Можно предположить, что цены на лекарства не только не остановят, они будут увеличиваться еще больше
Доктор экономических наук Борис Желибаспрогнозировал, к чему могут привести два взаимоисключающих решения властей.
"Я не думаю, что дело дойдет до закрытия частных аптек. Не знаю точного соотношения, но в районе, где живу я, допустим, одни частные аптеки. Как раз в частных аптеках номенклатура лекарств обычно значительно больше, потому что частники всегда были гибче и проворнее. Как они собираются «приводить в чувства частников» — превратят в государственное, рейдерский захват? И, главное, как это будет оформлено юридически?
Думаю, это просто очередные страшилки, чистый популизм, чтобы показать, что он (Лукашенко) заботиться о людях, которым нужны лекарства. В основном это пенсионеры.
Худший вариант, к чему может привести такая политика, — очередной дефицит лекарств и разорение частного аптечного дела.
Могут сделать показательный «налет» на несколько аптек, в ответ, может быть, частники понизят цены, но временно, потому что цена должна давать прибыль. Но по большому счету дальше угроз не пойдет".
«Не могу молчать, чтобы не возникало желание плюнуть в зеркало»
Среди белорусов, попавших под раздачу сразу после выборов, оказался 36-летний Максим Сацук. В ночь с 9 на 10 августа призера молодежных чемпионатов Европы по дзюдо и самбо задержали возле театра оперы и балета.
«На Окрестина я угодил в одну интересную ситуацию. Когда в ночь на 10 августа пошел в город, надел майку с надписью на спине «Judo Team». При задержании омоновец увидел это и спросил, что я вообще тут делаю. Начал ему объяснять, что не очень согласен с режимом, но меня быстро заткнули. Когда привезли на Окрестина, когда нас поставили на колени, я мог себе позволить снять ботинки и подложить под колени. Какой-то силовик видел это, но ничего не делал, а когда я хотел голову повернуть, он папочку к голове прикладывал, говорил, чтобы я смотрел вперед. Потом подошел еще какой-то «сочувствующий», спросил, не дзюдоист ли я. Получив утвердительный ответ, выдал мне: «Держись тогда». Блин, что у вас в голове вообще?»
Классно, что столько людей откликнулось, и в комментах, и в личке, на «почетных консулов». Здорово, что сразу пошли конкретные предложения и действия.
Можно двигаться дальше.
Сначала несколько уточнений.
Еще раз подчеркну, что почетные консулы – это, как правило, не граждане Беларуси, а граждане своих государств со всеми вытекающими последствиями. То есть в демократических странах их работа на диктатора просто-напросто противозаконна. Они, по сути дела, работают на режим преступников, террористов и убийц.
Вообще, к институту почетных консулов отношение неоднозначное. Настороженность вызывает то, что в этой должности изначально заложен конфликт интересов. Представлять страну, хоть и с весьма ограниченными полномочиями, поручается гражданам другой страны. Вот почему два крупных политических антагониста – США и Китай – не используют институт почетных консулов в других странах.
Авторитарные и диктаторские режимы для должностей своих почетных консулов ищут людей с определенной репутацией: политически мутных или бизнес-махинаторов. Поэтому не стоит удивляться, что представители Лукашенко даже в демократических странах продолжают работать на этот преступный режим. Вот почему важно сделать деанон почетных консулов режима, предупредить их о том, что их деятельность противозаконна, особенно в государствах, однозначно не признающих Лукашенко, и призвать их уйти с этих должностей.
Если в демократических странах можно ожидать, что почетные консулы Лукашенко хотя бы задумаются о том, кого они представляют, то в недемократических государствах, при мафиозных и авторитарных режимах это нереально.
Зато эти люди интересны тем, что они в курсе многих грязных политических и бизнес сделок, владеют ценной информацией о преступлениях режима Лукашенко не только в Беларуси, но и за рубежом.
В приводимом ниже списке много интересных сведений, тянущих не на одно журналистское расследование.
Обращает, например, на себя внимание необычайно большое количество должностей в почетных консульствах в Ираке. В Сербии почетным консулом Лукашенко служит Драгомир Карич, из того самого клана с мутной репутацией, который хозяйничает в Беларуси как у себя дома, и который США подозревают в отмывании крупных сумм денег, включая деньги Милошевича.
У некоторых персонажей почему-то электронная почта значится в России. Некоторые известны своими связями если не с ФСБ, то со штатными сотрудниками «русского мира».
