Боб Блэк, американский анархист со стажем, ненавидит труд, феминисток и Ноама Хомского. Помимо этого, специально для русских читателей он составил солидную антологию современных анархистских текстов, а Роман Королев написал о ней для «Горького».
У известного япониста и писателя Александра Мещерякова выходит книга «Записки предпоследнего возраста». Это сборник коротких эссе — зарисовок, воспоминаний, наблюдений, накопленных им за всю жизнь. Предлагаем читателям ознакомиться с отрывком из нее.
«Она собирает на помойке объедки, варит их в облупившейся кастрюле и кормит бездомных кошек. Только завидев старуху, они сбегаются со всех сторон света к узловатым нежным рукам. Когда я протягиваю старухе купюру, она равнодушно засовывает ее себе за пазуху, смотрит на меня водянистым безумным взглядом и произносит: „Знаешь, сынок, все уже умерли, больше мне кормить некого“».
«Просветитель» на «Горьком». Почему ящерицы не склонны проявлять альтруизм, а гориллы заботятся о партнерах и детенышах? Стоит ли нам завидовать рыбам, которые не испытывают нравственных мук? Философ Патриция Черчленд пытается ответить на эти вопросы.
Олег Цодиков был пионером и лидером русской рейв-культуры, зарождение которой описал в масштабной хронике «Made in Dance». Поговорили с ним об этой и многих других хороших книгах.
Дэвид Боуи даже после смерти продолжает будоражить умы, и порой даже слишком. Эдуард Лукоянов — о книге фаната Боуи, ставшего на время своим собственным кумиром.
«В какой-то момент он перестает делать вид, что его перформанс с проживанием жизни Боуи — „иммерсивный эксперимент“, а не попытка обрести уверенность в себе, которая ему мнится тождественной обретению себя. На выходе из Брукера получается совершенно удивительный персонаж. С одной стороны, он наслаждается ролью пусть и фейковой, но суперзвезды, с удовольствием участвуя в фотосессиях и интервью. С другой стороны, ему все равно не удается убить в себе академика-конформиста».
По просьбе «Горького» философ и писатель Александр Секацкий прочитал роман Романа Михайлова «Антиравинагар» и предложил свои ключи к одному из самых загадочных текстов современной русской литературы.
«Говоря упрощенно, признанные мыслители, ученые и философы суть те, кому повезло. Повезло в том, что их личные тараканы или лошадки в комнатах оказались узаконенными навязчивостями, а пациенты психиатрических клиник суть те, кому в этом отношении не повезло. Однако не исключено, что в прежние времена, когда топология (реальность психического) была иной, другим был и расклад лидеров и маргиналов на командных высотах социальности. Там могли находиться и нынешние обитатели психбольниц, и особенно те, кто вынужден тщательно скрывать своих лошадей».
Мало кто помнит, что у комедии Шекспира «Укрощение строптивой» было продолжение, написанное Джоном Флетчером. Мария Елифёрова — о том, почему эта старинная пьеса о женском возмездии вновь стала актуальной сегодня.
«Уже начало пьесы предлагает совершенно иное прочтение „Укрощения строптивой“: шекспировская история совсем не смешна. Петруччо овдовел и хочет жениться опять; „укрощение“, по-видимому, свело Катарину в могилу преждевременно, и окружающие сочувствуют новой невесте, Марии. Петруччо, в свою очередь, недовольный предыдущим браком, выбирает себе на этот раз максимально удобную спутницу — у Марии репутация кроткой, ангелоподобной девушки. Однако и сама Мария, и остальные участники событий обоснованно подозревают, что проблемы не в Катарине, а в Петруччо, и что ангельский характер не спасет от нового цикла насилия».
Впервые с 1987 год увидел свет роман философа Бориса Гройса «Визит» — теперь с иллюстрациями Павла Пепперштейна. «Горький» публикует главу произведения.
«Когда Андрей, шатаясь, избитый и окровавленный, чувствуя спиной дуло револьвера, вошел в комнату, его взгляд сразу же упал на большой стол, беспорядочно заваленный бумагами».
«Просветитель» на «Горьком». Популярные фантастические фильмы могли ввести вас в заблуждение по многим вопросам, но теперь есть книга, объясняющая, как действительно стоит вести себя в космосе. Добавьте в закладки.
Виссарион Белинский — самый влиятельный критик в истории русской литературы, и пускай мы давно уже не читаем его текстов, но судим о многом так, как он. На чем же держится столь непререкаемый авторитет? Алексей Любжин полагает, что ни на чем.
Учение Маркса было всесильным, потому что оно было верным, пока мировая история не свернула на немарксистскую дорожку. О том, как и почему это произошло, рассказывает в рецензии на книгу «От марксизма к постмарксизму?» Николай Проценко.
Новый роман Алексея Иванова вышел в формате аудиосериала, русская переводчица «Хоббита» вспоминает знакомство с Толкином, а The New York Times выбрала лучшие рецензии за 125 лет существования своего книжного приложения. Лев Оборин — о главном в литературном интернете.
Почему европейцы гордились навозными кучами возле своих домов и как американцы разрабатывали зловонное оружие против японцев. Об этом и много в другом — в дискусси о книге «Цивилизация запахов».
Первая мировая война могла начаться почти на столетие раньше на фоне шлезвиг-гольштейнского конфликта. «Горький» публикует отрывок из книги об этой подзабытой странице европейской истории.
«Просветитель» на «Горьком». Когда-то человек был мерой всех вещей и венцом творения, но теперь появились постгуманисты, и у них для нас очень плохие новости. Мы подобрали пять книг, которые помогут понять, в чем эти новости заключаются.