Итак, у Симоны Халеп (это теннисистка) в пробе с US Open нашли роксадустат. Мне уже несколько человек написали, с просьбой прояснить что это такое вообще.
Ну, тут все просто, на самом деле ничего нового. Роксадустат – это ингибитор пролилгидроксилазы в таблетках, препарат для лечения анемии, а следовательно, как допинговая субстанция – аналог ЭПО.
Находится в Запрещенном списке WADA в виде прямого упоминания с 2015 года, уже семь лет как. Так как относится к классу Hypoxia-inducible factor (HIF) stabilizers, то косвенно, без прямого упоминания, запрещен с 2011 года, когда его и не было еще вообще. Первое исследование на тему того, как его ловить в пробах датировано 2016 годом, это были французы. Затем подключились японцы и прочие, на данный момент ловится надежно, как сама субстанция, так и ее метаболиты.
Случай Халеп – первый в истории, когда данная субстанция была обнаружена в пробе спортсмена, если опираться на статистику WADA до 2020 года включительно.
Субстанция одобрена для лечения анемии в Китае, Японии и ЕС. Продается под торговой маркой Evrenzo, стоит от 150 до 1000 евро за 12 таблеток в зависимости от дозировки в таблетке (20 - 150 мг.)
Для меня всегда было относительной загадкой, откуда европейские спортсмены берут легальную аптечную фармакологию, которая у них рецептурна.
Так вот, оказывается, что есть грузинские сайты, где все это продается, причем значительная часть ассортимента — украинского производства. Ну а дальше просто, отправляют почтой, упаковывая, видимо, так, что это не вызывает вопросов у таможни.
Кения бьет все рекорды по допингу в легкой атлетике
С 1 января 2022 года дисквалифицированы четырнадцать спортсменов. Еще восемь пока что временно отстранены и ждут решений по своим делам.
Статистика по видам нарушений – в восемнадцати случаях это положительные пробы, в трех – нарушение правил доступности, «три флажка». Дополнительно к положительным пробам у трех кенийцев идет еще и попытка фальсификации. Плюс, еще один отстранен за ту же попытку фальсификации, но уже без положительной пробы.
Найденные субстанции: норандростерон (8 случаев), нандролон (2 случая), ЭПО (2), летозол, метастерон, тестостерон, триамцинолон, триметазидин, фуросемид (все по одному случаю).
Учитывая масштаб событий, Кению, которая и так уже отнесена к стране категории «А», с высоким риском применения допинга, должны наглухо забанить, на основании того, что за 12 месяцев у них более трех случаев. Но что-то подсказывает, что обойдутся более мягким вариантом санкций, например штрафом.
Европейский и британский рекорды Эйлиш Макколган на 10 км. (30:18), установленные 2 октября на Great Scottish Run в Глазго, не будут признаны из-за ошибки организаторов — трасса оказалась на 150 метров короче. Причем это уже второй раз, когда шотландцы ошибаются на эти самые 150 метров, предыдущий был в 2016-м.
Олимпийский чемпион Пекина-2022 Натан Чен, выступая в интервью The New York Post как амбассадор производящей зубные элайнеры компании Invisalign, высказался, все-таки, о ситуации с Валиевой, а точнее с медалями командника ОИ:
— К сожалению для моей команды, у нас была действительно потрясающая сборная США, и это была бы невероятная возможность получить наши медали, но мы до сих пор не знаем, что с происходит. Мы надеемся, что в ближайшем будущем у нас будет больше информации и мы поймем, где будем [на олимпийском пьедестале].
Очень корректное высказывание, заметьте. Он не говорит о золоте, лишь «наши медали», что можно прочесть и как серебро, которое американцы так и не получили.
Учитывая, что в эти выходные пройдет Skate America, тема Валиевой и медалей командника начала всплывать в американской прессе все чаще и, конечно, почти наверняка не все будут так же корректны как Чен.
Гляжу на Элеттру и вспоминаю свое первое знакомство с шоссейным велосипедом. В четыре года я споткнулся о крыльцо домика в спортлагере и влетел подбородком в кассету «Старт-Шоссе». Сам не помню, мама рассказывала, что я не заплакал, но, говоря откровенно, это возможно только если велосипед меня нокаутировал. Шрам до сих пор на месте.
В шутке про цепь, подвал, перевоспитание, ничего смешного на самом деле нет, это горькая правда жизни, к которой нас, советских мальчиков, готовили исподволь, через важнейшее из искусств — кино. Обратимся к классике — фильму «Приключения Буратино» 1975 года.
Напомню сюжет — сбежав от папы Карло, Буратино попадает в театр Карабаса-Барабаса, откуда вырывается с пятью золотыми монетами, но в итоге оказывается подвешенным за ноги на дереве Алисой и Базилио. Из петли его достает Мальвина, он приходит в себя у нее в домике, касторка, слава богу, не понадобилась, и тут начинается...
У Мальвины к тому времени уже было двое послушных и перевоспитанных — Артемон и Пьеро. Видимо от скуки, что больше перевоспитывать некого, девушка начала красить волосы в голубой цвет (у девушек такое бывает, они от скуки могут и на ночь глядя начать рисовать идеальные стрелки, например). Streetwear style Буратино Мальвине не понравился сразу и тут началось:
— Снимите ваши лохмотья и переоденьтесь!
— Еще чего!
Артемон, покорно исполняя приказы хозяйки, подает Буратино какой-то РОЗОВЫЙ халат: — Прошу!
Буратино: — Ну ладно, только Вы отвернитесь!
