция местных отделений конторы, - примеров наличествуют сотни тысяч и всё лежит в децентрализованных БД. Контрэлита, по роду мысли, либерального лагеря для того и существует, чтобы насовсем оные не расслаблялись. Журналист/корреспондент (в идеальном понимании) своей базовой функцией имеет обязанность "тыкать" в эти самые "сепсис-гнойные" точки, чем выполняет функции санитара системы, делая её более живучей. Однако-с, из-за действий оного/оной/оных, оглашенным приходится шевелиться. По причине описанной выше инертности, тн "власть" таковых недолюбливает, або любая наседка желает спокойно "колбасочки покушать" (напомню, в аристократии принято считать, что "кушает" лишь скот). Зарплатные неофиты же трудят, чтобы перекрыть разумную деятельность. ~Диалектика развала стран~ Для того, чтобы сохранять статус-кво, таковые набирают замечательно-смешные секты из потенциальных стукачей (коие таковыми являются в силу недалёкого ума и, вследствие, приобретённого оппортунизма) и "капо" (примеров много, однако я не упоминаю ФИО/адреса/.. тк этика), чем сильнее ускоряют распад. Приведём простой пример того, почему правая ветка хоть и желает жить по Пелевину, но получится по Сорокину: Владимир Рудольфович Соловьев хоть и неплохой (кхм, Качество делать, работая и делая столько контента, мало кто может), но является заложником образа. Возьмём недавний скандал, и цитату (вольный пересказ, не гнушаюсь на прямые цитаты): "Да ваш _город_ [Свердловск, Уральская Бандитская Республика] - рассадник либеральной, протестной гнуси!!!1". Кхм. Так, для начала: Ельцин-Центр спроектирован тогдашним командующим Службы Внешней Разведки. Рассадник? А у кого: Болотная, Сахарова, "Марш Миллионов". Не вяжется. Женя Куйвашев (большинству политиков до оного, как до Китая ползком) сильно сдержался в словах. В ответ на, мягко говоря, оскорбление 2+ млн человек. Спасибо за обращение внимания, конечно, но любопытно продолжение конфликта: И так понятно, что заказуха - песнь вполне знакома, и слышима уже не раз. Забавно вот что: Новиков не сильно стеснялся, после этого пошли танцы "для меня есть два Екатеринбурга", "бла-бла-бла" в формате заднего хода. Нехило выросли показатели межрегионального напряжения, итоги перебора с которым вполне предсказуемы. Кажется, кто-то льёт воду на мельницу супротив декларируемой позиции о целостности страны? (Хотелось бы думать, что нет). Ваше желание заткнуть лечащих накапливающий кризисы процесс говорит о дурной, грязной славе. Но, мы несколько отошли от темы. Изучая содержимое головы персонажей, предавших присягу другого государства,(Неха_у_а, привет), обнаружил занятную историческую отсылку: Ка‌по. Итоги анализа данных из твиттера и ЖЖ до 2013, и смен дискурса после выдают подобных с головой. Да, даже к нескольким людям из "Пруфячечной" или в тч "О, нолито!" без пиитета лично мне относиться сложно, тем паче что вроде как всем желается мирного неба над головой. Если, конечно, декларируемое соответствует плодам трудов. Но,так или иначе, мы расходимся в методах на фундаментальном уровне. Да и цели у оглашенных иные. ~ Диалектика протеста. Теперь поговорим о кормлении внутренних войск, или "пачиму ЛОМы всигда виходют сухиме из вады, а остальные прут на 15+ суток".

Ж

Скуфидон Михалыч открыл консерву и увидел внутри самого себя. Всего такого скукоженного и в томатном соусе. Скуфидон Михалыч подумал немного и выловил из банки другого скуфидона михалыча за запачканный галстук. Положил на ладонь и стал разглядывать – вроде бы человек, а кажется, будто только трупик.

