Дэвид Боуи даже после смерти продолжает будоражить умы, и порой даже слишком. Эдуард Лукоянов — о книге фаната Боуи, ставшего на время своим собственным кумиром.
«В какой-то момент он перестает делать вид, что его перформанс с проживанием жизни Боуи — „иммерсивный эксперимент“, а не попытка обрести уверенность в себе, которая ему мнится тождественной обретению себя. На выходе из Брукера получается совершенно удивительный персонаж. С одной стороны, он наслаждается ролью пусть и фейковой, но суперзвезды, с удовольствием участвуя в фотосессиях и интервью. С другой стороны, ему все равно не удается убить в себе академика-конформиста».