Мальвина: — И кто Вас воспитывает, скажите пожалуйста?!
— Когда папа Карло, а когда никто.
— А теперь я займусь вашим воспитанием!
Ну вы поняли, да? Она даже отворачиваться не хотела, когда мальчик переодевается. А дальше там вообще ад, заканчивающийся тем, что Мальвина сажает Буратино в темный чулан, через который, видимо, уже прошли Артемон и Пьеро. Специальный темный чулан для перевоспитания. Наверняка с цепью.
Так что никаких шуток, это вам не японские мультики про человека-бензопилу или няшный киберпанк, это настоящий хардкор, фактически — вся правда о девочках, без прикрас. Нас честно предупреждали.
В список «30 до 30» ближневосточного Форбса включены аж четыре спортсменки: победительница чемпионата Африки по настольному теннису египтянка Дина Мешреф (на фото); первая в истории Алжира квалифицировавшаяся на ОИ боксер Румайса Буалам; ещё одна египтянка, первый номер мирового рейтинга в сквоше, Нуран Гоар и, наконец, первая представительница e-sports получившая золотую визу ОАЭ, Мадиха Наз (Пакистан).
В аналогичном российском рейтинге, кто не в курсе, девушек две — Кристина Резцова и Наталья Непряева.
Движение за доверие к велоспорту (Mouvement pour un Cyclisme Crédible, MPCC) опубликовало статистику допинговых нарушений за 2022 год, с 1 января по 30 сентября.
Зарегистрировано 16 случаев, из них 14 у мужчин и два у женщин. Разбивка по дисциплинам следующая:
Шоссе — 10
Трек — 3 (все — Россия)
МТБ — 2
BMX — 1 (США)
Россия лидирует среди стран — три случая на треке и один на шоссе. Второе место делят Италия с двумя попавшимися шоссейниками (Винченцо Руссо и Микеле Гаццоли) и США с одним случаем на шоссе и одним в BMX.
Предположу, что три российских случая на треке — это дела Виктории Гришечко (фуросемид), Матвея Коваленко (триметазидин) и Максима Пискунова (не заполнил ADAMS). Все трое уже получили по два года, первые двое — это спорт слепых, т.е. как раз трек, ну и Пискунов тоже трековик, едет темпо.
Чтобы понимать масштаб Марина — он был первым, кто опубликовал информацию, что у четырехкратного олимпийского чемпиона Евгения Романовича Гришина была судимость, год условно, по малолетке. Романыч стоял на стрёме, когда продуктовый склад выносили, ну их там всех и приняли.
Я даже не представляю, во-первых, сколько нужно было с Гришиным пить, чтобы он такое рассказал, а во-вторых, что сделать с редакторами и прочими инстанциями, чтобы это опубликовали, легенда советского спорта, без кавычек.
Гришин с Мариным не разговаривал после той книжки до конца жизни второго. Папа мой, которого тоже упомянули, в... приблатненом, скажем так, образе, год Мишу знать не хотел. Шутка ли — уважаемые люди, спортсмены в рот заглядывают, а тут такое. Миша аргументировал какой-то, натурально, американской логикой, что народ должен знать правду.
Помню, как-то раз няня повела меня гулять по Верхневолжской набережной, как раз мимо квартиры известного спортивного журналиста Михаила Меллера, который, от греха, писал в «Советском спорте» под фамилией Марин. Михаил Исаакович к тому времени уже года как три был в лучшем мире, сердце не выдержало, но я про это позже узнал, когда научился читать по-русски и ознакомился с его, выдающимся по меркам СССР, творчеством. Затем, когда папа счел меня уже достаточно взрослым, он рассказал некоторые неофициальные подробности.
Марину, конечно, неоднократно предлагали варианты, это при том, что он был выездным, без проблем. Но он не уезжал, аргументируя, что оставить советский спорт попросту не на кого, что некому писать о том, что остается за протоколами и сводками результатов, про людей писать. Статьи резали, он звонил папе, тот приезжал, они выпивали и как-то папа Мишу успокаивал, хотя пару раз тот был на грани.
Однажды Марину спустили сверху указание на разгромную статью про одного из папиных воспитанников, тот тоже уже в лучшем из миров, обойдемся без фамилий, человек уехал со сбора сборной, простите за тавтологию, по собственному решению. В 1974-м, когда подобные перфомансы не понимали вообще никак. Чисто по-человечески отъезд был понятен – старший тренер сборной – мудак, тренироваться под его руководством – похоронить сезон, как минимум.
Марин позвонил папе, дилемма была следующая – либо Миша отказывается и сталкивается с последствиями, а статья по-любому выйдет, просто за другим авторством, либо пишет и более-менее сглаживает ситуацию, если его вариант пропустят. Но спортсмену в любом случае – хана, дисциплинарный дисквал, вопрос только насколько, и это зависело, что важно, от статьи.
Сели втроем, Марин, папа и спортсмен. Прикинули все расклады, решили сберечь Мишу как журналиста, а спортсмену помочь уже через подачу материала и оформление детским тренером с «потемкинскими» воспитанниками, если дисквал будет.
Материал Мише возвращали три раза, требуя добавить критики. Тот уперся - либо так, либо не подпишу. Делать нечего, свое он отспорил, статья вышла в редакции Марина. Спортсмен поймал полгода, ну и исключение из комсомола. Пережил, вернулся, взял золото на Союзе, пожал на награждении руки тем, от кого сбежал со сбора и завязал, с чистой совестью.
Вот так и жили, и не уезжали, хотя, повторюсь, варианты были. Держались как-то друг за друга. Пили только много.