Кремль не признает легитимность белорусского режима
Правительство Беларуси запретило повышать цены на предметы первой необходимости и лекарства. Эксперты прогнозируют дефицит базовых товаров, рост серой экономики, финансовые проблемы производителей и торговли и называют такой шаг «тревожным звоночком». В основе проблем – политический кризис.
«В России тоже понимают, что продолжать союзную интеграцию дальше невозможно. Раньше или позже власть в Беларуси изменится, к власти придут другие люди», – считает экс-глава Верховного совета Беларуси Мечислав Гриб.
Понимают ли авторы незаконных приговоров, что «партайгеноссе» их подставили?
Если честно, то никто и не надеялся, что Дашу и Катю выпустят из-под стражи. В Беларуси в последнее время так не бывает. И вообще не бывает, чтобы судья вдруг дал что-нибудь поменьше, чем требует прокурор. А прокурор хотела именно «двушечку». Так и случилось.
Екатерина Андреева и Дарья Чульцова, журналистки телеканала «Белсат», признаны виновными в организации действий, грубо нарушающих общественный порядок, и приговорены (каждая) к двум годам колонии.
Жилеты с надписью «Пресса» суд постановил конфисковать. Ежедневники - уничтожить.
По версии обвинения, 15 ноября прошлого года Даша и Катя во время стрима с «Площади перемен» (так теперь минчане называют двор, где был убит Роман Бондаренко) озвучивали в эфире «информацию из деструктивных аккаунтов в социальных сетях» и тем самым призывали людей на акцию «с целью создания массовости для возможности противостояния действиям сотрудников правоохранительных органов». Кроме того, Даша и Катя своим стримом остановили 19 маршрутов общественного транспорта и нанесли «Минсктрансу» ущерб в 11 тысяч рублей (приблизительно 4,3 тысячи долларов).
Эксперты-лингвисты, анализировавшие стрим, никаких призывов в словах журналистов не обнаружили. Адвокаты напомнили, что в тот день в городе, как это часто бывает в Минске по воскресеньям, был полностью отключен мобильный интернет, и координировать действия людей посредством стрима Андреева и Чульцова не смогли бы, даже если бы очень захотели. Впрочем, это тот самый суд, когда и так все понятно. «Считаю его актом мести спецслужб за выполнение моих профессиональных обязанностей», — сказала Екатерина Андреева в первый день суда.
А в последнем слове она потребовала оправдания и освобождения всех политзаключенных и напомнила, в каких условиях работают белорусские журналисты последние полгода.
Из последнего слова Екатерины Андреевой:
«Каждый раз, уходя на работу, я рисковала своим здоровьем и жизнью. Тем не менее я шла в эпицентр событий. Мне удавалось укрываться от обстрелов резиновыми пулями, взрывов светошумовых гранат, ударов дубинок. Моим коллегам повезло гораздо меньше. В них прицельно стреляли, ломали носы, но до сих пор по фактам насилия над ними не заведено ни одного уголовного дела, как и над мирными протестующими.
11 ноября был убит Роман Бондаренко за то, что не позволял срезать ленточки. 15 ноября на «Площадь перемен» вышли люди.
Я показывала эти события в прямом эфире. За это меня бросили в тюрьму по придуманному обвинению…
Я требую оправдательного приговора для себя, для своих коллег и для сотен политзаключенных».
Этот суд ничем не отличался от десятков других таких же абсурдных конвейерных судов, которые в последние недели идут в Беларуси. Эти суды по статье 342 — той же самой, по которой осудили Дашу и Катю, — уже стали почти такими же привычными, как судебные конвейеры в 1937 году. По обвинению со словами «вышел на проезжую часть в составе колонны» дают два-три года колонии, а уж если найдется «потерпевший» из ОМОНа, то и четыре-пять. Но только журналистов судят исключительно за то, что они журналисты.
И еще одна важная особенность суда над Дашей и Катей.
Прокурору Алине Касьянчик, которая потребовала двух лет колонии для журналисток, — 22 года.
Следователю Игорю Куделе, который вел дело и стряпал обвинительное заключение, — 23.
Старшему следователю Игорю Куриловичу — 30 лет.
А судье Фрунзенского суда Минска Наталье Бугук, которая, ни на секунду не усомнившись, отправила Андрееву и Чульцову в колонию, — 31. Это значит, что одновременно с бесстрашными студентами, которые выходили на протесты и сейчас сидят в тюрьмах или бегают в поисках работы после отчисления «за политику», в Беларуси сформировались и «гитлерюгенды», которые спокойно и радостно, в предвкушении похвалы и премии, отправляют своих сверстников за решетку.