Ж

Варианты иллюстраций для статьи Тамары Жуковой "Как бары помогали людям переживать времена потрясений" в газету бара "Зинзивер" teletype.in/@zinmag…ilyudyam

Ж

ПОМНИТЕ: Лучше всех в колхозе работала лошадь. Но, тем не менее, председателем она так и не стала… #анекдно

Ж

Эй, голубой, не ной. Жопу помой, присядь со мной. Выпьем такого же цвета, как ты, Голубой стекломой. Поговорим о Родине, о релокации По извилистой, как тонкая кишка, Горной дороге, ведущей Прямиком в грузинскую массажную: – Раздевайся, дорогой! Оголяй свою имперскую жопу! Рифма сбилась, но что поделать – Времена непростые. Тут дома кровь в жилах стынет, И жопа стынет, ведь у нас осень, Традиционные ценности. Можно ли возвращаться? Ну, вроде, отменяют мобилизацию, Но по-научному – квантово. Пока сам не попробуешь – не узнаешь Плотность вероятности плоти. Как говорится, Бог не играет в кости.

Ж

СКАЗОЧКА Ветер августовский гром сносит крышу - вижу небо звёзды вспоминаю Сносит знаки дорожные препинания припоминание судьбы места Подобие ритуального танца - он похож на классики - скачи Перед жертвоприношением боги покинули тело осыпались сажей Сияние охотничьего ножа режет глаз как правда об испуганном взгляде собрата меньшего ближнего [ты меня сначала в баньке попарь накорми спать уложи а потом уже выспрашивай про житьё-бытьё] Уничтожение жертвы - значит начнётся дождь напоит засохшую землю ощущение себя жертвой [приходишь ты - приходят за тобой] Заколдованный храм При входе становишься убийцей трупом топором и так до бесконечности по замкнутому кругу бежишь как белка в колесе "как сумасшедший с лезвием в руках" И тут приходит он [Иван Царевич] разбивает храм-яйцо достаёт иглу [ваши пули меня не берут моя кожа металл я бессмертный] Мелькает средь древес конь чёрный красный бледный Замирает время в сказочном лесу Сядь на пенёк и сделай самокрутку Чтоб чёрный ветер смог сжёг мир как лягушачью шкурку Чтоб ты один на воле Шёл по прямой дороге Где стопудово смерть [конечно не твоя] Какого-нибудь второстепенного персонажа Автор: @Alexgen07

Ж

В царстве «das Man» могут жить люди усредненные, уравненные, уступчивые и неэксцентричные. Но дальше у Хайдеггера еще забавнее: «мы одеваемся, как одеваются другие, мы ходим в театр, как другие ходят в театр, мы презираем толпу точно так же, как надо презирать толпу». Эта фраза была, конечно, совершенно убийственной для эстетов. Получается, что мы презираем государство и толпу как надо их презирать. То есть не как мы хотим, а как принято. Е.В.Головин. Джон Ди и конец магического мира

Ж

это мой заколдованный цвет это мой заунывный щербет надоела конфетка-шипучка разделилась цепочка и точка это мой полированный рай поиграй со мной и улетай только игры мои бесконечны всюду чудится запах картечи там где я ничего не лепил прячет слёзы свои крокодил не катается лето в июль карауль его не карауль так и просится солнце в кулак не дотянутся щука и рак пролетай лебединым крылом над моим очарованным лбом отчего ни бим-бим ни бом-бом не могу говорить языком отчего у-ля-ля у-лю-лю я другим языком говорю Автор: Григорий Батрынча

Ж

22 октября в 19:00 в Библиотеке поэзии состоится сольный поэтический вечер Артемия Семичаевского. Артемий Семичаевский – поэт, родился на Сахалине, с 2017 года живёт в Москве; в 2020 вошёл в длинные списки премии "Лицей" и фестиваля поэзии "Филатов-фест"; публиковался в журналах "День и ночь", "Юность", "Дальний Восток", а также в онлайн-издании "Полутона". В круг поэтических интересов входят сюрреализм, наивная поэзия, found poetry, минимализм. Автор поэтических книг "Отрывистый такт небес" и "Революция розы ветров" Приходите, друзья!

Ж

мне кажется что когда я пишу из меня начинает переть какая-то наносная херня и там где должна быть живая русская речь начинают появляться совершенно странные слова или образы которыми я никогда не пользуюсь и которыми я бы не стал никогда пользоваться почему эти слова появляются почему они появляются ни у меня одного а у многих даже очень прекрасных поэтов почему [мне] их не снести а если [они] появятся снова то не вырезать почему Автор: Игорь Бобырев

Ж

Рядом с домом построили уродливую огромную вышку для контроля сознания, но вскоре она мне стала нравиться. #анекдно

Ж

мой внутренний голос срывается внешними обстоятельствами надпись на лбу: "красавица" читается как: "бесприданница" внутренность сотрясается лимонов писал: "я говно и пыль" кто же я тогда? зря мне маяться по квадратным метрам чужих квартир кто же я теперь? с чужим именем, и неправильной ориентацией надпись светится: "удиви меня" хорошо. гаснет свет. овации.

