Авторский канал девушки, которая побывала более, чем в 50 странах и написала книгу "Дети больших дорог". В канале рассказывает о своих путешествиях, делится фотографиями и советами.
Еще есть Мартин. С ним мы познакомились в Боготе. Я тогда придумала трип в стиле легендарного Че - на мотоцикле по Латинской Америке (кстати, рекомендую кино об этом - "Дневники мотоциклиста" с Берналем). Вернее, идея возникла, когда я искала попутчика для путешествия по Колумбии. Мартин сказал, что с радостью составит компанию и мы можем поехать вместе в Медельин и Картахену на его байке.
Забегая вперед, скажу, что никуда мы в итоге не поехали - переругались.
И вот через четыре года чувак объявляется с новостью о том, что будет в Москве весной. Мы встретились в мае, я спросила о его планах. "Путешествовать, работать удаленно". Через пару дней он укатил сначала в Питер, потом - в Мурманск, где закрутил роман с какой-то девушкой.
Потом ему пришлось выехать в Европу, чтобы не нарушить визовый режим, но пару недель назад он прилетел снова.
Поговорили за тарелкой борща.
- Сегодня вечером я еду в Питер, через неделю - в Мурманск. - Опять? Бррр, холодно же. К девушке? - Нееет, с той все кончено. Она хотела серьезных отношений, а я к ним не готов. К другой. Да и вообще я люблю холод и надеюсь увидеть северное сияние (хаха, гудлак бро). - А потом? - Сибирь. Хочу в холода. Потом нужно определиться с визой, которая позволит мне остаться в России надолго. - Зачем?? - Мне нравится здесь все, абсолютно все идеально! Ну и девушки, конечно.
Я бы сказала, что именно они - главная причина неугасающего интереса колумбийца к России. Мартин пользуется огромной популярностью среди русских женщин, склонных романтизировать подобные связи. Опять же - экзотика, увези меня из этой зимы, амиго, испанский звучит так красиво, те кьеро ми амор и вот это вот все.
Мне кажется, если бы они на сто процентов понимали, что являются не более чем авантюрой для праздного путешественника, обходили бы его стороной.
Случайный снимок из Колумбии и весеннее селфи в Москве.
Мы встретились вечером. Я заметила его издалека: высокий черный парень обращал на себя внимание.
- Мне неловко об этом спрашивать, но все же как тебя зовут? - Ламар.
Я не придумала ничего лучше, как поехать с ним на еженедельную встречу каучсерферов. Наше появление в баре было эпичным: какой-то мальчик, видимо, из организаторов, подскочил к Ламару и начал приветствовать его так, будто они кровные братья, разлученные в глубоком детстве. Сказать, что мой нигга охуел - это ничего не сказать. Я в это время молча стояла рядом - явно чужая на этом празднике жизни. Конечно, симпатичных девиц и без меня в Москве хватает.
Кое-как мне удалось оттащить товарища к бару, где я закидала его вопросами:
- Зачем ты приехал в Россию? - У меня была виза, и я хотел побывать здесь хоть раз до того, как она истечет. - Ты прилетел из Нью-Йорка? - Нет, сейчас я живу в Польше. - Что?? - Ну да. Захотелось сменить обстановку. - Как ты зарабатываешь деньги? Где ты работаешь? - Я зарабатываю, - хитро улыбается. - Ну ты же понимаешь, что уходя от ответа на этот вопрос, ты однозначно заставляешь собеседника думать о чем-то противозаконном. - Ты о чем? - Я о наркоте. - Камон, я не наркодилер. - А кто ты? - Ладно, сдаюсь, у меня в Нью-Йорке три квартиры, я живу на деньги от их сдачи. И еще я купил квартиру в Варшаве.
Я присвистнула: "Да ты завидный жених!". "Ах если бы!" - ответил мой афроамериканский дружок и начал жаловаться на нелегкую судьбинушку простого черного парня родом с Ямайки, на которого все смотрят исключительно как на вора, барыгу или продавца фейкового барахлишка под известными брендами.
