В повестке: -реакция на стремительную трансформацию публичного образа заместителя председателя Совета безопасности Дмитрия Медведева, чьи последние резкие заявления могут свидетельствовать о желании политика возглавить и так называемую «партию войны» или по крайней мере «двигаться в ее авангарде», в качестве ситуационного идейного союзника. Отношение публично транслируемое Медведевым в адрес «коллективного Запада» (см. «обиженная ливерная колбаса», «европейские имбецилы», «ублюдки и выродки») находится за всякой мыслимой гранью того, что традиционно принято называть «языком дипломатии», однако сам по себе этот факт не вызывает удивления у наблюдателей, которые уже свыклись с противоречивым, а иногда и откровенно провокационным языком российской дипломатии. Куда большее удивление вызывает контраст, между текущими заявлениями Медведева и тем публичным образом который сформировался еще в бытность его работы президентом России. Тогда, президентский срок Медведева характеризовали, как «вторую оттепель», а сам Медведев давал не только надежду на разрядку взаимоотношений между Россией и США, но и демонстрировал открытость к запросам той части общества, которая придерживалась либеральных взглядов на общественно-политические отношения, из-за чего в последствии, долгие годы экс-президента причисляли именно к так называемым системным либералам. Однако, с началом «специальной военной операции» России на Украине, Медведев стал пытаться формировать образ решительного политика и резко дрейфовать на сторону «воинствующего охранительства», что выглядело неуместно, ведь для многих казалось вполне очевидным то, что сам он не согласен с происходящим и не воодушевлен разрывом России с «коллективным Западом» (сын Медведева - Илья Медведев до недавнего времени проживал в США), а значит неискренен. При этом, непонимание вызывала и избранная им риторика, которая ранее была свойственна в российской политике лишь отдельным популистам находящимся на самой низшей ступени в аппаратно-управленческой вертикали власти.