Ж

Мне кажется, я бы смог работать в ООН… Я постоянно возмущён и озабочен, и ни хрена не делаю. #анекдно

Ж

КНИЖНЫЙ ЧЕРВЬ Когда читаешь про смерть хорошую поэзию или хорошую прозу Смерть становиться ближе ближе и ещё раз ближе Ближе чем этот стол стул текст собственная рубаха кожа сердце Даже пугаешься на секунду Даже слеза застревает в глазу и держится там как монокль Катарсис ловишь короче Короче короче и ещё раз короче Вот и кончился катарсис Дальше как-то живёшь со смертью на отдалении Далеко далеко и ещё раз дальше Смерть книжная быстро выводится из человеческого организма Реальная смерть? Но кто хочет реальной смерти? Реальная смерть это слишком сильная штука никто её не вывозит Не видел ни одного кто бы смог пережить реальную смерть Т.е. если и начинать то с очень маленьких доз Например Взять любимую книгу Выкинуть её в мусорку Покурить у мусорки как в каком-нибудь фильме Выкинуть в мусорку незатушенный окурок Плеснуть в мусорку бензином И смотреть смотреть внимательно смотреть Как горят любимые предложения потом слова потом буквы и наконец ничего Ничего горит вместе с пакетами обёртками бутылками банками пищевыми отходами Всё горит с ничего И ботинок чей-то тоже горит с ничего Всего становится меньше ничего становится больше Вот и осталось одно ничего Одно ничего и ботинок Который уже стопроцентно Не сможет оставить следов Даже на свежем снегу Автор: @Alexgen07

Ж

– Дайте пройти. – А ху-ху не хо-хо? Завязалась драка. Меня сбили с ног. Запинали. Вдруг я услышал, как кто-то вжикнул ширинкой. Моча полилась рекой. Она попала за шиворот, в нос, глаза и уши. Я откатился в сторону. Вскочил на ноги. Побежал. Кодла пустилась следом. Я бежал со всех ног, как самый травоядный зверек на свете и сумел оторваться. Вернуться к семье я не смог и поэтому ушел в барак, где пил до воскресенья. В воскресенье утром я вернулся домой. А по дороге позвонил Даниилу и попросил его больше никогда ко мне не приезжать. А потом удалил его номер. Потому что свою травоядность надо принимать достойно. А жену я люблю. И детей люблю. И квартира у меня уютная. Пошла она к черту – эта Джомолунгма! И Гавайи. И дельта Амазонки. И пеший туризм в Западной Европе. И пустыня Сахара, где верблюды и оазисы. И северное сияние в Лапландии. И Африка. И дайвинг в Красном море. И кругосветка под белым парусом с молодой итальянкой. И Сикстинская капелла. И вся остальная мифология, включая Фернандо Алонсо. Я сделал правильный выбор. Я сделал правильный выбор! Или нет?.. Автор: Павел Селуков