"Не прибедняйся. Ты здесь - все еще экзотика. Черные ребята пока не успели заработать себе такую же хреновую репутацию, как в других странах. А если наши девочки узнают, что у тебя американский паспорт и жилье в Нью-Йорке - как минимум потрахаться обломится".
Вероятно, Ламар воспринял мои слова слишком буквально, потому что позвал переночевать у него в отеле. Ну нет, бро, попробуй с кем-нибудь другим, я пас.
Через пару дней он улетел, но, как Карлсон, обещал вернуться. Пару дней назад мессенджер настойчиво запищал: "Вотсап гёрл? Я снова буду в России в январе!". На вопрос, с какой целью, он так и не ответил. Узнаем в новом году.
Я сонно потянулась за телефоном, чтобы проверить пришедшие за ночь сообщения. Среди них было одно от нигги, с которым я познакомилась в Нью-Йорке. "Хей, Нат, я в Москве! А ты?". Хей-хей, и я. Откровенно говоря, я плохо его помнила. Познакомились мы на встрече каучсерферов, встречались пару раз, ездили куда-то гулять и в ходе одной из прогулок нашли картину с изображением Нового Орлеана.
Указанное им в фейсбуке имя было ненастоящим, а реальное я давно забыла. Это был призрак из прошлого, один из тех, что всегда объявляются внезапно.
Я пролистала свои фото из Америки и нашла те, на которых он спит, положив голову мне на колени. Сразу вспомнился тот день, когда в городе еще было тепло, вокруг сновали утки и парочки, а Нью-Йорк утопал в пробивающемся сквозь облака мягком солнечном свете.
У Веры Полозковой в одном из стихотворений есть строчки: "Я хочу быть такой свободной, чтобы не оставлять следов". Раньше я примеряла их на себя, пока не поняла, что, напротив, хочу оставлять следы.
Мне нравится мысль о том, что снимки в компании незнакомцев (например, азиатов, которые фотографируются с тобой без причины) будут жить своей жизнью: вернувшись домой, китайские или корейские туристы покажут их своим друзьям и родственникам, возможно, распечатают и вставят в альбом. И где-то там, в Сеуле или Шанхае, люди увидят мое лицо.
По той же причине мне нравится получать и отправлять открытки. Одно время я даже активно пользовалась сервисом, где люди обмениваются открытками, не зная адресатов. Таким образом, у меня скопились письма из США, Малайзии, Финляндии, других стран. География моих отправлений тоже ничем не ограничивалась.
Мне нравится возвращаться в города, где я была (жаль, это происходит не так часто, как хотелось бы), и узнавать улицы, дома. Это дает удивительное чувство сопричастности, легкую, приятную и обманчивую иллюзию, что ты стал немного своим. Я до сих пор храню салфетку, на которой зеленой ручкой нацарапан код от подъезда моего знакомого в Париже. Как будто я всегда могу прийти к нему с бутылкой Шато-Марго, и меня будут ждать...
Мне нравится, что у венецианца, продающего карнавальные маски, висит в мастерской моя фотография: я сделала ее, когда забрела к нему впервые, а уже в Москве распечатала и отослала в Италию обычной почтой. Мне кажется волшебством, что в венецианских лабиринтах кто-то и сейчас может встретиться со мной взглядом, взяв в руки выцветшую фотокарточку.
Сегодня снова приснился Нью-Йорк. Давно не видела сны про этот город. Первый год после того, как улетела из Америки, это происходило чаще. Сюжет почти не меняется до сих пор: я успеваю на самолет в последний момент, прилетаю всего на день или даже на несколько часов, и хочу встретиться с людьми, с которыми была знакома. И практически никогда мне это не удается.
Интересно, что если бы я вернулась в Нью-Йорк в реальной жизни, сделала бы то же самое. Сначала я бы поехала на станцию метро Fordham Rd, оттуда пешком - до дома Оскара из Доминиканы, у которого жила в течение 3,5 месяцев.
