🌐Специально для "Кремлевского безБашенника" - Телеграм-канал Наивная Политология На сопряжении культур СВО стала катализатором развития, как минимум, трёх противонаправленных культур - Великоукраинской, Великоросской и Хорошерусской. Все цивилизации эпохи постмодерна строятся на руинах прежних, приватизируя нужные им элементы, и отбрасывая всё лишнее и несовместимое. Так и новые цивилизации - строятся на костях более древней культуры приграничных областей бывших РСФСР и УССР: Харьков, Белгород, Одесса, Крым, Ростов, Воронеж. Изменения в сознании российского и украинского политических классов отчётливо напоминают о событиях в Югославии конца 1980-х годов: интегральные идеи замещаются идеологией превосходства одного этноса над другими, порождающей зеркальные процессы у остальных этносов. Так, хорватский национализм повлиял на формирование националистической идеи у других народов Балкан, что привело к общеизвестным последствиям. Наблюдателю всё сложнее становится различить идеи, исходящие от российских и украинских правопопулистов, ведь подобные инициативы обычно виктимизируют одну и ту же группу - российских граждан. Как и милитаризм послемайданной Украины, культурная революция 2022 года упрощает русскую культуру, подчиняет её нуждам пропаганды и "отменяет" те её части, что не вписываются в концепцию имперского величия, истоки которого берутся в гедонистической культуре правящего класса. Одновременно формируется и своеобразная контркультура эмигрировавшей из России интеллигенции и креативного класса. Однако, подобный процесс также несёт шрамы разрыва связей с прежней средой - сохраняя отсылки к трудам выброшенных великоросской культурой диссидентов, данная культура проявляет гордыню и нередко ассоциирует негативные черты неофеодалов и неокрепостных с "русскостью", забывая о том, что сознание индивида формирует среда, и в первую очередь - социально-экономические условия. Поэтому творчество отдельных эмигрантов нередко пронизано той же "русофобией", что наблюдается в работах марксистов начала 20-го века, хотя более глубокий и универсалистский (в соответствии с историческим материализмом) анализ указал бы подобным авторам на их недовольство не нацией, а менталитетом аграрной общины, рабским отношением к труду, троемыслием, холопством и культом личности "барина" - любая цивилизация проходит через этот этап перед переходом к капитализму. Однако важно обратить внимание и на тех, кто остался "за бортом" новейших процессов. Население приграничных областей России и Украины связывают родственные связи, культурные особенности, даже свои особые диалекты - "суржики", борьбу с которыми теперь ведёт не только Великоукраинская, но и Великоросская цивилизации. Также можно отметить заимствования не только из двух "родительских" культур, но и из свободолюбивой культуры донского казачества. Это население чернозёмных областей, что в наибольшей мере пострадало и от белого и красного террора, и от голода 1920-х и 1930-х из-за классовой борьбы с кулачеством и середнячеством, и от немецкой оккупации. Именно от представителей данной культуры в первые недели вооружённого конфликта поступали пацифистские призывы, не свойственные иным "глубинным народам", что кардинально отличало их от жителей более удалённых регионов. Тем не менее, как показывает опыт не только СВО, но и краха Нормандского мира, подобный пацифизм уходит в небытие с началом военных действий: доспецоперационные Луганская и Донецкая области до 2014 года также относились к этой культуре, однако снаряды подчинили население регионов двум конфликтующим культурам - в зависимости от того, с какой стороны пришли разрушения жителям тех или иных населённых пунктов. Вливание "малороссов" в более крупные антагонистичные этносы, вызванное военными действиями, ускорит процесс "развода" Великоросской и Великоукраинской культур, лишив обе нации точек соприкосновения, нерадикальной умеренной и мещанской оппозиции мечтам о достижении мировой гегемонии, предполагающей "избранность" одной нации в ущерб всем остальным.