Ж

Правильный выбор В пятницу ко мне приехал Даниил. Мы дружим много лет, но ко мне в гости он приезжает редко. Обычно Даниил занимается пешим туризмом в Западной Европе. Или катается на доске по гавайским волнам. Или едет на верблюде сквозь пустыню Сахару. Или практикует медитацию в Тибете. Или совершает многотрудное восхождение на Эверест. Или болеет за Фернандо Алонсо на «Формуле-1» в княжестве Монако. Или помогает больным детям на Африканском континенте. Или строит дома для индейцев Амазонии. Но когда он этого всего не делает, Даниил приезжает ко мне, и мы пьем кофе на маленькой кухне и по очереди курим в форточку. В общем-то наши диалоги носят лекционный характер. Обычно Даниил рассказывает о своих путешествиях. О том, что он почувствовал, пережил, осознал в той или иной точке мира. Эти посиделки всегда заканчиваются одинаково: Даниил вдруг прощается, словно спохватившись, и тут же уходит. Я закрываю за ним дверь и возвращаюсь на кухню. Там витает запах Амазонии, гремит морской прибой, шуршат колеса «Макларен» и будто бы даже Фернандо Алонсо заходит на победный круг. Я сажусь на стул и закуриваю. У меня есть жена, двухкомнатная квартира и двое детей. Я счастлив. Я нисколько не жалею, что двенадцать лет назад отказался идти на гоп-стоп, где Даниил словил сто пятьдесят тысяч баксов, благодаря которым и сумел раскрутиться. Здесь нечему завидовать. Я поступил правильно. Или нет? На кухню входит жена. Еще утром она казалась мне самой красивой женщиной в мире, а сейчас я смотрю на нее другими глазами. Глазами, видевшими Джомолунгму. Она привычно ластится и спрашивает: «Ты меня любишь?» А я говорю: «Люблю, котик». Привкус фальши ложится на губы. Вбегают дети. Алена и Ярослав. Мои маленькие медвежата. Я глажу их волосы с чувством, за которым пытаюсь спрятать отстраненность. Это выходит плохо. Дети спрашивают: «Папа, что с тобой?» Их тревога передается жене. Я молчу. Я не хочу им врать, но и правды, что никакая не правда, а бред, тоже сказать не могу. Я не могу сказать: «Со мной ничего. А ничего намного хуже всего остального. Понимаете, дети... Я живу не своей жизнью. Однажды папе спилили клыки, и теперь он страшно мучается, потому что стал травоядным. А знаете, дети, кто спилил папе клыки? Их спилили вы и ваша мама. Эта квартира. Треклятая плазма. Скучная работа. Нет, не так. Я сам спилил себе клыки. Я перестал ими пользоваться, и они выпали. Это очень горько, когда ты сам спилил себе клыки. Человеческая психика так устроена, дети, что нам нужно обвинять в своих бедах других людей. А мне некого обвинять. Разве что выебистую суку Даниила». Вместо слов я смотрю в окно, где фонари и темнота, которые мне нравятся. Я иду туда. Жена цепляется за мои руки, как жертва кораблекрушения. Дети начинают шмыгать носами и тихо просить: «Папа, не уходи». Но я одеваюсь и молча покидаю квартиру. Иду к «Агату», где даже в три часа ночи можно купить водку. Беру три бутылки, блок «Явы» и пару банок маринованных огурцов. Шагаю в бараки. Поднимаюсь на второй этаж. Вхожу в квартиру с вечно незапертой дверью. Тут пьют хроны, бомжи, бляди и синеботы. Завидев меня, они вскакивают с диванов и ликуют. Я выставляю угощение на стол и смотрю, как искренне и жадно они на него напускаются. Потом я закуриваю, опрокидываю стопку и рассказываю им про Эверест, пустыню Сахару и серфинг. Центровая Любка лезет мне в штаны. Я не против. Когда водка кончается, я снова иду в «Агат». Назад я уже не возвращаюсь. Одиноко пью на лавке. Иногда дерусь с местной шпаной. Иногда звоню Даниилу и говорю ему гадости. Обычно он рассказывает про бессонные ночи и кровавых мальчиков, но я ему не верю. В этот раз я решил выпить на «пятаке». Через полчаса туда подтянулась кодла пацанов. Они громко хохотали, плевалась во все стороны и травили анекдоты. Пацаны стояли у входа в «Агат», и когда я пошел за добавкой, наши дороги пересеклись.

Ж

. Сергей_Шестаков стужа в глазах её, пузыри бешенства, капающая слюна, это ли родина, посмотри, — вроде бы не она, кровь на губах её, упыри пастыри, высохшие вымена, это ли родина, посмотри, — вроде бы не она, шепчет: не плачь, мы опять одни, милому самый лакомый кусок, некуда больше, куда бы ни, это ведь я, сынок. #современники

Ж

Михаил Айзенберг Снова себя заявляет тьма, мрак собирает свои полки. Кто мою родину свел с ума? Кто ей велел отрастить клыки? Здесь, от безумия на волосок, люди рассыпались в пыль, в песок и создают себе из песка город, куда не введут войска. Вдоль осыпающихся домов, их пропадающих верениц вижу, проходим и мы с тобой. Прежней истории сто томов ветром разносит по мостовой. Шорох рассыпавшихся страниц. Бестолочь мертвых букв. #классики_современники

Ж. Страница 31

Ж

Ж

Ж

Реклама

Ж

Ж

Ж

Ж

Ж

Ж

Ж

Ж

Ж

Ж

Ж

Ж

Реклама

Ж

Ж

Ж