Я тогда работала в индийском ресторане на Манхеттене, и пять дней в неделю возвращалась в Бронкс ближе к полуночи, еле успевая заскочить в ближайший магазин, чтобы купить свежевыжатый апельсиновый сок и черничные йогурты. В подъезде меня встречала черная кошка, я брала ее на руки и садилась прямо на лестницу. "Видишь, бейби, близится Рождество...". Что с ней сейчас?
Это была целая жизнь, которая уместилась в восемнадцать недель. Демо-версия одной из тех жизней, что я не выбрала.
Все, кто едет в Исландию, рассчитывают хоть раз полюбоваться северным сиянием. Неудивительно, что с таким спросом местные турагентства не преминули создать предложение: примерно за 80 евро можно купить тур, чтобы увидеть Аврору. Ближе к ночи туристы загружаются в машину и едут туда, где, по прогнозам, сияние есть.
Довольно часто людям показывают примерно то же, что видела из Рейкьявика я (смотри фото выше). Некоторые скандалят, просят вернуть деньги, а им в ответ: "Хотели посмотреть сияние? Вот, смотрите. А в интернетах - фотошоп". Если небо было совсем темным, предложат в качестве компенсации съездить снова на следующую ночь - бесплатно. О возвращении наличных речь не идет - хуюшки, знали, на что подписывались, природа непредсказуема.
Другие путешественники проверяют погоду и отправляются ночью туда, где ожидается сияние, самостоятельно. Всю ночь могут провести в машине, глядя на звезды в попытках различить зеленые всполохи.
Когда я впервые заметила, что небо раскрасилось, и поделилась этим с Эмилем, он предложил подождать еще. Мы просидели в машине час, когда во время его рассказа про очередную подружку, сияние вдруг загорелось на горизонте. Я выскочила из авто, но радость моя длилась не больше минуты - после этого Аврора пропала так же неожиданно, как и появилась.
Мой гештальт так и остался незакрытым. Я хочу увидеть северное сияние и ахнуть, как ахнула, когда оказалась на закате у Гранд Каньона или у ледников на юге Аргентины, в Патагонии.
Признаться, я сама уже не очень верю, что яркое танцующее сияние может проявиться прямо над головой, а не только через призму камеры. Но иногда, когда Аврора снится мне, она именно такая.
Думаю, в этом есть правда, потому что в свою последнюю ночь в Исландии зеленые всполохи я обнаружила только на экране фотоаппарата. В реальности же небо выглядело так:
Я чувствовала дикую зависть и снова шла спать, несолоно хлебавши. Знакомые пытались меня утешить: на самом деле Аврора в реальности не такая яркая и красивая, это все камера, которая схватывает то, что не видит человеческий глаз. Таким образом:
Я, наверное, буду понемногу закругляться с рассказом про Исландию, и напоследок подедюсь своей личной болью, имя которой - северное сияние.
Я ненавижу холод. В моем аду - минусовые температуры и котлы с ледяной водой. Мне комфортнее жить в вечном лете, когда из дома выходишь, накинув первое попавшееся пляжное платье, потому что улицы плавятся от жары.
Одной из главных причин, почему я поехала в Исландию, и поехала осенью, а не летом, как большинство туристов, была высокая вероятность увидеть Аврору. Начиная с октября, шансы увеличиваются, но гарантий никаких, разумеется, нет. Я была согласна страдать, если страдания мои окупятся (спойлер - не окупились).
Я просыпалась среди ночи, просиживала часы, бегая от окна к окну в тщетных попытках разглядеть в небе хоть что-то зеленое, квждый час обновляла сайт с прогнозом погоды - бесполезно.
Между тем, фейсбучная группа, в которой путешественники делятся друг с другом советами, пестрела фотографиями северного сияния, снятого прямо из Рейкьявика и, кажется, на обычный смартфон. Например:
Исландия знаменита не только космическими пейзажами, но и музеем членов в центре Рейкьявика. В сам музей я не пошла, но заглянула в магазин, где продаются такие вот членовикинги.