⏳ Мейнстрим vs. андеграунд: время новое, а разговоры старые В канале «По фактам» написали хороший пост про 2003-й, бой Шевчука с ветряными мельницами Киркоровым, кризис поп-продюсеров и усталость от поп-музыки — пока читал его, поймал себя на мысли: а не витает ли сейчас в воздухе что-то схожее (с огромной такой поправкой, разумеется, на происходящее)? Мне кажется, настала пора признать: время всеобщего очарования поп-революцией и ее осколками завершилось: увлеченный слушатель с подписками на телеграм-каналы, подросток с джибиэлькой и водила эконом-такси с флэшкой снова разбрелись по разным местам. Музыка, которая прокачала бы их всех разом, — редкий пассажир и штучный товар в наше страшное и безумное время. Мне сложно не заметить, как меняется общее отношение к поп-музыке: слушатель, который прокачивался пять лет назад от «Розового вина» и «Фаты Морганы», воротит нос от нынешних чартов, как Илья Черт от передачи «Золотой граммофон». Посетитель «Пауэрхауса» и подписчик «Тостера» или FFM найдут как минимум одну общую тему для разговора: чарты — говно. Если группу «Грибы» на тусовке дизайнеров и айтишников до сих пор поставить не западло, то за Макана сейчас придется пояснять. Ладно Макан: самая модная российская певица Инстасамка для человека, не потребляющего музыку за пределами нишевых телеграм-каналов, — до сих пор пугало огородное. Показательно и то, что про Инстасамку до сих пор примерно ноль фичеров в медиа (исправим это!). Это не говоря о том, что примерно у 90% прошлогодних топов примерно нулевой media coverage — например, что можно написать про музыку Люси Чеботиной? 2022-й ситуацию только усугубил. Ушедший тикток (и стриминги тоже) отключил для музыкантов самый быстрый из возможных социальный лифт. Логичным образом в прошлом году было ноль историй «инди-артист резко взлетел из ниоткуда без ничего». Большие артисты остались большими, маленькие — маленькими, средние — средними (за редкими исключениями вроде группы «Три Дня Дождя», за спиной которой ехидно улыбается не растерявший деловую хватку и чутье Пашу), лейблы и площадки поуходили, а оставшиеся поделили рынок, где-то с претензиями на монополию (привет, эксклюзивы VK). Возможности сорваны, лестница к звездам исчезла. Что это вызвало в кругах музыкантов и слушателей? Правильно, старый добрый ресентимент: все проплачено, все недоступно, если папа не олигарх — то в шоу-бизнес тебя никогда не возьмут. А еще в 2022-м к поп-музыке добавились и этические вопросы: пока одним все запрещают, ставят звездочки и вынуждают бежать, другие выступают на «Песне года» — вот еще одна линия разделения. И все пошло по знакомому, проверенному годами сценарию. Истосковавшийся критик от злости закрывает вкладку с чартами и уже спускается в андеграунд в надежде откопать бриллианты (теги: «Неет, ты что», «Золотые зубы», Samurai Sluts) и пытается тащить за руку более инертного, чем он, критик, слушателя. Кто идет туда последним? Правильно, поп-артист — и история неоднократно нас учила тому, что вот тут обычно и начинается самое интересное!